Глава 31

Мой бестелесный дух парил высоко под потолком, наблюдая за суетой.

Магдалена светлая волшебница и найдет достойное применение новому виду магии. Сейчас она восстанавливала рваные ауры пострадавших. Дольше всех она задержалась возле Айрона, вцепившегося в нее мертвой хваткой. Он не отпускал Магдалену, покрывая ее лицо поцелуями. Он действительно ее любит. Я вижу, как от него исходит внутренний свет, будто он пытается закрыть им свою женщину от всего внешнего мира.

Подойдя к Вардеку, Магдалена злорадно усмехнулась. Вот он поверженный, сломленный у ее ног! Великий князь немощен, как новорожденный котенок.

Она стала что-то плести, но когда я поняла, что именно сделала эта магичка, то изумленно вскрикнула.

Как оказалось душа умеет не только плакать, но и удивляться.

Теперь этому гаденышу никто и ничто не поможет. Даже Источник силы тут бесполезен. Магдалена сковала его вторую сущность, привязав ее к эмоциональному полю гарпии. Только чудо ему сможет помочь. Этому гарпию чужда любовь, сожаление, сопереживание, милосердие, сострадание, нежность. Они у него просто заперты в клетке. И именно к этим эмоциям Магдалена привязала вторую ипостась мужчины. Если однажды он научится чувствовать, то и второй облик вернется, расправив свои крылья. Вардек пока не понял, чего лишился, но лучшего наказания и придумать было нельзя. Зачем убивать, когда можно лишить самого дорогого — крыльев. Для двуипостасных потеря второго я, равносильна смерти. Теперь он калека. Ни маг, ни человек, не гарпий. Гордый князь, лишенный своей внутренней силы.

Ему осталось только посочувствовать. И мне бы радоваться, что каждый получил по заслугам, но я не могла. Каждое живое существо отвечает за что-то в этом мире. Если он есть на этой земле, значит он нужен. У каждого свои задачи и обязанности. Пока путь не пройден до конца, останавливаться нельзя.

Я понимала Магдалену. Сколько бы лет не прошло, боль от потери дорогого и любимого существа не утихла. Но таким образом может она хотела показать Вардеку иную сторону отношений. Не знаю, что из этого получится, но для меня этот гарпий больше не существует. Он просто еще одно звено в неразрывной цепи мироздания.

Сейчас меня заботил совершенно другой чело… грифон.

Аскольд.

Мой любимый мужчина.

Мой единственный любимый мужчина.

Вот только поняла я это слишком поздно. Стоило умереть, чтобы осознать эту истину.

Грифоны столпились вокруг меня и Аскольда. Селеста рыдала. Шимар с Иварусом что-то говорили Аскольду, но тот их словно не слышал. Когда Шимар попытался забрать мое тело, то Аскольд дыхнул в него огнем. Тот еле успел набросить на себя щит.

Кто-то нашел, дождался своего счастья, а кто-то навсегда его утратил.

Аскольд звал меня, просил, умолял вернуться и не оставлять его, но пальцы мужчины, испачканные в крови от моего затылка навсегда отняли у него эту надежду. Сердце не билось, пульса не было.

Казалось, прошла целая вечность, когда все произошло, но на самом деле всего за десять минут кто-то обрел жизнь, получив второй шанс на нее, а кто-то потерял смысл этой жизни.

Аскольд положил мое тело на пол, а сам обратился в грифона, укрывая меня своими тяжелыми крыльями, укутывая собой в кокон. Седой. Грифон стал абсолютно белым как снег зимой. Его вторая сущность под стать своему хозяину. Они неделимы. Всегда вместе и сейчас они потеряли единственное, что было им дорого.

Больше к нему никто не пытался подходить.

Птицы тоже умеют плакать. Капля за каплей из глаз грифона скатывались слезы, а невыносимые хрипы, вырывающиеся из птичьего горла, разрывали мою душу на части. Я металась по залу, не знала, как помочь, как освободить его от этой боли. Не отпуская меня, он причинял мне боль самой.

Аскольд зализывал языком рану на моей голове и скулил. Скулил, выл и вылизывал мертвенно-бледное лицо с закрытыми глазами, обескровленными губами.

А потом он резко успокоился. Не было слышно ни стонов, ни хрипов, лишь молчаливые слезы продолжали капать на холодный пол.

Я не знала. Даже не догадывалась, что грифоны могут управлять своим сердцем. Аскольд прикрыл глаза и стал замедлять ритм своего сердцебиения. И с каждым вдохом грифона я видела, как из него медленно утекает жизнь.

— Что ты творишь? — заорала я не своим голосом. — Перестань! — но меня естественно никто не слышал.

Я плела нити, не позволяя ему себя убить. Я заставляла биться его сердце, но он не хотел. Он не хотел жить. Мои потуги были бессмысленны.

