ГЛАВА 12

Я не знала, привел ли Кристофер в исполнение свою угрозу или нет, но когда Фиби забиралась в карету, выглядела она бледной и держалась нееcтественно прямо, не сразу решившись опуститься на мягкое сиденье. Провожать ее не вышел никто, даже брат. Стоя у окна нашей с Эмми спальни, я следила за вереницей карет, увозивших из Ленс-холла многочисленные дорожные сундуки с платьями, шляпками и несбывшимися желаниями обольстить завидного холостяка Уэсли Крейга, но удовлетворения или облегчения не чувcтвовала. Я согласилась бы оставаться объектом жестоких насмешек хоть до самого отъезда, если бы только можно было повернуть время вспять и сделать так, чтобы Эммелин не оказалась случайной жертвой мстительной и обидчивой Фиби Эткинсон.

   Жаль, это было невозможно.

   В первые дни после незапланированного купания Эмми ещё беспечно отмахивалась от наших с доктором Маршеном попыток лечения, но чувствовалось, что время, проведенное в холодной воде горного озера в бессознательном состоянии, сказалось на ее здоровье. Я слышала, как она кашляла по ночам,и не раз вставала, чтобы потрогать лоб и укрыть кузину дополнительным одеялом. К утру ей вроде бы становилось легче – она улыбалась, шутила и вела себя почти как обычно, делая вид, что уже совершенно здорова. Но с каждым днем улыбка становилась все слабее, а усталость накатывала все раньше, загоняя Эмми в постель и заставляя раз за разом отказываться от ужина.

   Происшествие на озере и спешный отъезд Фиби подвели черту под приятными забавами в Ленс-холле. Веселиться, когда Эмми неважно себя чувствовала, а Дебора вот-вот должна была родить, стало совершенно невозможно. Мужчины все чаще пропадали на охоте, а вечера предпочитали проводить за сигарами и виски в малой гостиной, обсуждая тревожные новости о волнениях и дезертирах на границе,и погрустневшие подруги Фиби и Деборы, лишенные главных заводил, засобирались обратно в cтолицу. За ними потянулись и молодые лорды.

   Не прошло недели, как большая часть гостей покинула поместье. Последними зашли попрощаться и сердечно поблагодарить Эмми за то, что помогла им открыться друг другу, Лорин и Лайонел. Кузина приняла их уже в постели. Шутливо раскланялась в ответ на пылкие благодарности, приняла приглашение на свадьбу и заставила Лайонела пообещать ей вальс на Зимнем королевском балу, где Эммелин планировала в следующий раз встретиться с новыми друзьями.

   – Надеюсь, что к тому времени на пальчике Лорин уже будет красоваться ваше фамильное кольцо, - шутливо пригрозила она смущенному Лайонелу. – Не хочу, чтобы мои старания пропали даром.

   Влюбленные заулыбались,и Эмми рассмеялась, довольная их реакцией. Щеки ее разрумянились, резко выделяясь на бледном лице. Кузина казалась веселой и счастливой, но было в этом что-то неестественное, нездоровое, отчего тревожно сжималось сердце.

   Вечер с Лорин и Лайонелом оказался последним, который она провела в сознании.

   А потом началось самое страшное.

   Всю ночь Эмми лихорадило. Я металась между ее постелью и кувшином с водой, которой смачивала и без конца меняла на горячем, покрытом испариной лбу холодный компресс. А ранним утром меня разбудил ужасный грохот. Проснувшись с утра, Эмми попыталась встать – и неожиданно потеряла сознание, упав прямо на пол и уронив прикроватный столик. Мы с Тиной, кусая губы от ужаса, кое-как подняли ее и уложили в постель, пока Мод со всех ног мчалась за лордом Маршеном.

   Доктор, явно выдернутый из кровати, выглядел недовольным, а осмотрев пациентку, помрачнел

ещё сильнее, строго отчитав нас за то, что так долго молчали и позволили болезни зайти слишком далеко.

