Глава 8

Лиза

В зале Советов было непривычно тихо. Драконы не спорили между собой, не кричали друг на друга, в воздухе не пахло дымом. Старейшины, как обычно, заняли передний ряд, но теперь рядом с ними расположились женщины, с которыми почти все тихо о чём-то говорили. Место старейшины Дэраго занимал незнакомый мне мужчина: видимо, старичок был уже совсем плох, чтобы участвовать в подобных мероприятиях.

Охрану при мне сократили до одного дракона, а храмовые стражи занимали свои места у дверей и больше не сопровождали меня по всей территории. Сам храм при этом постепенно оживал. В коридорах появились горничные, жрицы занимались своими делами, здоровались при встрече и собирались небольшими группами. Драконы тоже стали встречаться в храме: и те, кого вызвали в связи с ритуалом, и их сопровождающие. В общем, всё было как в мой первый день в храме: жизнь бурлила, и мне поминутно приходилось с кем-то здороваться, хотя большинство лиц мне были знакомы весьма смутно, если я вообще могла их вспомнить.

Проявившаяся метка немного чесалась. Признаться, я впервые внимательно её рассмотрела, когда заметила характерную полосу на плече Сумрака и с удивлением обнаружила, что выглядит она не как простой шрам: внутри угадывался характерный узор, подделать который было бы весьма сложно, даже если бы захотелось. Впрочем, шрамы на телах драконов оставались редко. Их способности к регенерации стягивали даже рубцы.

– Что-то мне немного страшно, – призналась я, когда мы вошли в зал Советов и остановились у порога, рассматривая присутствующих.

Сопровождавший меня Габриэль Лоран с невесёлой усмешкой потрепал меня в районе лопаток.

– Самое страшное уже позади. Тем более, что старейшин теперь будут контролировать женщины.

Он кивнул на первый ряд, и несколько мгновений я рассматривала их, пока меня не заметил кто-то из присутствующих и ко мне не обратились десятки взоров.

Габриэль сказал так, будто у женщин есть особая власть, хотя всё это время всем происходящим управляли мужчины – и теперь, ступая через зал к отведённому мне месту, я с любопытством рассматривала их. Со стороны в драконицах не было ничего особенного. Они были достаточно рослыми и атлетически сложенными, несмотря на седину, в них чувствовалась физическая сила – но это всё, что могло отличать их от обычных женщин.

Зал притих, сопровождая меня взглядами. Мне было неловко в центре внимания мрачных молчаливых мужчин, и я то и дело оглядывалась на Сумрака, но он сохранял каменное спокойствие и ни разу даже не улыбнулся мне в ответ. Только встречал мой взгляд серибристыми глазами.

– Кх-кхм, – прокашлялся сидевший рядом Саргон, когда я заняла своё место во главе зала, и голос его был явно чем-то усилен. – От лица Совета рад приветствовать мисс Избранную в добром здравии. Надеюсь, ваше самочувствие позволяет провести с нами некоторое время?

– Да… – я запнулась, потому что мой голос тоже громовым раскатом разнёсся по помещению. – Мне намного лучше, спасибо.

– В таком случае, объявляю Совет Старейшин открытым, хотя сегодня среди нас не только старейшины, но и многие другие представители всех кланов.

Лукас, занимавший место по левую руку от меня, нервно стучал перьевой ручкой по столешнице. Несмотря на то, что он явно нервничал, в его присутствии было немного спокойнее: Лукас умел повлиять на драконов, даже если дело касалось упёртых, закостенелых в своих взглядах старейшин.

– На повестке дня три основных вопроса, – проговорил он, откладывая ручку в специальную подставку. Подняв взгляд от исписанных бумаг, Лукас обвёл им присутствующих. – Во-первых, как вам всем уже известно, Избранная встретила свою истинную пару, и нам необходимо достоверно выяснить его имя. Во-вторых, во время ночного ритуала выяснились некоторые подробности об истории Прародителей, и на этот счёт у некоторых присутствующих имеются свои домыслы. И, наконец, третий вопрос – о том, чтобы переместить операцию из Храма Золота в Далёкие Стужи.

