Глава 19

— У меня сегодня день открытых дверей? — недовольно проворчала я, выкатывая коляску на дорожку. Едва я увидела, каких именно нежданных гостей принес мне попутный ветер, мои брови чуть не оказались в районе лба.

— Лея Вена? — спросил мужчина с черными, как ночь глазами.

— Допустим, — неоднозначно ответила я.

— Нам нужно с Вами поговорить.

— Говорите, — лениво протянула я, пытаясь скрыть волнение в голосе. Зачем? Вот зачем они пришли сюда?

Шрам на лице мужчины дернулся, а губы недовольно поджались, а затем его взгляд уперся в область моего живота и только сейчас, по-моему, до них дошло, что я не своим ходом к ним вышла.

— Может, пройдем в дом? — предложил второй мужчина, заметив, что первый говоривший немного подвис.

Аскольд! А это был именно он, и он недоуменно смотрел на меня, вглядывался в глаза и снова возвращал свой взгляд в область живота. Да что с ним такое?

— Зачем? — только в доме их не хватало.

— Нам нужно поговорить, — процедил другой мужчина. Он был настоящим красавцем, как и третий. Всех их объединял черный цвет глаз.

Грифоны! Ко мне пожаловали в гости сами грифоны!

Вот так вблизи открыто и дерзко рассматривала мужчин я в далеком прошлом. Отметила, что мне они нравятся, несмотря на наглое поведение. Особенно меня привлекал первый… Аскольд! И почему-то шрам на лице не казался уродством или дефектом, а наоборот придавал ему мужественности. Вот из нас парочка! Одна калека, другой с искореженным лицом и телом. Я помню под пальцами множество шрамов на его спине, ягодицах, руках. Кто же над ним так поиздевался?

— Так говорите! — воскликнула я.

Левое запястье нещадно начало зудеть и сил терпеть не было, поэтому я под недоумевающим взглядом мужчин, стала остервенело расчесывать место зуда, на что лицо Аскольда удивленно вытянулось, а затем расплылось в довольной ухмылке. Не обращая внимания на препятствие в виде высокого забора, он с легкостью преодолел этот барьер, оказавшись по эту сторону двора.

— Вы… да Вы… как Вы посмели? — моему возмущению не было предела, но грация, с которой он преодолел преграду, достойна восхищения.

— Лея нам действительно нужно поговорить, — мягко прошептал мужчина и улыбнулся на все свои тридца… сколько-то там грифоновских зубов, бесцеремонно распахивая ворота моего дома, впуская парочку своих друзей. — Позвольте представиться…

— Не позволяю, — прорычала я. Шастают здесь все кому не лень. Но как же охранка? Или она не работает? Тогда я совершенно беззащитна. — И любезно попрошу выметаться отсюда, — о, гостеприимства я им не предоставлю. Наглые бесцеремонные гадкие … звероптицы!

— Я Аскольд, — не обратив внимания на мою неприкрытую грубость, продолжил мой знакомый незнакомец, сканируя меня своими черными глазюками, будто хотел расчленить на месте. — А это мои сопровождающие Иварус и Шимар. Мы к те… к Вам действительно по очень важному делу.

— Вас трудно отыскать, — заметил черноглазый блондин Иварус. — Почему Вы ушли от барона Кенбрука?

— Я бы обязательно Вас дождалась там, если бы знала, что Вы решите со мной … поговорить, — язвительно процедила я. Мне не нравился их приход, а еще больше возмущал тот факт, что Аскольд слишком рядом. Мне так и хотелось вцепиться в него руками и никогда не отпускать.

Черт, опять это проклятое запястье! Да что же со мной не так? Зудит и зудит беспрестанно.

— Почему Вы так странно … передвигаетесь? — спросил рыжий Шимар. — Неужели лень ходить ножками? — иронично заметил он.

— Конечно лень, — легко согласилась с ним. — Так намного удобнее, — последнее прошипела и резко отвернулась, пытаясь скрыть непрошеные слезы.

— Шимар заткнись, — беззлобно приказал Аскольд, беря пальцами мой подбородок, разворачивая и заставляя смотреть прямо на него. — Что с то… с Вами произошло? — и спрашивал он не из праздного любопытства. Ему действительно важно это знать. Вот только ярость и злость, полыхающие в глазах, сводили на нет все его напускное беспокойство.

— Неудачный эксперимент, — не глядя соврала я, проглотив ком горечи в горле. — Так о чем Вы хотели со мной поговорить? — решила увести тему в другое русло.

— Может, пройдем в дом? — и, не дожидаясь моего согласия, этот наглый тип Иварус легкой походкой прошествовал в дом. И как только ноги держат эту тушку?

