ГЛАВА 5. Фенек

– О, небесные озера! – я округлила глаза, а потом еще и завизжала для убедительности, чтоб стоявшие позади слуги хорошенько подпрыгнули. – Это же лисичка фенек! Рудичка, какой ты милый! Позаботился о подарочке для своей Карамельки! Рудольф, не совладав с лицом, скривился, а я украдкой показала ему язык. Как мне показалось, рыжий гость его в восторг не привел. Поэтому захотелось слегка напакостить. Мелко? Но в моем положении радуешься каждой возможности если не укусить, так хоть ущипнуть. Представьте себя на своем месте – вы в чужом мире, куда совершенно не собирались попадать, и тут выясняется, что, видите ли, вам и такое должно быть за счастье. Будто вы сюда сами просились! Прав никаких, опасностей полно, муж приятный только для окружающих. Рудольф натужно улыбнулся и принялся ловить зверя. Ушастый, головастый фенек зашипел. Может, он бешеный? Интересно, тут есть аналог ветеринарной службы. Фенек цапнул Руди за палец. Он мне уже почти нравится! – Ну, скорее дай мне его на ручки, подержать! А то сам играешь! Я надула губки и топнула ногой. Нет, ножкой. – Конечно, милая! – Рудольф справился с диким животным и выпрямился, держа его на весу. – Вот, прими мой подарок в честь Новогодия. Друг, которого ты заслуживаешь! В школе я семь лет провела в кружке экоактивистов. Поэтому сграбастать рыжего для меня труда не составило. Я знала, как его взять, чтобы избежать укуса. Наблюдая, как лихо я управляюсь с приблудышем, муженек продолжал: – Я, конечно, хотел подарить тебе дорогое колье, до сих пор не понимаю, почему ты выбрала… это. – Милый, я же не сказала, что именно выбрала! – проворковала я, идя обратно в зал, убаюкивая пригревшегося на руках лопоухого. – Ты у меня мужчина щедрый, можешь себе позволить и то и другое. Рудольф клацнул челюстями. Шах и мат, дорогой. – Метрис! – возмутился Эдвин. – Вы собираетесь поселить это животное в доме? Он даже покраснел. – Разумеется! – холодно сказал мой муж. – Это желание моей супруги. И если я с ним согласился, то вам надлежит сделать то же самое! Ах ты ж, моя зайка! Я благодарно улыбнулась Рудольфу, понимая, что он так сказал вовсе не чтобы меня поддержать. Ему не нравятся слуги-доносчики и хочется, чтоб им жизнь медом не казалась. – А клетку ты еще не заказал? И еще нужен ошейник и поводочек. Желательно со шлейкой. И малышу надо специальное питание. Если бы рядом не вращал глазами дворецкий, Рудольф не преминул бы предложить отправить питомца в лес, чтобы потом его навещать, сколько душеньке моей угодно. Но ему приходилось изображать мужа, который ради меня луну с неба зубами снимет. – Сейчас все эти конторы отдыхают, завтра мы поедем в лавку, и ты сама все подберешь, любовь моя. Меня стошнит от этого сиропа. Терпи, Дарья… то есть Дорит. Я отлучилась в покои, чтобы устроить лисичке временную лежанку или домик. Внеся зверька в будуар, выпустила его на кушетку. И поняла, что животное то ли домашнее, то ли тут все такие, ручные. Фенек спокойно принялся обустраиваться на лежанке, не делая попыток убежать или зарычать. Сбежал от кого-то? При этой мысли я почувствовала укол разочарования. А вдруг хозяин объявится и его заберет. Ведь не только лисенок пригрелся, но и я. Мне так приятно было держать теплое, тяжелеющее по мере расслабления тельце. И очень хотелось, чтобы это был мой личный лис. – Вот бы ты тоже попаданец был, и тебя тут искать не стали, – вздохнула я, шаря по полкам шкафа. Мои усилия увенчались успехом. Я нашла тоненький кожаный ремешок, из которого можно сообразить поводок. И наоборот, толстый кожаный браслет с изящной серебряной пряжкой. На худенькой шейке фенека он будет смотреться как ошейник. Отличный временный