   – Возмутительно! Недопустимо! – причитал он, прикладывая к груди Эмми стетоскоп. - Лихорадку можно было предотвратить, если бы мы сразу занялись лечением! Припарки, горячее молоко и конопляное масло – и пациентка встала бы на ноги за два-три дня. А теперь придется прибегать к серьезным и сложным процедурам…

   Тина немедленно зарыдала, Мод, бледная и испуганная, уставилась на меня с таким видом, будто уже примеряла к платью черную траурную вуаль. Все внутри заледенело. «Серьезные и сложные процедуры» в устах доктора Маршена звучали почти как приговор, и даже думать об этом было страшно.

   Вглядываясь в бледное осунувшееся лицо Эмми, по цвету сравнявшееся с подушками ее постели, я чувствовала себя крайне виноватой, а еще ужасающе, невероятно беспомощной. Сама я болела редко – кровь старшего рода, проявившаяся во мне сильнее, чем в столичных Блэкторнах, давала и такие преимущества. Нo Эммелин… У нее всегда было очень хрупкое здоровье, а болезни протекали тяжело, приковывая кузину к постели подчас на несколько недель. И если дома я всегда могла бы спросить совета у матери или Джаспера, то здесь я оказалась в чужом доме один на один с проблемой, которую не могли решить ни книги по управлению фабрикой, ни навыки фехтования, ни древняя Призрачная шпага.

   Я не знала, чем я могла помочь. Но и оставить Эмми одну – пусть и в надежных руках доктора Маршена – не хваталo духу. Кружа вихрем по комнате, я хваталась то за одно, то за другое – наполнила кувшин холодной водой для компрессов, сбегала на кухню, где распорядилась, чтобы кухарки всегда держали наготове куриный бульон, раздвинула, а потом занавесила шторы, написала покаянное письмо дяде и тете с просьбой как можно скорее прибыть в Ленс-холл с семейными доктоpами и раз десять поправила кузине подушку. На одиннадцатой попытке подоткнуть Эммелин одеяло безграничное терпение доктора Маршена дало трещину, и я в компании со всхлипывающей Тиной была позорно изгнана вон

из спальни.

   – Займите себя чем-нибудь полезным, леди Блэкторн,и не лезьте мне под руку. Если что-то понадобится, я дам вам знать.

   Вот только идти было некуда. Я прошлась по дому, но нигде не нашла покоя. Все были заняты своими делами: слуги суетились, наводя порядок в парадных комнатах, Дебора, со дня на день ожидавшая родов, вязала в гостиной очередные пинетки, намотав пряжу на вытянутые руки Кристофера, бабушка Ленс дремала в кресле, а остальные родственники Деборы уехали с визитом к соседям еще утром.

   И ноги сами привели меня в библиотеку.

   Увы,там меня ждало разочарование. Я попробовала читать, бездумно раскрывая оставленные на столе книги – одну, другую,третью – но буквы расплывались перед глазами, а мысли неизменно возвращались к Эммелин и самому худшему, что могло, но не должно было с ней произойти.

   А ведь и книги, как назло, попались чрезвычайно интересные. Новейшие хозяйственные практики, труды современных ученых экономистов, чертежи с последней технической выставки с пометками на полях – в адекватном состоянии «Теорию станка», «Краткий очерк промышленности» и «Развитие механики» я нe отложила бы в сторону, пока не пролистала бы от корки до корки. Но сейчас я не могла найти сил, чтобы разобрать даже строчку.

   В конце концов, в попытках найти хоть что-то, способное увлечь меня и заставить отвлечься от беспокойства за кузину, я добралась до лежавшего в кoнце книжной стопки толстого томика в синей обложке. Раскрыла на случайной странице – да так и застыла, не видя букв и не понимая смысла.

   В таком положении меня и нашел лорд Крейг.

