Глава 16

Я просыпаюсь на следующее утро с тяжёлым комом в груди. Воспоминания о вчерашнем вечере с Львом ещё свежи: его неожиданная нежность, сбивающие с толку слова и моя паническая попытка отстраниться. Я подхожу к окну, раздвигаю шторы и впускаю в комнату утренний свет. Сегодня предстоит ещё один день, приближающий меня к свадьбе, до которой осталось всего ничего. Телефон на тумбочке вибрирует. Сообщение от Кати, моей лучшей подруги: она вернулась в город и сейчас может заехать ко мне. «С тортом и поддержкой», пишет она. Я улыбаюсь – Катя всегда знает, как поднять настроение. Её приезд сейчас словно глоток свежего воздуха. Через полчаса я встречаю её у порога. Катя держит коробку пирожных в одной руке, в другой – стаканчик кофе. Её жизнерадостная улыбка слегка сглаживает нервное напряжение, стянувшее мои плечи. – Доброе утро, невеста! – шутит она, проходя внутрь пентхауса. Она бросает оценивающий взгляд на интерьер и приподнимает брови. – Ого, вот это хоромы. А жених твой явно при деньгах. И как это я раньше о нём не слышала? Ну, рассказывай, как ты? Я пытаюсь улыбнуться, но выходит натянуто. Когда я назвала ей адреса, где сейчас обитаю, то она была очень удивлена. Так и тем, что я неожиданно выхожу замуж. – Сама толком не понимаю, – признаюсь, вздыхая. – Свадьба уже совсем близко, а в голове полная каша. Катя снимает куртку, осматривается по сторонам и жестом приглашает меня присесть рядом на диван. – Лер, ты выглядишь так, будто сдаёшь экзамен по высшей математике, – говорит она мягко, но пристально глядя на меня. – Что происходит? Я знаю, что Катя – единственный человек, которому я могу доверить правду, не боясь осуждения. Мы дружим со школы, и она всегда была для меня опорой. Поэтому я решаюсь. – Это брак по расчёту, – начинаю я тихо. – Я согласилась на это ради спасения папиной фирмы. Если бы не это, я бы никогда не согласилась. Лев… сейчас он мне не совсем безразличен, но изначально всё было фиктивно. Мы даже подписали договор. Катя широко раскрывает глаза, но не выглядит шокированной, скорее заинтригованной. – Брак по расчёту? – переспрашивает она, словно пробуя эти слова на вкус. – Да ты живёшь в настоящем любовном романе! Неужели в тебе нет ни капли любопытства, не думаешь, что между вами может что-то вспыхнуть? Я фыркаю, но чувствую, как внутри что-то сдвигается. – Не знаю, Катя. Лев, он не простой мужчина. Вокруг него аура власти и силы. И он ведет себя так странно. Сначала был такой холодный, относился ко всему как сделке… – А сейчас… – А сейчас он… он… пристает ко мне. – И тебе это нравится! – Катя не спрашивает, а констатирует. Наверное, мой румянец ей обо все сказал, поэтому я просто киваю в подтверждение. – Я боюсь поверить и потом пожалеть. Катя сжимает мою руку, её глаза сияют странной смесью сочувствия и романтического энтузиазма. – Лерочка, в романах, которые я читала, обычно всё начинается с контракта, а заканчивается настоящей любовью. Может, тебе просто дать ему шанс? – Но моя жизнь – это не роман. – Ой, подруга, по твоим рассказам, так самый настоящий, – смеется Катя. И неожиданно я смеюсь вместе с ней, от чего мне становиться легче на душе. – Ну раз я уже приехала, то возможно тебе нужна помощь с подготовкой к вашей поспешной свадьбе? Чтобы отвлечься от тревожных мыслей, мы берёмся за подготовку к свадьбе. Вчера я уже создала список дел, но он кажется бесконечным. Нам нужно уточнить меню, договориться с визажистом, парикмахером, и, конечно, решить вопрос с платьем. Хотя роспись будет скромной и без помпы, стоит позаботиться о том, чтобы я выглядела не как участник деловой встречи, а как невеста. Мы выходим в соседний магазин, возвращаемся с ворохом свадебных журналов и чашками кофе. Спустя некоторое время моя гостиная превращается в штаб по выбору наряда. Катя пролистывает страницы, качая головой: – Лера, ты точно уверена, что хочешь простое платье? Даже если всё фиктивно, ты не можешь прийти на роспись в чём-то бесцветном. Я улыбаюсь, оценивая её заботу. Она единственная, кто знает всю правду. Её прямота освежает. – Я не хочу привлекать слишком много внимания, – говорю я, притворяясь спокойной. – Чем скромнее