ГЛАВА 10. Великое Озеро

После возвращения Рудольфа из лечебницы прошло два дня. Его все же потрепало сильнее, чем он это был согласен показать. Но усталый вид и стремление подремать втихушку его выдавали. Спали мы вместе, но этот мачо ко мне больше приставать не пытался. И даже не смотрел многозначительно, делал вид, что ничего такого не было. Это безразличие наверняка имело целью меня подразнить. Я так решила, потому что тактика Руди действовала. Вначале я была напряжена, потом поняла, что чего-то ожидаю, и слегка разочаровалась. И после, разумеется, сама на себя разозлилась. Что ж, мне же легче. Я ничего с ним не собираюсь иметь общего. Год, как договорились, буду изображать приличную жену. На третий день, с аппетитом уплетая завтрак, Руди предложил: – Давай, сегодня съездим на Великое Озеро? Ты, помнится, хотела на него посмотреть. Завтра мне выходить на работу, так что я свободен последний день. – Как интересно! – я сразу взбодрилась и отвлеклась на Рудольфа. Тут же из-под моей правой руки вылезла рыжая голова. Раскидистые уши прикрыли тарелку почти полностью, а когда утянулись обратно, исчез кусок грудинки. – А это озеро зимой не превращается в каток? – Что ты, оно вообще не замерзает! – сказал Рудольф, восхищенно наблюдая за блестящей операцией, проведенной фенеком. – Это удивительное место силы. Туда пускают не всех, как ты поняла. Но послам и их женам заходить на территорию национального парка можно. Своего магического обжору бери с собой. Он кивнул на лисичку. Фенек фыркнул. Я чувствовала, что при всем якобы небрежном отношении Рудольф тепло относится к животным. Если он его на руки брал, то осторожно, и с дороги никогда не отпихивал, тем более не пинал. А у Финика есть привычка под ногами путаться. Так что не все у Руди потеряно, человек он явно неплохой. Уговаривать меня не пришлось, я с энтузиазмом собралась. Действительно, уже не первый день, как сюда попала, а до сих пор не познакомилась с местными достопримечательностями, больше в теории знаю, чем воочию успела посмотреть. Изенплао – красивый город. А сейчас он еще и праздничный был. Чувствовалось , что Новогодье только-только отметили. Небо в день нашей прогулки было ясное, ни облачка не видать. И легкий снежок, припорошивший дорогу, слепил бриллиантовыми отсветами. Кабриолет ехал неспешно, давая мне возможность рассмотреть улицы и насладиться пейзажем. Столица выглядела нарядной. В центре были как многоквартирные двух-трехэтажные дома, от силы на четыре семейства, так и усадьбы. Архитектура простая, но изысканная. Приятно удивило единообразие, здесь явно старались соблюдать общий стиль, отчего улицы казались аккуратными и причесанными. Финик сидел у меня на коленях, с любопытством разглядывая все вокруг. Да, мы с ним постоянно в лечебницу к Руди ездили, но там настрой другой был, не до медленных приятных прогулок совсем. Так что сейчас я будто в первый раз видела все это великолепие, имея возможность рассмотреть его во всех подробностях. Витрины магазинчиков, зазывающие покупателей, яркие, но не бьющие по чувству прекрасного, вывески. Улыбающиеся торговцы за прилавками уличных палаток. Я им невольно посочувствовала – пусть и не холодно, но все равно зима же! Стоять долго зябко. Мы выехали из центра, дома стали не такими нарядными, усадеб почти не встречалось, в основном длинные трехэтажки с небольшими окнами. А частные домики совсем уж не роскошные, скорее избушки. – Озеро уже впереди, совсем рядом, – сообщил Рудольф. Я увидела прямо по курсу сиреневатые отблески. Еще немного, и небо странным образом поменяло цвет. Появились легкие облачка того же нежно-фиолетового оттенка. Кабриолет