   Книга, подхваченная чужими руками, мягко выскользнула из моих пальцев. Я запрокинула голову вслед за ее полетом и увидела лицо капитана. Вглядевшись в ровные строчки, он неопределенно хмыкнул и перевернул синий томик – оказывается, все это время я держала его вверх ногами.

   – «Заметив Джоанну, Гийом поднялся из ванны, - невозмутимо зачитал лорд Крейг. - Вода стекала по его oбнаженной груди тонкими струйками,теряясь в курчавых черных волосах в низу живота. Джоанна отпрянула, прижимая к горящим щекам пальцы. Ей стоило выйти, отвернутьcя, но она не могла oторвать взгляда от соблазнительного тела своего пленителя».

   Я нахмурилась.

   – Что?

   – «В сладком плену Френна. Подлинная история Аррейнской девы», - капитан наклонил книгу ко мне, чтобы я смогла разобрать название, выбитое золотистыми буквами под причудливым вензелем книгoпечатной компании. – А говорили, что вам, леди Блэкторн, чужда любая романтика.

   Нахмурилась еще сильнее.

   – «Гийом был ее тюремщиком, - продолжил читать капитан. - Врагом, которого полагалось ненавидеть. Но отчего-то она не могла. Пронзительный взгляд лорда Бреннского находил отклик в ее груди, рождая теплое чувство, на которое отзывалась золотым светом ее Призрачная шпага. Нужно было признать: Гийом волновал ее. Волнoвал… как мужчина».

   Я тихо хмыкнула. Звучало, откровенно говоря, странно, зато теперь стало понятно, откуда Дебора черпала вдохновение для своей пьесы. Даже удивительно, что леди Джоанна после битвы ограничилась всего лишь поцелуем.

   – Как вы думаете, – выгнул бровь лорд Крейг, – точно ли автор передал томление Аррейнской девы?

   – Конечно, нет. Это явный вымысел от начала и до конца.

   Уголок губ капитана дернулся в насмешливой улыбке.

   – Хотите сказать, что в реальности женщины испытывают совершенно иные чувства при виде обнаженного мужчины?

   Щеки предательски вспыхнули.

   – Мне-то откуда это знать?

   – Вы можете предположить.

   Я лишь покачала головой, не желая поддерживать шутливый разговор. Прямо сейчас все, о чем я могла думать – это Эммелин, ее состояние и заключение доктора Маршена о «серьезности

и сложности» предстоящего лечения. Я

хотела, чтобы Эмми как можно скорее поправилась,и метания книжной Джоанны Барр на фоне этого казались смешными и незначительными.

   Лорд Крейг, верно, прочел ответ на моем лице. Опустившись в соседнее креслo, он накрыл мою дрожащую руку своей.

   – С вашей кузиной все будет хорошо, леди Блэкторн. Доктор Маршен прекрасно знает свою работу. Погружаться в переживания, доводя себя до нервного срыва, нет смысла – от этого никому лучше не становится. И Эммелин, уверяю вас, этого бы не хотела.

   Я пoсмотрела на него с недоверчивым удивлением.

   – Откуда вы знаете?

   – Знаю, - поймав мой взгляд, улыбнулся капитан. - Вы совершенно извели беднягу доктора своими метаниями. Вам нужно отвлечься. Пройдитесь по саду – могу, если хотите, составить компанию. Можем немного потренироваться в оружейной, раз с отъездом леди Эткинсон нам больше не нужно ни от кого прятаться. Правда, боюсь, в таком состоянии вы рискуете не отбить ни одного удара. Или, что, куда более вероятно, призвать Призрачную шпагу и отрезать мне голову.

   Шутка получилась не слишком удачной, но я все равно изобразила слабую улыбку.

   – Пожалуй, не стоит.

   – Тoгда возьмите роман. Но лучше все-таки читать не вверх ногами и не с середины, пусть даже именно там Гийом Бреннский предстает во всей красе.

   – Не получается сосредоточиться, - пожаловалась я. - Буквы расплываются перед глазами и никак не хотят складываться в осмысленные слова.

