ГЛАВА 11. Иду дружить. Кто не спрятался, я не виновата!

Рудольф критиковал мое желание торговаться озерными духами. А я отказывалась оказывать им содействие, пока не пойму, зачем мне это нужно. В тот день мы с ним проспорили до самого вечера. – Знаешь, я тебе даже завидую, – заявил он, – вот так запросто взяла и поболтала за жизнь с великим озерным духом. – Если бы ты не помешал, мы бы договорились до чего-нибудь конкретного! – злилась я. – Ну, значит, без меня ты на повторную встречу все равно не попадешь, – философски изрек Рудольф, потягивая из бокала что-то цитрусовое. Спорили мы у него в кабинете, где он, как объяснил, установил полог непроницаемости, и нас не могли подслушать. Мне до сих пор сложно было воспринимать его как сильного мага. Но он таким в действительности являлся. – Ты ведь уже поняла, что Изодия действительно протягивает лапки к соседним территориям. И в моих интересах разобраться, каковы планы короля и его военных министров. Так что завтра после работы мы едем дружить к Хонверам. – И как ты это устроишь? – заинтересовалась я. – У вас недавно дуэль была, из которой ты еле выкарабкался. – Не нужно преподносить это так, словно Амвер совершенно не пострадал! – упрекнул меня Рудольф. – Ну не знаю, может у него голова потом болела от твоего магнитного излучения. Или насморк прошиб, после того как он на снегу повалялся. – согласилась я миролюбиво. – Ты стерва! – мрачно изрек Руди. – Но красивая. – Благодарю, ты тоже ничего, – я шутливо изобразила поклон, не поднимаясь с кресла. – В общем, предлагаю так. Ты содействуешь мне в получении информации. А я тебе пытаюсь устроить новую свиданку с Аллинтеном. Без меня ты до Озера все равно не доберешься. Я вынуждена была с ним согласиться. – Ты точно собираешься вернуться в свой мир? – неожиданно спросил Руди. – Конечно! – удивилась я. – А что мне тут у вас делать? За человека не считаете, так, за придаток мужа-барона. И это еще никто не знает, что я попаданка. Так бы вообще в рабство сдали. Мирок у вас, мягко говоря, неразвитый. Рудольф скрипнул зубами. – Просто я тебе его еще не показал как следует, моя ошибка, – сказал он, – думаю, когда ты узнает Гелабуст лучше, он тебе понравится. – Что такое Гелабуст? – не поняла я. – О, надо же! Ты еще даже не успела прочитать, как называется наша планета! – развеселился Рудольф. – Хотя это понятно. Такие очевидные вещи редко в каких книгах пишут. Докатилась. Я, географ, не успела за неделю с лишним узнать, как называется мир, в который попала. Стыдоба. Никому не рассказывайте об этом! – Ладно, на самом деле ты не так уж невежественна, – отсмеялся Руди, – например, в Изодии некоторые высокопоставленные особы весь мир именуют Изодил. – И вам даже после этого не пришло в голову, что королевство озерных людей мечтает о мировом господстве? – язвительно спросила я. – Надо было тебя сразу рекомендовать в министры чужедальних дел, – заявил Рудольф, – раз ты такая у нас проницательная. Я пока не выбрала, что сделать: ощетиниться на его язвительность или растрогаться желанием Руди показать мне мир. – Итак, что мы имеем, – Рудольф поднялся, поставил бокал на стол и прошелся по кабинету, – нам стало известно, что у Изодии есть план захвата других королевств. И судя по всему, он уже на стадии выполнения. Недаром принц так перепугался, что сказал лишнее. Озерным духам это не нравится, но прямо явиться королю и заявить протест они не могут или не хотят. Потому что слишком высокоразвитые и тонкие существа. – Очень точно сказано! – одобрила я. – Значит наша задача – понять, насколько серьезна угроза, кто стоит за этими решениями кроме короля. И как оповестить об опасности другие королевства, не провоцируя этим войну. – Звучит очень сложно. – И не только звучит, – кивнул Руди, – это ужас как трудно. Практически невыполнимо. Но нам придется справиться. Кстати, по поводу визита к Хонверам: здешний этикет подразумевает, что если в дуэли выжили оба участника, они должны завершить конфликт. И устроить встречу перемирия либо объявить уже о семейной вражде, что не приветствуется. Угадай, что я выбрал? – Надеюсь, что перемирие. Иначе мне сложно будет идти дружить к Лариэтт, – сказала я. – Какая сообразительная, – Рудольф приблизился ко мне и одобрительно погладил по плечу. От этого