Глава 1

Мне не везло на протяжении двадцати четырех лет... из двадцати четырех прошедших с тех пор, как меня родила мать.

Первой проблемой я считала то, что меня назвали Ирис в честь ее любимых цветов. С тех пор на каждый день рождения второго января я всегда получала исключительно цветочные горшки с упомянутой гадостью и плитку молочных ирисок.

Ситуацию ухудшал другой факт, касающийся моей внешности. Я родилась с ярко-синими глазами, цвет и оттенок которых напоминали некоторые сорта ирисов.

Еще в детстве неприятное сочетание внешности и имени стало для меня лакмусовой бумажкой: если кто-то из новых знакомых подшучивал надо мной на эту тему, я навсегда вычеркивала его из списка потенциальных товарищей или даже друзей.

Из этого следовал факт номер два: близких друзей у меня не было, и я умудрялась ругаться с родителями на этот счет даже сейчас, из-за чего не видела их и не слышала вот уже на протяжении нескольких месяцев.

Конечно, проблемы с родителями имели иные корни, но детская обида лишь подбрасывала дров в костер взаимонепонимания между нами. Мне это не нравилось. Им это не нравилось. Но ни я, ни они не делали ничего, чтобы изменить сложившуюся ситуацию.

Не меньше жизнь мне подгадило рождение второго января, когда все знакомые по работе и университету разъехались по родным городам, а я осталась совершенно одна со студентами-алкашами, которые закончили праздновать Новый год первого числа, а сегодня отсыпались.

Да-да, день рождения у меня был сегодня, и я не решалась выйти из дома, чтобы не подтвердить ярлычок самого невезучего человека в мире. В Новом году на свое двадцатичетырехлетие я планировала начать жизнь с чистого листа и в ближайшее время переехать из съемной однокомнатной квартиры общежития в нормальный дом.

Но ведь это же не причина, чтобы называть себя самым невезучим человеком?

Причины тотального невезения скрывались и проявлялись совершенно в другом. Самый безобидный из них случай, который произошел со мной утром тридцать первого декабря. Я ездила в университет сдавать курсовую работу. Водитель автобуса забыл поменять номер рейса на цифровом табло, а я уснула и не заметила, что уехала в противоположную сторону на другой конец города, потратив при этом ценные два с половиной часа.

Попутно, попытавшись сократить путь через двор, когда до университета было рукой подать, я наткнулась на маргинальной внешности нетрезвого мужчину, жаждущего тесного общения со мной, я предпочитала не вспоминать. Меня спасло только то, что я навернулась на льду, заехала бомжу каблуком по коленной чашечке, а вторым то ли в лоб, то ли в глаз. В результате я успела отползти от него быстрее, чем он очухался и бросился в погоню.

Да-да, мне двадцать четыре года, и я заочница-бакалавр. Пять лет копии документов, которые я посылала в различные вузы, таинственным образом оказывались не там, где надо. Попытка самой отвезти кончилась тем, что я попала в серьезную аварию и надолго загремела в больницу. После того случая междугородние автобусы я старалась избегать.

Без казуса при поступлении на первый курс в прошлом году тоже не обошлось. Меня должны были записать в список студентов, меня случайно зачислили в штат преподавателей профессором дисциплины с зубодробительным названием. Несложно представить мое удивление, когда я впервые пришла на занятие по выданному лично в руки расписанию... Студенты свалили через полчаса по давнему закону «трети», который в школе равен пятнадцати минутам.

О том, как моя кураторша перепутала номера мобильников мой и своего ухажера, и я пришла к ней на свидание с решенными задачами по экономике, которые также по «особой» причине не смогла сдать вовремя... ее лицо стоило видеть!

Но не будем о грустном. Например, о том как вахтерша-склеротичка выдрала у меня из рук мой студенческий билет, чем по неосторожности разорвала его на две половины. Затем она заявила, что это сделала я, и вторая часть, в котором написаны временные допуски, от другого билета. Пришлось идти в обход, благо, в одном месте находилось несколько корпусов, построенных впритык друг к другу и имеющих крытый проход между собой.