Я дернула головой, заставляя убрать руку от моего лица, но в последний момент почувствовала, как пальцы мужчины нежно погладили меня по щеке. Да нет, показалось, наверное.

Я развернула коляску в сторону дома и медленно покатила ее по дорожке.

— Давай…те помогу, — неожиданно предложил Аскольд, когда я подъехала к крыльцу.

— Не стоит, — отмахнулась от помощи, мысленно приказав креслу немного оторваться от земли и преодолеть те четыре ступеньки в полете, но двери он мне придержал.

И когда я проезжала мимо, он шумно втянул воздух возле меня, а потом с широко открытыми глазами выпалил:

— Почему я не чувствую от те… Вас запаха?

— Может, потому что я часто моюсь? — колко ответила я, хотя на мне сейчас должны чувствоваться только духи местного разлива. То, что мазь спрятала мой собственный аромат тела хорошо, но чтобы наверняка я еще сверху духами надушилась.

— Нет, — заторможено отмахнулся мужчина, впиваясь в меня в который раз за вечер, взглядом. — Сквозь эту ужасную вонь духов я не чувствую именно вашего аромата тела, почему?

— Духи замечательные, — не согласилась я с ним. Очень тонкий цветочный аромат. — Может, Вас просто подводит ваше обоняние? — и, не дожидаясь ответа, вкатила коляску в дом.

— С ним все в порядке, а вот с Вами…

— Со мной тоже полный порядок, — перебила его. — Вы пришли сюда меня нюхать или быть может, все-таки поговорим? Вы ведь так этого хотели.

— А здесь мило, — Шимар стоял чуть сгорбившись, так как его голова аккурат упиралась в потолок. И да, Шимар был выше Аскольда с Иварусом на целую голову. Одним словом — великаны. — Чувствую, что после мне придется нанимать массажиста, — и потер рукой свою многострадальную шею.

— Я предлагала поговорить на улице, — ехидно протянула я. Не одна я терплю неудобства.

— Аскольд смотри, что я нашел! — прорычал угрожающе Иварус, появляясь из кухни с вырезками недавно просмотренных и изученных мною газет, где крупным планом маячила моя фотография.

Черт! Как не вовремя.

И все трое естественно посмотрели на меня. Один взгляд подозрительный — Шимара. Другой взгляд — испепеляющий и злой — Иваруса. И третий недоуменный — Аскольда.

— Ба, какие люди! — язвительно заметил Шимар — Даже здесь эта девчонка, с которой ты кувыркался половину ночи, — презрительно выпалил мужчина. Он выхватил вырезку с фотографией из рук Иваруса. — Если бы знал, что она наш главный подозреваемый, то точно бы ее не упустил, — пока рыжий Шимар рассказывал о своих планах, Аскольд заметно увеличивался в размерах. Вены под кожей вздулись, а глаза буквально полыхали огнем.

— Шимар ты много болтаешь, — увидев изменения своего напарника, Иварус решил вмешаться, отбирая обратно газетку. — Аскольд успокойся. Ты же знаешь язык этого недотепы, — что происходит? — Лея Вена прошу, принесите воды, — обратился ко мне мужчина, не сводя напряженного взгляда с Аскольда.

— Может ему лучше на воздух? — ляпнула я. Чувствую, что мой коридор не вместит в себя увеличенную в несколько раз тушку грифона.

— Быстро … воду, — процедил Иварус, осторожно подходя к Аскольду.

Он, наверное, знает что делать в таких ситуациях. Вода спасет всех!

— Шимар не это имел в виду, — услышала я громкий успокаивающий шепот Иваруса. — Только дурак подумает, что эта девчонка в чем-то виновата, — я навострила ушки, держа в руках стакан воды, не спеша выходить. — В ней нет ни капли магии! Да как бы она могла справиться со столькими сильными магами? Ты же это сам прекрасно понимаешь! И мы это знаем, но зачем-то королю понадобилось именно ее пустить в расход, — очень любопытно. — Аскольд ты напугал хозяйку этого дома, пожалуйста, возьми себя в руки, — и кажется, после этих слов воздух в комнате немного разрядился. Ушла напряженность, а Иварус шумно выдохнул.

Оказавшись в коридоре, успела только заметить легкий подзатыльник Шимару.

— Друг прости я несерьезно, — покаянно пробурчал Шимар, потирая затылок.

Вот только друг не обращал внимания на своих друзей. Его взгляд был прикован ко мне.