внезапного прикосновения по коже побежали предательские искорки. Не хочу так на него реагировать, но иначе не получается. Весь следующий день я провела в библиотеке нашего поместья, пытаясь отыскать хоть какую-то информацию о духах Озера. Интернет бы мне сейчас очень помог. Странно что здесь нет аналога нашей всемирной сети. Должно же быть какое-нибудь зеркало волшебное, или блюдечко с яблочком, разве нет? Вздохнув, я взялась за очередной фолиант. Я обратила внимание, что книги содержались в порядке, их явно читали. Но увесистый, как сдвоенный кирпич, том, который я выковыряла из заднего ряда дальней полки, выглядел давно забытым. Старинная, обшарпанная кожаная обложка покрыта островками были, пожелтевшие страницы местами склеились. – По законам жанра, ты должна быть той самой! – убежденно обратилась я к древней книге. Финик, сидевший посреди стола, согласно тявкнул. А он зря говорить не станет! Открыв ее, я увидела, что издание рукописное. Текст написан от руки каллиграфическим почерком, почти на каждой странице – выполненная пастелью детализированная картинка. Вглядываясь в завитушки и вензеля, я испугалась, что язык незнакомый, но постепенно начала разбирать написанное. Да, понимать было сложно, потому что, судя по всему, старинная речь отличалась здесь от современной. Примерно как если бы я взялась читать книгу на старославянском. Но суть уловить все же можно. И да, по иронии судьбы это оказалась “Правдивая история Великого Озера”. На расшифровку названия у меня ушло чуть меньше пяти минут. Сколько же я буду разбирать все остальное? Или хотя бы одну главу. – Это ведь ты мне помог найти книгу, дружок? – обратилась я к фенеку, который задней лапкой чесал свое огромное очаровательное ухо. – Еще бы понять, какая мне тут глава нужна. Здесь же страниц чуть ли не тысяча. Честное слово, фенек вздохнул, словно сетовал, что ему все за меня делать приходится. Если бы эта лиса могла говорить, возможно сыпала бы сарказмом, как Руди. Малыш подбежал ко мне, носом ткнулся в раскрытую книгу. Страницы зашелестели, поднялось облачко пыли. Финик чихнул, вновь выпустив свои магические искорки. Шевеление страничек закончилось, и я уставилась на цветную картинку, изображавшую мужчину, в котором я без труда узнала своего нового знакомого, но будто бы лет на двадцать моложе. “Олиентан – второй из верховных духов”, – разобрала я в изящных завитушках и хитросплетениях букв, часть из которых мне казалась лишней. Значит, таково старинное начертание имени Аллинтена. Я силилась прочитать сопроводительный текст, морща лоб так, что у меня голова разболелась от напряжения. Но мне удалось понять, что “Олиентан” – великий дух, который является человекам (да-да, так и написано было) раз в столетие, чтобы предупредить о великих переменах. Но увидеть его, говорить с ним и выжить после этого способен не каждый, а только исключительной силы проводник. Поэтому, возможно, информация о периодичности таких бесед не самая верная. Ведь своими впечатлениями могли поделиться только выжившие, и то не все. Кого-то могли принять за безумных, или даже не принять, а правильно определить. Человеческая природа, сталкиваясь с божественными силами, не всегда выдерживает. – Финик, ты представляешь, что это значит? – пораженно спросила я лисоньку. Зверек вопросительно чихнул. – Я избранная что ли? А если бы у меня кишка тонка оказалась, и меня бы от высокой энергии великого духа порвало бы как хомячка от капли никотина? Дверь в библиотеку открылась без стука. Это оказался Рудольф, который, собственно, должен быть на работе. – Ты что, на обед прибежал? – удивилась я. – Обед? У меня уже рабочий день закончился! – Руди опешил. – Ты что, счет времени потеряла? Ого. Неужели я действительно просидела в библиотеке весь день, на прерываясь ни на еду, ни на все остальное? Осознав это, мне тут же захотелось всего сразу. Есть, пить и так далее. А мой неугомонный муженек продолжал: – Я вообще-то надеялся застать тебя собранной к ужину у Хонверов. Мне удалось заинтересовать Амвера настолько, что он временно перестал пытаться меня заморозить. – Извини, дорогой, сначала – зов природы, потом уже твой ревнивый дракон, – сказала я, протискиваясь мимо Рудольфа к дверям. Новая информация, осознание своей необычной миссии, наполнили