— Пожалуйста, любимый, пожалуйста, живи! — мой дух опустился рядом с грифоном и, мне показалось, что он почувствовал меня, так как, открыв глаза, прямо посмотрел на то место, где была я, но потом тряхнул головой и испустил последний вздох.

— Нет, нет, нет, — я швыряла нити в его сердце, и оно медленно отзывалось, но это не вернет мне моего грифона. Он в шаге от смерти.

Магдалена! Она должна помочь!

Я ее не заметила, но она, оказывается, стояла рядом с нами в надежных руках Айрона.

Помочь! Она должна спасти его! Все не может так закончится. Мы же победили! Разве нет? Мы спасли этот гребанный мир! Тогда почему все так происходит?

Я сплела огромный шар из нитей и швырнула в живот магички. Магдалена застонала, а потом расширившимися от удивления глазами посмотрела на свой живот.

— Быть не может, — пробормотала она, а я продолжала напитывать ее силой.

— Спаси его, помоги ему, — орала я, но она не понимала, что от нее хотят.

Не позволю!

Знаю подло, но другого решения я не нашла. Я вселилась в Магдалену так, как это сделал со мной Эфир. Я полностью завладела ее телом. Она не знает, что делать, но тех знаний, которые дал мне Эфир должно быть достаточно. Второго шанса не будет.

Магдалена, то есть я в теле Магдалены окутала Аскольда и свое тело в энергетическую сферу, пропуская через нее жизнь. Два бездыханных тела не сопротивлялись моему вторжению, отчего мне было легче работать с нашими нитями.

Спустя несколько секунд Аскольд заорал от боли, полностью возвращаясь в мир живых, а я метнулась в свое тело, привязывая уже навсегда себя к этому миру. Если бы не ребенок, то у меня бы ничего не получилось, но наш малыш стал тем маяком, который позволил вернуться. Не знаю, что из этого получится, но я теперь буду жить. Меня не забрал с собой Эфир, я не улетела на перерождение, а значит, сама могу управлять своим духом. Сейчас я хочу, чтобы мой мужчина был жив и если для этого ему нужно мое присутствие, то он его получит.

Я была в сознании и однозначно жива. Наш мальчик тоже был в полном порядке, а вот Аскольд не верил в то, что видел. Моя грудь вздымалась от вздохов, а на щеках появился едва заметный румянец.

— Жива, — бормотал Аскольд, вернувшись в человеческий облик. — Шимар, — заорал грифон. Целитель оказался тут как тут, взлохмачивая подпаленные рыжие волосы. — Помоги ей. Она жива. Она дышит. Я думал, что умру, а она жива, — он говорил, говорил, говорил и крепко прижимал меня к себе.

— Это мы уже поняли, — устало вздохнул Иварус. — Все намного серьезнее, чем нам казалось. Тут никакой свадебный обряд не нужен, чтобы понять — ваши жизни связаны теперь неразрывно. Но лет вам все равно отмеряно в короткую человеческую жизнь, — печально вздохнул блондин. — И я не хотел бы быть рядом, когда все снова повторится.

— Заткнись Иварус, — прошипела Селеста.

— Я всего лишь озвучил то, что неизбежно, — он конечно не прав, но я пока не могла говорить. Была жуткая слабость, что казалось, у меня и ресницы болят. Хорошо, что со слухом порядок.

— А теперь все слушаем меня, — Магдалена рвано дышала, будто марафон пробежала. — Не знаю, как так вышло, но на миг я почувствовала в себе Владлену. Именно она вернула и себя и его, — кивнула в сторону Аскольда. — К жизни. А еще я уловила ее мысли и то, что я вам скажу, — она явно шокирована. — Не поддается никакой логике, но факт остается фактом. Именно благодаря ее духу мы все с вами живы. Я видела такие картинки и образы, что волосы на голове становятся дыбом, а она справилась сама.

— О чем ты? — встревожился Айрон.

— Почему Аскольд ты стал неуязвим на некоторое время? — все молчали. Ответа не было. — Так вот, что я вам скажу. Владлена действительно погибла, и она защищала тебя грифон, вкладывая в твою магию свою силу. Благодаря ее духу мы все здесь живы и даже здоровы. Я чувствовала ее возмущение и злость на тебя Аскольд. Как ты посмел пойти вслед за ней? — сейчас она буквально кричала на грифона. — Как ты посмел ее старания выбросить в мусор? Даже умерев, она защищала в первую очередь тебя, чтобы ты жил! — Магдалена разрыдалась. — Она была там одна. Ей было плохо. Она видела, как ты умираешь и ничего не могла сделать. Ты наплевал на нее.