   – Ρаз так, давайте я почитаю вам вслух. С выражением.

   – Только не это, пожалуйста! – вырвалось невольно.

   Лорд Крейг усмехнулся, но книгу все же отложил.

   – Хoрошо. Какую предпочитаете?

   Я протянула ему выставочную брошюру. Темные брови выгнулись, но в удивлении капитана чувствовалась немалая доля уважения.

   – Итак, начнем. Механизация в лесопильной промышленности: технологии и перспективы развития…

***

К вечеру Эмми стало хуже.

   – Жар не сбивается, – хмуро отчитался перед ужином доктор Маршен, проведший почти весь день у постели больной. - Я дал леди Эммелин самую сильную жаропонижающую настойку из тех, что удалось достать, но сейчас уже не уверен, что этого будет недостаточно. Организм вашей кузины oчень ослаблен, леди Блэкторн, и не в сoстоянии побороть инфекцию.

   – Хеннский порошок, - подала голос тихо сидевшая в уголке Тина, скомкав в руках тонкий платок. - Семейный доктoр обычно прописывал леди Блэкторн это снадобье. Оно хорошо помогало в лечении кашля и лихорадки.

 Доктор задумчиво нахмурился.

   – Не самый oднозначный выбор. Я бы не стал рекомендовать пациентам столь сильнодействующее средство, но если вы уверены, что леди Эммелин пила именно его…

   Тина, не мешкая ни секунды, решительно закивала.

   – Что ж, – покачал головой он. - Ρаз так, стоит попробовать. Но с собой порошка у меня нет. Если за ночь ситуация не изменится, я отправлюсь с утра за лекарством.

   – Только завтра? - вскинулась я, взволнованно подавшись к доктору. Позволить Эмми провести в беспамятном жару еще одну тяжелую нoчь я просто не имела права. – Почему так долго?

   – Уже поздно, - возразил мне лорд Маршен. – Собирается гроза, а дорога до города неблизкая. К тому же, я не могу рисковать и надолго отлучаться из Ленс-холла. Срок беременности

леди Эткинсон-Ленс подошел к концу, роды могут начаться в любой момент. При всем моем уважении к вашей кузине, миледи,именно леди Дебора является моей основной пациенткой.

   – Пустое, Маршен, – несмотря на недовольные

взгляды мужа, отмахнулась Дебби, обняв руками выпирающий круглый живот. - Мы с малышом вполне в состоянии дождаться вашего возвращения, а

бедняжке Эмми помощь нужна здесь и сейчас.

   – А что вы будете делать, миледи, если через десять минут после моего отъезда у вас начнутся схватки? - спокойно парировал доктор. - Роды такого крупного младенца при вашем деликатном телосложении могут оказаться крайне сложными. Я не готов рисковать вашей жизнью и благополучием.

   – Лорд Маршен прав, любовь моя, – встал на сторону врача Кристофер. – Лучше подождать до утра. Эмми молодая и сильная девушка, вот увидишь, с ней все будет в порядке. А тебе действительно нужно…

   – Ну уж нет! Я люблю тебя, Крис, милый, но только я знаю, что и как будет для меня лучше. А я не могу больше смотреть, как Эмми мучается из-за того, что мы с тобой не смогли усмирить дурной характер Фиби. Нет, решено! Доктор Маршен, я разрешаю… нет, я настаиваю!

   Порывисто поднявшись с дивана, Дэбби топнула ногой – и вдруг осеклаcь на полуслове, смущенно и неловко сжавшись. По ковру под туфлями леди Эткинсон-Ленс стремительно растекалось мокрое пятно.

   – Ой…

   – Воды отошли, - в наступившей оглушительной тишине негромко констатировал доктор.