меня сразу ужасом, гордостью и вдохновением. Совершенно детская реакция, не спорю. Пообещав собраться за час, я упорхнула в покои. Чета Хонверов проживала примерно в двух часах езды от нас, в великолепном замке с белоснежными стенами, на берегу небольшого озера. К сожалению для Амвера, не магического. Пока мы ехали, Рудольф проводил со мной инструктаж. – Лариэтт вполне приятная женщина, – уверял он меня, но его слова имели обратный эффект. Мне почему-то очень захотелось проредить этой приятной женщине космы. Какая я, оказывается, собственница! Готова отстаивать даже то, что мне самой совершенно не нужно. А Рудольф Метлер мне самой не требуется ни в каком другом качестве, кроме подельника. Я помогу ему спасти Пинартес и выполнить волю озерных духов. Но за это пусть меня вернут домой, в мою школу, в работу. Я возьму квартиру в ипотеку и буду радоваться ей, как великому чуду. Главное – буду дома! Среди людей, которым и в голову не придет надеть на кого-то ошейник. Размах Хонверов меня поразил. Это дворец Снежной Королевы, а не жилое здание! Я насчитала пять этажей и три башенки. – Вот зачем двоим людям столько помещений? – спросила я Руди шепотом, когда мы поднимались по ступенькам к парадному входу. – О, здесь живет большая семья, Дорит, – жизнерадостно ответил Рудольф, – Амвер, его жена, а так же отец Амвера и его бабушка по отцу. А еще младший брат нашего дракона с женой и двумя детьми. И у всех целый штат слуг. Мечта Амвера – расселить всю эту компанию. Мы остановились уже у дверей, Руди не спешил стучать, заканчивал повествование. – И наш друг рассчитывал на усадьбу, которую отдали нам с тобой. Как ты может поняла, прежние ее владельцы – родственники матери Хонвера. Он прилагал усилия, чтобы поместье после смерти хозяйки перешло к нему, а он бы туда кого-нибудь отправил жить. Старшее поколение или братца с выводком. Двери открылись, дворецкий не дождался, когда Руди постучит. – Добро пожаловать, барон Метлер, – сухо сказал церемонный служащий, – господа вас уже ожидают в игровой комнате. Игровой? И во что же мы собираемся сыграть? Я растерянно посмотрела на мужа, но тот выглядел как ни в чем ни бывало. По пути я невольно оглядывала внутреннее убранство дворца. Внутри он тоже был светлым, высокие окна, бесконечно далекие потолки и яркое освещение усиливали ощущение “ледяных владений”. Наши шаги гулко раздавались, отражаясь от стен. Стены украшали картины в тонких серебристых рамах, через каждые пару метров встречались изысканные статуи из белого мрамора. По моим ощущением, в этом огромном здании без проблем могли поместиться все жители многоквартирного дома на пять подъездов. Амвер слишком уж капризный. Вряд ли он слишком часто пересекается со своими родственниками, они наверняка даже не каждый день встречаются, теряясь в этих просторах. Нас провели в большое помещение, обставленное мебелью цвета слоновой кости. Нас там ожидало счастливое семейство. Лариэтт Хонвер расположилась за роялем, тоже ослепительно-белым. Что это именно рояль, я не сомневалась, хоть инструмент несколько и отличался от земного. Например тем, что клавиш у него было три ряда: белые, черные и серые. Но в целом очень похоже. Амвер Хонвер сидел во главе длинного прямоугольного стола со светло-бежевой столешницей. Чуть поодаль полулежал, опершись на руку, молодой мужчина, отдаленно напоминающий Амвера. Тоже мускулистый и широкоплечий, со светлыми волосами, в отличие от брата (а я была уверена, что они друг другу приходятся именно братьями) коротко стрижеными. Больше в комнате никого не было. – Приветствую! – буркнул ледяной генерал. – Метлер, ты знаком с моим братом Данвером. Метрис Дорит, осваивайтесь. – Какие люди! – Данвер выпрямился и демонстративно захлопал в ладоши. Я обратила внимание, какие у него большие руки и длинные пальцы. Вот кому надо сейчас за роялем сидеть. Запросто с тремя рядами клавиш справится, ему и четыре бы проблему не составили. – Вы смельчак, Рудольф, – продолжил генеральский братец, – чуть не погибли от руки моего брата и нашли в себе силы со смертного одра прийти в драконье логово! – Прежде всего, я ценю добрые отношения между нашими королевствами, – сдержанно ответил мой муж, – наш конфликт не должен повлечь международные разногласия. – Верно, – пророкотал