затормозил перед высокими воротами, единственной возможностью проникнуть за глухую высокую ограду. – Придется выйти, дорогая, – муж подал мне руку, помогая выбраться из машины. Тут же в воротах открылось небольшое окошко, из которого высунулась рука в железной перчатке. Рудольф положил в нее прямоугольную картонку, видимо, пропуск или удостоверение, а также золотую монету. Перчатка втянулась обратно и довольно скоро в окошечке показались два железных пальца, с зажатым между них пропуском. Руди взял свою картонку, с щелчком ворота открылись. Мы зашли, с интересом оглядываясь. Я, наконец, увидела обладателя железного аксессуара полностью. Надо же, рыцарь в настоящих доспехах! С алебардой во второй руке. Как они ревностно охраняют свою святыню, с пафосом! Мы прошли по припорошенной снегом аллее. С веток высоких деревьев на нас падали крохотные бриллианты, которые тут же таяли, коснувшись кожи. – Вот оно, Великое Озеро, – голос Рудольфа стал тихим и почтительным. Я ахнула. Великолепная озерная гладь была чистейшей, прозрачной и невероятно притягательной. Здесь было совершенно тихо, все звуки замерли и говорить не хотелось. Фенек завозился у меня на руках, просясь спрыгнуть. Я опустила его на снег и увидела, как шерстка магического питомца засияла, переливаясь в солнечных лучах в точности как снег. Так, что смотреть на него стало больно. – Твой зверь точно отсюда, – негромко проронил Рудольф, рассматривая Финика из-под прищуренных век. Глядеть на сияющего лиса было глазам больно. – Как же его к тебе прибило, хотел бы я знать? Мне это тоже было интересно, но прежде всего радостно. В присутствии волшебного разумного зверька я чувствовала себя в этом мире не такой покинутой и одинокой. Если какие-то высшие силы Великого Озера решили меня поддержать, огромное им за это спасибо. – Почему здесь так тихо? – спросила я шепотом. Мне не хотелось нарушать это великолепное спокойствие. От Озера разливалась магия, я ее чувствовала. Воздух был особенный, пронзительно-прозрачный, ясный-ясный, как и волшебные воды. Но я не чувствовала ветра, не слышала пения птиц, шелеста ветвей деревьев. Даже хруста снега под нашими ногами! Мне на мгновение показалось странным, что мы сами можем говорить. Ведь это место – воплощенная тишина. – В некотором смысле здесь – небытие, карман в реальности, – Рудольф повернулся ко мне, говоря это. И я поняла, что губы его не двигаются. – Но как?… – начала я. Но до меня уже дошло, что я и сама общаюсь с мужем, не раскрывая рта. Как можно было этого не заметить сразу? Удивительно. – Чувствуешь силу? Я кивнула. Каждой клеточкой ощущала невиданную энергию. Меня будто наполняла свежесть, бодрость и вместе с тем приходило спокойствие. Не хотелось эту полученную силу тратить. Ни на ходьбу, ни на разговоры. Мне казалось, что я могу оттолкнуться от земли и полететь, и даже крыльев не потребуется. Только успела я такое подумать, как Финик вдруг взмыл в воздух. Поднялся и застыл на уровне моих плеч, расставив лапки во все стороны. Он напоминал белку-летягу. Правда, обмотанную новогодней гирляндой. – И как ты собираешься тут проводить ритуалы? – спросила я. Рудольф взглядом, кажется, погрузился в озерную гладь. – Да, это будет сложно. Ты видела, что проникнуть сюда можно только через охранника. Но я умею договариваться с людьми. – Точно, ты ж дипломат! – будто бы вспомнила я. – А ты заноза в заднице, – телепатически парировал Руди, – нужное мне время наступит через восемь дней. Сама понимаешь, мне нужно продержаться в качестве посла и почетного члена общества все это время и чуть дольше. И не без твоей помощи. А сейчас давай помолчим и