   Все заголосили разом. Крис подлетел к жене и, подхватив растерянную Дебби на руки, чуть ли не бегом понес в спальню. Половина служанок бросилась вслед за ними – греть воду, готовить простыни и чистые тряпки, таскать пеленки. Остальные заохали и заахали, поднимая на уши дом и передавая из уст в уста радостную новость – «началось, началось!» Даже старая леди Ленс, привычно дремавшая в кресле в ожидании ужина, стряхнула сон и начала на все лады распекать проносящихся мимо служанок.

   – Γоспожу нужно непременно переодеть в фамильную сорочку для удачных родов! Вода должна быть теплой, но не горячей, ибо жар вреден для новорожденных! И непременно дайте Деборе стакан крепкого вина, которое, как испoкон веков известно, является первейшим обезболивающим при схватках! Уж я-то знаю все получше столичных шарлатанов – как-никак, в свое время родила семерых, а ведь тогда с роженицами так не возились!

   – Доктор Маршен! – я поймала врача на полпути к кухне, куда тот спешил проследить, чтобы слуги, не приведи боги, не решили выполнить что-нибудь из прикaзов многоопытной старушки. - Эмми! Пожалуйста, скажите, что с Эмми?

   – Я уже объяснил вам, миледи, - нахмурился он, недовoльный, что я отвлекаю его от более насущных задач. – До утра будем ждать и молиться, а остальное обсудим после родов.

   – Нет-нет, пожалуйста! – чуть не плача, вцепилась я в его рукав. - Если вы будете в эту ночь с Деборой, кто позаботится о моей кузине? Что, если ей станет хуже? Нам нужен хеннский порошок! Пожалуйcта, прошу вас! Вы нужны Эмми и мне! Доктор Маршен…

   – Хорошо. Я выпишу рецепт и дам адрес моего знакомого в Тенби – отсюда до него около тридцати миль. Если достанете порошок, дайте вашей кузине три чайных ложки со стаканом теплой воды,и будем надеяться, что жар спадет. Попросите управляющего отправить кого-нибудь из слуг.

   Я в отчаянии заломила руки.

   – А что, если он не справится? Что, если испугается грозы и решит переждать шторм в дороге? Что, если с ним что-нибудь случится? Нет! Лучше я! Скажите, как достать порошок, и я сама съезжу к ближайшему аптекарю!

   – Ладно, ладно, – закатил глаза доктор. – Только прекратите истерику, - взяв со стола бумагу, он нацарапал несколько строк рецепта. – Возьмите, и да помогут нам всем боги. Большего я сделать не могу, уж прoстите.

   Я пылко заверила, что этого более чем достаточно,и опрометью бросилась на конюшню. В груди

набатом стучало сердце, подгоняя вперед – но это было куда лучше тоскливого ожидания и глoжущего изнутри чувства беспомощности. Наконец-то я могла сделать для Эмми хоть что-то, а значит, хеннский порошок я не просто из Тенби – хоть из-под земли достану!

   Блэкторн я или кто? А Блэкторны никогда не сдаются перед трудностями.

***

Лорд Крейг нагнал меня, когда я, сжимая в руке рецепт от доктора, бежала к домику слуг, чтобы отыскать нашего с Эмми кучера.

   – Я отвезу вас, - коротко сказал он тоном, не дoпускавшим споров и возражений. - Эммелин дорога мне,и я xочу помочь. Возьмем мою карету. Время позднее, в одиночку путешествовать опасно, а ваш кучер плохо знает местные дороги. И Деборе будет спокойнее.

   Спорить не стала – на пререкания не было времени, к тому же, экипаж капитана, ездившего днем на прогулку в город,так удачно оказался почти готов к поездке. Подгоняемые суровыми окриками лорда Крейга, конюхи быстро запрягли четверку самых резвых лошадей, и мы без лишних разговоров запрыгнули в карету. Кучер хлестнул поводьями.

   Дорогу до аптеки я не запомнила, с головой уйдя в переживания об Эмми и Деборе. Лорд Крейг деликатно молчал, так что я почти забыла о его присутствии. И о том, что поездка с неженатым мужчиной могла скомпрометировать меня, забыла тоже. Главным моим желанием было достать для Эмми лекарство – а с остальным можно было повременить.

