Глава 25. Лиза

После работы готовила ужин. Позвонила взволнованная Катя и попросилась в гости на выходные. Я была только рада и с энтузиазмом хлопотала по дому к ее приезду.

В половине восьмого раздался звонок в дверь. Открыла и с удивлением обнаружила на пороге Милу.

— Привет, — поздоровалась, целуя подругу.

— Привет, — ответила она, проходя в квартиру.

— Не знала, что и ты приедешь.

— Катя попросила. Опять что-то стряслось, — объяснила Миланья и раздраженно добавила: — и что Митя на этот раз выкинул?

— Тебя-то Себастьян как отпустил? — интересовалась я, возвращаясь к готовке.

Мила стала возле меня, прислонившись к столешнице.

— Ой, Лизка, он меня уже задушил своей заботой…

— На тебя не угодишь, — по-доброму усмехнулась я.

— Знаю, я, знаю, — хныкнула подруга, — мои проблемы по сравнению с вашими кажутся надуманными. Но это моя жизнь. Мне было так плохо.

— А теперь? — заглянула Миле в глаза.

Она пожала плечами.

— А теперь я хочу, чтобы Себастьян как прежде горел работой.

— Противоречивая ты натура, Миланья, — пробурчала я, продолжив нарезать овощи.

Мила коснулась моего плеча, заставляя тем самым оставить работу и вновь посмотреть на нее.

— Лиза, я ведь серьезно думала, что Себастьян меня разлюбил. По-настоящему. Навсегда. Это съедало меня изнутри, — с болью в голосе сказала она.

— Я знаю, прости. Ты нуждаешься в поддержке не меньше, чем любая из нас, — мягко ответила я.

Мила тепло улыбнулась и провела ладонью по моим волосам.

— Сама-то как?

Я поджала губы, сдерживая нахлынувшие чувства. Решила пока не говорить девчонкам о ребенке. Хотела сначала показаться врачу. До конца не верилось, что во мне зародилась жизнь. Это было так тревожно… Но в то же время, наполняло такой нежностью…

Мила по-своему расценила мое смятение и задумчивость. Заботливо заключила в объятия, ласково поглаживала по спине.

— Все будет хорошо, — прошептала на ухо.

Я улыбнулась. Пусть подруга еще не знает всей правды, но ее сочувствие действовало лучше всяких успокоительных и было так кстати.

Мы вместе закончили приготовление ужина, когда в дверь позвонили. Встретили Катю и Мишу. Одного взгляда оказалось достаточно, чтобы понять: произошло что-то прескверное.

Ужинали, болтая о всякой ерунде. Терпеливо ждали, пока Катя накормит Мишаню и займет его игрушками.

Я уже помыла посуду. Мила потягивала из бокала красное вино. Я приготовила для нас с Катей две большие кружки чая и села напротив. Была уверена: разговор предстоит долгий.

Подруга вернулась на кухню с бумагами в руках. Устроилась рядом со мной. Мила забрала у нее документы и стала их изучать.

— Митя обратился в суд, чтобы развестись, — безрадостно начала Катя, — и хочет, чтобы Миша остался жить с ним.

— Что? — ошеломленно воскликнули с Милой.

Катя закрыла глаза ладонями и качала головой из стороны в сторону. Я думала, что подруга разрыдалась. Но она убрала руки, и лицо ее было искажено злобой.

— Пришел ко мне вчера пьяный. Намекал, что хочет вернуться, — рассказывала сердито, — жалился, как все достали. А утром явилась его девка и с насмешкой бумаги мне вручила. Я совсем запуталась, где правда, а где ложь. Не представляю, как Митя может быть таким… беспринципным… слабовольным… Я с ума схожу. Меня от ненависти на части рвет. Не могу находиться в своей квартире.

— Правильно сделала, что приехала, — коснулась Катиной ладони, но она отдернула руку.

— Прости, Лизка. Я сплошной комок нервов. Кажется, тронь меня и взорвусь, — сжавшись, виновато промолвила Катя. — Они меня специально мучают. Мстят. Только вот за что? Я не пойму…

— Доводы достаточно серьезные, — задумчиво сказала Мила, убирая исковое заявление на стол, подальше от нас. — Но составлено неаккуратно. Сами писали или слабенький юрист.

— Они там все приплели. Даже мое нападение с топором. Пишут, что свекровь почувствовала от меня запах алкоголя, поэтому и настаивала, чтобы Миша остался у них с ночевкой. Якобы сыну со мной небезопасно! Как?! Как такое можно сочинять?! — сокрушалась Катя.

Мила сложила перед собой руки и, встретившись с Катей взглядом, твердо произнесла:

— Хватит искать объяснение их поступкам. Поперек горла ты им. Ненавидят они тебя. Хотят уничтожить. Знать больше этого тебе нет необходимости. Какая разница, был Митя искренним, когда жалился или это часть извращенного плана?! Это ничего не меняет! Они плохие люди. И теперь тебе враги. — Мила откинулась на спинку и с претензией спросила: — Ты проплакалась? Пожалела себя?

