Глава 12

Мы заходим в ресторан, и я натянуто улыбаюсь администратору, когда отдаю ему пальто. Лев стоит рядом, как всегда уверенный в каждом своём шаге. Мы мало говорили утром после вечерней сцены с поцелуем. Я лишь подтвердила, что мама с радостью согласится пообедать с нами, а он просто бросил в ответ: «Отлично!» – и тут же позвонил в офис, отменив все встречи. Удивительно для такого мужчины – трудоголика – как это оказалось просто сделать. Затем он закрылся в своем кабинете, работая за ноутом, оставив меня размышлять о том, что всё это лишь ещё одна его манипуляция. Пока он называет администратору свое имя, его рука почти касается моей спины – достаточно близко, чтобы я ощущала его присутствие и это вызвало во мне дрожь. Он делает это специально, тем самым подтверждая свои права на меня, а я не могу возразить, ведь для всех он мой жених. Мама уже сидит за столом, нервно комкает салфетку. Когда она поднимает глаза и видит нас, её лицо озаряется радостью. Она давно ждала этой встречи, и я знаю, что для неё это многое значит. Это лишь усиливает груз ответственности, который я чувствую на своих плечах. Взгляд мамы скользит от меня к Льву, и я замечаю, как её глаза светятся надеждой. Она пристально изучает его. Конечно, оценивает его мужскую красоту и харизму. И Лев тут же переключается в свой самый обаятельный режим. Он подходит к столу с лёгкой, почти непринуждённой улыбкой и протягивает руку моей маме. – Анна Сергеевна, – его голос глубокий, вежливый, с оттенком тепла, которого я никогда не слышала в обычных разговорах с ним, – мне очень приятно наконец познакомиться с вами. Валерия много о вас рассказывала. Мама смущённо улыбается и отвечает на его рукопожатие. Она уже, кажется, покорена. Лев садится рядом со мной, словно всё это абсолютно естественно, как будто он действительно мой жених, а не делец, который ловко разыгрывает каждый свой ход. Его взгляд постоянно ловит мамины реакции, и каждый его жест рассчитан так, чтобы она видела в нём идеального мужчину для своей дочери. – Валерия часто говорит о вас, – продолжает он с лёгкой улыбкой, отчего его голос кажется искренним и доброжелательным. – Простите, что не вышло раньше устроить нашу встречу. Это полностью моя вина. Я почти закатываю глаза, но вовремя сдерживаюсь. Это так похоже на Льва – врать так тонко, что даже те, кому адресованы его слова, не могут понять, насколько это искусственно. Мама, конечно, не замечает ничего. Её лицо светится гордостью. – Ничего, я понимаю, как вы заняты, Лев, учитывая то, что вы взвалили на свои плечи проблемы нашей фирмы, – отвечает она, смущённо отводя взгляд. – Я рада, что у моей Лерочки есть вы. Она заслуживает такого человека, который поддержит в трудную минуту. Эти слова вызывают у меня внутренний протест, но Лев, как будто почувствовав это, мягко касается моей руки на столе. Это движение настолько естественное, что мама замечает его с радостью, а я не могу ничего сделать. Я знаю, что это его манипуляция. Он специально делает такие жесты на глазах у неё, чтобы углубить иллюзию наших отношений. – Мне жаль, что я поздно обо всем узнал и только сейчас смог вмешаться. У нас были некие разногласия, но теперь, когда она согласилась стать моей женой, – говорит он, глядя прямо в глаза маме. – Я сделаю всё, чтобы она была счастлива. Его слова звучат настолько искренне, что даже я на мгновение забываю, что это всего лишь игра. Мама смотрит на нас с тёплой улыбкой, а я чувствую, как внутри что-то сжимается. Лев продолжает удерживать мою руку, его пальцы мягко касаются моей кожи. От его прикосновения меня охватывает злость, но я вынуждена сохранять улыбку. Мы делаем заказ, после чего Лев