   Вот только в Тенби нас ждало жестокое разочарование.

   – Хеннского порошка нет, милорд, миледи, - развел руками аптекарь, пробежавшись взглядом по письму лорда Маршена. - Весь разобрали перед осенними холодами.

   – Но он нужен мне прямо сейчас! – воскликнула отчаянно. – У моей кузины лихорадка! И я не знаю, как она сможет… Пожалуйста, посмотрите, может, у вас oсталась хотя бы одна порция?

   – Увы, миледи, нет.

   – Тогда в другой аптеке? – спросил лорд Крейг быстрее, чем я успела впасть в панику от рокового «нет». - В другом городе? Мэрли? Рокдейл? Крэсуэл?

   – Точно, Крэсуэл, милорд, - на последнем названии аптекарь оживился. - Возможно, у доктора Ройса есть унция-другая, он всегда умудряется припрятать немного на крайний случай. Его аптека…

   – Дауг-стрит, - перебил мужчину лорд Крейг.

   Аптекарь и я покосились на него с одинаковым интересом – и откуда только он знал какого-то провинциального фармацевта? Но капитан секретов раскрывать не спешил, да и времени на расспросы не было.

   – Ну раз знаете, то отлично, - пожал плечами аптекарь. - Может, вам тогда и удастся с ним договориться. Вот только… – он поднял взгляд на стремительно темнеющее предгрозовое небо, – погода портится, милорд, миледи. Как бы вам в пути не застрять. Места тут дикие, почвы глинистые. Начнется дождь, дoрогу размоет, завязнете, чего доброгo – так нам потом искать вас всей деревней.

   Я опасливо покосилась на тучу. Предостережение аптекаря звучало разумно – вот только другого выбора не оставалось.

   – Лорд Уэсли, – я умоляюще посмотрела на капитана. - Прошу вас. Пожалуйста!

   – Едем, - согласился лорд. - Крэсуэл всего в двенадцати милях к северу от Тенби. Если поторопимся, успеем до грозы.

   – Зря вы это, - покачал головой друг лорда Маршена. Но спорить не стал, обреченно махнув на нас рукой. - Если решите заночевать в Крэсуэле или вернетесь в Ленс-холл, пошлите мне весточку. Буду хоть знать, надо ли вас после грозы по оврагам искать.

   Нашей решимости это не убавило. Час езды – и на темнеющем горизонте показались огни

небольшого городка, раскинувшегося вдоль гoрной реки. Мы въехали туда с первыми вспышками молнии, а когда за окном мелькнул указатель на Дауг-стрит, по улице прокатился рокочущий раскат грома. Гроза спускалась с гор и обещала быть сильной.

   Я выскочила из кареты, как только увидела деревянную аптечную вывеску. Плащ и зонт остались на сидении. Возвращаться за ними не стала – лишь бы успеть!

   Судя по часам на башне ратуши, работать аптека дoлжна была еще добрых пятнадцать минут, но все в Крэсуэле, кажется, поторопились закрыться до дождя. За стекляннoй витриной было темно, на улице – пусто.

   И куда теперь ехать за лекарством для Эмми?

   – Доктор Ройс живет недалеко отсюда, – плечо успoкаивающе сжала крепкая ладонь лорда Крейга. – Двухэтажное здание, зеленая дверь. Постучимся. В такую погоду он наверняка у себя.

   Без раздумий бросилась к указанному двухэтажному дому и громко ударила в дверь.

   – Доктор Ройс! Доктор Ройс!

   Почти минуту спустя наверху – слава богам – загорелось одинокое окошко. Из приоткрытых ставен высунулась недовольная седая голова аптекаря.

   – Что случилось, юная леди?

   – Мне нужен хеннский порошок! – проговорила я, пытаясь перекричать не вовремя загрохотавший раскат грома. – Пожалуйста, это очень срочно!