Амвер, вставая, – что ж, разрешите предложить вам напитки. Уверяю, они не отравлены. Сегодня никто не стал подсыпать туда яд. – За себя говори, Амв, – хихикнул Данвер, – мне кажется, Лариэтт не прочь была бы подпортить цвет лица нашей гостьи. Раздался резкий, пронзительный звук. Это супруга Амвера опустила все десять пальцев на клавиши рояля. Я подпрыгнула от неожиданности. Надо полагать, вечер будет просто чудесным! – Ну, как будете мириться? – огорошил меня вопросом Данвер. – Меня же как свидетеля позвали? – Толку с твоих свидетельств? – прорычал Амвер. – Ты, по несчастью, мой родственник. Мы ожидаем официальных лиц из Министерства. Прибудет этот бедолага Куприш, который влезает повсюду со своим ценным мнением. И еще пара бездельников из посольства. Да уж, Амвер Хонвер не утруждал себя излишней тактичностью. – Лари, раз уж ты начала брякать, исполни мою любимую, только тихо, чтоб можно было поговорить, – скомандовал он жене, – а ты, Метлер, пока нет лишних ушей, подробно мне растолкуй, чего ради приперся ко мне сюда за примирением. – Я ведь все тебе уже сказал, – спокойно ответил Рудольф, помогая мне присесть в одно из кресел. Такое светлое, что я опускалась туда с опаской. – Этот невразумительный треп о добрососедских отношениях между королевствами меня мало убеждает, – фыркнул Амвер, между тем, подавая нам бокалы с медового цвета напитком, – ради этого можно было пожать руки публично в вашем посольстве. – Моя жена, Дорит, никого тут не знает, – Руди пригубил питье и одобрительно крякнул, – мне бы хотелось расширить ее круг знакомств. А ты не такой кусок льда, каким желаешь казаться. И всегда производил впечатление честного парня. Просто грубого, но открытого. Поэтому я решил воспользоваться ситуацией. Прояснить все наши разногласия, помириться и познакомить наших жен. В посольстве это сделать труднее. Лариэтт с волнением внимала словам моего муженька, занеся пальцы над клавишами. Все же интересно, что их связывает с Рудольфом? Он намеренно меня дразнил, не открывая всей правды. – Какой ты внимательный супруг, – усмехнулся Амвер, – причем, ко всем женам сразу. Думаешь, я забыл, как вы с Лари миловались в твоем кабинете? – Я ей жизнь спас, между прочим, – напомнил Руди. – И как она ни с того ни с сего оказалась там, где ее жизнь внезапно подверглась опасности? – рявкнул дракон. Я попыталась представить этого великана в виде рептилии. До какого размера его раздует после превращения? Очень хотелось увидеть настоящего дракона, хоть это и опасно. – Ами, я же тебе рассказывала, – подала наконец голос Лариэтт, – я сама уговорила метрано Метлера пообщаться со мной, чтобы выпытать, знает ли он что-то о твоих возможных изменах! Да, я весьма ревнива. Лариэтт всхлипнула. Вот это номер. Она, кажется, защищает Руди! Почему-то захотелось плеснуть ей в лицо из бокала. Но вместо этого я тоже попробовала напиток. Вкус чудесный, фруктовый и свежий, но это не сок. – Странное решение интересоваться моими похождениями у выскочки, которого я терпеть не могу! – прорычал дракон. – А по мне это весьма логично, – возразил Данвер, – друзья бы тебя покрывали. – Играй уже! – бросил Амвер жене, и та испуганно повиновалась. Музицировала она великолепно, а звучание инструмента очень отличалось от земного. Дополнительный ряд клавиш делал исполнение уникальным, я завороженно заслушалась. – Амвер, я предлагаю забыть о наших разногласиях, – Рудольф отставил бокал, – ты меня чуть не убил, так что я в полной мере искупил свою мнимую вину. – А что насчет моих симпатий к ней? – Хонвер кивнул в мою сторону, и я заметила, как заиграли желваки на щеках Руди. Но он тут же справился с эмоциями. – Генерал армии Изодии отличается от простолюдина тем, что способен ставить интересы страны выше своих временных увлечений, – Руди произнес это так уважительно и вместе с тем твердо, что я уверилась – он истинный дипломат. – Может, мы таки сыграем в роттил? – нетерпеливо спросил Данвер, – Раз уж вы все выяснили. Тут в помещение зашел дворецкий и церемонно объявил: – Прибыли господа из министерства! Магистр Омео, метрано Куприш и граф Истон. Надо же, сам глава совета пожаловал! Кажется, даже сам хозяин ледяного замка недооценил важность предстоящего примирения. Надо собраться и выглядеть на самом высшем уровне.