Глава 18

Лиза

Когда льдины начали разлетаться в стороны, Аллен сделал резкое толкающее движение руками, и мы все оказались спрятаны под таким же ледяным колпаком. Габриэль прижал меня к стене за стеной и прикрыл собственным телом. Остальные невольно подняли руки, рефлекторно пытаясь защитить голову, но щит Аллена оказался достаточно крепким, чтобы выдержать разрушение древнего заклятья. Земля всё ещё ходила ходуном под ногами, но на это трудно было обращать внимание, когда перед глазами происходило такое.

Мужчина, кем бы он ни был, ещё минуту висел в воздухе, сияя всей той силой, которую мы с Сумраком влили в него, а потом вдруг глаза его распахнулись. Ледяной щит был настолько гладким и прозрачным, что сквозь него всё было видно, как сквозь чистейшее стекло. Он медленно опустился на ноги, осмотрел свои руки в тонких кожаных перчатках, затем ноги в сапогах по колено, попытался разглядеть что-то сзади. Потом поправил на поясе ремень с парой мешочков и крепко зафиксированной шпагой. Вынув её, придирчиво изучил клинок, сделал пару выпадов и только после этого подошёл к нам, убирая шпагу обратно в портупею.

– Зачем вы меня разбудили? – строго спросил он и, вскинув руку, заставил щит Аллена растаять, на глазах превращаясь в большую лужу.

– А вы… праотец? – неуверенно спросил Аллен, даже не глядя на то, что осталось от щита.

– Чего-о? – протянул мужчина. – Который вообще год?

– Три тысячи сорок восьмой, – ответил один из огненных братьев.

– От явления прародителей, – добавил второй.

– Каких ещё прародителей? – не понял мужчина – и обернулся, потому что в этот момент сияние за его спиной собралось в сгусток и теперь, казалось, собирается в единую точку, чтобы вот-вот взорваться. Я спряталась за Сумрака, который как раз подошёл ко мне, во все глаза глядя на сгусток.

– Что это?.. – выдохнул Мару.

– То, почему меня не стоило будить, – мрачно отозвался мужчина. – Портал в мир Леви.

– Значит, вы всё-таки Праотец, – не спросил, а констатировал Сумрак.

Тот не ответил. Вздохнул, цокнул языком, покачал головой и, раскинув руки в сторону, призвал силу. Пещера затряслась. Сверху посыпалась пыль и мелкие камни, Аллен выставил над нами щит, а Сумрак прижал меня к себе, будто пряча под своими широкими плечами. По зову Праотца начали стекаться камни, разбитые в мелкую крошку, куски металлической руды, откуда-то потянулась вода, всё это завертелось в водовороте над сияющим сгустком, потом взорвалось ослепительной шаровой молнией, загорелось ярким пламенем – и постепенно погасло. Вместо яркого сгустка теперь был плотный чёрный кокон, сквозь который едва пробивались слабые признаки прежнего света.

– Ну, пока так, – удовлетворённо кивнул он. – А теперь пойдёмте отсюда. Страсть как хочу есть! У вас найдётся перекусить? Желательно сразу целого барашка, я даже готов сам его приготовить на вертеле, если, конечно, вертел под рукой. Впрочем, согласен и на индюшку на худой конец. Ну? Чего стоим? Где тут выход?

И он деловито пошёл по узкому коридору, а остальные переглянулись растерянно и пошли за ним.

– Это точно Праотец? – с сомнением спросила я. – По-моему, обычный мужик.

– Других вариантов у нас нет, – пожал плечами Сумрак. – К тому же, он управляет всеми стихиями, значит, он либо Праотец, либо… либо кто-то другой.

– Ты просто бог логики, – иронично заметила я. – Не поспоришь.

– К тому же, в Писании говорилось о том, что Праотец закрывал собою проход в мир Леви.

– И Саргоны ещё переживали, как его потом снова закрыть.

Пришла наша очередь протискиваться через узкий ход, и обсуждение пришлось прекратить. Где-то впереди слышался голос Праотца, слишком бодрый и громкий для нас всех:

– Так вы говорите, три тысячи лет уже прошло? Хо-хо, вот это я здорово сохранился! И что у вас тут за это время изменилось? Странное вы место выбрали для прогулок, я вам скажу, темно и сыро. Добавим огоньку?