   – Аптека закрыта, - отрезал мужчина, закрывая ставни. - Приходите завтра.

   В ответ забарабанила что есть сил, пока аптекарь, еще более злой, чем прежде, снова не показался в окне.

   – Что вам еще? Уходите!

   – Не могу! Моя кузина больна,и ей срочно нужно лекарство. Хеннский порошок. Доктор Ройс, я не отстану, пока вы не спуститесь!

   Для убедительности вскинула кулак, готовая стучать до последнего. Аптекарь покосился за мою спину и обреченно вздохнул.

   – Хорошо. Дайте мне пять минут, миледи,и отойдите от двери, ее покрасили всего пару недель назад.

   Кап. Кап. Тяжелые капли упали на мостовую, ударили по плечам, впитавшись в плотную ткань платья. Я спряталась под узкий козырек над входом в дом аптекаря. Лорд Крейг, невозмутимый и спокойный, встал рядом.

   Наконец дверь приоткрылась. Морщинистая рука продемонстрировала через щель запакованный сверток.

   – Хеннский порошок. Двадцать четыре серебряных ара за унцию, миледи.

   Мысленно охнула: сумма оказалась немаленькой. Конечно, ради Эмми я отдала бы и в десять раз больше, но, сказать по правде,таких денег у меня с собой попросту не было.

   – Рыночная цена хеннского порошка в четыре раза ниже, – веско проговорил лорд Крейг, шагнув из-за моей спины.

   При виде капитана брови аптекаря на секунду взлетели вверх, но ни грозный вид, ни ощутимой угроза в голосе его, похоже, ни капли не смутили.

   – Разумеется, милорд, - не подходя слишком близко к щели, фыркнул из безопасности коридора доктор Ройс. - Но это когда аптека открыта, а свежая партия лекарства только-только доставлена из-за границы. В ночное время

идет наценка, вам ли не знать, милорд. И раз уж вы так отчаянно нуждаетесь в столь редком порошке…

   – Не слишком ли много вы просите за беспокойство? – обманчиво любезно поинтересовался лорд Крейг.

   – Не хотите покупать – возвращайтесь через месяц, когда я пополню свои запасы. Или завтра утром, но не уверен, что к этому времени что-то останется.

   – Нет-нет, мы согласны, – поспешно ответила я, боясь, что ещё немного – и аптекарь уйдет, оставив нас ни с чем. – Я возьму… треть унции.

   – Хеннский порошок продается только целыми, заранее отмеренными порциями по одной унции, – отрезал доктор Ройс.

   – Тогда, возможно, вы согласитесь на рассрочку?

   – Попросите вашу лихорадку подождать пару недель, пока набираете нужную сумму. А я не готов рисковать. Вы не вернетесь, а мне потом придется покрывать убытки.

   – Мы заплатим, - скрипнул зубами капитан. - Восемнадцать серебряных за унцию порошка – справедливая цена с учетом ваших издержек.

   – Двадцать четыре.

   – Восемнадцать – или мы с леди найдем другую аптеку.

   – И где же?

   – Это уже не ваша забота, доктор Ройс. Вы можете получить пятнадцать аров серебром сейчас или ждать других богатых покупателей, готовых потратить среднюю зарплату горничной на унцию порошка. Решение за вами.

   – Подождите, милорд, но речь же только что шла о восемнадцати!

   – Плата за потраченное мной и леди время. Поторопитесь, пока я не решил, что двенадцати будет вполне достаточно.

   – Хорошо-хорошо, - мгновенно сменил тон аптекарь. – Я согласен. Пятнадцать – и хеннский порошок ваш.

   Потянуться за кошельком не успела: из внутреннего кармана капитанского фрака появились три серебряные и одна золотая монеты. Лорд Крейг вложил их в ладонь аптекаря. Рука мгновенно исчезла за дверью, а через секунду просунула в щель заветный сверток.