вариант! Я показала находку лисичке. – Пойдешь со мной к гостям, или тут спать будешь? Зверек издал какой-то не опознаваемый звук и положил голову на лапы. – Значит, оставайся здесь, – решила я, – надо бы имя тебе придумать. Хотя бы временное. Уж не знаю, заявится ли за тобой хозяин, но как-то обращаться надо… Ленни? Лунни? Лурри? Зверек даже ухом не повел. Я продолжила: – Ириска? Фокс? Фокстрот? На последнем имени он чихнул. – Не нравится? А как тебе Финик? Малыш похлопал глазками. – Ну, будешь Финик, значит, – постановила я, – ладно, веди себя прилично. А я пошла. Но стоило мне отойти к двери, фенек Финик спрыгнул с кушетки и побежал за мной. – Тогда извольте надеть галстук, джентльмен, – строго сказала я, взявшись за импровизированный поводок. Я готовилась к тому, что животное будет кусаться и рычать. Но Финик неожиданно спокойно позволил себя пленить. От этого мне стало еще грустнее. Точно домашний. Вскоре мы с ним спустились. И лучше бы я этого не делала. Эпичная сцена ждала меня в гостиной. Друг напротив друга стояли мой муж Рудольф и наглый генерал Хонвер. Его-то сюда какая нелегкая занесла? Выражения лиц у пареньков были такими, что их можно для мемчиков использовать. Ноздри раздуваются, глаза сузились, губы чуть ли не по диагонали. У Рудольфа кулаки сжаты, корпус чуть наклонен вперед. Мне казалось, он зарычит вот-вот. Готова была поклясться, что у него волосы на загривке встали вертикально. Великолепный драконий мужчина Амвер Хонвер стоял прямо, руки скрестив на груди. Правую ногу выставил вперед. Голову назад закинул. И смотрел так злобно-презрительно, что я догадалась: между мальчиками терки были еще до того, как Руди представил меня в посольстве в качестве своей благоверной. В голове моей завертелось: "Они сошлись – вода и камень, Стихи и проза, лед и пламень Не столь различны меж собой". Я с удивлением поняла, что Рудольф в росте почти не уступает дракону, который мне казался просто огромным. Да, у Амвера плечи шире, словно он под одежду булыжники подкладывает. Но и мой муж рядом с ним птенчиком не выглядел. Вполне себе рыцарь, способный одолеть дракона! Глупо, но я им даже загордилась, неужто уже присвоила этого гордого, нахального, самовлюбленного типа, которому уже успела наставить кучу всяких диагнозов, самый безобидный из которых – “перверзный нарцисс”. Какой контраст – черные короткие кудри смуглого Рудольфа и выбеленные ветром и морозом Амвера. Красавцы поигрывали бицепсами, которые легко угадывались под тонким дорогим сукном. Челядь сбилась в кучку, спрятавшись за самым большим из столов, с любопытством наблюдая за суровыми господами. Дарья, могла ли ты представить, что двое мужчин, словно сошедших с обложек журналов, будут из-за тебя вот так собачиться? Впрочем, гордиться нечем. Положение у меня шаткое, а ситуация расплывчатая. – У нас сегодня великолепнейшие морепродукты, – услышала я, приблизившись к Рудольфу, – очень рекомендую. Как я понял, моему вкусу ты полностью доверяешь. – Не уверен, что ты сам разбираешься в том, чем владеешь, – ухмыльнулся Амвер, – глядя на тебя, я понимаю, когда говорят, что судьба слепая и благоволит к тому, кто орет громче. Какая милая беседа! Они что, прямо сейчас собираются дуэль устроить? Финик тявкнул, осматриваясь в незнакомой ему обстановке. Тут уж оба обернулись на нас с лисичкой. – Метрис Метлер! – холодно улыбнулся Хонвер. – С наступающим вас Новогодием. – И вас, генерал, – учтиво ответила я. А Финик снова тявкнул. – Что это у вас за ушастая крыса на поводке? – спросил дракон. И я тут же перестала им восхищаться. Потому что мужчина, который пренебрежительно относится к чужим питомцам, нам с Фиником не подходит. Даже