Глава 19. Лиза

Ускользнула из дома незамеченной. Добралась до рабочего места и теперь ждала звонка от Инночки. Попросила секретаря сообщить, когда явится Максим Викторович.

Не могла смотреть на себя в зеркало, поэтому пришла в офис с небрежным хвостиком и без макияжа. Это оказалось кстати. Мой бледный вид сделал легенду о болезни правдоподобнее. Вика, увидев меня, очень впечатлилась и долго справлялась о здоровье. Я убедила подругу, что все не так плохо, и, наконец, смогла остаться наедине со своими тяжелыми мыслями.

Вчера мне удалось весь день избегать Костика. Если он заговаривал со мной — притворялась, что спала. Из-под одеял выскакивала, только будучи уверенной, что мы не столкнемся. Чувствовала себя жуткой трусихой.

Да так оно и было. Миллион раз представляла, как признаюсь мужу. Но даже в мыслях не могла вымолвить ни слова. Стояла и, словно рыба, молча хватала ртом воздух.

Пообещала себе поговорить с Костиком вечером. А сейчас я должна была объясниться с шефом.

Раздался телефонный звонок. Подняла трубку. Инночка объявила, что Максим Викторович на месте.

Я закончила разговор и просто застыла, потупив взор. С самого вчерашнего утра будто наблюдала за собой со стороны. Вот Лиза сбегает из квартиры шефа, едет в такси, дома тихо пробирается в страхе встретить мужа, а затем прячется от мира под одеялами. Она потеряна и напугана. И кажется, загубила жизнь собственными руками.

Лиза думала, что упадет в объятия шефа, и все изменится к лучшему. Совершенный мужчина рядом вытеснит мужа из сердца. Идеальные рабочие отношения и страстное влечение перерастут в крепкий союз. Но оказалось, не так просто вырвать из души четыре года отношений. И после пьянящей ночи ее накрыло раскаяние.

Я видела Лизу со стороны и думала, что эта девушка не могла быть мной. Ведь я бы так никогда не поступила.

Оттягивать неизбежное больше не было сил. Я поднялась и направилась к шефу.

Вошла в приемную. Инночка бросила на меня строгий взгляд и набрала на телефоне внутренний номер:

— Максим Викторович, к вам Елизавета Павловна, — доложила она.

Секретарь положила трубку и указала на дверь кабинета:

— Можете проходить.

Я кивнула и с замиранием сердца коснулась ручки.

Оказавшись в кабинете, закрыла за собой дверь и подняла глаза. Шеф стоял у кресла. Одна его ладонь была спрятана в кармане. Другой он сжимал письменную ручку и постукивал ею по столу.

— Здравствуйте, Максим Викторович, — не своим голосом сказала я. Волнение сбивало дыхание. Воспоминания будоражили душу, вгоняя в краску.

Шеф хмыкнул.

— "Максим Викторович" значит, — протянул в ответ.

Он казался спокойным. Но его пронзительный взгляд искал на моем лице ответы на свои вопросы. Я не выдержала его напора и опустила голову.

Максим Викторович пересек кабинет, задвинул жалюзи на окне в приемную и направился ко мне. Медленно, словно боялся спугнуть.

— Лиза, — сказал тихо на самое ухо. От его дыхания по коже рассыпались мурашки. — Нам ведь было так хорошо вместе, — говорил, проводя рукой по моему плечу, едва касаясь его кончиками пальцев. — Я знаю, что тебе было хорошо. Чувствовал это… Почему ты сбежала?

Он сводил меня с ума. Окутывал своими чарами и туманил рассудок.

Нужно вырваться из его плена! Сделала два шага в сторону.

— Я замужем, Максим Викторович, — отвечала, глядя прямо в глаза.

— Во вторник это не было проблемой, — подметил шеф, улыбнувшись.

— Вы правы, — сказала твердо, разведя руки в стороны. — Я оступилась… Но хочу быть честной перед вами и перед самой собой. Да, мне было хорошо, — задержала на нем взгляд. — Но больше это не повторится.

Максим Викторович вздохнул и широко улыбнулся. Он смотрел на меня, как на глупышку. Подошел ближе и присел на край приставного брифинга. Я стояла перед ним растерянная. Не понимала, что вызвало такую реакцию.

— Лиза! "Оступилась"… "честна перед собой"… Все это просто слова и условности, в которые люди сами себя загоняют. Брак по своей сути сомнительное мероприятие. И если тебе было со мной хорошо, какой смысл отказываться от удовольствия? — тоном, подчеркивающим очевидность сказанного, доносил до меня шеф.

— То есть просто секс, без обязательств? — подытожила я.

Максим Викторович согласно кивнул.