Негромкий ропот. В этот момент я поняла, что нужно как можно быстрее поставить точку в первом вопросе и собаралась было выступить, но сердце бешено загрохотало, кровь прилила к щекам, а дыхание спёрло от волнения. Если бы не Лукас, я бы, наверное, так и не решилась поднять голос перед сильнейшими мира сего, но он обернулся ко мне и произнёс:

– Для начала я хотел бы уточнить у самой мисс Избранной, всё ли ей понятно о том, какая угроза нависла над её здоровьем и о том, почему необходимы дополнительные мероприятия для вычисления её истинной пары.

– Мне всё… – я прокашлялась, отчего стало ещё более неловко, но потом решительно встала со своего стула, опершись руками о столешницу. – Мне всё ясно, и более того: я готова поделиться с присутствующими новой информацией.

Я сделала паузу, чтобы вспомнить речь, которую мысленно готовила последние полчаса, и заодно оценила количество присутствующих драконов. Старейшины обещали собрать только специалистов, но их оказалось куда больше, чем я могла себе представить.

– Что же это за… новая информация? – проникновенно поинтересовался Лукас.

Я неторопливо сняла рубашку, накинутую поверх блузы с коротким рукавом и продемонстрировала свежую, ещё красноватую и припухшую метку. Раздался дружный выдох, и зал тут же взорвался разговорами. Старейшины, которые сидели со мной в один ряд и не могли увидеть метку, повставали со своих мест, но были одёрнуты присутствующими драконицами, когда голос Лукаса пророкотал над залом:

– Тишина!

– Имя истинного уже известно, – продолжала я, накидывая рубашку обратно. – Соответственно, моему здоровью уже ничто не угрожает.

– Кто?! – рявкнул рассвирепевший Саргон. Он сидел близко и даже схватил меня за предплечье. Сумрак тут же появился между нами, глядя на Саргона сверху вниз, и тот неохотно выпустил мою руку. Я чуть отодвинула свой стул от него, опасливо глядя на Саргона.

– Правильно ли я понимаю, мисс Избранная, – от холодного голоса Себастьяна Варгаса кровь стыла в жилах, – что вы нарушили данное нам обещание и позволили себе половую связь с кем-то из драконов?

– Не с кем-то, а со своей истинной парой, – заметила я.

– А если бы вы ошиблись? – он пронзил меня взглядом.

– И это приводит нас к следующему пункту того, чем я хотела бы поделиться с Советом, – ответила я, стараясь говорить твёрдо, хотя голос всё равно предательски дрожал. – Прошедшей ночью мне удалось установить связь с Великой Золотой Драконицей, которую вы почитаете своей богиней. Вопреки всеобщему мнению, она не погибла, как минимум её сознание всё ещё существует в этом мире, хотя связь с ней слабеет с каждым годом.

– Прошу прощения, – доктор Эшли поднял указательный палец. – Позвольте поинтересоваться, как это вам удалось с ней связаться и почему мы должны в это верить?

– Можете не верить, если не хотите, – ответила я и, подумав, рассказала в подробностях о том, что произошло во сне.

Драконы оказались благодарными слушателями. Они были внимательны, лишь изредка выражая свои эмоции по поводу того или другого замечания, а когда я закончила, в зале воцарилась задумчивая тишина.

– Правильно ли я понимаю ваше послание, – медленно проговорил старейшина Артас, – вы намекаете на то, что мы должны каким-то непостижимым образом придать силы Великой Драконице, чтобы она… что? Попросту сняла с нас проклятье?

– Полагаю, это не единственное, на что она способна. Вы все в некотором роде её потомки, хотя и не все имеете её прямую кровь. Насколько мне известно, в Виригию Золотая Драконица попала не одна, вместе с ней покинули родной мир и другие драконы, но готова поспорить, что среди присутствующих наберётся десяток-другой её пра-пра-правнуков, о которых у драконицы до сих пор болит сердце.

– Не совсем понимаю, что мы можем с этим сделать, – проговорил Дэраго, заместитель старейшины песчаных. – И, главное, зачем.