продолжает поддерживать непринуждённый разговор с мамой. Он не упускает ни одной возможности подчеркнуть, как мы «счастливы». Каждая его фраза точно выверена, каждая улыбка направлена на то, чтобы покорить её окончательно. И это работает. Мама явно в восторге от него, и мне становится больно от осознания, что она так легко верит в его ложь. В какой-то момент Лев опускает свою руку и мягко касаться моего бедра под столом, его пальцы слегка скользят по ткани моего платья, оставляя за собой едва заметное тепло. Это кажется настолько естественным, как будто у него действительно есть право на это, как будто мы давно привыкли к такой близости. Я чувствую, как моё тело напрягается, пытаясь удержать контроль, но с каждой секундой это становится всё сложнее. Его прикосновения через чур интимные, что я не могу сосредоточиться ни на разговоре, ни на еде. Внутри меня поднимается волна замешательства. Я знаю, что это всего лишь часть его игры, спектакль, который он разыгрывает для моей мамы. Но всё же моё тело предательски отвечает на каждое его движение. С каждой секундой я всё больше теряю контроль над ситуацией, и это выводит меня из равновесия. Я ощущаю ярость от того, что не могу остановить его, но одновременно чувствую что-то ещё – нечто такое, что я не хочу признавать. Мама, поглощённая разговором с моим женихом, ничего не замечает. Она улыбается, явно довольная тем, как её «зять» ведёт себя. Лев периодически кивает в ответ на её реплики, но его внимание направлено на меня. Он явно получает удовольствие от того что я смущена, что сбита с толку и не могу остановить его действия. – Ваша дочь такая невероятная, и теперь я вижу от кого она унаследовала свою красоту и ум, – вдруг произносит Лев. Он проводит второй рукой по моим волосам. Это действие, на первый взгляд невинное, но я чувствую, как оно пересекает границу. Он словно бы проверяет, как далеко можно зайти, сколько я готова терпеть ради этого спектакля, поэтому продолжает лапать меня во всех доступных местах. Я стискиваю зубы. Надеюсь никому не слышно их скрежет. Мама кивает в знак согласия, её лицо светится гордостью за меня. Она не подозревает, что происходит на самом деле. Я улыбаюсь в ответ, хотя внутри всё кипит. Эта игра выходит из-под контроля, и я начинаю чувствовать, как нечто между нами меняется. Как будто воздух тяжелеет и пропитывается напряжением. – Спасибо, – выдавливаю я, стараясь сохранить спокойствие, а затем неловко шучу: – Наверное, всё дело в платье. Лев приподнимает бровь, его глаза сверкают лукавством, будто он поймал меня на попытке отвлечь внимание от ситуации. Он наклоняется чуть ближе, его голос становится тише, но я знаю, что он говорит это для мамы так же, как и для меня. – Платье, конечно, красивое, но дело совсем не в нём, – шепчет он, его губы почти касаются моего уха. – Ты всегда выглядишь великолепно. Его слова вызывают волнение, которое я стараюсь подавить. Это всего лишь игра, манипуляция, убеждаю себя. Но почему же тогда каждое его прикосновение кажется таким реальным? Почему я чувствую, что теряю контроль над собой, когда одна его рука так невинно скользит по моему бедру, а вторая играет с волосами? Мама поднимает глаза от еды и смотрит на нас с теплотой, будто видит перед собой идеальную пару. Я снова улыбаюсь, стараясь скрыть тот факт, что мне нужно время, чтобы вернуть себе самообладание. Я должна оставаться в игре, ради неё. Ради того, чтобы она продолжала верить в эту ложь. – Лерочка, – произносит мама, явно довольная происходящим. – Я так рада, что у вас с Львом всё так хорошо. Это видно невооружённым глазом. Вы прямо светитесь рядом друг с другом. Я зря переживала. Слова мамы только усиливают