напитаемся магией. Противоречить ему не хотелось. Меня и саму тянуло подойти ближе к воде, заглянуть в озерное зазеркалье. Насладиться этой абсолютной тишиной, дышать ей, пропустить через себя. Вот значит, ради чего рвался сюда Рудольф. Я начинала лучше его понимать. Сильный маг, который хочет стать еще более могущественным. Я-то изначально считала его обычным карьеристом. Повинуясь внезапному импульсу, я опустилась на колени. Встала прямо на снежок, близко к самой поверхности озера. С волнением заглянула в воду. И мысли, что стайкой носились в моей голове, догоняя одна другую, разом утихли. По озерной глади пробегали легкие искры. Я завороженно следила за ними, наслаждаясь полным безмыслием. Время перестало существовать. Я смотрела в глаза отражению, безмятежному и одухотворенному, пока не провалилась в собственный взгляд, будто в прорубь. Не было ни страха, ни ощущения опасности, ни удивления. Если я даже и тонула, то не захлебывалась, хотя и не чувствовала, что дышу. Дно озера было далеко внизу, выложено разноцветными камнями. И от него тянулись ко мне прозрачные руки, я не сразу увидела чьи. Человеческая фигура постепенно проявлялась, сгущаясь из воды, пока не оформилась в пожилого мужчину с волосами цвета серебра. Он ласково улыбнулся мне, захватывая в плен обе мои ладони, потянул на себя. И меня закрутило в водоворот. Я чувствовала колыхание воды вокруг, ее приятную прохладу. Мужчина с серебряными волосами улыбался мне с такой мудростью, таким пониманием, словно с самого моего рождения следил за моими успехами и теперь счастлив встретиться. Солнечные лучи пронзали озерную толщу, создавая световые колонны, расчерчивая озерное дно мозаикой. Из глаз незнакомца ко мне шли лучи. И голос… голос передавался ко мне через них. Телепатия еще более удобная штука, когда общаться приходится под водой. – Приветствую, Дарья! Меня зовут Аллинтен. Ты знаешь, почему сюда попала? – Посмотрела на свое отражение в озере? – Это было потом. А вначале тебя привели в Изодию. Он плавно провел рукой перед моим лицом, вода заколыхалась, превращаясь в подобие экрана, на котором я увидела серые окна маршрутки, искаженные лица людей, смотрящих в мою сторону. Вспышка, и тут же – рыночная площадь и довольная физиономия Вальта. – Так я оказалась здесь не случайно? Спокойствие в моей душе было все таким же нерушимым, хотя я подозревала, что когда выплыву отсюда, эмоции проснутся и захлестнут меня по самую макушку. – Конечно. Как и любой попаданец или попаданка. – Вы бы рассказали это здешним властям, – во мне все-таки колыхнулось что-то похожее на возмущение, – а то нас тут считают потерянными душами, в жизни которых больше нет смысла. – Мы не занимаемся политикой и управлением Изодией. Мы – древние духи Озера. И связываем реальность из смыслов. Мне стало обидно. Бедные попаданцы, судьбы которых никого не волнуют. Есть общее предназначение и наша задача в него вписаться, но об этом нам даже сообщать не считается обязательным! Мы думаем что мы случайные статисты. На деле получается, что любая попаданка сюда угодила с каким-то смыслом, но вот найдет ли она его или нет, ее проблемы. – Ты сейчас размышляешь о том, как все несправедливо? – с пониманием спросил Аллинтен. – Что-то вроде того. Чувствую себя не просто пешкой в чужой игре. А запасной пешкой. Которую возможно и не достанут из коробки и не поставят на доску. – Пешка? Это из ваших шахмат? До меня только дошло, что в этом мире другие игры. Но он их знает! – Не удивляйся, Дорит, для нас нет такой условности как грани между мирами. – Значит, их можно преодолеть? – загорелась я. – И я бы могла вернуться домой? – И тебе не