Глава 10. Лиза
Объявили снижение самолета. Пристегнула ремень и вцепилась в подлокотники кресла. В присутствии шефа не позволяла себе паниковать. Но очень-очень хотелось!
Бросила взгляд на Максима Викторовича. Ледяное спокойствие! Поза расслаблена, внимание занято чтением. Начальник перевернул страницу, загнул уголок. Отложил книгу в сторону и потянулся к своим ремням. Давно пора!
Мое нервное напряжение достигло высшей точки и завладело всем телом. Но разум еще держался! Хватался за краешки ускользающего сознания, спасая меня от срыва. После опоздания на первое совещание шефа, а оно мне будет припоминаться еще не один год, осталось только закатить истерику в самолете. Руководители, которым не хватает стержня достойно пережить перелет, никому не нужны!
— Вам некомфортно в небе, Елизавета Павловна, — услышала уверенный, твердый голос Максима Викторовича. Не поняла, спрашивает он или утверждает…
Я догадывалась, что плохо выгляжу. Но так погрузилась в мысли, что только теперь осознала как часто и тяжело дышу, как побелели костяшки на моих руках, как покрылось испариной лицо. А я-то думала, что справляюсь!
— Да, — сказала дрожащим голосом, не в силах добавить к ответу его имя отчество.
Глаза наполнились слезами. Ненавижу проявлять слабость!
— А я обожаю полет, — довольно протянул шеф, — прикасаешься к чуду инженерной мысли. Только по-настоящему пытливый ум мог придумать такое судно. Только по-настоящему смелый человек мог решиться испытать его. Вы знали, что самолет, признанный первым в мире, продержался в воздухе всего двенадцать секунд? А пролетел чуть больше тридцати шести метров? Он был построен в Америке братьями Райт. Они же первыми совершили полет по кругу, а позже — по замкнутому маршруту в тридцать девять километров…
Даже жутко боясь, не могла игнорировать шефа. Голос его звучал спокойно, в словах слышался неподдельный интерес. Мое воображение рисовало бесстрашных изобретателей, посвятивших свою жизнь необыкновенной идее. Он отвлек меня, и паника стихла.
— Воздушные судна совершенствуются из года в год, — продолжал Максим Викторович. Он сел вполоборота и смотрел на меня. — Признаны самым безопасным транспортом в мире. Так что нужно быть действительно мнительным человеком, чтобы бояться перелета. Вот таким людям не стоит даже мечтать о великих свершениях.
Лицо шефа оставалось хладнокровным, но, клянусь, я уловила насмешку в его глазах! Очередную оплеуху получила! Спасибо, Максим Викторович, мне уже не страшно! Я закипаю от злости!
Старалась не показать вида, насколько мне неприятен намек. Шеф откинулся на спинку. Я медленно перевела взгляд к иллюминатору.
Тем временем самолет успешно приземлился. Мы покинули судно и прошли к багажным лентам. Забрали чемоданы, направились к выходу из аэропорта. Нас ожидали два представителя от завода. Мы пожали друг другу руки и вышли к служебной машине.
В пути смотрела в окно. Краем уха слушала Максима Викторовича. Он оживленно беседовал с работниками завода. Такое положение было для меня непривычным. Ведь это я беру инициативу в свои руки! Я веду разговоры и задаю им тон! Семен Семеныч при мне всегда был просто сопровождающим.
Кивнула какой-то реплике шефа и опять задумалась.
А эта история с инновациями… Да я два раза направляла прежнему начальнику рекомендации по обновлению оборудования. Досконально изучила новейшие разработки. Обосновала все плюсы внедрения. Но Семен Семеныч был консервативен и боялся рисковать. Теперь получалось, что из-за него моя толковая идея не дошла до высшего руководства.
И здесь теряю позиции! Просто какая-то полоса неудач!
Посмотрела на шефа. Он так непринужденно, на равных общался с представителями завода. Хотя это даже не замы директора.