– Не это сейчас важно, – рыкнул Саргон, делая вид, что не замечает, как внимательно следит за ним Сумрак. – Вы что, не понимаете, что произошло?! Ритуал был проведён для определённого дракона! Во-первых, я не понимаю, почему именно он?! А во-вторых, всем известно, что произошло с Джеем Артасом, он не в силах никоим образом повлиять на восстановление популяции!

– Что ж, на первый вопрос я могу ответить, – неожиданно усталым голосом произнёс приёмный отец Сумрака, и женщина, которая сидела рядом, обеспокоенно взяла его под локоть.

– Уж соизволь, – прищурился Саргон. – Мы с тобой дружили сотни лет, и ты скрывал от меня, что ритуал был предназначен твоему сыну? Что ж, теперь я понимаю, почему ты так над ним трясся вместо того, чтобы позволить ему довести себя до гробовой доски!

– Мистер Давен! – оборвал его Лукас и так посмотрел, что Саргон фыркнул, но замолчал, откинувшись на спинку стула. – Прошу вас, мистер Клотт, продолжайте.

Я с любопытством отметила, что сейчас, когда на Совете присутствуют и другие драконы, Лукас выдерживает определённый, уважительно-официальный тон, в то время как в более узком кругу он не стеснялся в выражениях даже перед старейшинами.

Артас тяжело вздохнул, сцепил пальцы на столе перед собой и заговорил:

– Вы… должны понимать, что история семейная, личная, поэтому мы не особенно распространялись о ней, и мало кто знает, что Джей… – он посмотрел на сына. – Он был рождён из золотого яйца.

Кто-то присвистнул. Из зала посыпались вопросы, но Артас прервал их, подняв руку над собой.

– Когда была взорвана Шалайская шахта, в месте, где явился образ Богини, было погребено яйцо, отцом которого был мой младший брат. Его долго не могли отыскать, и мы были уверены, что зародыш погиб, а нашли совершенно случайно, и с трудом узнали в нём яйцо Артасов, потому что оно было покрыто золотым напылением. Джей родился… спустя столетия после зачатия. Все были уверены, что он окажется особенным драконом, поэтому я подозревал, что для ритуала выберут именно его. Но он вырос не золотым драконом, как все ожидали, а обычным стальным. Дальнейшее мне вам рассказывать не нужно.

Мне стало гадко и неприятно от того, что отец, пусть и неродной, так говорит о собственном сыне. Поэтому решительно хлопнула по столу, прерывая его речь.

– То – дела давно минувших дней, и теперь они не имеют никакого значения. Сейчас мы имеем то, что имеем, и обязаны возродить Виригию, чего бы нам это ни стоило.

Старейшины обратили ко мне удивлённые взгляды, но я их проигнорировала.

– Как показало Писание, Праотец жив, и он остаётся в Виригии, хоть и находится в глубоком сне, а значит, мы можем возвратить к жизни – или, вернее, разбудить, – как минимум одного золотого дракона. Есть вероятность, что он сможет помочь вернуть к жизни и Богиню. Или хотя бы решить возникшую проблему с потомством.

– Решить проблему с потомством не так уж и сложно, – заметил старейшина Лоранов.

– Что вы имеете в виду? – поинтересовалась я.

Старейшина задумчиво покрутил в пальцах перьевую ручку, прежде чем ответил:

– Конечно, с вашей стороны было опрометчиво не сообщить нам о своей связи с предположительной истинной парой, и я должен был сообщить вам об этом, чтобы впредь вы не рисковали своей жизнью, когда рядом есть квалифицированные специалисты.

– Мы сейчас не об этом.

– А если по делу, то истинная пара ещё не означает, что рожать надо непременно от неё. Взаимодействие с истинным в некотором роде помогает активировать, оживить детородную систему, улучшает деятельность гормональных желёз и… впрочем, не буду углубляться в физиологию. Если коротко, то вы вполне можете понести от любого самца-дракона, хотя шансы на зачатие будут куда ниже, чем с истинной парой.