интересно справиться с задачкой, что подкинула тебе жизнь? – улыбка Аллинтена стала печальной. – Поэтому я не люблю встречаться с попаданцами. Вместо того чтобы искать путь, они пытаются убежать назад, в свой тупик. – Да почему тупик-то? У меня была понятная, спокойная жизнь. Пусть не такая яркая, без магии, интриг и танцев с королевскими особами, но моя! – Не было бы тупика, тебя бы сюда не забрали. – Ладно, насчет этого подумаю, – согласилась я, – но почему вы говорите со мной, если я сама должна до всего дойти? – Просто у нас мало времени, нам пришлось тебя подтолкнуть. Мы уже послали тебе своего помощника, а ты все никак не поймешь, что нужна здесь. – Мало времени? У вас тут экологическая катастрофа намечается? Я если что, подводные течение поменять не смогу, рельеф местности изменить тоже. – Это вполне умеем делать мы сами, – махнул рукой озерный дух, – управлять силами природы легче легкого. Поэтому в Изодии лучший климат. Мы даем королевству все, что ему нужно. Как люди этим распоряжаются, делят между собой – их дело, нас мало волнует социальная несправедливость и прочие бренные штуки. Они должны научиться сами это решать. – Тогда не пойму, что вам нужно. Я запуталась. – Ты ведь заметила, что тем ближе к озеру, тем более процветающий вид вокруг? Я кивнула. Это с самого начала было понятно. Есть центр, а есть окрестности. – Все, что называется Изодия находится под нашим покровительством. Но духов становится меньше. Мы хоть и вечные, но торчать тут бесконечность не хочется. Уходят самые древние, изредка появляются новенькие. Им в ведение мы отдаем как раз отдаленные районы. – Это все очень интересно, но… – Ты права, тебе ни к чему знать нашу иерархию. Так вот, нас устраивают нынешние размеры Изодии. Но люди не умеют радоваться тому, что имеют. Особенно если решают, что они заслуживают большего, чем все остальные. Если Изодия расширится, мы не сможем обеспечить ее процветание. – Мне кажется, уважаемый Аллинтен, вам стоит это обсудить с королем и его советниками, а не с бесправной попаданкой, которая притворяется женой приезжего дипломата. – Вот ты разумная девушка, образованная. Скажи, у вас в мире люди слушают своих богов? Выполняют их заветы? – Ну, у нас нет возможности спуститься к ним в озеро и поболтать, – возразила я. – Так и здесь она есть не у каждого, – весело ответил дух, – для этого нужны способности, которые не у всех изодийцев присутствуют. Ты проводник. Да и мы не занимаемся политикой, я тебе уже говорил. – Но вы можете показать свое недовольство другим способом. Устроить извержение какой-нибудь горы, урожай загубить. А потом сказать – вот так и будет, если вы расползетесь за свои пределы. – Духи так не работают. Во взгляде Аллинтена по-прежнему было всепрощение, но в интонациях появилось нечто похожее на раздражение. Ему явно не нравилось, что я вмешиваюсь в высшие материи своими приземленными толкованиями. – Мы можем натолкнуть, дать знак, найти проводника. Но расти должны вы сами. – Неубедительно! – вздохнула я. Вода перед моими глазами заколебалась, зарябила. Потом все вокруг затряслось и я резко выпрыгнула из картинки, снова стояла на коленях на берегу, а меня тряс за плечи Рудольф. – Как ты меня вытащил? – я ошарашенно уставилась на муженька – Вытащил? Откуда? Ты стояла на коленях и смотрела в озеро. Сначала я думал, ты просто залюбовалась игрой света в воде. Но ты не отвечала ни вслух, ни мысленно. Рудольф выглядел встревоженным и продолжал трясти меня за плечи. – Перестань, – попросила я. – А потом я понял – ты еще и не дышишь! Глянул в твои глаза, а они как стеклянные пуговицы. Зрачки расширились так, что сплошная