Глава 48

Кот призывно зашипел. Я повернулась к двери и столкнулась с голубыми, как небо, глазами. И взгляд этот не предвещал мне ничего хорошего.

Бледный в помятом костюме Эдвард внимательно меня осмотрел. А я сжалась от страха. Ведь теперь хорошо поняла, что мужчину перед собой совершенно не знаю.

Кто он – незнакомец, за которого я собиралась выйти замуж? Убийца? Псих? Что он сделал с Кэтрин?

- Николь… - как-то жалобно простонал он. – Ты мне очень нужна!

Эдвард в этот раз даже здороваться не стал, что меня встревожило. Я практически отлетела за круглый стол в столовой, ограждаясь и вставая с противоположной стороны от Эдварда.

- Эдвард, меня ждут гости.

Я говорила спокойно, сжав письмо и аккуратно положив его в карман. На лице дежурная улыбка и только дрожащие пальцы выдавали волнение.

- Ты боишься меня, – грустно и коротко засмеялся он. – Меня! Но не его, Николь… Ты меня даже на несколько шагов не подпускала. А ему, как грязная девка, отдалась прямо на полу.

Последние слова он прорычал и попробовал обогнуть стол. Я понадеялась быть быстрее и выбежать. Но он мне это сделать не дал, практически схватив меня с обратной стороны, я чудом успела ускользнуть.

Мы снова оказались по разные стороны стола.

- Эдвард, я закричу, – серьезно сказала.

- И прославишь своего муженька как рогоносца, – фыркнул он. – Ты ведь никогда меня не любила, Николь! Никогда! Я так мучился, страдал. Но ты не видела этого…

Он злобно ударил кулаками по столу, что заставило меня содрогнуться.

- Проклятье можно снять, – просипела я. – Я знаю как, и помогу тебе…

Эдвард тут же ощетинился, его глаза стали злее.

- Ты знаешь о проклятье?

Я вздрогнула, поняв, что сказала лишнее. Еще раз осмотрела выходы. Единственной комнатой, куда я могла убежать, была кухня позади меня. Но успею ли я закрыть дверь или Эдвард меня поймает и сделает что-то очень плохое.

- В этом нет ничего страшного, – продолжила я успокаивать Эдварда. – Ты не виноват. Это не твое проклятье и я знаю…

- Я тоже знаю, Николь, – перебил он и, заглянув в глаза, поняла. Это правда.

- Папа знал, что нужно отказаться от рода. Но мы не можем позволить себе такую роскошь. Я не мог. Тогда он придумал эту авантюру в надежде, что проклятье ляжет не на меня, а на старшего сына. - Как же мое сердце сжалось за Дэйрона. Они все знали, столько лет позволяли страдать ему. Когда давно могли бы снять это проклятье.

- Но не помогло, почему вы не сняли…

- Отец изучал его, – спокойно сказал Эдвард. – Отец заплатил целителю, тот наплел басен Дэйрону, и деревенский дурачок в них поверил. Лекарь пробовал на нем разные сыворотки. Некоторые действовали на него очень плохо, иногда мы думали, что он и вовсе сдохнет.

Эдвард знакомо пошатнулся, и я поняла, что скоро произойдет.

- Не взял сыворотку, – сказал он, снова попытавшись обогнуть стол, но я не давала ему к себе приблизиться.

Кот зашипел, взобрался на стол, словно угрожая моему гостю. Но для Эдварда противник оказался слишком незначительным.

- Все могло бы сложиться по-другому, – сказал Эдвард. – Я надеялся, что ты сбежишь после писем. Это был такой идеальный план, Николь. Первое тебе отправила сестра Кэтрин, она же и встретила меня в столице, с охапкой, угрожая, что все знает. Отобрать у нее письма было проще, чем у ребенка…

Эдвард слабо усмехнулся и я испугалась.

- Ты убил ее? – спросила я и Эдвард замер.

- Нет, конечно, Николь. Я не убийца! Просто запугал ненормальную и все!

Сказал он, ударив по столу. Потом Эдвард вздохнул и даже немного успокоился.

- Я отвечу на все вопросы Николь. Хочу, чтобы ты знала все как было, а не как тебе рассказал Дэйрон. Ведь нам с тобой жить вместе…

Эдвард точно обезумил.

- Где Кэтрин? – отважилась спросить я дрожащим голосом.

Эдвард был слишком общительным, и я понимала, он отпускать меня не собирался. Просто так точно.

На удивление Эдвард поморщился.