– Кстати, скажите, как специалист. Если истинная пара так благотворно влияет на детородную систему, может она восстановить то, что было утрачено Джеем?

– Я близко знаком с его ситуацией, – со вздохом ответил Лоран и потёр переносицу. – Не могу ответить однозначно “да” или “нет”. Вероятность есть, но – только вероятность. Учитывая, что ваша связь уже состоялась, мы можем сегодня же провести исследования на предмет позитивных тенденций.

– Буду ждать результатов.

– Однако, – продолжил он, – если подвижек в эту сторону не будет, нам придётся рассмотреть и запасной вариант.

Мы с Сумраком переглянулись.

– Позвольте поинтересоваться, какой именно? – спросил он.

Старейшина Лоранов сделал короткую паузу, очевидно, подбирая слова, прежде чем ответил:

– Мисс Избранная вольна выбрать себе нескольких драконов в личный гарем. При поддержке моего клана ей наверняка удастся снести десяток яиц до того, как выйдет детородный возраст.

– Даже если окажется, что он не пустой, – Саргон кивнул на Сумрака, – это не имеет значения. Мы не можем позволить, чтобы драконий род восстанавливался только за счёт Артасов. Каждому клану нужны наследники!

– Давен прав, – добавил Себастьян Варгас. – Мы рассчитывали, что у Избранной будет несколько истинных, как минимум из разных кланов, но новые обстоятельства заставляют иначе взглянуть на будущее драконов в целом и Избранной в частности.

– И что вы предлагаете? – с трудом произнесла я, уже понимая, к чему это всё ведёт.

– Мы не можем давить на вас или принуждать, – произнёс ледяной, и в нём не было заметно ни усталости, ни сомнений: он держался строго, спина его была прямой и жёсткой. – Однако, вы наверняка и сами понимаете, что потомки должны быть разной стихийной принадлежности. В Храме собраны все драконы, которые способны к зачатию, и вы можете выбрать из них любое количество мужей, тех, кто вам больше по душе, так, чтобы у каждого клана были равные шансы на продолжение рода.

Была ли я удивлена? Нет. Я знала, что к этому всё и придёт, хотя и надеялась на то, что их устроят хоть какие-нибудь потомки. Мы с Сумраком успели поговорить об этом – и разговор тот был тяжёлым для нас обоих. В какой-то момент я даже задумалась о том, кого была бы готова видеть рядом с собой, и обернулась к Лукасу, но он словно нарочно избегал встречаться со мной взглядом.

– Понимаю ваше беспокойство, – медленно ответила я, лихорадочно формулируя мысль. – Но прежде давайте попробуем обратиться за помощью к Праотцу.

Лукас кивнул, сверяясь со своими бумагами.

– Мисс Избранная права. Некоторые из присутствующих тоже задались вопросом о том, что если Праотец всё ещё в Виригии, значит, мы можем обратиться за ответами к нему. Не только по поводу того, как нам снять проклятье, но и о нашем происхождении. Как теперь известно, Виригия – не единственный мир, где водятся подобные нам драконы, потому как мы явились сюда из другого пространства. Вполне вероятно, что есть ещё более простой способ возобновления рода: вернуться, так скажем, к истокам. Туда, откуда мы явились.

– Это может быть опасно, – заметил Саргон. – Как главнокомандующий армией Виригии, я не могу позволить так просто подвергать опасности весь мир.

– У Виригии есть армия? – невольно вырвалось у меня.

– Конечно есть, – фыркнул Саргон. – Виригия не раз подвергалась нападениям со стороны других магических измерений. Мы ведь не одни на этом свете, и не всем живётся так сытно, как нам.

– Почему же вы считаете, что это может быть опасно?

Не то чтобы мне самой эта затея не казалась довольно рискованной, но я не могла не хвататься за любую возможность освободить себя хотя бы от части ответственности за этот мир. Хотя я пока не могла ощутить её в полной мере, меня уже начинало колотить от мысли, что теперь вся надежда только на меня.

– Писание нам ясно сказало, что Праотец закрыл собой проход в мир, откуда пришёл сам – и вы думаете, он пожертвовал собой просто так, чтобы мы взяли и открыли его обратно?