Ох, неужели его пренебрежительное отношение связано с тем, что я женщина?! Прищурилась и с подозрением всмотрелась в лицо Максима Викторовича. Тут уж я бессильна. И никакие профессиональные качества не помогут…
Машина остановилась у проходной завода. Мы получили пропуски и, пройдя через здание, оказались в огромном внутреннем дворе. Представители отвели нас в один из корпусов, выдали белые халаты и шапочки для волос.
Автоматические полупрозрачные двери пропустили нас внутрь. Мы остановились у новенькой производственной линии. К нам присоединился главный инженер и теперь рассказывал о ее работе.
Я следовала за Максимом Викторовичем. Слушала и наблюдала. Шеф задавал вопросы, обращал мое внимание на важные участки, делал видеозаписи на телефон. Было очень интересно вживую изучать дорогостоящее оборудование. Но на протяжении всего дня меня не покидало неприятное ощущение. Ведь я превратилась в Семена Семеныча. В безмолвного сопровождающего умелого, солидного начальника. Разница была только в том, что меня это в корне не устраивало!
Вечером машина везла нас в отель. На сегодня с делами было покончено.
Еле дождалась, пока попаду в свой номер. Оставила чемодан у двери, сняла обувь и завалилась на кровать. Устала жутко!
Дала себе пятнадцать минут. Просто лежала и старалась оставить этот день позади. Уговорила себя принять душ и переодеться в удобную одежду. Взяла с тумбочки меню ресторана. Закажу еду в номер, поговорю с Костиком и лягу спать!
Услышала звонок своего мобильного. Достала его из сумочки и приняла вызов.
— Елизавета Павловна, — раздался голос шефа.
— Да, — удивленно ответила.
— Жду вас в лобби отеля. Наш столик скоро освободится, — скомандовал Максим Викторович.
— Я… Я поужинаю в номере, — неуверенно отказалась.
— Нам нужно подвести итоги дня, Елизавета Павловна. Будьте добры спуститься.
Услышала знакомые железные нотки и поспешила согласиться:
— Да, конечно, Максим Викторович.
Нажала отбой и рухнула на постель.
— Нет, нет, нет, — сокрушалась я. — Не хочу!
Но делать нечего! Поднялась и поплелась к чемодану искать подходящее платье.
Утомленно вздыхала, спускаясь в лобби отеля. Этот рабочий день длится целую вечность… Окинула взглядом стойку и диваны. Шефа нигде не было.
Прошла к открытым дверям ресторана. Меня встретил презентабельный молодой человек.
— У вас заказан столик? — спросил, лучезарно улыбаясь.
— Нет, меня ожидают. Яровой Максим Викторович, — хмуро ответила, не разделяя его светлого настроения.
Хостес быстро сверился со списком.
— Да, прошу вас, идемте. — Взял два меню и направился вглубь зала.
Следовала за молодым человеком. Ресторан был полон гостей. Среди гудящего, двигающегося окружения рассмотрела шефа.
Максим Викторович занимал один из столиков у огромного витражного окна. Освещение в зале было приглушенным. У края столешницы вместе с салфетками и приправами стояла аккуратная лампа в причудливом остроугольном абажуре. Шеф придвинулся ближе к ее свету. Перед ним лежала раскрытая книга, рядом стоял стакан с минеральной водой и долькой лайма.
Максим Викторович увлеченно читал, и мы оставались незамеченными. Тогда хостес, извинившись, обратился к нему. Я опустилась в кресло напротив начальника. Молодой человек вручил нам меню и, пожелав приятного вечера, удалился.
Максим Викторович убрал книгу в портфель и, сложив перед собой руки, посмотрел на меня. Обстановка расслабляла и настраивала на отдых. Шеф казался потеплевшим и не таким колючим… Но меня не проведешь! Я знала: одно неверное слово и мягкий взгляд начальника обожжет холодом, едва заметная улыбка на губах исчезнет, а саркастическая реплика не заставит себя ждать!
Поэтому сидела вся как на иголках. Будто пришла на собеседование. Да так оно и было! Любая сказанная мною фраза и сделанное движение придавались оценке. По идее, такое отношение должно было поднять во мне дух соперничества. Но я пасовала перед новым шефом, сжималась до размеров улитки под его пристальным, изучающим взглядом. И за это безумно злилась сама на себя.
