Глава 18

Через два дня я стояла у обзорного окна палаты Эльрем в лучшем госпитале столицы. Эльрем констатировали сильное магическое истощение, но ни один из врачей не отыскал ни следа воздействия серьезнейшего из запрещенных смертельных проклятий. Его не смог распознать ни Денвер, ни Крайлу. Ни ректор лучшей магической академии в империи, ни сам глава тайной канцелярии. Никто.

Я сама стояла в больничной ночнушке. Меня прооперировали в тот же день. Извлекли обожженную куколку мотылька из шеи, где он в последний раз превратился в татуировку. Денвер назвал ее символом призыва и был шокирован, что мой летун не уходит в подмир, а остается на коже настоящей татуировкой. Пришлось вырезать хирургическим путем.

Шею я не чувствовала. На нее наложили не меньше десятка обезболивающих заклинаний, стерильную повязку и корсет, чтобы не чесала. У меня и не чесалось ничего. А еще мне обещали, что на всю жизнь останется шрам, который придется скрывать иллюзиями.

Поверить не могу. Мотя умер, закрыв меня собой от магического взрыва. Я даже не заметила, что он подставился. Он – первое разумное существо, ставшее мне другом, товарищем и союзником в этом мире. Я не могла не плакать, вспоминая, как Мотя таранил Дрока. Как он же плевался от гречки и в пару мгновений слопал райское яблочко. Плакала и улыбалась. Слишком больно его потерять.

– Ирис! – строго окликнул Дрок. Я даже оглянулась. У меня на запястье был особенный больничный браслет с доступом в палату Эльрем, поэтому обзорное окно было для меня прозрачным. Точно такой же браслет должен быть на руке Дрока и тоже с доступом в две палаты. В мою и его сестры. – Почему ты встала?! Тебе провели серьезную операцию!

Дрок так беспокоился обо мне. Беспокоился настолько сильно, что, по уверениям медперсонала, ко мне дважды или трижды заходила я. Тогда меня все еще держали в медицинском стазисе, и мне не довелось познакомиться с ней. Но сам факт!

Про беременность тоже до сих пор никто не узнал. Магия, конечно, сильна, но не сверхсильна. Сутки – слишком маленький срок, чтобы определить беременность даже с помощью человеческой магии. На это способна только божественная.

– Ирис! Немедленно вернись в палату! – тихо прорычал Дрок. Ну, конечно… в больнице нельзя нарушать тишину. Он даже схватил меня за руку, но так и не потянул в сторону палаты. Только развернул к себе. – Скажи… Ты винишь Эльрем в гибели Моти? Или меня?

– Нет, – я даже не сомневалась, что ни Эльрем, ни Дрок невиновны в его кончине.

Только Он. Бог. Он знал, что взрывом должно было убить Ведаса Дрока. Он знал, что Мотя защитит меня, если Он подставит под смертельный удар меня. Он знал! Он все знал с самого начала! Разве богу так сложно сохранить жизнь одному маленькому мотыльку? Сердце разрывалось от боли. Зачем Он поступил так? Можно было просто свалить с ног Дрока! Оттолкнуть его! Можно было не убивать Мотю!

Если бы я эгоистично не появилась в этом мире, Мотя бы спокойно жил в доме и питался тем, что вырастет в саду. Может быть Дрок все равно нашел этот дом и сжег его. И Мотю вместе с ним, как «чернобыльского». Вряд ли пощадил, отреагировав на него также, как и я на первый взгляд.

Но если бы меня не было… кто бы тогда исцелил Эльрем от проклятья? Кто бы организовал эвакуацию тех людей в поезде? Если бы не я, Дрока в том поезде не было вовсе. Если бы Дрока не было в поезде, не только бы те люди погибли, но и никто бы не узнал о смертях стражей, которых на местах заменили Змеи. И предательство старика-портальщика также так и не стало бы известным…

– Идем, – Дрок обнял меня за плечи и повел обратно в палату. – С Эльрем все будет хорошо. Она восстановится. А Мотю похороним, как полагается. На кладбище летунов. Тяжело было договориться без полного заполнения анкеты погибшего.

А ведь я получила то, что хотела, когда соглашалась отправиться в другой мир. Я получила лучшего мужчину. Молодого, из богатой родовитой семьи. Могущественного мага. И, тем не менее, настоящего лапочку, который с самого детства привычен к женщинам с моим характером. Действительно, он идеален для меня! Еще и забеременела двойней, по уверению бога. Осталось только души детей выкупить.