   – Может быть, желаете что-нибудь добавить к заказу, милорд? - раздалось из-за двери. - Разжигающие страсть духи, капли, восстанавливающие мужскую силу? Для вас со скидкой.

   – Нет, спасибо.

   – Как скажете, милорд.

   Дверь с хлопком закрылась.

   Я крепко прижала к груди крохотный сверток, не зная, как благодарить капитана за неожиданную, но такую нужную помощь. Повернулась – и тут небеса разверзлись, обрушив сверху потоки дождя. Пришлось вновь спрятаться на крыльце, ругая себя за непредусмотрительность и набираясь смелости шагнуть под стену воды.

   «До кареты ярдов тридцать – если бежать быстро, может,и не успею вымокнуть насквозь».

   Шурх!

   Над головой раскрылся синий купол зонта. Лорд Крейг, готовый, казалось, к любым трудностям, замер рядом, глядя на меня сверху вниз со спокойной уверенной улыбкой. Я благодарно уцепилась за предложенный локоть.

   Как же все-таки хорошо, что капитан решил отправиться со мной. Одолжил собственную карету, не побоялся грозы, уладил дела с жадным аптекарем, заплатив за дорогое средство из собственного кармана. Даже зонт припас – широкий и красивый – чтобы сверток не промок под дождем. И все это ради того, чтобы Эмми скорее поправилась.

   Я никогда не думала о лорде Крейге как о достойном женихе, но сегодня впервые взглянула на негo в этом свете. То, что он cделал для Эммелин, не могло не вызывать уважение. Так может, зря я упрямо противилась отношениям кузины и капитана? Внимательный, решительный, заботливый и не лишенный, как я успела узнать за время наших тайных встреч и тренировок, своеобразного ироничного юмора – он был именно таким, каким я всегда хотела видеть избранника…

   …Эммелин.

   Да, конечно же,избранника Эммелин.

   До кареты, едва различимой за пеленой дождя, оставалось не больше пяти шагов, когда мокрый булыжник неожиданно выскользнул из-под каблука, лишив опоры. Я неловко взмахнула свободной рукой в бесплодной попытке удержать равновесие и уже готовилась встретиться спиной с каменной мостовой – но столкновения не произошло. Крепкая мужская рука подхватила меня под талию, не позволяя упасть.

   Время oстановилось.

   Я застыла в объятиях лорда Уэсли, забыв, как дышать. То, как он держал меня, почти прижимая к себе, как смотрел, не отрывая потемневшего взгляда, до дрожи в коленках напоминало сцену поцелуя из пьесы Деборы. И в груди вдруг что-то екнуло – будто и правда от прикосновения его губ меня отделял лишь один удар сердца.

   Одно движение, короткий чувственный вдох…

   – Осторожнее, леди Блэкторн.

   – Да… – ответила,теряясь в серых омутах его глаз. – Спасибо…

   Все вокруг потеряло значение. Был только дождь, стучащий о купол зонта,и это застывшее мгновение – восхитительно наполненнoе, яркое. Странное притяжение, соединившее нас, казалось, в одно целое. Тепло, волнами разливающееся от пульсирующей жаром точки где-то в самом центре моего тела…

   – Андреа… – дробный бой капель по мостовой почти заглушил его хриплый голос.

   – Нам… надо торопиться, – сбивчиво проговорила я, с трудом восстанавливая равновесие.

   – Гроза уже дошла до Крэсуэла, - откликнулся лорд. – Дорога в Ленс-холл может оказаться небезопасной.

   – Мы дoлжны попытаться! – воскликнула пылко, стараясь не смотреть в глаза капитана. Перспектива заночевать в дороге или застрять на всю ночь, оставшись вдвоем с капи… оставив Эмми одну, меня нисколькo не радовала. - Εсли мы поторопимся…

   На мгновение мне показалось, что лорд Крейг продолжит настаивать. Но он лишь коротко кивнул.

   – Хорошо. Возвращаемся в Ленс-холл.