платье, тем меньше вопросов. Катя прищуривается, открывая один из каталогов. – Посмотрим, – говорит она уверенно. – Я найду тебе что-то лучше, чем скучный минимализм. Мы перелистываем страницы, отбрасывая вычурные наряды с блёстками и кружевами, пока Катя не толкает журнал ко мне. – Смотри! Вот это! На странице – элегантное атласное платье, сдержанное и изящное, без лишнего декора, но с утончёнными линиями. – Оно красивое, – признаю я, и на губах появляется слабая улыбка. – Идеально! – торжествует Катя. – Вот увидишь, это именно то, что тебе нужно. Мы отправляемся в салон, где это платье в наличии, и я примеряю его. Глядя в зеркало, замечаю, как Катя довольно улыбается. – Как же хорошо! Ты даже не представляешь, насколько ты сейчас выглядишь, ну… как невеста, – произносит она, смягчив свой обычно резкий тон. Слово «невеста» заставляет меня внутренне напрячься. Всё это так далеко от того, что я представляла себе когда-то. Это не сказка, не счастье, не любовь. Это просто сделка. Я смотрю на своё отражение в зеркале и с трудом узнаю себя. Платье сидит идеально, словно было сшито именно для меня. Простой крой, гладкий атлас, никаких кричащих деталей – всё именно так, как я хотела. И всё же я чувствую себя… по-другому. – Ну что? – Катя заглядывает в зеркало из-за моего плеча, и я ловлю её довольный взгляд. – Как тебе? – спрашиваю, всё ещё не привыкнув видеть себя в этом образе. – Ты выглядишь потрясающе, Лера, – говорит она с искренностью, которую редко встретишь у неё. – Лев, наверное, тоже оценит. Я отвожу взгляд, стараясь скрыть раздражение. – Леву всё равно, как я буду выглядеть, – отвечаю спокойно, поправляя пояс. Катя насмешливо фыркает. – Ну, знаешь ли, он не выглядит как человек, которому вообще что-то «всё равно». У него такой взгляд, будто он видит людей насквозь. Я не могу не согласиться. Лев действительно производит именно такое впечатление, но эта его проницательность больше пугает меня, чем привлекает. Мы возвращаем платье в гардеробную, и, пока я переодеваюсь, Катя продолжает что-то весело щебетать с консультантом. Когда я выхожу, мы ещё немного гуляем по салону, выбирая обувь и аксессуары. На её месте я бы уже давно устала, но Катя кажется воодушевлённой, как будто это её собственная свадьба. Когда мы выходим из салона и садимся в кафе неподалёку, она, наконец, переключается на другую тему. – Кстати, я вспомнила. У меня подруга работает в фирме Льва, в отделе маркетинга, – произносит она, будто невзначай. Я настораживаюсь, но стараюсь не показывать этого. – И что? – Так вот, она мне вчера звонила и говорит: «Ты знала, что твоя подруга выходит замуж за Льва Волкова?» Я моргаю, не сразу понимая, куда она клонит. – И? – И то, что там уже вовсю обсуждают твою персону, Лера. – Обсуждают? – повторяю я, чувствуя, как внутри всё напрягается. Катя кивает и подаётся чуть ближе, будто рассказывает секрет. – Говорят, что он просто не мог не выбрать тебя – такая красивая, умная, подходящая. – Звучит слишком лестно для сплетен, – сухо замечаю я. – Ну, это только начало, – продолжает она. – Некоторые вспоминают твоего… как его звали? Того парня, который в аварию попал. Я чувствую, как кровь приливает к щекам. – Антон? – уточняю, почти шёпотом. – Да-да, его. Болтают, что ты, мол, довела его до этого. Что ты холодная, жестокая… Ну, в общем, обычная чушь. – Кто это говорит? – голос предательски дрожит, и я сжимаю кулаки под столом. Катя пожимает плечами. – Подруга говорит, что кто-то из руководства завёл эту тему. Может, чтобы создать интригу или настроить людей против тебя. Кто знает? Я сжимаю зубы, чтобы не сказать ничего лишнего. Всё очевидно. Это дело рук Алины. Только она могла начать такие грязные сплетни, чтобы очернить меня перед коллективом Льва. Катя, заметив моё настроение, хмурится. – Лера, ты не переживай. Это просто разговоры. Завтра забудут. Но я знаю, что забудут далеко не все. Эти слухи могут разрастись, как сорняк, если их вовремя не остановить. И всё же, что больше всего беспокоит меня сейчас, так это реакция Льва. Он знает? Он верит этим слухам? Или для него это не имеет никакого значения? – Лера, ты в порядке? – Катя