Катя в ответ растерянно кивнула головой.

— И хватит! Теперь покажем ему! Главное, грамотно выстроить защиту!

— Мила, это очень дорого. Я себе работу найти не могу!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Катя, я юристов Себастьяна знаю лучше, чем его родную мать. Есть там такой миловидный дядечка. Располагает к себе, кажется мягким и робким. А как раскроет рот — зубастая акула! Он нам и нужен! — четко обрисовывала Мила.

В моей душе просветлело. Но Катя поникла головой и покраснела от смущения. Миланья придвинулась ближе и уговаривала ее:

— Пожалуйста, позволь нам с Себастьяном тебе помочь.

— Я такая ничтожная. Ничего не стою… — горестно прошептала Катя.

— Неправда! Когда человек попадает в беду, разве не родители или близкие люди первыми должны приходить ему на помощь? Мы же друг за дружку горой! Разве нет так? — Мила переводила между нами взгляд.

— Конечно, так! — подхватила я и все же коснулась Катиной руки. Она хотела вырваться, но я в ответ только крепче сжала ее ладонь. — Не ты плохая, Катя. Это они — сволочи! Прекрати себя винить.

Катя шумно вздохнула. Из ее глаз хлынули слезы. Я притянула подругу и крепко прижала к себе.

— Знаешь, Катя, люди говорят, что лучше быть вдовой, чем разведенкой… — игриво размышляла Миланья. — Как тебе такой вариант? Честное слово, я Митю уже собственными руками готова задушить!

Катя хохотнула между всхлипываниями.

— На пару с его мамашей! — я внесла в шутку важное дополнение.

Глаза Милы загорелись идеей.

— И на время процесса вам с Мишей нужно перебраться к нам в особняк! Чистый воздух, парк, бассейн! И никаких непрошеных гостей! — вдохновенно предложила она.

— Это уже перебор, — отстраняясь от меня и утирая слезы, произнесла Катя.

Я же поддержала Миланью:

— Соглашайся! Мила поможет за Мишей присмотреть. Будешь спокойно на собеседования ездить. И Григорьевы до тебя не доберутся.

— Звучит, как хороший план, — заключила Миланья, довольно нам улыбаясь.

В воскресенье проснулась раньше будильника. Лежала, уставившись в потолок, и нервно предвкушала визит к врачу. Старалась отвлечься мыслями о девчонках. Они уехали от меня вчера днем. Забрали необходимые вещи с Катиной квартиры и умчали к Миланье в особняк.

Мила была полна решимости. Причем настолько, что своим боевым настроем заразила всех вокруг. Под ее влиянием даже Катя приободрилась и перестала лить слезы. Я же, благодаря Миле, осмелилась с надеждой посмотреть в будущее.

Я не первая и не последняя мать-одиночка. Многие женщины попадают в ситуации и похуже. У меня хотя бы есть высокооплачиваемая работа. И пусть топы решат, что молодой маме нельзя доверить управление филиалом, свое место начальника отдела я точно не потеряю.

Молодой маме… Подумала, и мурашки побежали по коже. Коснулась ладонями живота. "Привет, — тихо сказала, улыбнувшись, — кто же там? Сынок или дочка?.."

Зазвенел будильник. Пора! Отключила сигнал и встала с кровати. Вдруг комната качнулась и поплыла перед глазами. К горлу подступила тошнота.

Пошатываясь, добралась до уборной. Опустилась на пол. Тело покрылось липким потом. В нос ударили сразу все запахи. Чувствовала освежитель воздуха, мыло на маленькой раковине, даже клубничный аромат туалетной бумаги доносился до меня. Не могла выносить их насыщенности.

Резкие позывы скрутили живот. Прильнула мокрым лбом к холодному кафелю и закрыла глаза. "Ну здравствуй, утренний токсикоз…" — печально скривилась я.

Просидела на полу полчаса, не меньше. Когда тошнота отступила, быстро собралась к врачу.

Клинику предусмотрительно выбрала рядом с квартирой, которую оформляла в ипотеку. Та, в свою очередь, была в пешей доступности от работы. Так что посещать врача смогу даже в обеденный перерыв. Старалась продумать каждое решение на шаг вперед. Ведь моя беременность никоим образом не должна была сказаться на трудоспособности.

Припарковалась на просторной парковке. Вбежала в стеклянные автоматические двери клиники.

Врач уже ожидала меня в назначенное время. Быстро оформилась на ресепшне и прошла в кабинет.

— Здравствуйте, — натянуто улыбнулась строгой женщине в ослепительно-белом халате.

— Доброе утро, Елизавета, присаживайтесь, — она указала на мягкий стул напротив, — меня зовут Галина Денисовна. Я буду вести вашу беременность, если она подтвердится. Давайте начнем с небольшого опроса.