– С тех пор прошло несколько тысяч лет, – возразил Лукас. – И на сегодняшний день многое могло измениться.

– И в худшую сторону – тоже! Нет, это слишком опасно!

– Хорошо, тогда как вы, мистер Давен, смотрите на то, чтобы подготовить разведгруппу из своего спецподразделения? Если нам удастся отыскать Праотца и вернуть его к жизни, ваши люди будут готовы проникнуть в Леви и узнать, какая там обстановка, прежде, чем случится непоправимое.

– Конечно, я могу отдать приказ своим спецам, – согласился Саргон. – Однако, помимо этого необходимо подготовить что-то, что закроет путь в мир Леви вместо Праотца. На случай, если всё же я опасался не зря.

– Мистер Себастьян? – Лукас обратился к ледяному дракону, который изменил своему холодному спокойствию и сейчас сидел, мрачно нахмурив брови.

– Сделаем всё возможное, – медленно проговорил он.

– Осталась одна проблема, – вставил своё слово Артас. – Нам неизвестно точное местонахождение Праотца.

– Возможно, мы могли бы спросить у Богини, – предположила я. – Мы ведь не дослушали до конца Писание прошлой ночью. Может, оно содержит в себе и такую информацию?

– Попробовать стоит, – кивнул Лоран и усмехнулся: – Лишь бы единственная девственница храма не утратила свою чистоту.

– В этом нет необходимости, – раздался голос из зала, заставив всех обернуться. Усиление звука происходило только в том ряду, который был обращён лицом к остальному залу, и за которым сидели старейшины, остальным же приходилось напрягаться, чтобы быть услышанными.

Когда немного стихло, тот же голос повторил:

– В этом нет необходимости, – и тогда я увидела, что говорящим был ледяной дракон, Ноа Варгас. – Мы прекрасно знаем, где именно заключён Праотец.

– Ноа! – рявкнул старейшина ледяных, хлопнув ладонями по столу, и усиленный звук его голоса эхом разнёсся по залу.

– Да, нам известно его точное местонахождение! – упрямо повторил Ноа. Себастьян Варгас резко выбросил руку вперёд, и в сторону Ноа стремительно полетело небольшое белёсое облачко, которое тот легко отбил в сторону. Облачко ударилось об одного из Лоранов в соседнем ряду – и тот застыл истуканом.

– Нарушение клятвы карается по всей строгости, – процедил Себастьян.

– Клятва? – Ноа только вскинул бровь. – Ты считаешь, что она всё ещё уместна?

– Как любопытно, – протянул Саргон, с видимым удовольствием наблюдая за развитием событий. – И что же вы скрываете в своих снежных вершинах?

Себастьян, который всё ещё стоял, пронзил холодным взглядом своего коллегу.

– Ты сам только что говорил, что это опасная затея. И я полностью с тобой согласен.

– Почему же тогда не сказал об этом раньше?

Варгас поджал губы.

– Очевидно, он не хотел привлекать внимание к чему-то, что очень сильно касается клана, – заметил Лукас. – Готов предположить, что именно Варгасы в своё время запечатали Праотца и, скорее всего, до сих пор каким-то образом его охраняют. Я правильно понимаю?

Себастьян мрачно молчал.

– Вы что, совсем охренели? – Саргон развёл руками в искреннем изумлении. – Столетиями скрывать от всех такую важную информацию!

– У нас у всех свои скелеты в шкафу, – заметил Артас. – У него наверняка были причины скрывать.

– Ещё бы, – вдруг подал голос Сумрак. Он подошёл к столу, чтобы все его видели и слышали. – Праотец закрыл собой уязвимое место нашего мира, которым мог бы воспользоваться кто угодно, чтобы ослабить наше положение. Та же Эванс, обладая силой не меньшей, чем многие из нас, могла бы использовать эту информацию против драконов.

– Так и есть, – кивнул Себастьян. – Мы не знаем, что находится по ту сторону, но наши предки дали Праотцу клятву охранять тайну его местонахождения.