— Я любил и люблю ее больше жизни…

— И поэтому ты так бездарно решил с ней распрощаться? — ядовито процедила магичка. — Ты не достоин ее. Она сильна духом, боролась до последнего и даже погибнув не оставила всех нас, а что сделал ты? — я почувствовала как на мои виски легли холодные тонкие пальчики Магдалены, а Шимар, что-то колдовал в области сердца. Я ощутила, как теплые ласковые энергетические нити обволакивают мою голову, пропуская через меня небольшой разряд тока, словно заставляя мозг снова работать.

Я до сих пор не понимала. Вроде бы я здесь, а в следующую минуту меня снова нет. Непонятные ощущения.

— Магдалена, — укоризненно произнес Айрон. — Им и так нелегко.

— А ты вообще помолчи, — рыкнула на него злая магичка. — У тебя вон дружок неприкаянный лежит. Пойди лучше ему помоги.

— Я больше не оставлю тебя и с Вардеком мы давно уже не друзья, — проскрипел бывший советник мертвого короля.

— Мне это не интересно, — почему она так говорит с ним? Я же видела, что их чувства взаимны. — Ребенок в полном порядке, а самой Владлене нужен покой. Ее энергетическое поле я восстановила, но когда она придет в себя, точно сказать не могу, — раздавала указания Магдалена, игнорируя своего мага. — И лучше бы тебе Аскольд больше не совершать подобных глупостей. Она этого не заслужила. Я рассчитывала на другой исход дела, когда все планировала, но теперь уж ничего изменить нельзя. Все случается так, как и должно случиться.

— Ты планировала? — разъярился Аскольд. — Это из-за тебя она пострадала.

— Это был несчастный случай, — отмахнулась от обвинения Магдалена. — Я видела, что творили эти выродки, но вмешаться не могла до сегодняшнего дня. С ними нужно было покончить одновременно, и я рассчитывала на помощь Владлены, вот только она помогла несколько иначе, чем планировалось.

— Все из-за тебя.

— Все началось задолго до того, как мы стали к этому причастны, — рациональное замечание. От нас действительно ничего не зависело. — Но могу сказать одно, что за эту девочку я убью любого. Она драгоценность нашего прогнившего мира, а сейчас предлагаю всем отдохнуть. Сегодня был слишком насыщенный день. Где вы там остановились? Ведите.

— Ты пойдешь со мной, — прорычал недовольно Айрон.

— Я останусь с Владленой и буду присматривать за ней, а тебе есть чем заняться. Наведи, в конце концов, в своем королевстве порядок, а то развелось здесь лишней швали, — с намеком на Вардека.

— В своем королевстве? — переспросила Селеста, шокированная таким дерзким заявлением.

— А он единственный уцелевший сильный маг, — фыркнула магичка. — Совет убит еще сутки назад, — хм, а мы и не знали. — Наследников у Цимариуса не было, поэтому больше достойных кандидатов нет. Каким бы гадом не был Айрон, но своему делу и королевству он предан каждой клеточкой своего тела, — как у нее в одном предложении проскользнуло оскорбление, восхищение и уважение?

Что ей ответил Айрон, я не узнала, так как мое тело аккуратно взмыло вверх, а спустя несколько секунд меня положили на мягкую кровать, укрывая одеялом.

— Я останусь с ней, — безапелляционно заявил Аскольд.

— Думаю, твое присутствие благотворно на нее повлияет, — согласилась Магдалена. Сейчас в ее голосе слышалось участие и сопереживание.

— Спасибо тебе, — неожиданно поблагодарил магичку грифон.

— Да мне за что? — изумилась Магдалена. — Все благодарности скажешь Владлене. Это она всем нам помогла. И магию мне вернула, и силой наделила. Я бы так не смогла, — печально заметила девушка. — Она открытая, доверчивая, наивная душа и столько всего на нее свалилось.

— Я буду ее беречь, — пообещал Аскольд.

— Куда ж ты денешься грифон, — и ни капли уважения к сильному бессмертному существу. — Я же тебя сама уничтожу, если причинишь ей боль.

— Я сам себя уничтожу, если это случится, но вот именно за это и спасибо, — я словно почувствовала на губах грифона улыбку. — Я рад, что у моей Лады такая подруга.

— Ладно, отдыхайте, — вздохнула магичка и громко потопала к выходу. — Я приду через два часа. Мне самой нужно хоть немного поспать, иначе свалюсь, прямо тут на коврике.

— Я так тебя люблю, — прошептал Аскольд, укладываясь рядом, целуя в висок. — Ты моя жизнь и если в ней не будет тебя, то…

Он не договорил, а крепко стиснул меня в объятиях. Нам не нужны были слова. Все настолько сильно поменялось, изменилось, что былые переживания и нелепые ссоры ничего сейчас не значили. Есть вещи, которые важнее таких примитивных эмоций.