На меня посыпалась череда стандартных вопросов. Врач вносила ответы в новенькую карточку. По окончании сбора информации заполнила бланк на анализы, и, передавая его мне, сказала:

— Посмотрим уровень ХГЧ в крови. Наша лаборатория находится в соседнем здании. Так что уже через час узнаем результат. Но симптомы, которые вы описали, и так указывают на беременность.

Я перебирала пальцами полученное от врача направление. Очень стеснялась, но все же озвучила неудобный момент:

— Галина Денисовна, мне понадобится услуга… по установлению отцовства. Я читала на сайте клиники, что здесь возможно ее получить.

Врач сочувственно посмотрела на меня. Я выдохнула с облегчением: никаких осуждающих взглядов.

— Дородовой тест ДНК проводится с седьмой недели. Я запишу вас.

— Спасибо большое, — кивнула в ответ.

Покинула врача и сдала в процедурном кабинете кровь. Решила позавтракать в кафе напротив клиники, а уже после отправиться домой.

Перебежала дорогу и расположилась за одним из свободных столиков. Официантка вскоре принесла мой заказ. Я медленно помешивала чай в большой кружке и задумчиво смотрела в окно.

Никогда не думала, что буду задаваться подобным вопросом, но кто же отец моего ребенка? От мысли, что им скорее всего является шеф, защемило в груди. Ведь нам с Костиком не удавалось зачать малыша, и надежда на его отцовство была призрачно мала. Душу обожгло горечью сожаления. "Нет!" — резко пресекла сама себя. Нежно прикоснулась к животу. Во мне развивается маленький человечек, и я не имею права сокрушаться о произошедшем. Разве это не тоже самое, что подумать: лучше бы его вовсе не было?! Нет, я рада тебе, малыш. Я мечтала о тебе и уже люблю всем сердцем!

С аппетитом управилась с завтраком и вернулась на парковку. Проехала половину пути до дома, когда позвонили из клиники.

— Да, — ответила я.

— Это Галина Денисовна, — услышала голос врача. — Анализ готов. У вас пятая-шестая неделя беременности.

— Хорошо. Спасибо, что позвонили, — говорила я вслух, а про себя сокрушалась, что нельзя определить срок с точностью до дня.

— Значит, проведем тест ДНК через пару недель, — решила врач.

Я согласилась, закончила разговор и нажала отбой. Две недели… и еще десять дней ждать результат. Быстрее бы пережить это давящее неведением время.

Зарулила во двор своей многоэтажки и остановила машину на свободном месте. Выбралась из хэтчбека и закрыла его, нажав на брелок. Шла домой, погруженная в мысли.

— Лиза.

Вздрогнула от неожиданности. Резко подняла взгляд. У подъезда возле лавочки стоял Костик. Он был одет в легкие спортивные штаны и футболку. В руках беспокойно сминал кепку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Привет, — улыбнулась в ответ, понимая, что муж был на пробежке. Заставала ли я когда-нибудь Самойлова за этим занятием? Конечно, нет!..

— Я был рядом. Хотел поговорить, но в квартиру не дозвонился.

— Я посещала врача, — объяснила свое отсутствие и невольно расправила спину. Все сожаления прочь!

— Давай пройдемся? — предложил муж, и мы направились по тротуару вокруг дома. — И что у врача? — интересовался он.

— Встала на учет. Кровь взяли. В общем, все хорошо, — буднично рассказала я. Потом отпустила голову к земле, собираясь с духом. Сейчас лучший момент спросить его об этом. Остановила мужа, коснувшись плеча. Заглянула в глаза. — Я хотела бы установить отцовство. Это можно сделать по моему анализу крови. Ты согласишься сдать мазок?

Костик изучал мое лицо.

— Что планируешь? Какие варианты? — с замиранием, словно боясь услышать ответ, все же произнес он.

— В любом случае, я буду растить малыша сама. Если ты об этом… — ответила решительно. — Главное для меня не потерять работу.

— Лиза, ну как же ты надеешься справиться? — участливо спросил муж.

— Я должна, просто обязана. Не могу лишиться последнего, — я говорила твердо, но на глазах навернулись слезы, — и так многое потеряла. Я тебя потеряла…

— Ты меня не потеряла, — горячо перебил Костик. Он подошел ко мне близко-близко. Чувствовала его горячее дыхание. — Я не переставал думать о тебе. Ни на один день. Вышел сегодня на пробежку, а ноги сами привели меня к нашему дому. Я с ума без тебя схожу! Мне все равно, чей это ребенок. Не одна ты виновата, что так у нас вышло! Я рушил все твои мечты, превратился в тряпку! Дай мне все исправить! Я так хочу быть с тобой! Так тебя люблю!

Слушала его и заливалась горючими слезами.

— А если ты пожалеешь? — сквозь рыдания, готовая броситься в объятия к мужу, спросила я.

— Лиза, я уверен, как никогда! Я не брошу тебя одну!

И я упала в его сильные, родные руки. Он покрывал мое лицо поцелуями. Я шептала "спасибо". Я молила "прости". Я благодарила Бога и судьбу.