– Ты можешь считать меня мерзавцем, наверняка Дэйрон так все и выставил! Но все было по-другому! Я, правда, любил ее, вначале. Она хорошо притворялась, была милой, а потом, после свадьбы, я понял, что она безумна! Она была такая истеричная, чокнутая женщина и с каждым днем я все меньше узнавал в ней Кэтрин… Но убивать бы не стал.

- Тогда где она? – повторила я свой вопрос. Разговор помогал немного успокоиться, пока Эдвард говорил, он меньше пытался достать меня с противоположной стороны стола.

- Умерла и отец спрятал ее тело, он сказал, так будет лучше, - сказал Эдвард, закрыв глаза и вновь сморщившись от боли. Я же съежилась от страха, но продолжила расспрос.

- Что с ней случилось? – всхлипнула я.

- Сердце остановилось. Она увидела меня, – ответил Эдвард, открыв глаза. – Я в чем-то даже завидовал Дэйрону. Отец позволил ему уехать и выпускать зверя, а мне – нет. Я постоянно пил эти ужасные отвары, от которых кружилась голова. Но жажда выпустить его никуда не девалась. Вытянуть когти, побегать по полу, повыть на луну. И однажды я смог это сделать, Николь. Здесь, в Борнмуте. Я впервые выпустил чудовище и мне понравилось. Эта сила, ярость, чистые эмоции… Благодаря Кэтрин я смог чаще появляться здесь. Но не слишком часто, чтобы не заподозрил отец и тупой братец. К слову, он действительно был тупой и совершенно ничего не замечал. Так как кроме топора ничем не умел работать. Особенно головой, - самодовольно заявил он.

- Кэтрин вышла ночью и застала тебя? – спросила я, желая понять.

- Да, – подтвердил Эдвард. – У нее было слабое сердце, - сказал он отрешенно, но потом снова поморщился. Я увидела, как его затрясло. Он положил одну руку на стол, и я чуть не вскрикнула, когда из пальцев полезли когти.

- Эдвард… - ахнула я.

- Я не хотел ее убивать, – сказала он практически с криком. – Она сама пошла, Николь. Я тебе вреда не причиню, просто заберу тебя с собой! По-другому не могу… Это все отец, Николь, все он. Я не могу.

Голос Эдварда изменялся, он стал грубее и более хриплым. Когда позвоночник хрустнул, удлиняясь, я кинулась на кухню и Эдвард за мной. Я услышала шипение – в один скачок кот налетел на Эдварда, заставив его вскрикнуть.

Я захлопнула дверь столовой, но Эдвард тут же начал ломиться, а замок обещал поддаться ему меньше, чем за минуту. Это заставило меня кинуться окрывтаь окно, чтобы вылезти. Распахнув створки, забралась на подоконник и соскочила на землю. цепляясь подолом юбки за кусты, побежала, не разбирая дороги.

Позади послышался звук разбитого стекла – он снес окно. И я закричала что было сил. Казалось, спасения нет. Что ему от меня надо? Почему не может по-другому?

Я бежала, а платье путалось и цеплялось за сучки и ветки кустов. Но не успела я добежать и до калитки, как нечто огромное налетело на меня, сбивая с ног. Я упала, больно ударившись головой. Все вокруг расплывалось. Я обернулась. Надо мной нависало чудовище, его рот был открыт, а лапы прижимали меня к земле. Морда была настолько близко, что я чувствовала его дыхание. Казалось, вот-вот клыки вцепятся в меня. Дрожащей рукой старалась нащупать какую-нибудь палку в траве, одновременно пытаясь отползти. Чудище оскалилось, замахнулось, но не коснулось меня – что-то тяжелое врезалось ему в висок. Эдвард взвыл и отскочил.

- Николь!

Ко мне подбежал Дэйрон. Быстро осмотрел. Поняв, что я не ранена, обернулся на монстра. Дэйрон быстро все понял. Эдвард и Дэйрон уставились друг на друга.

- Эдвард… - недоуменно произнес Дэй.

Но чудище не дало Дэйрону собраться с мыслями, и атаковало. Мой муж практически закрыл меня собою. Он пытался снова нанести удар тупой частью топора, но чудовище было слишком близко, не позволяя сделать замах. Эдвард ударил Дэйрона, и тот выронил топор. Они сцепились, рыча и нанося друг другу удар за ударом.

Я с содроганием сердца следила за боем. Чудище нанесло очередной удар, Дэйрон не успел увернуться и покатился в траву. Я вскрикнула, когда монстр навис над мужем разевая пасть. Но тут послышался выстрел.

Чудовище заскулило.

Еще один.