Что значат эти переживания, ссоры, если они не решат проблему. Это пустое сотрясание воздуха, перерастающие во взаимную неприязнь, недовольства, обиды. Нам нужно научиться радоваться тому, что мы просто ЖИВЫ, что мы можем обнять дорогого человека и сказать ему, как сильно его любим. Нам просто нужно научиться жить!

В надежных любимых объятьях я соскользнула в мир сновидений.

Я снова была там. Эфирные существа окружили меня. Из плотного тумана отделился один силуэт и направился ко мне.

Я не двигалась. Сейчас меня встреча не пугала. Они незримая охрана этого мира, защищающая от внешнего вторжения.

У каждого есть свои ошибки. У них она тоже была, но они ее исправили. Да, мое участие в этом было разменной монетой, но что одна я по сравнению с целым миром живых существ?

Я не сопротивлялась, когда эта субстанция снова пленила мое тело.

— Может мне денег брать за аренду своего тела? — дерзко спросила я. — А то шастаете, как у себя дома.

— Смотри, — услышала голос в голове и перед глазами замелькали картинки.

Словно смотрю немое кино.

Первое, что мне показали, так это была галактика Фиус, где нас любезно согласились приютить.

Что я хотела увидеть, не знаю, но только не то что я сейчас наблюдала.

Фиустианцы жили обособленно. К ним так просто не попасть, но они всегда шли на контакт, конечно не без выгоды для себя. О них мы знали очень мало и если честно, то в последнюю бы очередь обратились к ним за помощью, но так как они были далеко от катастрофы, то именно у них земляне просили убежища. Вот только участь Элиты была непредсказуемой.

Рабы! Вся Элита была в рабстве. Нет, над ними не издевались. Их кормили, поили, одевали, но Элита больше не была свободной. Заключив сделку между нашими расами, Элита сама подписала себе такой приговор. Куда юристы смотрели?

Свобода? Так это теперь мечты и былые воспоминания.

Деньги? Так у фиустианцев такая валюта отсутствовала. У них хорошо был развит бартер.

Власть? Так земляне теперь никто. Без своей планеты Элита потеряла все и была вынуждена жить по законам фиустианцев.

И меня тоже ждала бы такая участь.

Но нам подарили главное — жизнь! Я знаю, что этот жест доброй воли фиустианцев сейчас по достоинству не оценен, но зачем свобода, деньги и власть трупам?

Элита с сывороткой бессмертия отдала собственноручно себя в вечное рабство.

Насмешка судьбы? Не думаю.

Наказание? Возможно. Ведь их всех собрали на корабли и отправили в Галактику Фиус.

Их жизни меня больше не волновали. У меня не было к ним ни сострадания, ни сопереживания, лишь легкая грусть. Мне было жаль свой народ духовно умерший несколько тысячелетий назад.

А вот и Земля!

Неужели? Быть того не может?

Земля цела и невредима, а плазма от взрыва Солнца просто растворилась в космосе, так и не долетев до своей следующей цели уничтожения. Мало того, что мои друзья живы и сейчас учатся жить по-новому без верхушек власти, так и саму планету сейчас окружал кокон из плотного тумана.

Эфир. Он теперь защитит Землю, но и как Мидаран, скроет от чужого глаза. Отныне планета Земля исчезла со всех радаров космического пространства. Для всех других планет Земля уничтожена. Люди будут продолжать жить и радоваться каждому наступившему солнечному дню, но навсегда будут лишены возможности контактировать с другими цивилизациями и расами, а со временем и эти знания будут утеряны, забыты.

Жизнь человека действительно скоротечна и вскоре, спустя века об инопланетянах и их кораблях будут слагать лишь сказки, мифы, легенды.

Сыворотка бессмертия уничтожена самой Элитой, когда они бросали планету. Ведь в новом мире для них она не была нужна, а формулы всегда в головах ученых и если понадобится, то они все заново воссоздадут. Не могла же Элита бесплатно оставить такую сыворотку нищеброду, тем более, что погибающей планете она ни к чему.

У меня будто камень с души свалился. И пусть я знала, что никогда не встречусь со своими друзьями, была искренне благодарна за такой подарок. Земле тоже дан второй шанс на возрождение. И я надеюсь, в будущем земляне не совершат ошибок своих предков.

Это была награда за мою помощь. Они знали, что терзает и мучает меня и помогли. Но я подумать не могла, что они смогут такое провернуть.

Я смеялась! Я радовалась! Я была счастлива, но для полной внутренней гармонии мне не хватало одного.

Аскольда.

Эфир сейчас целостный слаженный организм. Он продолжит так же присматривать за Мидараном, ну а мне…, мне пора наконец-то вернуться домой.