чувство беспомощности. Мама искренне верит этому шоу. Лев оказался замечательным актером и он осведомлен в этом. Он отлично играет свою роль. – Нам пора поговорить о свадьбе, – неожиданно произносит он, и его голос звучит слишком непринуждённо, слишком уверенно, словно между нами действительно что-то настоящее. Моя мама тут же оживляется, её глаза сверкают радостью. Лев заметно доволен её реакцией. Я же пытаюсь скрыть внутреннее раздражение. Он слишком далеко заходит. – Да, мама, – произношу я, стараясь сохранить ровный тон, – мы со Львом собираемся расписаться на следующей неделе. Это будет скромная церемония. Мама охает от неожиданности. – Так быстро! Но раз вы уже все решили… Несмотря на удивление, мама явно в восторге от факта нашей свадьбы. И эта та женщина, которая обрывала мой телефон и спрашивала уверена ли я в своем решении. Лев, не упуская случая, снова касается меня – на этот раз нежно проводит пальцами по моему плечу, как будто между нами реальные чувства. Он делает это демонстративно, чтобы мама могла увидеть. Я ловлю его взгляд и вижу, что он получает удовольствие от своей игры. Каждое его прикосновение рассчитано. Каждое действие направлено на то, чтобы убедить маму, что мы счастливы. – Лев, ты такой заботливый, – с мечтательной улыбкой говорит она. – Я надеюсь ты сделаешь мою дочь счастливой. Смотрю на маму, и сердце сжимается от противоречий. Я ненавижу эту ложь, но не могу ничего сказать. Не могу разрушить её иллюзии. А Лев это знает. Он чувствует свою власть над ситуацией и использует её без колебаний. Он знает, что я не остановлю его. И он пользуется этим, доводит меня до кипения. Он ведёт себя слишком уверенно, слишком свободно. Не как мужчина, который только вчера проводил вечер с любовницей, а как тот, кто заприметил новую пассию и собирается непременно затащить ее в постель. Это выводит меня из себя. Только чудом удается удержаться от того, чтобы не пнуть его в голень под столом. – Конечно, Анна Сергеевна, – отвечает Лев с лёгкой улыбкой и снова касается моей руки. – Я сделаю всё, чтобы Валерия была счастлива. – Расскажите мне, как вы познакомились? – интересуется мама. Она улыбается, но её глаза цепкие, словно не упустят ни одного нюанса. – Я даже не догадывалась, что у моей девочки были отношения. Хотя я много, о чем не догадывалась, пока ее отец был жив. – Мам… Лев наклоняется ко мне ближе, его рука теперь мягко лежит у меня на плече. Я стараюсь сохранить спокойствие, но чувствую, как его пальцы двигаются по моей шее. Я вздрагиваю. Все эти мелкие касания просто прожигают мой мозг. Это должно было быть просто жестом для вида, чтобы мама поверила, но его прикосновения через чур личные. Такие настоящие. – Она была самой красивой в зале, – говорит Лев с лёгкой улыбкой. Его глаза на мгновение встречаются с моими, и я начинаю чувствовать, что всё это становится слишком реальным. – Я просто не мог не подойти. Но также она выглядела немного потерянной среди акул бизнеса. Я натянуто улыбаюсь. Мы договорились отвечать всем, что познакомились на одном приеме, куда меня брал отец. Он описывает все так, чтобы представить наше знакомство в самом лучшем свете, но явно переходит границы и придает нашей «истории» ещё больше романтичности, которая никогда не существовала. Мама восхищённо кивает, ей приятно слышать этот рассказ, и я не могу не заметить, как её улыбка становится шире. – Это так мило, – мягко произносит она, не сводя с нас глаз. Я чуть не скриплю зубами от раздражения. Лев же получает удовольствие от того, как легко он манипулирует и мной, и моей мамой. Его рука продолжает нежно лежать на моём плече, но для меня это ощущается, как кандалы, сковывающие