Но на этом мои приключения не закончились. Я вошла в лифт, и во всем корпусе отключили электричество! В нужную аудиторию я прибежала взмыленная примерно через пять часов после выхода из дома, когда консультация подходила к концу, но я все равно сдала курсовой и осталась без долгов к Новому году.

О том, что мой дорогой начальник решил устроить громадную распродажу тридцать первого декабря, притом именно мне выпала новогодняя смена, я узнала уже после того, как большинство сотрудников нашего магазина цифровой техники и видеоигр разбежалась по домам, дачам и другим городам.

В принципе, кончилось все хорошо, и я довольная пошла в ближайший торговый центр купить себе понравившиеся не так давно серебряные сережки с искусственным топазом. Маленькие, аккуратненькие, они идеально мне подходили и обладали весьма демократичной ценой. Все бы ничего, если эти самые сережки не оплачивал мой парень, с которым я встречалась уже семь лет, а примеряла их какая-то блондинистая фифа.

Я окликнула его по имени, показала средний палец, развернулась и ушла, а он сделал вид, будто не заметил меня. Это ударило по самолюбию, больно ударило, но я сдержалась и прикупила в супермаркете не водку, не пиво и даже не торт, а палку куриной ветчины и хлеба. Сделаю бутерброд и зажую свое горе.

В принципе, чего-то подобного (измены, то есть) я ожидала еще с тех пор, как мне поставили страшный диагноз – бесплодие третьей степени из-за недоразвития яичников. Ни первичное, ни вторичное бесплодие задело меня, а именно абсолютное! С этим поделать ничего было нельзя, а взять ребенка из детдома я так и не смогла, банально испугавшись взять неизлечимо больного и всю оставшуюся жизнь провести в больницах.

Так что ничего неожиданного не произошло, и последующие двое суток я в одиночестве поедала купленную ветчину «Аппетитную», которая аппетитной для меня совершенно не была, а скорее безвкусной.

Родители не позвонили ни на Новый год, ни на день рождения, и я не стала их лишний раз беспокоить. Навязываться не буду! Если они не хотели поддерживать со мной связь, то и я не хотела. Отсутствие отношений между нами стало еще одной причиной, почему я отказалась от идеи опеки над сиротой: раз уж кровным родителям до меня нет дела, то и приемыш вряд ли будет испытывать ко мне особые чувства. Только к моему кошельку, который недостаточен для претворения в жизнь всех желаний даже моих, не то что детских со всякими айфонами, айвотчами и макбуками.

Я твердо намеревалась не выходить из дома до самого утра третьего числа, когда закончится провиант в холодильнике, но судьба-злодейка решила все за меня, затопив соседнюю квартиру. Благо, стояк «не мой», и проблем с хозяйкой арендуемой квартиры у меня не будет. Но в доме отключили воду и электричество. У соседей бежало настолько сильно, что затопило новенькую проводку. Ее соседушка прокладывал ровнехонько позавчера, чтобы успеть к Новому году, и задалбливал меня перфоратором аж до десяти часов вечера.

В квартире не было ни капли воды, из-за чего я была вынуждена выйти в магазин за парой пятилитровых бутылей. Их мне должно было хватить на несколько дней, если поломку устранить быстро не получится. Я не была наивной девочкой, считающей, что аварийка будет что-то чинить, когда на улице минус сорок. Все равно ЖЭК выйдет с новогодних каникул только девятого числа.

Только я могла навернуться на посыпанной песком дорожке и, пролетев добрых два метра, чудом не выскочить на проезжую часть! Зато обе пятилитровые бутыли, которые я с таким усердием тащила из магазина, попали под колеса дорогой иномарки (для меня все красивые машины иномарки), из-за чего эта самая иномарка врезалась в столб дорожного знака.

Водитель орал на меня, потрясая перед моим носом видеорегистратором и угрожая компенсацией в шестьсот тысяч, которые я не зарабатываю даже за год. Со страху я быстренько сфотографировала аварию и даже сняла видео на смартфон, пока водитель иномарки вызывал дпсников. Не могла же я так влететь из-за каких-то бутылей с водой!