Я получила все. Всего лишь за несколько дней. Если бы не божественная помощь, у меня бы так ничего и не было. Вряд ли наша мимолетная влюбленность стала бы чем-то большим так скоро, если бы не вмешательство бога. Я поверила ему. Я захотела поверить, что он не причина огня, а лишь кислород, что разжигает пламя сильнее.

– Все будет хорошо, – резюмировала я. – Жизнь продолжается. Продолжается…

Мне нужно было выполнить условия сделки. А также избавить Денвера от мучений, которые причиняет ему телепатический сверхдар. Два дня назад мне казалось смешным, что такой взрослый дяденька, ректор магической академии, и до сих пор не взял собственную магию под контроль. Больше не казалось. Потому что магия не всесильна. И она тоже причиняет боль.

Теперь оттого, выполню ли я условия сделки, зависело две самых важных для меня жизни. И я их никому не отдам! Пусть подавится! Если Тиарис Шторм будет не такой, какой Он ее описал… Я сделаю все, чтобы помочь Денверу найти другую девушку. Нормальную! Я не стану причиной чужих страданий. Тем более страданий того, кто мне доверился. А как иначе объяснить его «спасибо»?

Утерев лицо от слез, я повернулась всем корпусом к Дроку и улыбнулась ему. Шея начинала побаливать. Видимо заканчивалось действие обезболивающих заклинаний. Тогда я позволила Дроку проводить себя в палату и уложить в постель. Мне нужно было хорошо отдохнуть перед учебным годом в академии, чтобы поднабраться сил для великих свершений!

Я постаралась заснуть как можно скорее, чтобы не заставлять Дрока долго сидеть со мной. Я не знала и не хотела знать, что сейчас творилось в императорском дворце после гибели императора и его супруги. Мне хватило обещания бога, что Дрок не станет регентом. Что он не станет мишенью для жаждущих власти родовитых богачей.

– Спи, Ирис, – прошептал Дрок и поцеловал в нос. Разве что в нос меня можно было поцеловать, чтобы не потревожить шею лишний раз.

***

– Хорошо, когда сказки хорошо кончаются, – сказал Арфалиес, Великий Архангел и ректор Небесной Академии Демиургов по совместительству. – Не находишь?

– Да, сэр, – согласилась Вилеса, опустив взгляд в землю. – Добрые сказки всегда должны хорошо заканчиваться.

Создатель мира поймал ее практически сразу. Вилеса еще попыталась убежать от него, скрыться в Академии Смерти, но ничего не вышло. По остаточному следу воздействия архангел Арфалиес фактически поймал ее за руку и вернул обратно в этот мир.

– Ты понимаешь, что поступила некрасиво, вмешавшись в ход событий чужого мира? – спросил Арфалиес с улыбкой.

– Понимаю, сэр. Прошу прощения сэр, – каялась Вилеса. И наконец она поняла, что другого шанса у нее просто-напросто не будет. – Но, сэр! Я надеялась привлечь ваше внимание! Только так я могу попробовать перевестись в Небесную Академию Демиургов! Я уже все перепробовала!

– Думаешь, справишься с учебным планом? – уточнил Арфалиес. – У тебя хорошие оценки по лабораторным по соизмерению сил. А на практике ты наделила маленькое существо такой силой, от которой его вот-вот разорвало бы в клочья. Я об этой душе.

На раскрытой ладони Великого Архангела появился пепельный сгусток энергии, и Вилеса вновь потупила взгляд. Она немедленно узнала душу насекомого, погибшего при мощном магическом взрыве. Если бы не сила, полученная насекомым из райского яблочка, то погибло не только насекомое. Погибли бы все люди, находящиеся в той комнате в той момент.

– Я предупреждала Ирис, что нужно есть по чуть-чуть. Она сама виновата, что не уследила, – буркнула Вилеса. – В следующий раз я буду осмотрительнее. Обещаю. Я учусь на своих ошибках.

– Поэтому твои карманы полны яблок? – по-доброму усмехнулся Арфалиес. – Никогда больше не бери в смертные миры фрукты из райских садов.

– Поняла.

– Тогда… начни с лабораторной работы по соизмерению. Рассчитай, какой магией помимо телепатических блоков божественного уровня можно наделить Тиарис Шторм, чтобы последствия принятия были минимальными и даже сводились к нулю.

– Спасибо, сэр! – воскликнула Вилеса. – Немедленно займусь! Рассчитаю за сутки местного времени этого мира!

Душа в ладони Арфалиеса обросла чешуей и превратилась в маленького дракончика. Великий Архангел улыбался, следя, как пепельный малыш пытается впервые встать и поставить крыло. Он еще слишком слаб, но уже пытается сделать все от него зависящее, чтобы вернуться к хозяйке.