— Самый лучший формат отношений между мужчиной и женщиной, — добавил он.

Смотрела на шефа и потихоньку приходила в себя. Я-то переживала, что задеваю его чувства… Ну и дура же ты, Самойлова! Размечталась, что он по уши в тебя влюбился! Пришла сердце разбивать!

— К сожалению, я придерживаюсь старомодных взглядов, — сказала уже спокойнее. Кажется, его очарование для меня слегка померкло.

— Вы же знаете, я приму любое ваше решение, — развел руками Максим Викторович.

Я протянула ему ладонь. Шеф пожал ее, улыбнувшись.

Покидала кабинет в смешанных чувствах. Была рада, что произошедшее не скажется на нашей дальнейшей работе. Но с другой стороны, я оказалась для него лишь мимолетным увлечением… и где-то глубоко в душе бунтовало мое ущемленное самолюбие.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Вечером после работы не торопилась домой. Шла, как на казнь, с каждым новым метром приближаясь к чему-то неотвратимому и фатальному. Костик единственный во всей этой истории, кто не заслуживал боли и разочарования. Да, в последний год он едва ли был хорошим мужем. Но это не давало мне права предавать его.

На одну секунду я представила, что оставлю произошедшее в тайне. Громко назову свое решение "ложью во благо". Ведь страдать в таком случае придется только мне. Всю оставшуюся жизнь, изо дня в день, муки совести будут съедать меня. Так я заплачу за измену… Вот только буду глубоко несчастна и сведу с ума мужа своим молчанием… Как ни крути, но за мою ошибку расплачиваться нам обоим.

Открыла дверь и прошла в квартиру. Внутри меня встретил полумрак. Из кухни падал мягкий неровный свет свечей. Он едва придавал очертания вещам в прихожей.

— Добрый вечер, — услышала голос мужа.

Повернула голову и увидела Костика у двери в комнату.

— Добрый, — ответила удивленно. Сбросила обувь и подошла к нему.

Муж улыбался и протягивал мне букет белых лилий.

— Ты говорил, что наш конфетно-букетный период давно позади… — ошеломленно припомнила я, принимая цветы и вдыхая насыщенный, сладковатый аромат.

— Это был отвлекающий маневр, — подмигнул Костик и повел меня в направлении кухни. — Проходи…

— Подожди, дай хоть руки помыть, — остановилась я.

— У тебя есть две минуты, — скомандовал муж и забрал у меня букет. — Поставлю в воду.

Я кивнула. Повесила пиджак в шкаф и скрылась в ванной.

Уперлась руками о раковину и быстро дышала. Подняла голову и впилась в зеркало взглядом. Что за злая ирония? Признаваться лентяю на диване куда проще, чем элегантному мужчине, приготовившему для меня романтичный вечер! Боже! Мои глаза широко раскрылись. Он сходил к врачу! Точно сходил! Говорил вчера, что у него есть новости. Костик-Костик! Ты опоздал… Всего на три дня…

Умылась и вытерла лицо полотенцем. Вышла из ванной. У двери ждал муж. Он прислонился к стене и не сводил с меня глаз.

— Ты долго, — ласково произнес и притянул к себе.

— Костик, — начала, выдохнув. — Мне нужно тебе кое-что сказать.

— Скажешь, — игриво отвечал муж. Коснулся моих губ легким поцелуем и сжал в объятиях. — Но я первый! И так ждал два дня! То ты по театрам ходишь, то болеешь…

Он вел меня за руку на кухню. От его слов все внутри сжималось.

Вошли в комнату. Наш обеденный стол был накрыт праздничной скатертью и сервирован на двоих моим любимым набором посуды. В каждой детали приготовленного вечера видела внимание мужа. Он подвинул стул и подождал, пока я устроюсь. Сам сел напротив. Его глаза искрились радостью. С лица не сходила улыбка.

— Лиза, — торжественно произнес Костик. Подняла на него взгляд. — Я сходил к врачу!

Он объявил это так гордо, как будто на луну слетал или премию получил. Прорыв года, блин! Я в ответ смогла только промолчать. Меня душила обида. Скажи он мне это в понедельник…

— Там длинная история, но в итоге меня направили к эндокринологу, — продолжал Костик, — в моем организме произошел какой-то сбой. Врач сказал, что такое бывает, особенно на фоне сильного стресса. Вот поэтому после увольнения у меня не было энергии, я стал апатичным, раздражительным. А самое главное, что это легко лечится. Я уже начал курс и прям чувствую, как прихожу в себя.

Костик смотрел на меня, предвкушая ликование. Я же отвечала ему печальным взглядом. Кошки скребли на душе.

Муж стал серьезнее. Накрыл своей ладонью мою руку.