если он Руди на дуэли пристрелит. Или что он там сделать с ним собрался. – Я так рад, что ты нашел время навестить меня в праздник, – Рудольф выглядел так, словно пришел себя. Такой же ироничный и дурашливый, как обычно. Мне стало спокойнее. – Пришел напомнить, чтобы ты включил меня в свое завещание, – оскалился Амвер. Вот как такой ослепительный красавец умудряется настолько отталкивающе улыбаться? – У меня как раз освободилось место теневой жены. – Какой? – не сдержалась я. – Теневой, милочка, ты не ослышалась, – Руди взял меня под руку, – видишь ли, высокорожденные граждане Изодии могут брать в супруги женщину здешних благородных кровей. И еще одну для души и тела. Из приезжих. Но слово “жена” в этом случае просто насмешка. Она, скорее, ее тень. Я ведь уже рассказывал тебе… – Да, точно, – вспомнила я, – наиграться, обрюхатить и отправить на выселки. Мечта любой девицы, чего уж тут. – Какая разумная метрис, – кивнул мне Амвер, явно не поняв сарказма, – конечно, сейчас не время назначать поединки. Но как гость, я могу предложить тебе, Метлер, примирение. – Неужели кто-то испугался? Или жена не пустила? – высокомерно спросил Руди. Зачем он так? Разве есть у него шансы победить дракона? – Нет, просто меня попросили в посольстве не пускать в расход свежего дипломата… как твоего предшественника. Но раз ты не ценишь моей щедрости… Амвер спокойно подошел к столу с яствами, взял шпажку и подцепил ей что-то вроде креветки, закинул в рот. Пожевав, удовлетворенно кивнул. – Да здешний повар неплохо готовит. Когда я докажу свои права на это поместье, его, пожалуй, оставлю в штате. Ага. Поместье. Везде-то Руди ему поперек горла встал. А вот креветочка хорошо пошла. Проводив ее глотком напитка медового цвета, Хонвер сказал: – Через два дня я жду от тебя официальное уведомление о дате, месте дуэли, а так же оружии. А пока – с Новогодьем тебя и твою очаровательную жену. Не теряйте времени, ребятки. Сказав это, он удалился. Вечер продолжался. Приходили какие-то люди, знакомые Рудольфа. С любопытством смотрели на меня и с опаской на Финика. А временами и наоборот. – Кто это у вас, кролик такой? – заинтересованно спросила одна гостья, супруга какого-то важного посла из северной страны. – Фенек, лисичка такая, – охотно ответила я, – это самая маленькая из всех лисичек на планете, чаще всего обитает в пустыне Сахара… Я осеклась. На какой планете? Какая Сахара? – Э-э-э, ну у нас дома так иногда эту пустыню называли, на самом деле, она конечно… – Синупот, – подсказал Рудольф, слегка меня ущипнув, – у Дорит дома любят слова коверкать. – Расскажите еще! – попросил мальчишка, выглядывающий из-за материнской юбки. Вихрастый блондинчик с большими, широко распахнутыми глазами, способными вместить атлас неба и повернуть глобус взглядом. Как я люблю таких детей! Любознательный, неравнодушный. Их таких все меньше в наших школах. – Фенек такой маленький не потому, что он лисенок. Это взрослая особь. Просто он вот такой мелкий, что его даже домашняя кошка выглядит куда солиднее. – А почему уши у него как у полноразмерной лисы? – продолжал допрашивать меня парнишка. – Озерные духи создавали этого зверя с ушей и планировали сделать его обычным, да отвлеклись? Я ошарашенно на него смотрела, не зная, что и сказать. У них что, в школе такое преподают? Рудольф отлучился куда-то и мне даже вопросительно взглянуть не на кого было. Но тут мальчик рассмеялся, и я заметила, что у него не хватает одного зуба в верхнем ряду. – Я пошутил, метрис Метлер! – Отличная шутка… – одобрила я и замолчала, не зная, как к нему обращаться. – Лурек, – представился ребенок, – будущий сенатор. – Очень приятно принимать в нашем доме такого