Дорожная служба явилась через полтора часа, когда я продрогла напрочь. Ага, выбежала в магазинчик по-быстренькому, налегке. По-быстренькому, как же! До соседнего магазинчика через дорогу!

Зато через десять минут после прибытия дпсники отпустили меня, опросив на тему имени и контактов для связи. Надеюсь, мне не придется тащиться в отделение. Не хотела думать о плохом и надеялась, что перегар от водителя мне не почудился.

У двери в подъезд меня ожидал еще один сюрприз: огромная сосулька размером с две мои головы острием проткнула пластиковый козырек. Она упала ровнехонько тогда, когда я под него встала, чтобы щелкнуть магнитным ключом домофон. О том, насколько волшебным образом она не проломила мне череп, оставалось только гадать.

Точно проклята!

А «вишенка на торте» ждала меня в обкуренном подъезде, в котором последний капремонт был аж при советском союзе. Лет двадцать пять здесь не делался не то что капремонт, а даже банальной «косметики» не было. Штукатурка растрескалась, краска отходила от стен кусками. Недобросовестные соседи тушили сигареты даже не в жестяную банку, а на полу. Вот за что я платила за капремонт такую внушительную сумму, если в подъезде даже уборку не проводили?

Я увидела ангела.

Сначала мне показалось, что девочка-подросток облилась флуоресцентной краской. Это в первый момент. Во второй момент подумала, что так «удачно» на нее упал свет из давно немытого окна подъезда. И только в третий момент я поняла, что она светится вся, и у нее над головой парил сверкающий нимб. А не заработалась ли я? А не пора ли отдохнуть, заварив крепкого чайку?

Я женщина двадцать первого, а не какого-нибудь пещерного века, так что сразу же задрала голову и посмотрела вверх. Вдруг за спиной девушки горела лампочка на сто пятьдесят или даже двести ватт? Я видела в сериале, как одну старушку чуть до инфаркта не довели!

Когда мои ожидания не оправдались, я обошла светящуюся девушку и попыталась выкинуть ее из головы. Вдруг мой телефон зазвонил. И что бы вы думали? Схватив смартфон, я остановилась за мгновение до катастрофы! Старая лестница провалилась, обрушившись с самого верха и до середины. То есть ровно до того места, где стояла я. Еще один шаг, и меня погребло бы под развалинами!

– Нет, ну я так не играю! – недовольно воскликнула девушка за моей спиной. – Мне обещали, что ни один смертный не сможет меня увидеть! А эта!.. А вдруг эта смертная меня не только видит, а еще слышит?

Я обернулась и увидела, как она вскинула руки. Какого черта? Мне действительно привиделся ангел? Или все-таки черт, раз она бесилась, что я чудесным образом избежала не смерти, но серьезной травмы точно.

– Ты кто такая? – подозрительно спросила я, сунула смартфон в карман куртки и приготовила сумку к атаке, подняв ее над головой. На всякий случай. Вдруг эта ангелочертка бешеная, и мне придется защищаться?

– Ты меня видишь? – ангелочертка уставилась на меня, как на невиданную чудесность. – Ты меня слышишь? Правда... и видишь, и слышишь? Невероятно! Ты, наверное, особенная?

Она меня случаем дурочкой не считала? От ее пристального внимания я, конечно, хотела уйти и даже отступала, как могла... пока не врезалась в стену. Хорошо я не шла немного левее, а то навернулась бы в образовавшуюся после обрушения лестницы дыру.

– Вот как я теперь попаду домой, а? – спросила у нее, глядя в упор. Квартира, которую я снимала, находилась этажом выше, и без лестницы я попасть в нее не могла.

Все, что я хотела, это в душ и спать, а теперь придется вызывать службу спасения. Сначала их ждать, потом выслушивать их причитания и давать «свидетельские показания». Ой, ужас! Меня же затаскают по инстанциям! Не дай бог, меня еще и обвинят в вандализме!.. Только для начала нужно разобраться: это незнакомая девушка подорвала лестницу, или у меня галлюцинации на фоне переутомления?

– Поговорим в другом месте! – авторитетно заявила ангелочертка, подняв указательный палец вверх.