– И что, об этом знают все Варгасы? – удивлённо вскинул брови Лукас. – Удивительно, что слухи не просочились дальше вашего клана.

– Нет. В клане единовременно может быть не более трёх хранителей. Когда один из хранителей погибает, мы вербуем нового. И что-то мне кажется, что я ошибся с хранителем.

– Ты не с хранителем ошибся, а с тем, когда пора прекращать придерживаться своих принципов, – снова подал голос Ноа и прошёл между столов, чтобы подойти к нашему и, коснувшись его, усилить собственный голос.

– Согласно той информации, которая передавалась хранителями из уст в уста, во время запечатывания Праотца произошло серьёзное землетрясение, и большая часть той горы, в недрах которой пытались его скрыть, оторвалась от своего основания и поднялась высоко над землёй. Давшие клятву никого не подпустить к Праотцу и не допустить его распечатывания Варгасы основали там свою резиденцию, но постепенно число хранителей сокращалось, а со временем там и вовсе перестали жить.

– Далёкие Стужи, – Лукас хлопнул себя по лицу. – Ну конечно!

– Я одного не понимаю, – потрясённо проговорил Лоран. – Почему вы от нас это скрывали даже когда мы оказались прокляты?

– Мы. Давали. Клятву, – чётко произнёс Варгас.

– И что? Из-за этой клятвы вы готовы подставить весь наш род?!

Себастьян устало провёл ладонями по лицу.

– Времени было предостаточно, среди кланов ходили разные версии о том, как нам избавиться от проклятья, и на тот момент распечатывать Праотца казалось большей опасностью, чем возможностью спастись. И если бы этот отпрыск не влез..!

– Всё уже, нет больше времени играть в благородного хранителя! – поднял голос Ноа. – Мы должны попробовать! Вместо того, чтобы трястись над своей клятвой, лучше сделал бы что-нибудь полезное!

– Постойте, – высказалась женщина, сидящая рядом с Лораном. – У нас есть Избранная. Даже если родить девочку она сможет только от своего истинного, и если у них при этом ничего не получится, она всё ещё может дать нам несколько мальчиков, а пока они растут, мы подготовим новую Избранную.

– Что, вы уже не боитесь этого ритуала? – усмехнулся Артас.

– Исключено! – возразила другая женщина. – Ещё одного ритуала Виригия не выдержит!

Не то чтобы я так сильно хотела, чтобы кто-то ещё прошёл тот же путь, что и я, но всё же отбрасывать запасной вариант мне показалось глупым, поэтому уточнила:

– Позвольте поинтересоваться, почему вы считаете, что ритуал призыва Избранной чем-то грозит Виригии?

– Девочка моя, – покачала головой седая женщина с длинной тугой косой. – Наш мир ещё очень молод, и не успел скопить в себе достаточно много силы, чтобы делать такие крупные накопления, как те, что производились для твоего призыва. Или, если хочешь, создания. Чем больше силы мы изымаем из мира, тем меньше остаётся нам самим, а драконам она нужна не меньше, чем воздух. Кроме того, когда силы останется слишком мало, мир попросту погибнет.

– Но ведь есть миры совсем без магии, – возразила я.

– Эти миры намного старше нашего, они втянули всю силу в себя, таков естественный цикл жизни. Со временем мир переполняется своей силой и выплёскивает её наружу, создавая независимые линии силы, но Виригии до этого ещё слишком далеко.

Что ж, теперь понятно, почему монашки были так яростно против ритуала. Свой резон в их позиции, конечно, есть. Поэтому я решила, что надо вернуться к основной линии обсуждения.

– Значит, вам известно, где находится Праотец? – спросила я у Ноа, но он покачал головой:

– Достоверно мы знаем только то, что он находится в Далёких Стужах. После того, как Варгасы покинули резиденцию, хранители перестали передавать информацию о точном расположении печати. Но мы знаем, как её сломать.

– Ноа! – поднял голос Себастьян Варгас, явно не сдержавшись, потом накрыл лицо ладонью и тяжело опёрся локтем о столешницу.

Я внимательно посмотрела на ледяного старейшину.

