Глава 9. Катя

Свекор все-таки настоял на совместном ужине. Я была не в восторге, но Митя хотел провести вечер с родителями.

Нас встретила Вера Вячеславовна. Пока разувались, она помогала Мише снять верхнюю одежду.

— Что же шапка такая теплая? Уже нужно потоньше, — приговаривала, убирая вещи в шкаф.

Я провела рукой по волосам сына. Голова не вспотела. Нормальная шапка! Весенняя. Вот лишь бы сказать!

Помыли руки и прошли в зал.

— Отец побежал в магазин. Суп-пюре я всегда подаю с французской булкой, — говорила свекровь, поправляя приборы на столе.

Мы с Митей сели на диван. Миша принес пульт и попросил включить мультики.

— Обычно я пеку их сама. Но вы так спонтанно собрались в гости, — словно между прочим заметила Вера Вячеславовна.

Митя глянул на маму, но промолчал. Ярослав Станиславович два дня нас уговаривал. За сколько же нужно предупреждать?

Свекровь отлучилась на кухню. Мишаня сел на пол перед телевизором. Я прильнула к плечу мужа и смотрела мультик.

Из коридора донеслись голоса. Это вернулся папа. Он оставил хлеб на кухне и присоединился к нам. Сын бросился обнимать дедушку. Ярослав Станиславович сел вместе с ним на пол и громко обсуждал происходящее на экране. Я улыбалась, наблюдая за ними.

В комнате появилась свекровь со старинной фарфоровой супницей в руках.

— Вам помочь? — спросила, приподнимаясь.

— Нет, нет. Спасибо, Екатерина. Я сама, — строго ответила она. — Что же вы так близко к телевизору сидите?! — громко сделала замечание.

Свекор тут же подскочил и переместился вместе с внуком в кресло.

— Вы не проверяли Мише зрение? Он всегда близко подходит к экрану. Такие мелочи надо замечать, Екатерина, — отчеканила Вера Вячеславовна и вышла из зала.

— А правда, — повернулся ко мне Митя, — давай сходим к окулисту?

— Мы перед садом всех врачей проходили. Все у него хорошо, — уверенно ответила я, но потом засомневалась. — Если только к платному повести. Перепроверить.

Свекровь заставила стол угощениями. Мы приступили к ужину. Вера Вячеславовна очень вкусно готовила. Знала это и честолюбиво наблюдала, как мы уплетаем еду.

Ярослав Станиславович возился с Мишей. Подавал ему хлеб, поправлял салфетку. Конечно же, под чутким руководством свекрови.

— Уже решили с отдыхом? — спросил Митя у родителей.

— Мама хочет отправиться по Золотому кольцу, — ответил папа. — Планируем на середину мая.

— Отличная идея! — поддержал муж.

— А у тебя когда отпуск? — интересовался свекор.

— В августе. Мы еще не думали насчет поездки.

— А ты не можешь отпуск перенести? Поехали с нами! — воодушевленно предложил папа.

— Поспрашиваю, — обещал Митя. Толкнула его ногой под столом. Муж резко посмотрел на меня. — Но скорее всего не получится, — поспешил добавить.

— Ты все равно разузнай! — не унимался свекор.

— У вас этим летом едва ли выйдет поездка, — вступила в разговор Вера Вячеславовна. Ее слова прозвучали без капли сомнений. Мы молчали и ждали пояснений. Откуда такая уверенность? — Екатерине ведь пора выходить на работу. А отпуск дают только через полгода.

— Там по договоренности с работодателем. Можно и раньше, — не согласилась я. Свекровь хмыкнула и сделала удивленное лицо. Я тряхнула головой. — Но я пока не планирую выходить. Да и на прежнее место не вернусь.

— Отчего же? — Вера Вячеславовна смерила меня изумленным взглядом. — Митенька не знает отдыха. Пора помогать мужу, Екатерина.

— Вы правы, конечно. Но с работой придется повременить. Вы же знаете, Миша часто болеет. Сад нормально посещать мы не можем. Три дня сходим, неделю лечимся, — объяснила я и грустно улыбнулась, стараясь сгладить растущее напряжение. В первую очередь свое.

— Раньше декретного отпуска вообще не было. Ничего, женщины справлялись. Если не оставлять ребенка дома с каждой соплинкой, то и в сад удастся ходить, и на работу выйти, — сказала свекровь и приподнялась, чтобы убрать пустые тарелки.

Она всегда так делала: кинет гадость и прочь из комнаты. Сегодня превзошла саму себя с замечаниями! Я не сдержалась.

— Раньше и машин стиральных не было. Ничего, женщины справлялись. Но вы почему-то не отказываете себе в комфорте, — сказала я, вторя ее деловой интонации.

Свекровь уже была у дверного проема. Услышала, что я решилась ответить, и замерла на секунду. Я видела только ее дрогнувшую спину, но могла себе представить, как высоко взлетели ее брови и как сильно поджались губы!

Митя возмущенно смотрел на меня. Ярослав Вячеславович побледнел. Я опустила глаза. От того, что ответила, легче не стало.

Мама Вера молча покинула комнату. Я покраснела.

— Серьезно, Митя, почему не дать сыну постепенно привыкнуть к саду?.. Если есть такая возможность, — пробурчала в свою защиту. — Я прекрасно знаю, что раньше женщинам приходилось сложнее.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Ты права, Катенька, — так быстро и так тихо прошептал свекор, что я невольно улыбнулась.