Арфалиес не стал стирать воспоминания. Если Ирис пожелает, она сможет узнать родную душу в новосозданном теле. Она ведь и сама получила абсолютно новое тело. Хорошо, что он заметил манипуляции Вилесы своевременно, а-то кто мог предугадать, какое тело смогла бы состряпать неумелая студентка Академии Смерти?

***

Сон интересовал меня в последнюю очередь. Чего мне действительно хотелось, так это наплевать на все социальные и научные законы мира, взять килограммовый брикет мороженого, включить слезоточивую мелодраму серий на двести и свернуться клубочком под одеялом в уютной постельке. Моим желаниям сбыться сию секунду не дано. И в следующую секунду тоже. И даже через неделю, потому что за все время пребывания в новом мире я не увидела ни одного зомбоящика. Про интернет речи не шло вовсе.

Дрок еще некоторое время провел в моей палате, пресекая любые попытки встать или даже сбежать из больницы. Я с самого детства ненавидела приближаться ко всему связанному с медициной, потому что слишком часто попадала в травмпункты в любом районе города. Я умудрялась найти приключения даже там, где их в принципе не искали, а зализывали раны.

Складывалось впечатление, что за мной следили, меня контролировали и защищали даже от самой себя и собственных необдуманных поступков. Кое-кто понял, что без ежесекундного наблюдения я умудрялась попадать в неприятности различной степени тяжести, и старался уберечь от проблем. Наивный или просто дурак? Даже его присутствие не поколеблет мою неприступную и всемогущую неудачливость!

– Тебе на работу не надо? – спросила я у Дрока, толсто намекая, что ему пора свалить и оставить меня в покое.

Я не винила его в смерти Моти. Он невиновен, что я стала живым щитом для него, а за меня вступился Мотя. Просто было гадко на душе и паршиво в голове, что я не смогла уберечь маленького летуна, спрятавшегося в татуировке на моей шее.

– Я работаю.

В руках Дрока обнаружился планшет, словно айпад, оставшийся незамеченным мной. Местный эквивалент внешне мало походил на привычные планшеты, будучи полупрозрачной серебристо-белой пластинкой, выточенной из куска кристалла. Я не видела, что происходило на экране такого планшета, зато не могла не заметить, как музыкально парили над ним длинные пальцы Дрока, словно он печатал на ноутбучной клавиатуре.

– У вас там трагедия национального масштаба и все такое, а ты зависаешь в палате подружки? – возмутилась я, чувствуя неприятное головокружение от ненавидимого больничного запаха помеси формалина и лекарств. – Тебя за такое по головке не погладят. У тебя кстати кто в начальниках? Чародей? Или императрица напрямую?

Дрок соизволил поднять глаза. Он пронзительно и жестко зыркнул на меня, словно я только что предала его и раскрыла величайший секрет империи. Ой, мамочки. Мне про старшую принцессу и ее будущую коронацию сообщил Хозяин Мира! Сильнейшие политические деятели пока не знали, кто сядет на императорский трон, а я знала! Не удивительно, что Дрок с таким умопомрачительным подозрением воззрился на меня, будто вот-вот сожрет.

– Ты знаешь что-то, что не знаю я?

Я чувствовала, что несу бесполезную и даже опасную чушь, но остановиться не могла. Мне бы не позволили после того, как я умудрилась затронуть серьезную и крайне острую тему в связи с происходящими событиями. Император и его жена были убиты жестоким морским монстром. Учитывая закон Мерфи и другую подобную антинаучную чепуху, с вероятностью в девяносто девять процентов венценосные супруги были убиты революционерами. Ну, мне так казалось, и моя теория не была лишена смысла.

– Эмм… разве старшая принцесса не унаследует корону? Вряд ли кто-то посмеет выступить против ее права и мнения чародея!

Иногда лучше взять закрыть рот, притвориться партизаном в плену у гитлеровского немца и до последнего вздоха защищать родину. Хорошая мысля приходит опосля! А если вспомнить всю мою жизнь, то даже приход «опосля» не спасает меня от очередных грабель, на которые я в очередной раз наступаю на одном и том же месте!

– Вуилред Миналис последние шесть лет не покидает удаленной обители. Почему сейчас его должно заинтересовать, кто станет новым императором?

Ой-ей, я снова влипла! Кто ж знал!.. И правда… как тогда чародей мог полюбить и полюбить взаимно старшую принцессу, если ей сейчас то ли восемнадцать, то ли девятнадцать лет? Это ж сколько ей лет было, когда мужик, которому сейчас больше сорока лет, искренне полюбил ее? Я не хочу об этом думать! Скорее всего, он тайно выбирался из своей обители под покровом ночи и в одну из вылазок в течение последнего года познакомился с совершеннолетней принцессой.