движения. – Да, мне повезло, – отвечает Лев с напускной искренностью. Его голос звучит настолько спокойно и уверенно, что я на долю секунды начинаю сомневаться, что это всего лишь игра. – Встреча с Валерией – лучшее, что произошло в моей жизни. Мама в восторге. Её глаза светятся радостью, и она не скрывает своего облегчения. Я знаю, что всё это – ради неё, ради того, чтобы она чувствовала, что я в надёжных руках. Но это ощущение словно грузом давит на меня. – Знаете, – продолжает мама с задумчивым выражением лица, – я чувствовала, что за последние месяцы Валерия стала спокойнее. Видимо, всё дело в твоей поддержке, Лев. Я снова подавляю желание закатить глаза. Мама, видимо, видит то, чего я давно не ощущала. Я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть её слова, и Лев, конечно же, использует эту ситуацию в своих интересах. – Конечно, Анна Сергеевна, – мягко отвечает он, сжимая моё плечо чуть крепче. – Мы действительно стали ближе за это время. Мама кивает, довольная ответом, и, извиняясь, поднимается. – Я на минутку, – говорит она, вставая из-за стола и направляясь в сторону уборной. Как только она скрывается из виду, я резко сбрасываю его руку со своего плеча. – Прекрати это немедленно, – шепчу я, сдерживая гнев, но голос предательски дрожит. Лев смеётся тихо, явно наслаждаясь ситуацией. – Но ты же сама хотела, чтобы твоя мама поверила в наши отношения. Я просто делаю, что нужно, – его голос звучит расслабленно, и он чуть откидывается на спинку стула. – Для этого не обязательно распускать руки, – отрезаю я, чувствуя, как сердце колотится от раздражения. – Как именно я это делаю? – Лев наклоняется ближе, его голос понижается, и я ощущаю, как в воздухе между нами нарастает напряжение. – Вот так? Его пальцы неожиданно сжимают мой подбородок, и прежде чем я успеваю среагировать, Лев яростно прижимает свои губы к моим. Я чувствую, как он раздвигает мои губы языком, требуя ответа на поцелуй. Моё первое инстинктивное желание – оттолкнуть его. Я хватаюсь за его плечи, вцепляясь в ткань пиджака, пытаясь вырваться. Но периферийным зрением я замечаю, что мама уже возвращается к столу. Паника пронзает меня, и в тот момент, когда я должна была оттолкнуть Льва, я вместо этого замираю, переставая сопротивляться. Лев чувствует мою перемену и целует меня ещё настойчивее, с вызовом, словно доказывая своё превосходство. Я зажмуриваюсь, сдерживая волну возмущения, пока его губы остаются на моих, а затем резко отстраняюсь только тогда, когда слышу смущённое покашливание мамы. – Ой, извините, – произносит она смущённо, поправляя волосы и садясь обратно за стол. – Я вернулась слишком быстро. Я опускаю глаза, стараясь скрыть свое смятение, а Лев, как ни в чем не бывало, спокойно улыбается, даже не пытаясь скрыть того, что только что произошло. – Всё в порядке, Анна Сергеевна, – говорит он ровным голосом. – Это мы слегка увлеклись. Я кусаю губу, не позволяя себе сказать хоть что-то в ответ. Весь этот фарс слишком далеко зашел. Но, глядя на сияющее лицо мамы, понимаю, что сейчас не могу всё разрушить. Ради неё я должна продолжать. – Я тоже когда-то была молода и до безумия влюбленная в отца Валерии, – взгляд мамы приобретает мечтательный оттенок с каплей грусти. Нам не хватает папы. Его уход был таким внезапным. – Ты выглядишь так счастливой, Лерочка, – она смахивает слезу. – Давайте за это и выпьем, – предлагает мама, поднимая бокал. Я неохотно следую её примеру, чувствуя, как я хотела бы избежать отсюда. Лев чуть приподнимает бокал и встречается со мной взглядом, не отпуская той самодовольной улыбки, которая сейчас так раздражает. Я знаю, что для него это очередная игра, очередной способ доказать своё превосходство. Мама смотрит на нас с таким теплом, что в этот момент я готова сжать зубы и проглотить эту сцену ради её счастья. – За вашу любовь, дети, – произносит она, её голос звучит трогательно и искренне, а мне в ответ хочется лишь ещё сильнее сжать бокал. Я поднимаю его и делаю небольшой глоток, чувствуя, как вина и раздражение переплетаются внутри меня. – Спасибо, Анна Сергеевна, – произносит Лев, не сводя с меня взгляда. Его тон становится мягче, почти тёплым, но я не верю этой маске. Моя кожа всё ещё горит от поцелуя, и чувство унижения, смешанное с нежеланием разрушить вечер для мамы, рвётся наружу. Я опускаю бокал и, избегая взгляда Льва, переключаю внимание на маму, надеясь, что эта тема наконец-то сойдёт на нет. Но Лев, видимо, решил сегодня идти до конца. – Валерия действительно приносит в мою жизнь много радости, – добавляет он, словно специально, чтобы проверить мою реакцию. Я чувствую, как мой пульс учащается. Его голос, всегда такой хладнокровный, сейчас звучит почти искренне, и это сбивает меня с толку. Мама улыбается, и я вижу, как её взгляд мягко смягчается. – Я всегда знала, что моя девочка будет счастлива, когда встретит такого человека, как ты, Лев, – произносит она. – Я очень за вас рада. Я уже почти не слышу её слов, чувствуя, как поднимается волна негодования. Лев просто использует меня в своих играх, но я ничего не могу изменить. Этот брак – моё обязательство, единственный выход, чтобы сохранить фирму моего отца. Я знала, на что иду, когда подписывала контракт, и сейчас мне остаётся только следовать этой игре до конца. – Конечно, мама, – я стараюсь улыбнуться, прогоняя мысли о том, как всё это унизительно. – Мы действительно счастливы, и я рада, что ты это видишь. Мама снова улыбается, её глаза сияют, и я чувствую, как больно осознавать, что эта радость построена на лжи. Но ради неё я готова продолжить этот обед, как будто всё в порядке. – Может, ты расскажешь маме про наш план на выходные? – неожиданно предлагает Лев, обвивая свою руку вокруг моей спинки стула. Его прикосновение снова вызывает неприятный холодок, но я заставляю себя остаться спокойной. – Какой план? – удивлённо переспрашиваю я, пытаясь понять, о чём идёт речь. Мы ничего не обсуждали. Лев делает вид, что не замечает моего удивления, и продолжает, как будто всё уже решено: – Мы собираемся посмотреть дом, в котором будем жить. Сегодня утром мне прислали очень интересный вариант, думаю, тебе понравится. Я чуть не роняю вилку от неожиданности. Он нашёл дом для нас? Мы даже не говорили об этом. Очередная часть его спектакля. – Дом? – переспрашивает мама, её лицо светится от радости. – О, как замечательно! Можно мне тоже присоединиться? Мне так интересно, где будет жить моя дочь! – Конечно, Анна Сергеевна, – спокойно отвечает Лев, не сводя глаз с меня. – Я как раз хотел предложить вам это. Будет приятно, если вы составите нам компанию. Я едва сдерживаю раздражение. Лев снова взял ситуацию под контроль, не оставляя мне выбора. Но видя сияющую маму, я подавляю свои эмоции. Если для неё это важно, то ради неё я готова потерпеть. Обед продолжается, и я веду себя, как положено любящей невесте, чтобы не выдать своё внутреннее сопротивление. Когда наконец приходит время прощаться, я чувствую облегчение, хотя знаю, что это всего лишь короткая передышка. – Было так приятно увидеть вас, Анна Сергеевна, – Лев вежливо целует руку маме на прощание. – Надеюсь, мы увидимся снова в ближайшее время. – И мне, Лев, – мама улыбается ему и затем поворачивается ко мне. – Лерочка, берегите друг друга. – Конечно, мама, – обнимаю её, стараясь не выдать напряжения. – Мы обязательно приедем снова.