У меня помутнело в глазах, и в следующую секунду мы обе оказались в коридоре моей квартиры. Чудеса! Это телепортация? Или минутная потеря рассудка? Или я потеряла сознание на лестнице, и добрая девушка дотащила меня до квартиры?

Нет, с моим везением надеяться на чудо не стоило!

– Кто ты такая?

Я старалась сохранять холоднокровие, даже если получалось препаршиво. Валерьянки дома не было, а угодить еще раз под машину с пьяным водителем я не планировала. Так что в аптеку за пустырником точно не побегу! Я уже молчу, что ближайшая аптека и все остальные в городе могли нечаянно закрыться на санитарный день!

– Важно не кто я такая, а что с тобой не так!

Ангелочертка пыталась меня заболтать, но меня так легко не пронять! Я ж не дурочка с переулочка в конце-то концов. Тогда я повторила вопрос, проигнорировав ее. За это мне на голову упала люстра. Точнее, на сумку, которую я до сих пор держала над головой. Прям по пальцам. Больно!

– Если вкратце, то ты бессмертна, – объявила ангелочертка. – Ты должна была умереть при рождении из-за врачебной ошибки. Но из-за моих дурных однокурсников в академии смерти ты не умерла и продолжаешь жить. И, знаешь ли, согласно записи в небесной канцелярии, тебя не существует!

Ангелочертка выдала тираду как на духу, и я поняла, что ни черта не поняла. А еще вспомнила, что по соседству жила старушка, и у нее всегда был просроченный валокордин. Поможет при одном упоминании!

– Как же они меня достали! Из-за них я не могу закончить контрольную работу! – продолжила ныть ангелочертка. – Я хотела пойти учиться в Академию Демиургов, а не в Академию Смерти! Я хочу миры создавать, а не вести существ из разных миров от рождения до смерти и дальше через перерождение к рождению. Это скучно!

– Окей, – протянула я, опустив изрядно занемевшую руку с сумкой, а заодно стряхнув с нее осколки советской люстры. – И что ты хочешь от меня услышать? Предлагаешь вены себе порезать? Или выброситься из окна?

Сарказм изливался из меня бурной рекой, и я даже не собиралась сдерживаться. Да разве можно, когда мне объявили, что я бессмертна, и этим самым мешала кому-то «закончить контрольную работу». Эй, але, гараж, это моя жизнь, а не твоя неудачная контрольная работа!

– Не получится, – огрызнулась ангелочертка. – То лезвие ножа затупится или растрескается, то снегоуборочный грузовик под окно встанет. Как ни пытайся убиться, ничего у тебя не получится. Хорошим заклинанием эти черти твою душу уберегли! На три круга!

Что такое заклинание на три круга, я даже не задумывалась. Случайно брошенный на беззвучный режим смартфон доводил меня звонкой вибрацией, пока я не взяла его. Четырнадцать пропущенных! И в конце, как вишенка на торте, эсэмеска: «Ты кому iMac Pro отправила, дура? Ты уволена!»

Эх... Теперь работу новую искать! Мое везение сегодня зашкаливало, и хотелось банально на ком-нибудь сорваться. Этим «кем-то» я выбрала ангелочертку, потому что она реально выводила меня из себя. Вот зачем она ко мне пришла? Чего добивалась?

– И дальше что? Может, создашь для меня другой мир с «блек-джеком и шлюхами»?

Впрочем, мне действительно стало интересно, что она могла предложить.

– А это идея! Только не для тебя новый мир, а новую тебя для мира! – вдохновилась ангелочертка, а я сглотнула от ее небывалого воодушевления. Боюсь, для меня это не кончится ничем хорошим. – Давай! Сделаю из тебя творческий проект и подам его в комиссию по контролю образования! И тогда меня переведут в Академию Демиургов! На элитный факультет!

Я влипла? Да неужели? Придется разлипнуть и как можно скорее! Дополнительные неприятности мне ни к чему! Или стоило попробовать? Почему бы и... да?

Впрочем, спустя двадцать минут, мы сидели за обеденным столом и пили чай. Моя правая рука, слегка поцарапанная осколками разбившейся люстры, побаливала, но особого дискомфорта не доставляла. Наверное, я просто привыкла испытывать постоянный стресс, поэтому на его проявления так сильно, как надо бы, не реагировала.