— Лизка, я знаю, что затянул с этим… — говорил с сожалением, — упустил столько времени. Но я прежний, ничего не изменилось. Таблетки все исправят.

Его слова рвали сердце на части. Хотелось закричать, что я-то теперь другая! Я изменилась навсегда! И как только прозвучит мое признание — он тоже навсегда изменится!

Мою ладонь медленно поглаживали пальцы мужа. Он улавливал охватившую меня грусть и сопереживал ей. Наверняка думал, что я печалюсь о потерянном годе, злюсь на него за бездействие. Если бы он только знал истинную причину моей хандры…

Ощутила, как муж крепко сжал мою руку. Направила на него задумчивый взгляд.

— Лизка, — нежно говорил, поднявшись и обходя стол, — я так соскучился.

Костик навис надо мной. Смотрел с таким желанием, с такой любовью. На моих глазах навернулись слезы. Так захотелось продлить его неведение!

В следующее мгновение горячие губы мужа жадно накрыли мои. Так он не целовал меня целый год. Страстно. Неотступно. Он увлек меня из кухни, осыпая поцелуями и волнующими прикосновениями. Я таяла в его руках. Отвечала на каждое движение, не в силах остановиться.

Мы упали на диван. Муж прижал меня всем телом. Напряженный, разгоряченный до предела. Остро ощущала наше желание.

На секунду Костик прервался и заглянул в глаза. Прикоснулась ладонями к его щекам. Хотела запомнить это мгновение. Ведь его взгляд еще не обжигал ненавистью, не ранил больно презрением.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Муж вновь прильнул ко мне. Горячие губы покрывали поцелуями шею. Руки скользили вниз.

— Лиза, — шептал Костик, спуская мои брюки, — я так люблю тебя.

— И я люблю тебя, — говорила в ответ, сгорая от нетерпения.

— Теперь все будет как прежде, — слышала томный голос мужа. Вместо возражения с моих губ сорвался пылкий стон.

Слушала ровное дыхание мужа. Смотрела на его подрагивающие веки. Провела пальцами по мягким волосам.

Он подарил мне потрясающую ночь. Близость, полную любви и страсти. Я пропиталась его нежностью, его ароматом. Горько вздохнула. Я попрощалась с ним.

Поднялась и накинула халат. Прошла на кухню. Зажгла подсветку над столешницей и занялась уборкой нетронутого ужина. Я не боялась разбудить мужа. Как только увижу его — сразу признаюсь.

Навела чистоту и погасила свет. Села за пустой стол.

Смотрела на нашу крохотную квартирку. Как она раздражала меня в последнее время. Как отчаянно я хотела переехать отсюда. А сейчас… печально усмехнулась… многое бы отдала за возможность остаться.

Но я знала, что этого не случится. Костик не простит мне измену. Я бы не простила…

Услышала его шаги. Казалось, что от страха сейчас остановится сердце. Костик вошел в комнату и направился к раковине. Достал из шкафчика стакан. Набрал воды и жадно ее пил.

Я замерла, не спуская с мужа взгляд. Вот он стоит. В одних боксерах, заспанный и взъерошенный. Такой родной. Такой желанный.

Костик поставил стакан в раковину и повернулся, чтобы уйти. Тогда он заметил меня.

— Лиза! Ты меня напугала! Чего сидишь здесь? — сквозь смех возмутился муж.

— Нам нужно поговорить, — подавленно сказала я.

— До утра не подождет? — все еще улыбаясь, поинтересовался он.

— Боюсь, потом я не решусь, — ответила дрожащим голосом.

Костик потянулся к выключателю. Под шкафами вновь зажегся свет. Он прислонился к столешнице и скрестил перед собой руки. Его брови нахмурились. С губ исчезла улыбка.

— Говори, — с недобрым предчувствием скомандовал муж.

Хватала ртом воздух. Смотрела на него, а кухня плыла перед глазами. Тело противилось моему решению. Не давало мыслям обратиться в слова.

— Я… я изменила тебе, — все же смогла произнести, и по щекам заструились слезы. Едва видела мужа за их пеленой. Быстро вытерла глаза.

Костик недоверчиво посмотрел на меня.

— Что ты несешь? — сердито спросил он. — Это какая-то злая шутка?

— Я бы хотела… но нет, — тихо ответила.

Костик оцепенел на несколько секунд. Потом выпрямился, и лицо его исказилось злостью. Во взгляде зажегся гневный огонек. Он сделал шаг вперед и указал на меня рукой.

— С шефом! — горячо выпалил муж.

Я закрыла рот ладонями и громко всхлипнула. Костик верно расценил мое согласие. Из его груди вырвалось сдавленное рычание. На стол с грохотом обрушился крепкий кулак.