– Вы и это хотели от нас укрыть?

– Жертва будет слишком велика, – он покачал головой.

– Именно поэтому я бы предложил сначала поставить на вас, мисс, и только в случае неудачи будить Праотца.

– Что за жертва? – коротко спросил Лукас.

– Нужен большой объём жизненной силы, – пояснил Ноа. – Очень большой. Если будем собирать такой объём с помощью известных нам ритуалов, потребуется несколько лет. Либо…

Он замолчал, глядя куда-то сторону.

– Ну, не томите! – воскликнула одна из дракониц.

– Либо придётся лишить кого-то крыльев, – сухо закончил мысль ледяной старейшина.

В зале повисла тяжёлая тишина, которую через несколько долгих секунд прервал тихий, с хрипотцою, голос главы огненных драконов:

– Саймон, подготовь отряд своих ребят для транспортировки в Далёкие Стужи. Собери оперативный блок на случай, если печать будет сломлена. Подготовь заключённых к лишению крыльев.

– У нас всего двое заключённых драконов, – отозвался Саймон из глубины зала. – Вы уверены, что их проступки настолько тяжелы, чтобы лишать крыльев?

– А кого ты предлагаешь подвести под участь стать простым человеком?! Себя, что ли?! Хрен кто согласится отдать себя в жертву добровольно! Если справятся со своей задачей, получат свободу, всё равно без дракона они ничего не смогут сделать.

– Как скажете, мистер Давен.

– А вы, женщины, не боитесь, что от вашего монастыря ничего не останется? – с усмешкой спросил Саргон, обращаясь к монашкам. Та, что была яростно против ритуала, скрестила руки на груди и хмыкнула:

– Если бы вы это предложили лет триста назад, всё могло сложиться иначе. Для монастыря мы найдём другое место, получше прежнего, за нас не бойтесь.

– Что ж, все дороги ведут в Далёкие Стужи, – выдохнул Артас. – И мы выполним вашу просьбу: дальнейший отбор будет проходить под вашим руководством.

– Не поняла, – протянула я. – Какой отбор? Под каким ещё руководством?

– Вам же нужно отобрать в свой гарем по представителю из каждого клана, – заметил Лоран. – А гостьи из Далёких Стуж согласились помочь в вашем излечении только при условии, что дальнейший отбор будет проходить у них. Там намного безопаснее.

Я только руками всплеснула:

– Вы бы мне это ещё завтра сказали, запихивая в дирижабль!

– Мы в любом случае собирались туда переместиться, – мягко напомнил Джеферсон и поднял голос: – Кстати насчёт отбора, кто будет ответственным за его организацию? Прежнюю сваху я уволил ещё утром, полагая, что её услуги нам теперь без надобности.

– Как уволил?! – воскликнула я. – Если уж кто этим и должен заниматься, то только Селина, она ведь уже всех драконов знает.

– Мы не можем с ней снова работать, – резко ответил Дэраго. – Она была шпионом короля.

– Не по собственной же воле!

– Откуда мы знаем, что она чиста?

– Согласен с мистером Зораном, – вдруг вставил доктор Эшли. – Мисс Хайд больше не сможет оказывать нам свои услуги.

– Да вы с ума посходили! – воскликнул Ноа, который всё ещё стоял у моего стола, и потому голос его был усилен. – Мисс Хайд – профессионал своего дела, у неё идеальная репутация, лучшее брачное агентство в столице. Увольнять её только потому, что когда-то король подарил ей браслет?!

– Я уволил её не из-за этого, – раздражённо ответил Джеферсон. – А только потому, что необходимость тестировать всех драконов подряд пропала.

– Мисс Хайд покинет храм только вечерним дирижаблем, ещё есть шанс вернуть контракт.

– Исключено! – доктор даже хлопнул ладонью по столу.

– Мистер Эшли, а почему вы настолько против её кандидатуры? – прищурился Ноа и сделал несколько шагов в сторону стола, за которым сидел доктор. – Если она отвергла ваши ухаживания, это не повод отказываться от услуг специалиста.