– Так уж и быть, я позволю тебе высказать свои пожелания. А я попробую все их исполнить! – весьма щедро предложила ангелочертка.

Она на самом деле училась в Академии Смерти и через пару сотен лет обучения должна была стать полноценным ангелом смерти? Ее душа явно просила другого! Она хотела стать демиургом, а в Академию Демиургов ее почему-то не пустили, решив, что у нее недостаточно фантазии. Или ответственности.

Что касалось ответственности, мне было только на руку. В том, что передо мной сидело потустороннее существо с мистической силой, я поверила. В то, что оно теоретически могло перенести меня в другой мир – тоже. Не стоило отрицать очевидного и принять как данность: мне предлагали уйти в другой мир на моих условиях только ради того, чтобы я не мешалась под ногами. И условия мне давали выбить получше.

А иначе что? Что меня держало в этом мире? Катастрофическое невезение? Нелюбимая работа, с которой меня, кстати, погнали поганой метлой? Или съемная квартира, которую иначе как «халупа» не назовешь? Даже люстры порядочным гражданам на головы падали!

Ах да. Еще у меня был студенческий билет и студенческая скидка в двадцать процентов по вторникам в сушильне напротив главного корпуса. После того как в суши вместо крабового острого соуса мне положили кетчуп, в ту сушильню я больше не ходила.

– Выбирай, что хочешь иметь в новом мире? Красоту? Богатство? Магию? – ангелочертка (я успела привыкнуть к такому наименованию, ведь своего имени она так и не назвала) из ниоткуда достала сверхтонкий белоснежный лист.

– Я все хочу. И внешность, и деньги, и магию. Раз посылаешь меня в никуда, то должна мне дать все, что только можешь! Так что записывай по пунктам!..

– Нет! Не пойдет! – возмутилась ангелочертка. – А лимузин тебе не подарить? И домик в Майами у самого пляжа?

– Только если в комплект также включается набор слуг, бесконечный банковский счет и безлимитный интернет!

Договориться с ангелочерткой нам не удавалось на протяжении долгих минут. Она пыталась вдолбить мне, что я хотела слишком многого, а я отказывалась идти на уступки и соглашаться на компромиссы.

Спорили мы долго, пока у студентки Академии Смерти не начал отваливаться язык. В метафорическом смысле, естественно. В отличие от нее, язык у меня был подвязан и натренирован долгими годами работы консультантом в магазине цифровой техники. Ах да, меня уволили...

– Твои требования прямое нарушение законов мироздания!

– А ты возмущалась, почему тебе недостаток фантазии и отсутствие ответственности приписывали, – как бы невзначай заметила я, вертя между пальцев чайную ложечку. – Ты даже создать условия, в которых мои требования будут выглядеть нормальными, не можешь. А значит, ты не сможешь создать мир по начальным условиям. Твоя мечта стать демиургом обречена на провал.

Я попала в яблочко! Доставшийся мне ангел вряд ли отличался умом и сообразительностью, как птица Говорун, чем я могла бы воспользоваться для своего обогащения. Взять ее на «слабо» оказалось проще простого, и уже через несколько секунд на белоснежном листе мы составляли список моих требований.

Что я могла пожелать? Список продуктов на праздники всегда был значительно короче. Ангелочертка обещала выполнить все требования, насколько это было возможно полностью или хотя бы частично. На «частично» я согласилась только насчет денег: если я окажусь с огромными суммами на счетах, то мне быстренько крылышки подрежут.

Осуждение шло хорошо, бодро, с огоньком, но ровно до того момента, когда я затронула тяжелую для себя тему бесплодия. Ангелочертка мгновенно помрачнела и замолчала. Мне ее реакция, естественно, не понравилась, и я потребовала объяснений.

– Понимаешь... тут такое дело... – замямлила ангелочертка, – я могу это устроить беременность, не вопрос. А вот именно ребенка... Да еще и своего... Тебя не существует, понимаешь? А за кражу чужой души нас обеих четвертуют...