— Вода, — еле слышно выдавила из себя. — Но видимо, она больше никому не нужна, — и я залпом, с какой-то жадностью опустошила стакан. Пальцы нервно подрагивали, обещая выпустить тару из рук. Пришлось стакан быстро ставить на столик.

Моя гостиная оказалась слишком маленькой для трех великанов, но, несмотря на это, они с комфортом разместили свои зад… сидалища на диване и креслах, а я осталась сидеть в своей коляске по центру комнаты.

— Итак, я вся внимание, — руки сцепила в замок, разместив их на коленях.

— Несколько дней назад Вы стали непосредственным свидетелем и участником некоторых событий, — говорил Иварус, ибо Аскольд сегодня отличался своей молчаливостью. Он хмурился, а меня напрягало его пристальное внимание.

— Ближе к те… делу, — вовремя поправила себя я, так как мой взгляд смотрел на пальцы моего временного любовника. Сейчас его руки были сжаты в кулаки, будто бы он боялся, что отпустив, не сможет их удержать. А мне, почему-то снова хотелось ощутить на себе тяжесть тела этого мужчины, окунутся в ласку этих рук… губ…

— Нам бы хотелось знать, как вам удалось остановить очередное убийство? — а? Что? Убийство? Видимо я совершенно отключилась от реальности, пропустив цель их визита.

— Повторите, — отвела глаза от Аскольда и облизнула свои вмиг пересохшие губы, хотя всего пару минут назад осушила миллилитров двести воды, но от взгляда Аскольда меня бросало в откровенный жар.

— Что именно вы сделали при спасении барона Майрона Фо Трескура? — кого? Ах, племянника Кенбрука?

— Как он? — вопросом на вопрос ответила я.

— Сегодня вышел из комы и идет на поправку.

— Это хорошо, — хорошо, что еще одна жизнь не ушла бесследно за грань.

— Так что произошло тогда? — вот … любопытные.

— Стражи составили протокол, где я дала все показания, — не собираюсь опять все проходить по второму кругу. — Вам нужно просто прочесть материалы дела.

— Мы это уже сделали, — Аскольд поднялся с кресла и медленной тягучей походкой подошел ко мне, усаживаясь на корточки возле меня. Как это все непривычно. И ведет себя по-хозяйски. — И поверьте, что навестили бы Вас раньше, так как вопросов после изучения материалов возникло очень много, но некоторые внезапные… дела оттянули нашу встречу на эти несколько дней, — не о спасении ли принцессы грифонов он говорит сейчас?

— Я больше ничего не знаю, и помочь ничем не могу, — развела в стороны руками. — Я действительно плохо помню, как и почему мне удалось это сделать.

— После того случая Вы перестали ходить? — в лоб спросил меня Аскольд.

— Отчасти да, — кивнула я.

— Тогда как Вы объясните это? — Иварус снова поднял в руках вырезки из газет и сделанные мной заметки на листке бумаги.

— Простое любопытство, — как можно беззаботнее ответила я, а у самой сердце в пятки опустилось. Какая же я неосторожная.

— Хорошее же у Вас … любопытство, — заметил ядовито Иварус.

— Какое есть, — огрызнулась я. В чем меня хотят обвинить?

— А еще очень любопытные выводы сделаны вами, — потряс он исписанный мною лист бумаги. — Аскольд ты только взгляни, какие заключения сделаны леей Веной, — и к Аскольду легко слеветировал мой жалкий листочек. Я хотела его перехватить, но Аскольд оказался проворнее и чем дольше он вчитывался, тем больше его брови удивленно ползли вверх.

— Надо же? — хмыкнул он. — Это действительно неожиданный поворот, — Аскольд вернул мне мои заметки, в которые я вцепилась мертвой хваткой, комкая ни в чем не повинный листок.

— Лея Вена поделитесь своими умозаключениями, — рыжий Шимар совсем недружелюбно оскалился. С него слетела все напускная безалаберность.

— Это мои предположения, не более. Не думаю, что на них нужно заострять внимание, — только как теперь выкрутиться?

— О каких нитях идет речь и почему именно они стали причиной всех этих смертей? — Иварус не сдавал позиций, а активно нападал. — С чего вы взяли, что кукловод может все это проделывать с разных уголков нашего мира? Магия так не работает и это невозможно. Всегда нужен определенный контакт, а судя по вашим заметкам его здесь и близко не было, — похоже, он уже не спрашивал, а просто размышлял вслух.

— Иварус остановись, — рыкнул Аскольд, а с моего лица сошли все краски. Кажется, я стала белее трупа. — Я потом все объясню, но сейчас замолчи.