Впереди полыхнуло оранжевым светом, и кто-то из драконов осторожно спросил:

– А не многовато ли огонька?

– В самый раз! Это вы ещё не видели, как Нилье Мрик однажды спалил целую деревню только оттого, что слишком замёрз, пока спускался с вершины горы. Я ему говорил: Нилье, я понимаю, что ты не огненный дракон, но можно же было просто затопить печь, зачем было сжигать целый сарай? Но он даже слушать не хотел. Обернулся драконом и грелся. Да так и уснул. А когда проснулся, вся деревня в дыму, а соседи уже стоят вокруг, готовые отправить его на экзекуцию. Еле уговорил отца помиловать беднягу. Впрочем, он был не самым умным драконом провинции, и довольно скоро погиб, утонув в водопаде.

Он болтал всю дорогу до лагеря, то и дело хохоча над собственными историями. Мы с Сумраком медленно шли в конце колонны и то и дело переглядывались, пытаясь лицами выразить невыразимые эмоции по поводу разбуженного дракона.

– Если честно, я себе Праотца представляла иначе, – тихо проговорила я, когда мы были уже близко к пещере. – Особенно если вспомнить Праматерь. Она вся такая… философская, чувственная, меланхоличная.

– Не уверен, что понимаю слово “меланхоличная”, но выглядит так, будто они отлично дополняют друг друга, – усмехнулся Джей.

– И ради него мы чуть не сгорели в Бездне?

Сумрак не ответил, только напряжённо смотрел перед собой. Остался последний поворот перед нашей пещерой, и когда оставалось сделать всего пару шагов, я схватила его за руку и развернула к себе лицом.

– Джей? Я же вижу, что ты о чём-то молчишь!

Он взял меня за руки, и от плохого предчувствия сердце моё упало в пятки.

– Мы больше не драконы, Лиза, – прошептал он и поцеловал мои пальцы.

Голос его был тих, но слова эти прогремели громом в ушах.

– Что значит, больше не драконы? – прошептала я в ответ. Где-то в стороне звонко упала капля воды в небольшой водоём.

– Ты ведь сама можешь посмотреть, – Сумрак прижался лбом к моему лбу. – Линии силы уничтожены, они не выдержали нагрузки. Хоть живы остались…

Я отпрянула немного, нахмурилась, пытаясь сфокусироваться на тонких, едва заметных контурах внутри тела, но ничего не выходило: в глазах будто двоилось, троилось, четверилось, вместо линий виднелись звёздочки с растопыренными во все стороны лучами. От луча к лучу тянулись потоки, которые пульсировали в ритме сердца.

– Но ведь Лораны умеют сращивать линии силы, – проговорила я, почти не чувствуя губ. – Лораны могут излечить неизлечимое…

Сумрак крепко обнял меня и некоторое время едва ощутимо покачивался из стороны сторону, утешая тем самым скорее себя, чем меня. Я жила с магией в крови всего несколько дней. А он – три столетия. Для меня она была как блажь, а для него – сама его суть.

– Зато теперь я никому не нужна. И ты теперь тоже никому не нужен.

– Вряд ли Джеферсон так легко согласится меня уволить, – я скорее почувствовала, чем услышала его усмешку.

– Ну и хорошо, будем вместе жить в храме, а вечерами ходить в город или спускаться к реке или летать по миру на дирижаблях…

Он запустил пальцы в мои волосы и сжал затылок.

– Ты всё равно останешься здесь? – его шёпот коснулся моего уха горячим дыханием.

– После всего, что произошло, мне уже не будет места в моём прежнем мире. Жить без храмов, дирижаблей, драконов и магии… это ведь станет нестерпимым. Буду иногда туда возвращаться ненадолго, погостить. Познакомлю тебя с мамой. Ведь кто-нибудь из драконов согласится время от времени доставлять нас туда?

Сумрак едва слышно рассмеялся.

– Кто-нибудь согласится. В конце концов, мы ведь не задержимся в Виригии надолго.

Я отстранилась и удивлённо заглянула ему в глаза:

– Мы собираемся переезжать?

– Нет, я имел в виду… что люди живут не долго.