Послышались возбужденные голоса. Это были наши гости, и среди них Вуулен со своим пресловутым ружьем. Я вскочила, заграждая Эдварда и мужа, и не давая прицелиться.

- Леди, отойдите! – прокричали сзади возбуждённые голоса. – Он вас разорвет!

Я ненавидела Эдварда всей душой. Он оказался злым и темным человеком. Но все же не заслуживал такой смерти. В проклятье обоих сыновей был виноват отец.

Но мой муж со мной не согласился, он каким-то чудом смог встать весь в рваной одежде и крови обхватил меня, плотно прижимая к себе.

Эдвард кинул последний взгляд, в нем промелькнуло что-то вроде благодарности. Но возможно мне это лишь показалось. А после, он кинулся в лес с огромной скоростью. Пули снова засвистели. Дэйрон прижал меня к себе, целуя и сжимая.

- Я так испугался, – прохрипел Дэйрон рядом.

- Это я испугалась…

Из глаз покатились слезы, я не могла найти на Дэйроне живого места. Вся рубашка была разодрана и покрыта пятнами крови.

Дэйрон убрал мою руку.

- Все в порядке, Николь. Я в порядке, – спокойно говорил он, пытаясь убедить. – Смотри…

Раны неожиданно стали стягиваться. Я посмотрела в глаза Дэйрона, не понимая.

- Особенность проклятья, – пояснил он, прижимая и целуя меня в макушку. – Все хорошо, Николь. Все хорошо.

Пьяные и возбуждённые аристократы еле перебирали заплетающимися ногами, пытаясь добежать до нас.

Я прижималась к Дэйрону, все еще дрожа от слез и страха. Меня успокаивало только тепло любимого мужа, когда он рядом, я была в безопасности.

Вот так и закончилась сегодняшняя ночь аукциона. Эдвард убежал. Герцоги и леди обсуждали на свой лад увиденное животное – медведя или огромного волка. Тем не менее, наши земли были небезопасными.

Кому нужны земли, если на них обитают такие чудовища?

Все уехали прямо после перестрелки. Теперь у нас были ответы на все вопросы, а вместе с ними закрытая дорога и полная нищета.

***

Дэйрон

Мы с Николь рано остались одни. Аристократы разъехались, а всех моих друзей я сам отпустил домой. Весь наш дом гудел от новостей о чудовище. Поэтому новости дошли и до жителей Борнмута, только вот они и без того о чудовище слышали и давно его не боялись.

А вот на аристократов известие произвело фурор. Многие даже не прощались.

- Пока слухи не улягутся, смысла в дороге нет, – сказал Форн вместо прощания. Он надел цилиндр и вышел вслед за остальными.

Но, несмотря на полную нищету, я был счастлив, что с Николь все было хорошо. Я услышал ее крик, когда показывал лесопилку, долго не думая схватил топор и кинулся ее спасать.

Но увидев эти глаза, замялся. Всего на секунду, прежде чем Эдвард нанес мне удар. Вуулен подоспел вовремя. Стрелял он дерьмово. Пока я встал с земли, Николь уже без страха успела загородить Эдварда собой.

Оценил ли мой брат то, что она спасла ему жизнь? Я не знал. Он никогда ничего не ценил. Зато у него хватило ума, чтобы убежать.

Я прижимал к себе трясущееся тело жены и был счастлив, что с ней все было хорошо. Помимо Эдварда ее запросто мог застрелить пьяный Вуулен.

Когда мы остались один, я долго успокаивал Николь. Она рыдала и тряслась, а еще жалела меня, из-за чего мне становилось больно за нее.

Она рассказала о письмах, о Кэтрин, об Эдварде и подтвердила, что я и так знал. Мой отец конченый мерзавец.

Я пообещал Николь найти, где Кэтрин похоронили, и придать ее земле как полагается. Это немного успокоило мою жену.

А еще она рассказала про Эдварда и проклятье. И о том, что его можно снять. Только в момент, когда вспоминал об этом, ее глаза загорелись, немного успокоилась. На нашу кровать прыгнул рыжий кот. Николь радовалась как маленькая, что с ним все хорошо. По словам Николь она убежала только благодаря коту.

Кот лег рядом с моей женой и громко замурлыкал, Николь стала спокойнее. Ее потянуло в сон.

- Прости меня, Дэйрон, – уже засыпая, говорила она. – Я тебя разорила…

- Это неважно. Я еще заработаю деньги, – говорил я, гладя Николь по волосам, словно маленькую девочку.

- Я люблю тебя, – сказала она, всхлипнув все еще мокрым носом.