— Что ты…

— Иварус, — прорычал мужчина, накрывая мои ладони своими горячими руками. Дернулась, пытаясь вырваться, но он лишь шикнул на меня. — Тише, успокойся, — внезапно перешел на «ты» мужчина. — Никто не причинит тебе вреда. Ты проделала колоссальный труд, и многое теперь становится понятным, хотя в голове не укладывается. Никто не рассматривал эти убийства под таким углом.

— Я могу ошибаться, — смысла все отрицать не было. Они не идиоты и в мою байку о сочинении не поверят. Все слишком сильно запутано.

— Можешь, но проверить этот вариант версии тоже нужно, — кивнул Аскольд.

— Ага, — отозвался Шимар. — А наживкой кто будет? Девчонка явно без магии и на нее этот чокнутый маг не клюнет, а значит нужно искать ему другую вкусняшку. Вот только сомневаюсь, что кто-то добровольно пойдет на этот шаг. Мы ведь не знаем, что именно его может заинтересовать.

— Я так понимаю эти нити ты видишь, хоть и полностью амагична? — я сидела напряженно, как натянутая струна. Вот кто меня просил все записывать? — И каким-то образом можешь ему мешать.

— Я ничего не умею, — процедила сквозь зубы я. — Там может быть написано что угодно и рисковать по каким-то запискам крайне глупо, — ну услышьте же меня. Не копайте мне тут могилку.

— Да, но почему-то ты решила следовать именно этим запискам, — иронично заметил Иварус. — Зачем тебе все это? Рисковать в твоем положении очень глупо. Судя по действиям этой девчонки, она очень сильна. Так какая тебе выгода с этого дела? Надеешься поймать эту девчонку, чтобы получить вознаграждение? — он потряс газеткой с моей фоткой, а я громко расхохоталась.

Я сама себя сдам, да еще и денег получу! Какая чушь!

— Выгоды абсолютно никакой, — отсмеявшись, выпалила я. — Спать хочу спокойно, так как неизвестно кто будет следующим, когда маги Мидарана закончатся. Что будет в будущем будет есть этот маг? — я не говорила слово «она». — Посадит себя на вегетарианскую диету? К сожалению, на власть нет надежды, так как за все эти шесть лет у них нет ни одной зацепки, — при последнем моем предложении услышала скрежет трех пар зубов. Не нравится правда? А мне не нравится то, что на меня спустили всех собак. Загоняют как дичь и даже Вардек с его планами меня так не пугал, как этот неизвестный маньяк.

И тут снова раздался этот невозможный писк, сообщивший о новом госте. Дом открытых дверей продолжает приглашающе открывать калитку для всех посетителей.

Мужчины переглянулись, а Аскольд поднялся на ноги и хотел уже выйти, как я его опередила.

— Сидите тут, — приказала я. — Я сама.

— Но… — попытался возмутиться Аскольд, но я лишь отрицательно покачала головой.

— Это мой дом и вас не должно волновать, кто ко мне пришел, — отмахнулась от его помощи. — А вообще вам пора уходить. Время позднее.

— Мы еще не закончили, — прервал нас Иварус. — Идите и сопроводите вашего… кхм… гостя подальше отсюда, — я лишь бросила на него испепеляющий взгляд и пошла на выход. Мужчины остались.

А этому что понадобилось?

— Лея Вена откройте, — голосом не терпящим возражения приказал барон Кенбрук. Какого черта он приперся?

— И не подумаю, — холодно ответила я.

— Нам нужно поговорить, — где-то я уже это слышала.

Мужчина выглядел плохо. Осунувшееся лицо, мешки под глазами и отчаянный бешеный одержимый безумный взгляд. Человек, которому нечего терять. Мне стало страшно. Только однажды я видела подобный взгляд. Итог того мероприятия закончился весьма плачевно не только для него. Тот безумец унес с собой более пяти тысяч ни в чем не повинных жизней. И вот сейчас я наблюдаю повтор ужаса из своего прошлого. Тогда погибли мои бабушка с дедушкой, которые в отличие от родителей меня действительно любили.

— Я достаточно услышала от вас при прошлом нашем… общении. Как видите, от меня больше нет проблем, поэтому возвращайтесь к племяннику. Ему ваше внимание сейчас нужнее, — как можно спокойнее произнесла я.

Нельзя дразнить, нельзя повышать голос, нельзя делать резких движений, когда общаешься с подобными людьми. Я медленно развернулась и так же неторопливо покатила по дорожке, совершенно не ожидая удара в спину.

Мощный толчок воздуха и мое тело летит вперед на твердую каменную гальку, больно царапая щеку, руки, тело. Кажется, весь воздух разом вышел из меня. Дышать было больно. Неужели перелом ребер?