видного человека, – улыбнулась я ему. – А что ест ваш фенек? Я немного смутилась. – Сверчков, червей. Еще мышей может ловить. – А как он добежал из пустыни Синупот до нас? – Лурек был неутомим. – Сынок, – вмешалась мать, – ты совершенно заболтал метрис Метлер. И нам уже пора ехать дальше. Мальчик вздохнул с видимым сожалением. – Если хочешь, – предложил подошедший к нам с бокалами Рудольф, – можешь навещать этого зверька. Руди подал один бокал гостье, второй – мне. Это было так по-семейному. Дарья, спокойно! Это все игра. В теплоту, внимание, любовь и подарки. – С удовольствием принимаю ваше предложение, метрано Метлер, – пробасил отец мальчика, высокий, тучный мужчина в парадной форме, – у Лурека тут пока нет достаточно друзей. Я давно не видел его таким веселым и оживленным. Не удержавшись, я подмигнула мальчишке, который сидел на корточках рядом с лисичкой и несмело протягивал палец. Какой разумный парень. Понимает, что животное может цапнуть, да и резкими движениями его пугать не стоит. Лурек ответил мне искренней и теплой улыбкой. Наши гости ушли, я думала, что придет еще кто-то, но Рудольф сказал: – Дорогая, наше время для приема вышло. Теперь накинь шубку, мы едем по гостям сами! У нас с тобой три дома для посещения! Гости? Я. признаться, так умаялась. Не физически, а морально. Но что делать, раз тут такие обычаи. – Я могу взять с собой Финика? – благопристойно поинтересовалась у мужа. – Почему нет? – пожал он плечами. – Правда, вряд ли мы ему найдем по дороге сверчков. Их только если в лавке для зверей купить… знаю, что местные любители необычных питомцев заказывают своим ящерицам всяких жуков. Но сегодня вечером вряд ли что-то работает. Олив, бежавшая мимо нас с подносом, неловко поскользнулась на лужице. На пол шмякнулся бутерброд с мясной нарезкой. Финик радостно кинулся к добыче, натягивая поводок. – Не ешь хлеб, это тебе вредно! – попыталась я предостеречь лиса. Но он меня не послушался. – Вот и одной проблемой меньше, – рассудил Рудольф, – сейчас он дожует, и поехали. Если он принесет мне сегодня еще пару таких полезных контактов, как сейчас, я сделаю этого тушканчика своим личным помощником! События вечера слились для меня в одну сплошную ленту. Мы тряслись в кабриолете, потом я улыбалась так, что щеки болеть начали, пила пунши, морсы, напитки с пузырьками и без, склевывала крошечные бутербродики со шпажек, которые любезно подносил мне супруг. Изысканно-вежливый и сияющий любовью. Поддельной, как сумочка на блошином рынке. На нас с Фиником в каждом из трех домов разглядывали с одинаковым тщанием и даже закуски предлагали одинаковые. Так выяснилось, что пустынная лисичка любит огурцы и яблоки. И все это сразу. Я следила, чтобы лис не налегал на лакомства. Потому что не знаю, как лечить фенека в условиях другого мира. На нас троих сыпались комплименты и маленькие драже, с ноготь детского мизинца размером, который тут вместо конфетти используются. Когда вернулись в имение, у меня ноги гудели, а Финик уснул уже в кабриолете, я его занесла на руках, устроила ему постельку из своего земного пуховика. Лисичка продолжала дремать. – Уверена, что его надо в нашей спальне оставлять? – хмыкнул Рудольф. – А что, мы стесняемся? – не поняла я. – Какие-то необычные планы на ночь? Дарья, ну зачем ты его провоцируешь? Но Рудольф так утомился, что на провокацию отвечать не стал, просто рукой махнул. – Да какие там планы, Дорит? Кроме того, чтобы в кровать рухнуть и засопеть, как твой суслик ушастый. Тем более, завтра мы на бал приглашены. – Что? – я не поверила ушам своим. – Бал? Какой? Куда? – В посольство, естественно. Я столько об этих гуляниях праздничных наслышан, и не