Я не могла поверить, что жизнь со мной могла обойтись настолько жестоко. Мне не дано ни в этом мире построить нормальную семью, ни в другом даже гипотетически. Разве это справедливо? Я не могла согласиться с этим!

– А может есть какая-нибудь лазейка, а? Не хочу я мертвого рожать. Ты подумай. А вдруг? – ангелочертку приходилось умасливать, но, учитывая опыт отвратительно окончившихся отношений, сколько у меня их ни насчитывалось, мне было важно заполучить лишь одну успешную беременность именно моим ребенком, а не чужим. Мне казалось, что только так я, наконец, стану полноценной.

Ангелочертка глубоко призадумалась и опустила голову на стол. Видимо, я ей действительно сложную задачку подкинула. Но я знала, что она справится, и мысленно держала за нее кулачки. Давай же, придумай что-нибудь! Ты сможешь!

– Есть одна возможность! – через некоторое время объявила она. – Вот только... Это большой секрет! Есть в магических мирах такое понятие, как «чрево мира». Чревом мира, или, точнее, Хранителем обычно становится избранный маг от рождения и до тех пор, пока не родится новый. За это время ему ни в коем случае нельзя умирать, иначе его мир будет уничтожен.

– А Хранитель мира знает о возложенной на него ответственности? О своей избранности? – я начинала прикидывать, сколько за личную услугу мог потребовать охамевший от собственной гордости Хранитель.

– Нет, конечно! У него даже особой «божественной» силы нет. Магии Хранителю дается ровно столько, сколько нужно для защиты собственной жизни. Все!

Интересный поворот! Значит, договориться с Хранителем будет намного легче, чем я успела себе надумать. В таком случае я не видела особенных причин оставаться и продолжать влачить жалкую жизнь. В другом мире точно будет лучше! Да еще и в магическом!

– В чем подвох? – ангелочертка смотрела на меня слишком странно. Она будто оценивала мои шансы договориться с Хранителем самостоятельно, без ее вмешательства. – Ну же, говори!

– Я постараюсь найти магический мир, чтобы Хранителем был молодой мужчина, – пообещала она и вернулась к списку моих требований.

Она водила голубым пером по белоснежному листу, придумывая мою будущую новую жизнь, а я не могла сообразить, зачем Хранителю, который должен меня чудесным образом исцелить, быть молодым мужчиной? Мне и старая женщина сойдет. Даже лучше.

– Покайся, ангел, – протянула я. – Почему на Хранителя накладываются ограничения?

На меня посмотрели, как на бестолковую школьницу, которая ничего лучше двояка за все годы обучения не получала. И тут до меня начало доходить, что выбрать мужчину на свой вкус я не смогу. Либо придется обзавестись мужем, либо донором. Неожиданная перспектива! Неудобная, я бы сказала. Или наоборот?

– Ты уж поищи и посимпатичней, и побогаче. Ну и... чтобы характер был не слишком мерзкий, хорошо?

Настроение падало. А чего я хотела? Чтобы все было легко и просто? Мне выдался невероятный шанс! Можно считать, волшебным образом повезло в первый раз в жизни! Нужно всего-то преодолеть небольшие трудности...

Ангелочертка кивнула и исчезла в бледной вспышке света. Первые десять минут я допивала остывший чай, надеясь, что она вот-вот вернется. Следующие два часа я слушала, как сосед сверху долбит на барабанной установке, напрашиваясь на вызов полицейского наряда.

Заходила соседка с просроченным валокордином, которая не могла спуститься на лавочку и ей жизненно необходимо было с кем-то посплетничать, называя соседей за их спинами проститутками и наркоманами. От нее я еле отбилась и закрыла перед носом дверь, заслужив ярлычок наркомана. Даже бабуся по соседству знала, что моя личная жизнь находилась где-то на уровне абсолютного нуля.

И только глубокой ночью моя неожиданная гостья вернулась. Она схватила меня в охапку, счастливо доложив, что нашла подходящего под мои запросы мужчину и частично подготовила условия моей новой жизни, которые мы доведем до ума по прибытии и по моему вкусу.

– Ну что, поехали!