— Мерзавка! — прорычал озлоблено Кенбрук, носком ноги переворачивая меня на спину, формируя в руках огненный шар. Как он прошел во двор? В глазах мужчины стояло неприкрытое безумство. — Это ты! Ты убила его!

— Кого? — еле слышно выдавила из себя я, пытаясь не разрыдаться от накатившей боли. Что же меня швыряют все кому не лень.

— Майрон! Мой мальчик мертв, — что? Но как? Грифоны же сказали, что он жив. — Его тело всего два часа назад дышало, и он даже пришел в себя, — кричал в безумии барон. — Но ненадолго. Хватило пяти минут на то, чтобы от него не осталось ничего. Лишь только прах, а тебя не было рядом, чтобы это прекратить. Это ты убила его! Ты! А я убью тебя! — шок! Даже боль не казалась такой острой, как осознание того, что маньяку удалось завершить начатое. Я ведь была уверена, что все позади, а оказалось, что он просто выжидал и снова присосался к своей жертве. — Умри тварь! — и он бросил в меня свой фаербол.

Я не сопротивлялась. Да и что я могла сделать? Уползти? Не смешите меня. Огонь быстрее. Мысль о нитях меня в тот момент не посетила.

Зажмурилась, чувствуя, как по щекам катятся слезы и приготовилась к смерти. Я боялась встречаться с Ней лицом к лицу, поэтому и закрыла глаза.

Но проходила секунда, другая, а ничего не происходило. Я жива, вот только чувство, что оглохла. Не было звуков, дуновения ветра, запахов сада. Все как-то странно исчезло.

Распахнув широко глаза, увидела над собой прозрачную пленку, которая впитывала в себя весь огонь. Но не это меня поразило, а то с какой методичностью Аскольд избивал несчастного барона. Тот уже даже не сипел, а захлебывался собственной кровью.

Я не могла подняться. Телу было больно, поэтому я крикнула, что есть мочи:

— Стой! Прекрати! Не убивай! — мне не жаль барона. Он бы убил меня, не задумываясь, если бы не щит, брошенный Шимаром. Именно он стоял рядом со мной и водил руками над телом, впитывая в себя огонь. Эта пленка — магия грифона.

Мне не жаль Кенбрука. Мне жаль ситуации, в которой мы все оказались. Горе мужчины понятно. Он как умел, пытался сбросить свою злость и беспомощность. Возможно, спустя какое-то время он бы и сожалел о содеянном, но прошлого не изменить. Если бы я знала, что Майрон до сих пор в опасности, то никогда бы не покинула дом барона. Косвенно я причастна к его гибели, но даже узнав о смерти мальчишки, я не винила себя. Кукловод слишком умелый игрок.

— Аскольд хватит! — Иварус пытался достучаться до друга, но тот ничего и никого вокруг себя не слышал. — Лея Вена. Ей плохо, — наверное, я действительно выглядела жалко и отвратительно, раз сам Иварус стал обо мне беспокоиться.

И снова мое имя привело в норму его рассудок. Он отбросил в сторону избитое, но еще живое тело барона и ринулся в мою сторону.

— Ла…Вена, — простонал Аскольд, осторожно погладив меня по щеке, и хотел уже поднять на руки, но его остановил Шимар.

— Не трогай ее, — в голосе беспокойство. — У нее повреждения.

Шимар стал руками проводить странные манипуляции над телом, отчего в голове образовался гул, а тело скрутило в болевых спазмах и судорогах.

Я закричала от нестерпимой боли.

— Ты причиняешь ей боль, — Аскольд удерживал меня за плечи, а Иварус зафиксировал голову в ладонях. Держали меня крепко, а тело будто бы трещало по швам. — Что с ребенком?

Я лишь следила за шевелением губ, так как меня накрыла абсолютная тишина. Я знала, что они о чем-то говорят. Только по мимике можно догадываться, что объект их обсуждения лежит неподвижно на земле.

— Упала удачно, поэтому он в безопасности, — ответил Шимар. — Если честно, то я ничего не понимаю и твоей роли во всем этом тоже, но раз ты сказал не торопиться, то так и быть. Если бы не твоя метка, то ты так ничего бы и не узнал. Сомневаюсь, что она бы тебе хоть что-то рассказала. Видишь, какая самостоятельная. Все сама да сама, а сама чуть не погибла. А если бы нас здесь не оказалось?

Хотела знать, о чем они говорят, но повторения беседы для меня точно не будет. Осталось лишь сконцентрироваться на боли.

Какой нынче насыщенный у меня день.