надеялся, что ты, моя дорогая, так удачно появишься. Без любимой супруженьки-то меня бы туда и не позвали. А это знакомства, контакты. Рудольф отчаянно зевал и при этом раздевался. – Надо бы умыться что ли перед сном… – вспомнил он и устало потопал в ванную комнату. – Ты если хочешь, можешь в соседних покоях омовение совершить. Действительно, не ждать же его. Я хоть и собиралась быстренько ополоснуться, но увлеклась. И когда наконец добралась до спальни, муж уже спал. Крепко так, с улыбкой на красивом мужественном лице. Я осторожно легла рядом, как полагается благовоспитанной жене. Но все же на пионерское расстояние, а не под бочок. Руди улыбнулся и зашевелил губами, что-то шепча. Мне так захотелось приблизить ухо к его губам, послушать, что он там неслышно бормочет. Еле сдержалась. Я ворочалась, никак не могла заснуть. А ведь думала, что отрублюсь, едва моя голова подушки коснется. То ли этот почти незнакомый мужчина на меня так действовал, то общее волнение. Наконец, веки мои начали наливаться тяжестью, перед глазами поплыли обрывки снов и я с облегчением потянулась за ними расслабленным сознанием, чтобы запрыгнуть в одну из дрем. Во сне я вернулась в свой мир. К моим проблемам, таким родным и милым. К ученикам, урокам географии. Учебным планам, методичкам. Педсоветам. Да много чему, что раньше казалось утомительным и рутинным. А сейчас я так бы хотела вернуться к этой счастливой, обычной, понятной повседневности. Открыв глаза, поняла, что плакала во сне. Состояние было липкое, и дрема затягивала обратно. Я повернулась на другой бок и уперлась во взгляд Рудольфа. Муж смотрел на меня, чуть прищурившись, а потом улыбнулся и протянул руку. Погладил по щеке, пальцем обвел мои губы по контуру, запуская электрическую волну. – Доброе утро, – прошептал он, – удивительно, что существуют женщины, которые сразу после пробуждения не только не отпугивают своим видом, но оживляют все потайные желания. – Рудольф! – ответила я растерянно, садясь в кровати. Так. Отвернуться, ноги опустить на пол, чувствуя опору. Он сразу и одумается, вспомнит, что я должна еще и заслужить такой чести, как доступ к телу великого и прекрасного барона Метлера. За моей спиной раздалось шебуршание. Послышалось тяжелое дыхание и горячие руки обвились вокруг моей талии. Затем одна поднялась выше, легла мне на грудь, а шею опалил жаркий поцелуй. По телу прошла дрожь, волна возбуждения пошла он кончиков пальцев ног выше и выше, я застонала от этого сладкого томления… и проснулась. В окошке уже брезжил рассвет. А Рудольф, спавший рядом, теперь уже по-настоящему открыл глаза и сонно поинтересовался: – Не я ли тебе приснился, рыбка? Ты так стонала. – Конечно, ты! В кошмаре. – резко ответила я. Руди так ехидно улыбнулся, что стало понятно – не поверил. Наверное, я покраснела. Вся, с ушами вместе. И этим себя еще больше выдала. Что за напасть такая! Еще эротические сны с этим павлином смотреть не хватало. Я возмущенно вскочила, добежала до гнездышка Финика. Зверек вытянулся в струнку, и я испугалась, что малыш отравился огурцами, например. Присев рядом на корточки, осторожно погладила его. И с облегчением увидела, что лапки фенека дернулись. Жив! Финик от неожиданности подскочил, испуганно заскулил. А потом чихнул. Из носа рыжего милашки вырвалось облачко. Звездочки, блестки какие-то, светящаяся пыль. – Чего ты нанюхался или наглотался вчера, Финик? – в отчаянии спросила я. Но ответил мне не лис, а Рудольф. – Ничего он не наглотался, Дорит. Руди возвышался над нами, с интересом разглядывая Финика. – Кажется, тебе достался не просто ушастый кот. А один из волшебных покровителей. Интересно, и с чего это он тебя, попаданку, выбрал?