— Давайте определимся, — сказал Максим Викторович и стал листать меню.
Не могла и не хотела выбирать ужин. Бесцельно бегала глазами по строчкам.
К нашему столику подошла официантка. Приняла заказ шефа и теперь вопросительно смотрела на меня.
— Мне тоже самое, — бросила, не подумав. Что он там вообще заказал?
Максим Викторович резко поднял глаза. Ну конечно, он расценит это по-своему! Мнительная копуша даже еду себе в ресторане выбрать не может!
— Одну секунду, — вела пальцем по названиям блюд. — Мне стейк. Средней прожарки. И пятьдесят граммов виски со льдом. Спасибо.
Улыбнулась и вернула меню. Ну вот, я как настоящий мужик — буду есть мясо и пить крепкий алкоголь! Не всякое там дамское вино! Посмотрим еще, кто тут круче!
Официантка, выражая всем своим видом удивление, записала заказ. Шеф усмехнулся.
Усмехайтесь, Максим Викторович. Самойлова ведь такая смешная!
Начальник подался ближе и положил руки на стол, сцепив ладони замком. Лицо его стало серьезным.
— Как вам экскурсия, Елизавета Павловна? — строго спросил.
Вот оно. Собеседование началось. Кажется, мне нужна еще одна невидимая копилка. Нет, не копилка. Коробка. Буду прятать туда волнение, которое сбивает меня с толку в присутствии шефа.
Постаралась откинуть стеснение. Отодвинула эмоции и сосредоточилась.
— Корпус идеален. Стоит позаимствовать подобную организацию пространства. Цех, подсобные помещения — все продумано до мелочей. Единственное, цифры вызывают сомнение. Вы не знаете, но я тщательно изучала вопрос внедрения подобного оборудования… — говорила уверенно и четко, пока шеф не прервал меня:
— Я знаю. Просмотрел дело каждого сотрудника. Видел ваши рекомендации — очень грамотно, — спокойно заметил Максим Викторович.
Но-о-о… Застыла в ожидании. Должно же последовать "но", а за ним едкое замечание…
Шеф молчал. Это что, не ирония?.. Расправила плечи, приободрившись.
— Так вот. Цифры, озвученные главным инженером, занижены. У такого оборудования КПД должно быть выше, — продолжила я.
Максим Викторович кивал, соглашаясь со мной. Судя по всему, он эту разницу не заметил.
— Я перепроверю. У меня есть отчет по работе новой линии, — задумчиво сказал он.
Официантка принесла наш заказ. Поставила передо мной тарелку с гигантским куском мяса. Я такой за неделю не съем… Перевела взгляд на шефа. Девушка подала ему ризотто с морепродуктами и бокал прохладного белого вина. Я прикрыла рот ладонью, стараясь сдержать смех. Кажется, перестаралась в своей гонке за мужественностью.
Максим Викторович меня не пощадил. Наблюдал с хитрой полуулыбкой и ждал, когда же я сдамся. Но не на ту напал! И хоть смотреть на очередной кусочек мяса, поднесенный ко рту, я больше не могла, а каждый новый глоток виски сильнее обжигал горло, победа осталась за мной! Положила приборы на пустую тарелку и откинулась на спинку кресла. Была не в силах пошевелиться.
Максим Викторович, давно справившийся со своим ужином, воодушевленно спросил:
— Закажем десерт?
— Нет, — ответила быстрее и резче, чем следовало. Даже руку вперед выставила, чтобы мой отказ стал понятнее.
В глазах шефа мелькнуло довольство. Ему явно нравилось наблюдать за моими страданиями. Но я не смутилась. Наверное, все дело в виски — я набралась смелости и улыбнулась ему в ответ.
— Сладкое только испортит послевкусие прекрасного ужина, — объявила я.