Но Митя остался недоволен.

Вера Вячеславовна вернулась как ни в чем не бывало. Села на свое место во главе стола и пригубила сок. Мишаня доел и побежал в спальню к игрушкам. Папа отправился с ним.

Мы закончили с основными блюдами. Осталось пережить десерт, минут двадцать после и можно собираться домой!

Я взяла тарелку мужа, поставила сверху своей.

— Все было очень вкусно, мама Вера, — сказала и хотела подняться, чтобы отнести посуду на кухню.

Свекровь кинула на меня взгляд. Я под его тяжестью впечаталась в стул.

— Чем же ты намерена заняться, если когда-нибудь все же выйдешь из декрета? — резко спросила она. Ее неприязнь больше не скрывалась за строгостью.

— Я хорошо рисую. Хотела бы давать уроки детям, — несмело ответила.

— Много ли сейчас платят таким учителям? Без профильного образования? — язвительно бросила Вера Вячеславовна.

Я мысленно себя успокаивала. Разговор в таком тоне ни к чему хорошему не приведет. Обмен любезностями пора прекращать.

Посмотрела на мужа. Он как воды в рот набрал. Очень удобная позиция!

Встала и собрала тарелки в стопку. Одновременно отвечала свекрови с примирительной интонацией:

— Нет, мама Вера. Совсем немного. Но так я смогу совмещать работу и дом.

Мне хотелось кричать, что было сил: "Без вас разберемся!.. Почему вы вечно во все лезете?.. У нас с мужем своя голова на плечах!.. И шапочка у Миши нормальная!" Но я совладала с эмоциями и осталась довольна собой.

Вошла на кухню. Открыла дверцы шкафа и достала мусорное ведро. Стала сбрасывать в него остатки с тарелок. В комнате появился Митя. Оперся спиной о стену и сложил руки на груди. Неодобрительно смотрел на меня.

— Катя, нельзя так с мамой! — сказал с претензией.

Пару секунд боролась со злостью. Потом отложила тарелки и подошла к мужу.

— Прости меня! — виновато заглянула ему в глаза. — Мне нужно было промолчать. Но все эти замечания… Знаешь, я тоже так могу! — Стала подражать манере свекрови раздавать колкости: — Мама Вера, кто же это угощает супом на ужин? Мама Вера, почему у вас для сока бокал на ножке? Мама Вера, а булочки следует подавать теплыми!

Митя усмехнулся.

— Замучила меня, правда! — горько призналась и прижала руку к сердцу.

Муж притянул к себе и обнял. Чмокнул в макушку.

— И ты еще молчишь! Взял бы, да сказал что-нибудь в мою защиту, — обиженно добавила.

— Ты же знаешь, станет только хуже, — сокрушенно сказал Митя.

— Знаю… Но что за отношения такие, когда один человек всех изводит? — потом усмехнулась и исправилась. — Не всех, конечно. Митенька у нас в почете.

Муж хотел возразить, но в кармане его брюк завибрировал телефон.

— Пойду на балконе поговорю, — сказал и вышел из комнаты.

Я опять занялась тарелками.

На душе было паршивенько. Зря я ответила свекрови. Это не выход. Так мы погрязнем в ссорах и вовсе не сможем общаться. Нужно просто свести наши встречи к минимуму.

К Мише она хорошо относится. А это — главное. Я уж обойдусь как-нибудь без свекровиной любви.

Помыла посуду и хотела вернуться в зал. В дверях столкнулась с Митей. На нем лица не было. Глаза горели беспокойством.

— Что случилось? — разволновалась я.

— На работе неприятности. Надо срочно ехать, — сбивчиво объяснил муж и опустился на стул. Уперся локтями в колени и уронил голову на руки. Несколько раз провел ладонями по волосам, сильно впиваясь пальцами в кожу. Потом поднялся и решительно кивнул. — Поеду. Прости, Кать.

— Ничего… Если надо… — растерянно отвечала я.

Мы быстро собрались, попрощались с родителями и покинули их квартиру.

Митя напряженно вел машину. Никогда не видела его таким расстроенным. Не думала, что он может так переживать за работу. У меня, наоборот, от мысли, что мужа могут уволить, в глубине души зародилась надежда. Конечно, должность у него хорошая, а зарплата высокая, но я бы не горевала, лишись он этого места. В любом случае я поддержу мужа.

Посмотрела на Мишу: сын уснул в автокресле.

— Митя, — обратилась шепотом, — не переживай ты так. Что стряслось-то?

— Там авария… небольшая, — неуверенно начал муж. Но потом собрался и доходчиво объяснил: — Сменщик на нас валит. Не явлюсь — скажет, что мои ребята виноваты. Он давно зуб на меня точит. Хочет пристроить своего родственника на мое место. Поэтому переживаю. Ладно бы рабочий момент, а так…

— Да уж, неприятно! — согласилась я.

Добрались домой. Митя быстро собрался и опять запрыгнул в машину. Мы с Мишей провожали его на улице. Муж махнул на прощание рукой, и седан тронулся с места.

Я смотрела, как он отъезжает от дома и скрывается за поворотом. Мучилась угрызениями совести, но очень надеялась, что сменщику мужа удастся провернуть свое непорядочное дело.