- Я тоже тебя люблю, – искренне ответил, отчего Николь улыбнулась и даже немного покраснела. Это заставило меня наклонится и поцеловать ее. – Хочешь, расскажу, как работает лесопилка.

Николь кивнула скорее из вежливости, чем из настоящего интереса. Но я знал, что ей сейчас это было необходимо. - Сначала нужно найти хорошее дерево, – начал я рассказ, сам зевая.

На середине интереснейшего доклада, Николь заснула, и я готовился сделать тоже самое. Пока в дверь ни раздался стук.

Больше всего я боялся, что он разбудит Николь, поэтому старался выйти и спуститься как можно быстрее. Добежав до первого этажа, я открыл дверь и увидел неожиданного гостя.

Передо мной стоял доверенный нашей семьи и выглядел он крайне серьезно.

- Что-то случилось с золотой жилой?

Испугался я, Сорн и в извиняющем жесте снял шляпу.

- Прощу прощения, что побеспокоил вас, лорд Дэйрон. У лорда Нельсона все прекрасно. Работа идет. Я по личному делу… Позвольте войти.

Я отступил от двери, позволяя Сорну войти. Совершенно не представляя, что именно может сказать мне доверенный. Возможно, Эдвард вернулся и больше Сорн служить мне не будет. Но стоило ли ради этого ехать? Отправил бы письмо.

Сорн прямо в холле открыл чемодан, вытаскивая одну единственную бумагу и вручая ее мне - Свидетельство о браке? – вскинул я бровь, всматриваясь в обычное подтверждение, которое говорило, что мы с Николь муж и жена.

- Так и есть, только вчера оформили, и я поспешил выехать и поздравить вас с этим.

- Благодарю, – искренне улыбнулся я. – Вы проделали такой долгий путь, чтобы сообщить, что бумага готова? Думаю, я могу предложить вам чай.

- Не стоит, – сказала Сорн, доставая еще одну бумагу.

- Я хотел бы огласить завещание вашего отца.

Я поморщился от напоминания, что у меня вообще есть отец. Но Сорна это не смутило.

- Согласно последнему слову, все завещание рода Лэстер достается наследнику рода Лэстер, только после того, как тот получит официальное подтверждение брака с леди Николь Нельсон. В ином случае требую отдать все мое имущество многочисленным теткам. Оставив наследника без наследства.

Сорн выдохнул, всовывая мне в руки бумагу, пока я стоял ошарашенно и обдумывая услышанные слова.

- И что это значит?

- Позвольте пояснить. Лорд Эдвард, во время помолвки с леди Николь, позволил себе интрижку с другой девушкой. С чем он и пришел к вашему отцу.

Я поморщился. Это было обычное дело для моего любвеобильного брата.

- Тогда лорд Лэстер пришел в ярость, он был так зол, что клялся лишить его наследства, и вызвал меня, чтобы я составил завещание, так сказать, его последнюю волю.

- И Эдвард знал…

- Нет, – уверенно сказал Сорн, покачав головой. Лорд Лэстер не велел говорить. А потом он захворал и слег. Эдвард Лэстер узнал об этом завещании, когда пытался обналичить чековую книжку и получил отказ.

Теперь все стало окончательно ясно. Вот в чем было дело. Он и не думал жениться на Николь до тех пор, пока не узнал о последней воле отца. Поэтому он посылал письма, и открыл Николь мою тайну.

Но кое-что, все же не складывалось в общую картину.

- Но здесь нет имени, – начал я понимать, к чему был этот разговор. – Отец бы не допустил такую ошибку…

- Я допустил, – как-то странно сказал Сорн. – Должно быть, не заметил.

Я посмотрел в глаза доверенного.

- Я знал вашу матушку, – неожиданно сказал он. – Она была очень хорошим человеком. Доброй с чистой душой. Если бы я знал, как ей было сложно, я бы обязательно пришел к ней на помощь. Но, увы, помочь ей не представилось возможным. Но я верю, что она здесь рядом, следит за вами в виде духа и оберегает.

И пока я обдумывал услышанное, не в силах поверить, на лестнице раздался голос…

- Дэйрон, господин Сорн, – Николь встала как вкопанная. – Что-то случилось? С папой…

Голос Николь сорвался. Я читал в ее глазах испуг.

- Кажется, мы только что стали богатыми, – сказал я еще неуверенный в своих словах.

- Богатыми? – удивленно спросила она, не отойдя ото сна, и смотрев то на меня, то на Сорна. – Но как?

- Скажем так, - улыбнулся я. – Мне досталась самая дорогая жена всей столицы.