Я вздохнула и вновь к нему прижалась. Те сотни лет, что живут драконы, для меня были почти вечностью, и я успела сжиться с мыслью, что теперь у меня будет столько времени, что точно успеется всё в этой жизни. А теперь мой срок вновь измерялся несколькими десятками лет, и я с трудом могла себе представить, что можно успеть за такой короткий – как мне теперь казалось – период.

– Эй, вы тут долго ещё? – из-за угла выглянул грозовой дракон и махнул лиловыми кудрями: – Мы тут как раз рассказали про Избранную, но решили, что про разговор с Золотой Праотцу лучше услышать из первых уст.

– Пойдём, – шепнула я, крепче сжимая пальцы Сумрака. – У нас ещё будет время подумать, как жить дальше.

В пещере царила совсем новая атмосфера. Невесть откуда вокруг костра выстроились вырезанные из камня гладкие подобия диванчиков, на которых и расположились присутствующие драконы. Мы вошли, крепко держась за руки, и прошли к свободному “диванчику”. Он оказался тёплым на ощупь, словно весь день простоял на солнце.

– Избранная, значит, – задумчиво проговорил Праотец, приложив палец к губам.

– Лиза, – кивнула я. – Была создана для того, чтобы возродить род драконов.

– Кхе. Как, позвольте спросить?

– В смысле – как? – слегка опешила я. – Родить нескольких девочек, которые в будущем смогут…

– Как ты родишь дракона, если сама не дракон? Слушайте, я прекрасно знаю, о каком ритуале идёт речь, в Леви им пользуются в тех случаях, когда по какой-то причине семья золотых драконов не может иметь детей. Тогда собранную воедино силу всех стихий концентрируют в зародыше, и вместо обычного стихийного дракона рождается золотой. Я и сам пару раз участвовал в этом ритуале. Только не в Виригии, она слишком молода и по какой-то причине скудна силой.

– Эй, батя, – протянул один из Саргонов. – Мы сами видели, как она оборачивается золотой драконицей.

– Вот вчера только, – поддакнул Аллен.

– Хм-м-м? – Праотец откинулся к спинке своего каменного кресла, заинтересованно приподняв бровь. А вот Габриэль нахмурился.

– И правда, – приглушённо проговорил он и поспешно подошёл ко мне. Взяв меня за руку, он пробежался по ней пальцами, поднялся к плечу, коснулся лба и замер на некоторое время. После чего мои линии силы засияли так ярко, что стали заметны даже обычным зрением.

Несколько драконов потрясённо выругались.

– Вас же было двое, – и без того бледный Аллен побледнел ещё сильнее. – Силы двух драконов должно было хватить… и мы ведь тоже помогали…

Мы молчали, и только наблюдали за поспешными действиями Габриэля. Он действительно попытался срастить несколько линий, но ему не удавалось даже подтащить друг к другу оборванные куски, которые теперь выглядели ошмётками, хаотичными отростками.

– Бесполезно, – покачал он головой через некоторое время и тупо сел на каменный пол у костра. – Полный разрыв. Чудо, что вы живы остались.

– Выходит, нет у вас больше Избранной, – усмехнулся Праотец. – Хотя это не такая уж великая проблема. В Леви ещё до моего рождения научились модифицировать организм дракона так, чтобы от него могла понести человечка. Ну, или наоборот, но у вас, я так понимаю, дракониц нет для обратного процесса.

– Тогда, получается, и Лиза сможет?.. – проговорил Аллен.

– Сможет, отчего нет. Только рождаться будут полукровки. Жизнь будет покороче, возможности поменьше, и рождаться будут в облике человека. Но взрослого полукровку от чистокровного дракона почти не отличить.

– И что это за модификация? – Габриэль встал с пола и теперь не знал, куда себя деть.

– Не знаю, – пожал плечами Праотец, чем вызвал всеобщее растерянное переглядывание. – А вот Лоана знает. Так что расскажите мне уже, где она – и пойдёмте туда, где есть еда. Честное слово, голоден, как дракон!

Он рассмеялся собственной шутке, но никто не разделил его веселья.

– На улице распогодилось, – негромко заметил Аллен. – Солнце уже встаёт, можно отправляться в монастырь.

– Так чего же мы ждём! – хлопнув себя по коленям, Праотец встал и с неестественной энергичностью направился к выходу из пещеры.