Максим Викторович медленно качал головой, показывая, что и сам разделяет подобное мнение. Его взгляд дольше принятого задержался на моем лице. Такой же внимательный, но иного настроя. Не могла уловить его смысл. Задумчивый, лишенный насмешки, он окатил меня горячей волной смущения. Щеки залились румянцем, и я отвела глаза.
Максим Викторович, опомнившись, резко подозвал официантку и попросил счет.
— Завтра у нас встреча в центральном офисе завода. Машина подъедет к восьми. Если успеем, то до вылета посетим выставку, — пока не вернулась официантка, он говорил уже известную мне информацию, словно старался не допустить между нами неудобного молчания.
Принесли счет, и шеф расплатился. Я знала, что эти расходы будут включены в командировочные и не предлагала их поделить.
Мы покинули ресторан и направились к лифтам. В тишине поднялись наверх. Пока следовали по коридору к моему номеру, поймала себя на мысли, что даже сейчас, когда "собеседование" позади, а рабочий день, наконец, подошел к концу, рядом с Максимом Викторовичем я все равно испытывала смущение и напряженность.
Остановились у двери.
— Елизавета Павловна, спасибо за ужин, — сказал шеф и протянул руку.
Я улыбнулась. Раньше он никогда не приглашал меня к рукопожатию. Кажется, лед тронулся!
Наши ладони встретились. Мое сердце отозвалось частым ритмом. Волнение сбило дыхание. Его прикосновение было твердым, но в меру крепким. Я старалась соответствовать и с силой сжала руку.
— И вам спасибо, Максим Викторович, — ответила и открыла дверь. — Доброй ночи.
— Доброй ночи, — сказал шеф, и я скрылась в номере.
Утром пропустила завтрак. Стояла у отеля в ожидании машины. Оставалось пятнадцать минут до назначенного времени.
Прошлый вечер придал мне уверенности. Думаю, наши отношения с Максимом Викторовичем в конечном итоге наладятся. Конечно, моя деловая хватка уступает. В противном случае на заводе инициатива исходила бы от меня, а не от шефа. Вот поэтому он — начальник филиала, а я пока всего лишь заведую отделом. Если бы моя голова не была забита бесконечными придирками, то я смогла бы у Максима Викторовича даже чему-нибудь поучиться.
Заметила появление начальника. Он спускался со ступеней отеля. Сегодня его костюм классического кроя сменила более современная, зауженная двойка. С ворота рубашки вместо галстука свисали солнцезащитные очки. В руке, рядом с его неизменной спутницей — книгой, была зажата папка с документами.
Мои нервы натянулись. В животе защекотало от страха. Выдохнула и встряхнула волосами. Все будет хорошо!
— Доброе утро! — бодро поздоровался Максим Викторович. Меня окутал знакомый цитрусовый аромат.
— Доброе утро, — ответила, улыбнувшись.
— Машина задерживается, у нас есть полчаса. Давайте присядем, я хотел поговорить с вами, — скомандовал шеф и направился к воротам отеля. Они привели нас в очень уютный внутренний двор. На лужайках с невысокими аккуратно подстриженными деревьями располагались беседки. Мы заняли одну из них.
Пока Максим Викторович раскладывал передо мной документы, бросила быстрый взгляд на книгу. Увидела название, и мои глаза округлились. Он так увлеченно читает… квантовую физику!.. Мне определенно будет чему поучиться… Посмотрела на шефа. Он заметил мое любопытство. Опять эта насмешка во взгляде!
— Вас удивляет мой выбор, — самовлюбленно отчеканил Максим Викторович, занимаясь бумагами.
— Нисколько… Я знакома с квантовой физикой. Всякие там… квантово-механические системы. Это все довольно интересно, — я старалась говорить со знанием дела, но, кажется, выходило не очень убедительно.
Максим Викторович быстро посмотрел на меня и усмехнулся.
— Нет, вам это совсем неинтересно, — уверенно сказал он.
— Вы не можете знать это наверняка, — с вызовом не согласилась я.
Шеф улыбнулся моей настойчивости и придвинулся ближе к документам.