– Встречный вопрос, мистер Ноа, почему вы так сильно её защищаете? Уж не потому ли, что она греет вам постель?

– Ох уж эти мужчины, – покачала головой драконица, занимавшее место рядом с Лукасом. – В самом деле, зачем отказываться от того, что прекрасно работало? Ваша Хайд справлялась со своими обязанностями, пусть и дальше помогает, нам она не помешает.

– Позвольте мне высказаться, – встал смутно знакомый ледяной дракон. – Вы же понимаете, что у мисс Хайд отношения с как минимум двумя драконами-претендентами, а значит, у них автоматически будут повышенные шансы на отборе.

– Всё равно пройти его смогут только те, кто окажется мне по душе, – заметила я, но ледяной не унимался:

– Возможно, я тоже пришёлся бы вам по душе, если бы мы немного больше пообщались. У вас ведь пока нет фаворитов среди Варгасов? Однако, мисс Хайд, будучи лояльной к Ноа может организовать вам общение только с ним, что автоматически даст ему серьёзную фору.

– Готов тебя заверить, что я не рвусь становиться отцом семейства, – мрачно ответил Ноа. – Тем более частью гарема.

– В таком случае, если мы возвращаем мисс Хайд её положение, ты должен будешь отказаться от претензий на место возле Избранной. Как и Саймон.

Огненный дракон, который, казалось, утонул в собственных мыслях, услышав своё имя, вздрогнул и резко обернулся к говорящему:

– От чего отказаться?

– От участия в отборе. Мы все прекрасно понимаем, что будущие отцы, которые свяжут свою жизнь с Избранной, рано или поздно окажутся главами кланов и сосредоточат в своих руках всю власть Виригии. Ставки высоки, и именно поэтому мы не можем позволить, чтобы кто-то прошёл отбор только из-за предвзятого отношения свахи.

Саймон отмахнулся от него, как от назойливой мухи и, скрестив руки на груди, снова упёрся взглядом в одну точку.

– Меня отбор не интересует, можете вычёркивать.

Кто-то в зале присвистнул.

– Если Саймон вдруг отказался от участия в отборе, то пахнет жареным.

– Да за яйца его укусили, – хохотнул кто-то другой.

– Тишина! – раскатом грома прогремел голос Лукаса. – Мы здесь не для того, чтобы спорить.

Я решила, что и мне надо высказаться, поэтому встала, привлекая к себе внимание.

– Со своей стороны скажу, что, во-первых, я всегда тепло относилась к мисс Хайд и хотела бы, чтобы она продолжала меня сопровождать. Отстранять кого-либо от участия в отборе не предлагаю, но оставляю этот вопрос на личное усмотрение каждого. Даже если кто-то откажется от участия в отборе, это не значит, что судьба никогда не сведёт нас вместе, поэтому не вижу в этом никакого смысла.

– Я призываю вас к справедливости, – заметил высказавшийся ледяной дракон.

– А я вас услышала.

– Значит, решено, – прервал нас Лукас. – Селина Хайд сейчас же получит приглашение вернуться к своим обязанностям, мистер Джеферсон решит вопрос об участии Саймона Саргона и Ноа Варгаса. Мистер Клотт Артас возьмёт на себя координирование вопросов переезда. Мистер Давен Саргон, на вас безопасность переезда и охрана монастыря. Мистер Себастьян, вы лучше всех ознакомлены с историей Праотца, ваша задача – отыскать его в Далёких Стужах. Клан Лоран, на вас медицинское сопровождение и подготовка к ритуалу распечатывания. Мои ребята займутся техническим оснащением. Дэраго, возьмёте на себя хозяйственную часть процесса. Всем всё ясно?

– Всё, – пробормотал Саргон. – Кроме того, почему этот ушлёпок здесь главный.

– Вам объяснить? – неожиданно спокойным и даже чуть слащавым тоном спросил Лукас – и Саргон молча отвернулся.

– Есть ещё одна проблема, которую надо решить, – заметил Джеферсон. – Истхелльген остался без короля.

– Думаю, этот вопрос надо решать в более узком кругу, – возразил Лукас, и Джеферсон легко согласился.