– И ты поверил? Думаешь, самый крутой маг современности спрятался в домике, как бунтующий подросток, и объявил бойкот всему миру?

Мне стоило замолчать, но язык развязался, будто я подвыпивши. Меня прооперировали два дня назад, и я не верила, что продолжала находиться под воздействием местного наркоза, а потому кайфовала, как могла, и не следила за языком. Сказала «А», говори «Б». Ну, или соври «Б», если сказать нечего.

– И что ты хочешь этим сказать?

Я пожала плечами. Придумать ложь не хватило ни фантазии, ни настроения. Зато я выдала пищу для размышлений. А еще я поняла, что три брата не так близки между собой, как я думала раньше. Дрок не видел чародея минимум шесть обозначенных им лет. Денвер вероятно не видел чародея еще дольше. Откололся… оторвался листок… отбился от стаи орел молодой?..

То ли строки стихотворения, то ли просто подходящие по смыслу фразы крутились в голове и сбивали с толку. Мне раньше в голову не приходило, что будет с миром, если три полубога соберутся вместе на одной стороне. Для любого противника или врага империи божественная троица станет непреодолимой преградой. Хорошо, что они на нашей стороне, а не на стороне преступников.

– Что ты хочешь этим сказать, Ирис? – с нажимом повторил вопрос Дрок. – Ирис!

– Сходи на работу, дорогой, и дай мне, наконец, поспать! – фыркнув, я повернулась спиной к Дроку, выражая крайнюю степень недовольства. – Понял меня? Я терпеть не могу, когда кто-то стоит надо мной и смотрит, как я сплю! Раздражает!

Всеми силами я пыталась закрыть неугодную тему, в то время как Дрок буравил меня взглядом, давил психологически и молча требовал, чтобы я рассказала ему все, что знала. Ну уж нет! В девушке… должна быть загадка! Не просто изюминка, а целая тыква секретов, как у мегапопулярной во все времена Золушки!

– Ирис!

– Думай сам! А я на боковую!

Я повторяла и повторяла, что хочу спать и собираюсь спать очень и очень долго, мне совершенно не спалось. Никакие попаданистые части тела приключений не хотели и не ждали. Когда Дрок ушел, я смогла спокойно выдохнуть. Его компания мне приятна, я с удовольствием проводила с ним время и без сомнений любила его, но… но за последние два дня прошедшие с операции его стало много. Слишком много для одной меня, и я устала.

Я устала от Дрока, устала от больницы, устала от всего и хотела прогуляться в одиночестве в уютной осенней по-летнему теплой тени. Пункт первый сразу пасовал: в окно лезло яркое солнце, на улице жара и духота убивали все живое, а дождь не планировался в текущем тысячелетии. В палате на блюде под тканевой салфеткой ждал моего внимания горячий обед, а я не удовлетворяла его требования.

Ничто не могло удержать меня от побега из штаб-квартиры самого дьявола! …кроме охраны за дверью. Два бойких мальчика примерно моего возраста стояли на стреме, исполняя три приказа: никого не впускать, никого не выпускать и предотвратить побег Ирис Шторм. Выглянув в коридор, я улыбнулась рослым мальчикам из охраны, мальчики улыбнулись мне, и я закрыла дверь изнутри, от досады хлопнув дверью.

– Ты не пройдешь! – пафосно заявила я закрытой двери и фыркнула.

Это с виду кажется, что два мальчика не такие уж сильные, и я с легкостью смогу сбежать от них. Опыт кричал, что у меня ничего не выйдет, и я снова вляпаюсь в неприятности. Или сломаю себе что-нибудь. Тогда меня точно запрут в больнице на месяц или даже два без шанса на спасение. У окна открывалась только форточка, и в нее я не могла пролезть по габаритам. Плата словно спроектирована специально для склонных к побегам пациентов.

Попытка слинять из больницы, отпросившись в туалет, потерпела неудачу. Охранники вызвали двух медсестер, и две девушки сопровождали меня до, во время и после. Так стыдно мне еще никогда не было! Особенно за нечаянно устроенный потоп. Хоть убейте, я понятия не имею, почему вода вдруг начала пребывать и затапливать санитарную комнату!.. но бдительные медсестры не отступили от высочайшего приказа и сначала вернули меня в палату и только после этого подняли визг.

Стоило отчаяться, как в палату вернулся Дрок… почти Дрок. Светящийся, с нимбом над головой Дрок осторожно притворил за собой дверь и заинтересованно взглянул в сторону до сих пор горячего обеда.