— Смотрите, вы оказались абсолютно правы насчет КПД! Я ночью все перепроверил. — Он перелистывал страницы и указывал мне на цифры. Слышала в его голосе неподдельное восхищение. — Держать в уме все нужные параметры, сопоставить их с имеющимися… Если честно, Елизавета Павловна, то я поражен вашей внимательностью!
— Я же говорила, что изучила вопрос, — внешне я сохраняла спокойствие и приняла его комплимент как должное. Но внутренне была готова лопнуть от гордости!
— Многие говорят, что в чем-либо разбираются. А на самом деле схватят все поверхностно и думают, что уже специалисты. Редко встретишь увлеченного человека, который горит своей работой. Не зря меня предупреждали, что вы прекрасный сотрудник, — сказал шеф и, убирая руку от документов, накрыл ею мою ладонь.
Меня словно током ударило! Тело бросило в жар. В висках гулко застучало. Это дань моему профессионализму? Он так выражает, насколько впечатлен моими способностями? Давайте, Максим Викторович, дружеское похлопывание и отодвигайте руку!..
Но шеф не торопился меня отпускать. Тогда я медленно освободилась и спрятала обе ладони.
— Предупреждали? — переспросила я. О чем мы вообще говорили?.. Потирала под столом руку. Еще ощущала на ней его теплое прикосновение. Сердце выскакивало из груди.
— В высшем руководстве о вас очень высокого мнения. Особенно хорошо отзывался Семен Семеныч. Я думал, что он преувеличивает, — объяснил Максим Викторович, откинулся на спинку плетеного кресла и положил ладони на его подлокотники.
Так-то лучше. Держите их подальше.
— Очень приятно слышать, что меня ценят как сотрудника, — подчеркнула последние слова.
— Более того, Елизавета Павловна, — таинственно произнес шеф. — Меня прислали из Москвы не просто так… А со своего рода миссией. — Он выдержал интригующую паузу. — Я должен дать представление вашей кандидатуры на должность директора филиала.
Не верила своим ушам! Неужели это правда?!
— И я свое мнение составил. Вы отлично подходите на эту должность, — деловито сообщал шеф. — Конечно, нужно быть инициативнее, пунктуальнее…
— Я очень инициативна, Максим Викторович, — выпалила я. Боже, моя мечта сбывается! — А то опоздание, оно было исключением!..
— Я все о вас знаю, Елизавета Павловна, — так уверенно и твердо сказал шеф, что я на секунду опешила. — Знаю, что вы не опаздываете. Знаю, что предприимчивы. Но стоило мне надавить, и вы спасовали. Не отрицайте этого. Просто сделайте выводы и будьте потверже.
Он правда видит меня насквозь! Это даже пугает… Нет, не пугает! Завораживает! Это все была игра! Он играл со мной и смотрел, как я себя поведу… На моем лице мелькнула едва заметная улыбка: этому тоже стоит поучиться!
— Конечно, я не брошу вас на таком ответственном месте. Мы вместе составим бизнес-план по внедрению новой линии, представим его топам и получим одобрение. Когда линия заработает, я с чистой совестью предоставлю вам самостоятельность.
Шеф вводил меня в курс дела, а я была на седьмом небе от счастья! Вот это движение! Вот это изменения! Я так хотела этого, я так мечтала! Ощутила такой подъем и воодушевление!
— Спасибо, Максим Викторович, за доверие и возможность, — поблагодарила шефа.
— А сейчас нам предстоит утереть нос некомпетентности, — в радостном предвкушении сказал Максим Викторович. — Посмотрите, — он вновь переключил мое внимание на документы, — я рассчитал их упущенную выгоду из-за неправильных настроек оборудования.
Цифра получилась внушительная! Не все будут рады найденной ошибке, еще и работниками одного из филиалов. Ведь принято считать, что в центральном офисе специалисты лучше.
— И знаете, кто это сделает? — весело спросил шеф. Я вопросительно смотрела на него. — Тот, кто ошибку обнаружил. Надеюсь, вы любите указывать горе-специалистам на их промахи? — хитро сощурился Максим Викторович.
— Не поверите, это одно из моих любимых занятий, — широко улыбнулась в ответ.