чернота. И ни кровинки в лице. Вот тут и запаниковал. Руди наконец убрал руки с меня и выдохнул. – Ты так не вовремя меня оттуда забрал, – сказала я разочарованно, не замечая, что говорю голосом. Эти ваши духи чего-то от меня хотели. А я думала согласиться, но взамен попросить, чтобы меня вернули домой! Так что мне нужно обратно, я не договорила! Я снова развернулась к озеру, уставилась в воду, положив левую ладонь на голову Финика, чтоб наверняка получилось. – Что? Какие духи? Тебе что-то привиделось? Над нами раздалось покашливание. И скрип. Обернувшись, я увидела рыцаря с поднятым забралом. Он укоризненно на нас смотрел и красноречиво указывал на ворота. Рудольф подчинился, хоть и с явной неохотой, да и мне пришлось. Вряд ли этот строгий страж согласится ждать, пока я совершу второй заплыв к местным божествам. Едва сев в кабриолет, Рудольф приступил к допросу. – Что ты там несла про духов? – Аллинтен именно так себя назвал, – ответила я. – Аллинтен? – Руди схватился за голову. – Ты видела Аллинтена? – О, ты его знаешь? – оживилась я. Машина, между тем, тронулась с места. Меня качнуло в сторону мужа, я едва успела ухватиться за сиденье. – Читал о нем. Это второй по старшинству дух Великого Озера. Не понимаю, откуда ты смогла узнать об этом. В книжке прочитала? – Говорю же, он со мной разговаривал! Или ты считаешь, что я все придумала? – Нет, но тебе могло привидеться. Ты не представляешь, насколько невозможны события, которые описываешь! Рудольф покраснел, глаза его блестели. Кажется, действительно произошло нечто странное даже по меркам мага. – Духи не вступают в беседы даже с местными жителями, рожденными в Изенплао! На озере они могут заговорить лишь с избранными, проводниками. – Да, он мне что-то такое рассказывал, – кивнула я. Рудольф смотрел на меня с удивлением и с какой-то обидой. Что происходит вообще? – Ну вот как так? – спросил он растерянно. – Я собирался проводить сильнейший, долгий ритуал, чтобы выйти на связь с великими духами. А ты просто посмотрела в воду, и твое отражение тут же отправилось Аллинтену! – Мое отражение? Это как? – не поняла я. – Ну, кроме того что ты дышать перестала, у тебя еще и отражение исчезло. И появилось только когда я тебя вернул. – Если все так мистически выглядело, почему-то сомневаешься в моих словах? – я возмутилась. – Шанс, что ты могла оказаться проводником не то чтобы мал. Он вообще невозможен! Рудольф посмотрел на меня с таким упреком, будто я специально переманила к себе его обожаемых озерных духов. Да я бы их с радостью век не видела, жила бы дома, пусть без роскоши, но в понятной обстановке, где самая большая интрига – кого назначат на место ушедшего на пенсию завуча. – Ладно, предположим, что тебе все это не показалось, – Руди сделал это допущение с некоторым сожалением, – а теперь подробно мне расскажи, что с тобой произошло. – А я должна? – Что? – Рудольф смотрел на меня с удивлением. – Если бы Аллинтену было, что сказать барону Руди, он бы лично его утащил на дно. Я издевалась над ним, конечно же. Но в то же время, чувствовала логику в своих словах. Но поразмыслив, решила, что все равно у меня в этом мире нет никого, с кем бы я еще могла обсудить произошедшее. Нам придется работать в команде. Поэтому я постаралась в деталях воспроизвести разговор с озерным духом. Рудольф слушал внимательно, не перебивая. А потом изрек: – Значит, тебя намеренно притащили в Изодию. Теперь осталось понять, каким образом ты можешь не допустить расширения королевства в империю. – А для меня главное все же не это, – возразила я, – возможно, мне и захочется помочь духам. Но только если они за это вернут меня домой.