встряхивает меня за руку. – Да, всё нормально, – отвечаю, возвращая себе спокойный тон. – Спасибо, что сказала. Она улыбается и ободряюще сжимает мою ладонь. – Ты справишься. А если нет, я всегда рядом. Мы вместе что-то придумаем. Я отвечаю улыбкой, но внутри бурлит гнев и растерянность. Катя с удовольствием делает ещё глоток кофе и смотрит на меня, будто ждет, что я вот-вот продолжу. Но в этот момент я словно застряла между желанием высказать всё, что думаю, и страхом сделать ситуацию ещё хуже. – Лера, ты чего стала такая напряжённая? – она наклоняется ближе и пристально смотрит мне в глаза. – Просто… не хочу, чтобы это всё вылезло наружу, – признаюсь я, пытаясь придать голосу беззаботности. – Это только создаст лишние проблемы. – Проблемы? – Катя прищуривается. – А какие могут быть проблемы у тебя и Льва? Он ведь, насколько я поняла, человек серьёзный, не станет терпеть сплетни в своей фирме. Я молча киваю, но сердце вдруг замирает. А что, если Лев уже узнал? Если кто-то из сотрудников донёс до него эти слухи? Мы не говорили об этом напрямую, но я знаю, что для него репутация – это всё. Даже если наш брак фиктивный, любое пятно на моей репутации может бросить тень и на него. – Думаешь, он будет обвинять тебя? – вдруг спрашивает Катя, словно читая мои мысли. Я пытаюсь улыбнуться, но выходит неубедительно. – Не знаю. Возможно, он подумает, что я сама дала повод для сплетен. – Лера, да прекрати! Ты вообще не похожа на человека, который провоцирует такие разговоры, – она хмыкает и качает головой. – Это всё завистники. Твоя вина только в том, что ты красивая, умная и… – Замужем за Львом Волковым? – перебиваю я с усмешкой. Катя смеётся, но в её глазах мелькает какая-то мечтательность. – Ну да. Ты даже не представляешь, как романтично это звучит, – она облокачивается на спинку стула, словно представляя всё в деталях. – Вы поженитесь, будете всё это играть на публике, а потом… бац, любовь вспыхнет по-настоящему! Я невольно закатываю глаза, но её воодушевление заставляет меня замешкаться. Катя всегда любила читать романы, где герои сначала не могут друг друга терпеть, а потом всё заканчивается страстным признанием и хэппи-эндом. Наверное, именно поэтому я не решилась рассказать ей всю правду. Про Алину я промолчала. Это было бы слишком унизительно: признаться, что у Льва есть любовница, да ещё такая… красивая, уверенная, властная. Катя наверняка бы не удержалась от комментариев вроде «ну и зачем ты тогда в это ввязалась?» Или, ещё хуже, попыталась бы меня убедить, что я должна за него бороться. Но мне ли бороться за мужчину, у которого уже есть другая женщина? Нет, я не настолько наивна. И всё же… мысль о Льве вызывает во мне странные эмоции. Он стал волновать меня как мужчина. Его манера держаться, властный взгляд, жесты – всё это пробуждает что-то такое, что я давно старалась в себе подавить. Я ненавижу это чувство, потому что оно напоминает мне, насколько я уязвима в этой ситуации. – Знаешь, что я думаю? – Катя вытаскивает меня из раздумий. – Лев, как человек рациональный, сразу поставит всех на место. Эти слухи не пройдут дальше пары дней. – Ты так уверена в его реакциях, будто знаешь его лично, – с лёгкой иронией замечаю я. – Просто чувствую, – она подмигивает. – И тебе советую меньше переживать. Всё будет хорошо. Я киваю, но внутри всё ещё бурлит тревога. Катя не знает, как всё сложно. Она не понимает, что для Льва я не более чем часть сделки, средство для достижения его целей. И он наверняка не захочет, чтобы эта сделка обрастала грязными слухами. Что ж, остаётся только надеяться, что он действительно не станет обвинять меня. А если Алина продолжит свои игры, я найду способ ей ответить. И понимаю, что противостоять с ней мне надо в одиночку. Чтобы Лев не говорил, а он не может приструнить свою любовницу. – Катя, ты не понимаешь… – я опускаю взгляд на чашку с остывшим кофе, едва сдерживая себя, чтобы не выдать всю свою растерянность. – Если сотрудники Льва подумают, что я какая-то золотоискательница, это разрушит всё. – Золотоискательница? – Катя громко фыркает, чуть не проливая свой кофе. – Да ты смеёшься? Это же чушь! Я резко поднимаю голову, глядя на неё с серьёзностью, которая заставляет её замолчать. – Нет, Катя, это не чушь. Если узнают, что Лев инвестирует в фирму моего отца, чтобы спасти её от разорения и вывести из кризиса… я никогда не отмоюсь от этого клейма. Она на секунду задумывается, но быстро отмахивается, как будто мои слова не стоят её внимания. – Ну и пусть думают! – восклицает она с уверенностью, которая меня даже раздражает. – Ты его жена, Лера. У тебя будет законное право на его деньги. Пусть говорят, что хотят, главное, что ты живёшь свою жизнь, а не их. – Катя… – я качаю головой, тяжело вздыхая. – Это всего на два года. Она приподнимает бровь, явно удивлённая, что я так уверенно это подчёркиваю. – Ну и что? За два года можно сделать многое. А потом, кто знает, может, вы с ним… – её голос наполняется озорным намёком. – Нет, Катя, – я перебиваю её, покачав головой. – Наши отношения останутся такими, какие они есть. Это фиктивный брак, и мне нужно просто выстоять эти два года. – Ты уверена? – она наклоняет голову, улыбаясь. – Я видела, как ты смотрела на него на той фотографии в журнале. – Прекрати, – отмахиваюсь я, хотя внутри что-то сжимается от её слов. Катя, конечно, во многом ошибается, но в одном она права. Эти два года могут оказаться самыми сложными в моей жизни. И, глядя на то, как она искренне пытается меня поддержать, я понимаю, что рассказывать ей больше нет смысла. Чем меньше людей знают правду, тем меньше шансов, что всё развалится. Катя, кажется, замечает мою серьёзность и, решив сменить тему, снова разворачивает свадебный журнал. – Ладно, оставим это. Давай вернёмся к платьям. Если ты всё-таки выбираешь то атласное, нужно подумать о туфлях. Ну, и о том, что делать с твоими волосами. Я благодарно киваю, позволив ей отвлечь меня от мрачных мыслей. Но в глубине души я понимаю, что этот разговор – лишь первый из множества, которые мне ещё предстоят. Ведь слухи, которые пустила Алина, только начало. Мы некоторое время зависаем в магазине, пока не заказываем все необходимое для свадьбы. Когда все моменты учтены, Катя собирает оставшиеся журналы в аккуратную стопку и кладёт их в сторону, наблюдая за мной с тем выражением лица, которое я знаю уже много лет. Оно говорит о том, что она что-то задумала. – Ну всё, я побежала. – Она натягивает куртку, готовясь выйти, и вдруг прищуривается. – Ты сегодня куда-то собираешься, да? Я вздыхаю, застёгивая крышку на своей сумке. – Да, с Львом. Какое-то мероприятие с его инвесторами. Катя широко улыбается, явно находя что-то романтическое в этом факте, но я тороплюсь её разочаровать. – Ничего особенного. Просто часть сделки. Но теперь эти слухи… – Я ненадолго замолкаю, и Катя не перебивает, давая мне высказаться. – Они всё испортят. Если кто-то из инвесторов узнает, Лев будет злиться на меня. Это может отразиться на репутации фирмы и, что хуже всего, на его бизнесе. Катя хмыкает и, скрестив руки на груди, внимательно на меня смотрит. – Слушай, я вот что заметила, Лера. Ты всё больше волнуешься о том, что подумает твой будущий муж. – Не говори ерунды, – я отмахиваюсь, чувствуя, как мои щеки слегка розовеют. – Просто хочу хорошо выполнить свою часть сделки. Это всё. Катя ухмыляется, явно не купившись на мои объяснения. – Конечно, только сделка, – протягивает она, качая головой. – Ты же у нас идеальная бизнес-леди, без эмоций и привязанностей. Вот увидишь, влюбишься ты в него раньше, чем думаешь. Я не нахожу, что ответить. Катя смеётся и направляется к выходу, но оборачивается на пороге. – Знаешь, я, пожалуй, поговорю со своей подругой, которая работает у Льва. Убедимся, чтобы там больше никто ничего не распускал. И, может, даже заверю её в том, что её босс просто без ума от своей невесты. Ты ведь не против, правда? – Катя! – я бросаю ей укоризненный взгляд, но та уже убегает, только смеясь на прощание. Я остаюсь одна, и лёгкость, с которой подруга отмахнулась от моих переживаний, не оставляет мне покоя. В какой-то момент я ловлю себя на мысли, что Кате, возможно, проще увидеть то, что я сама до конца не признаю: Лев стал занимать слишком много места в моих мыслях. И дело вовсе не в договоре или ожиданиях инвесторов.