– Вилеса, – мрачно вздохнула я и закрыла глаза ладонями. Господи, пускай свечение и нимб видела только я! Светящийся Дрок выглядит отвратительно. – Только ты могла додуматься до такого…

– Ну, хватит, а? – в любимом голосе из уст клона слова звучали непривычно. – Я, между прочим, пришла тебя спасать! Двуглавый дракон держит в плену невинную деву! Где же твой принц, о невинная дева? Принца нет, я за него!

Я даже представить не могу, что Вилеса предложит. Телепортироваться в другое место? Как мне потом объяснять, как я выбралась из запертой комнаты? Окей, не подойдет. Еще варианты? Выбить дверь и прорваться с боем? Так охраннички немедленно доложат Дроку, и он вернет меня в палату. Только в другую. В ту, которая с мягкими стенами. Тогда… ммм… даже не знаю.

– Так что, принц, твои предложения? – хмыкнув, я села на постель. – Как мне пройти мимо охранников, чтобы они увидели меня и не остановили?

– Обязательно тебя? – хитро спросила Вилеса, и мне закралась крамольная мысль. Мне случаем не в Дрока превратиться? Тогда Вилеса исчезнет, как свет утренней зари, а я пройду мимо охраны. Но как? Я не умею!

Я угадала. Именно смена внешности была гениальной идеей Вилесы, наделившей меня столь опасным даром. Я крутилась перед иллюзорным зеркалом, рассматривая черты любимого лица и чуть ли не пищала от восторга. Какой простор фантазии! Какая ширь подшучиваний над Денвером, которого клоны несколько… утомили. Один попытался лишить его ректорской должности, второй – женился на девушке лучшего друга.

– Хорошо выглядишь! – похвалила Вилеса. – Схватываешь налету! Тогда я пошла? О! Как раз меня Тиарис зовет. Не забудь помочь ей освоиться в академии. То-се, ну, ты меня поняла. Покасики!

Тиарис Шторм… настоящая леди Шторм. Именно о ней говорил Хозяин Мира, как о будущей избраннице среднего сына – Денвера. Ее личность вызывала большие сомнения, что план исполнится без сучка и без задоринки. Разве у меня что-нибудь когда-нибудь проходило гладко?

Выбора мне не предоставили. Тот выбор, который у меня якобы наличествовал, никаким настоящим выбором не был. Разве можно в трезвом уме и чистой памяти отказаться от душ тех, кто уже существует? Тем более отказаться мне, кто страстно желает дать обещанным детям жизнь!.. при условии, что Хозяин Мира мне не соврал. Этого я боялась больше всего на свете.

Ух, вздрогнем! Мне и без выпивки будет несладко, так что я готова к бою! Наверное. Даже если не готова, от сражения не убегу. Вдохнув, выдохнув и перекрестившись, я вышла из палаты, притворив за собой дверь. Мальчики кивнули мне, я кивнула мальчикам, и ушла без промедления.

Через две минуты я уже была на улице и вдыхала полной грудью свежий воздух. Какое счастье выбраться из больницы на свободу! Даже если я выглядела странно со стороны, мне было плевать. Уж к стражу никто приставать не будет. Только бы не обратился кто из нуждающихся, иначе мне влетит.

В кои-то веке мне повезло: я успела забрести в один глухой переулок и успешно превратилась в саму себя. Даже с цветом глаз не прогадала. Только с одеждой. В палате мне одежду наколдовала Вилеса, а сейчас я не могла ее исправить на женскую. Или хотя бы что-то сделать с размером не вышло, сколько не старалась. Только ушивать по старинке.

Штаны затянула поясом, куртку сняла, а полы рубашки завязала узлом под грудью. Если подумать, не все так плохо. Меня хватило пройти ровно десять метров, и со злости от жуткой жары я полыхнула огненным лезвием по брюкам, укоротив брюки до шорт. Не обожглась и не подожгла себя. Еще один плюс. Плащ выкинула. Он ужасно тяжелый!

Оставалось только найти дорогу в академию, куда Вилеса вот-вот доставит Тиарис Шторм. Надеюсь Вилесе хватит ума доставить девушку ко мне в комнату, а не в ректорский кабинет, например. Пока Эльрем в больнице, я могла бы попробовать самостоятельно ее зарегистрировать под шумок сложившейся ситуации.

У меня был шанс не облажаться с регистрацией Тиарис Шторм, учитывая что я банально не могла найти путь в академию. Выйдя в город, я уже через несколько минут потерялась на рынке, через который собиралась сократить путь. Хорошо, что у меня денег с собой не было: такая раззява, как я, могла бы стать большой удачей для мелкого ворья.