— Какого черта тогда было ночью? — взревел он.

Я сотрясалась от ужаса. Муж разъяренно смотрел на меня. На его лице напряглась каждая мышца.

— Прости… прости меня… — все, что смогла вымолвить.

Костика охватила дрожь. Он упер руки в бока и поник головой. Осмысливал услышанное. Убеждал себя, что это правда.

Никогда не видела мужа таким. Горько было осознавать, что это я так его мучаю.

Когда Костик вновь поднял глаза, все внутри меня оборвалось. Я читала в них презрение.

— Какая же ты лицемерная! — с досадой выдохнул он. — Целый год утирала мне нос своим совершенством! — Муж подался вперед и, оперевшись о стол кулаками, навис надо мной. — Вся из себя успешная, правильная! Как же такой эталон, как ты, такой образец докатился до измены?! — цедил он сквозь зубы. — Дома пела мне в уши, какой классный у тебя теперь шеф, а на работе спала с ним?!! — последние слова он с горечью прокричал мне в лицо.

— Нет, нет, — мотала я головой, — это случилось однажды! Только один раз.

— Ах, ну если один раз, — протянул Костик, разводя руки в стороны, — то это все меняет!

— Я понимаю, что ничего не меняет! Знаю, что натворила! — тоже повысила голос. Моя вина очевидна, но я набралась смелости и твердо отвечала ему. Ведь я должна донести до мужа правду, чтобы он не додумывал еще более болезненные варианты. — Я запуталась! Мне опостылела наша жизнь! Я тысячу раз говорила тебе об этом…

— Так что же не ушла от меня? — перебил Костик. — Раз я такой хреновый?! Чего не бросила? Так было бы честнее! — с упреком спрашивал он.

— А я и хотела тебя бросить! Хотела! — резко сказала я. Поднялась с места и с каждым словом распалялась все сильнее. — Хотела забыться! Вырваться из этой рутины! Не видеть больше тебя, пролеживающего штаны на диване! Не быть больше рядом с человеком, который хочет ребенка, но год! ГОД! Не идет к врачу!

Мы застыли друг напротив друга.

— Я хотела сбежать от действительности, — тихо договаривала я. — Но ошиблась. Потому что от себя не убежишь. Потому что ты — часть меня. Потому что я все еще люблю тебя.

Костик молчал. Я сдерживала рыдания.

— Теперь это не имеет значения, — глухо произнес он.

Муж развернулся и вышел из комнаты. Я рухнула на стул. Уронила голову на руки и расплакалась.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Костик больше не посмотрел на меня. Быстро оделся и ушел из дома. Я просидела на кухне, пока не пришло время собираться на работу. Была опустошена и подавлена. Но я это заслужила. И смиренно принимала причитающуюся мне боль.

В офис приехала почти в восемь. Перекинулись с Викой дежурными фразами. Опустилась в свое кресло и старалась собраться с мыслями. Вспомнила, что сегодня важный день. Мы переходили к следующему этапу по внедрению новой линии. С грустью подумала, что при других обстоятельствах я была бы крайне воодушевлена предстоящей работой.

Но сегодня без особого энтузиазма собрала нужные документы и отправилась к шефу. Нас ждала пара часов переговоров. И навряд ли я смогу на них сосредоточиться…

Спустилась этажом ниже и прошла к секретарю. Инночка пересекала приемную от переговорки к кабинету шефа. В ее руке было зажато полотенце. Она быстро посмотрела на меня и встревожено протароторила:

— Он, скорее всего, вас не примет, — махнула на меня свободной ладонью.

Я провожала ее растерянным взглядом.

— Вы уж уточните, пожалуйста, — бросила вслед.

Секретарь скрылась за дверью. Не прошло и пары минут, как она вернулась на место и разрешила мне пройти.

Я пожала плечами и направилась в кабинет.

— Доброе утро, Максим Викторович, — говорила, оказавшись внутри и поворачиваясь к начальнику. Увидела его и застыла.

Шеф сидел в кресле и прижимал полотенце к правой стороне лица.

— Что произошло? — удивленно спросила.

Он указал рукой на дверь и дождался, пока я закрыла ее.

— Да вот, Елизавета Павловна, — недовольно отвечал, открывая для меня на пару секунд вид на большую гематому под глазом. — Познакомился с вашим мужем.

Я пораженно уставилась на шефа.

— Как это случилось? — растерянно произнесла.

— Набросился на парковке! Я и опомниться не успел, — рассказывал шеф, но я не слушала его.

Была сбита с толку. Вопреки неприятной ситуации чувствовала радость. Как будто поступок мужа мог означать для меня что-то хорошее… Как будто в моей душе было место надежде.