Глава 21

Хлоя

Откуда у этой дряни опять код от моей каюты? Вот ее сейчас я бы точно хотела видеть в последнюю очередь. Денек у меня и так выдался просто отвратительнейший. Так много и за такой короткий промежуток времени я, наверное, еще никогда не врала. Оказывается, это очень сложно.

Трудно просто держать себя в руках, когда хочется рвать и метать от злости, переживая чувство неудачи, а еще и притворяться при этом, стараясь находить правильные слова, оказалось для меня и вовсе из разряда фантастики.

Но я смогла! Неужели Таргис мне поверил? Раз не наказал — значит поверил. Но, очевидно, что не до конца. Придется менять тактику. Слишком часто я уже использовала слезы, скоро они перестанут действовать.

Нужно подключать второе оружие женщин. Ласку и обольщение. Хотя тут, наверное, мне будет тяжеловато. Если он со мной был только из-за того, чтобы закончить привязку, то, возможно, я его как женщина и не очень-то и волную. Вон у него Аран какая красивая. Дрянь! Но ничего, я так просто не отступлюсь! Буду проверять все опытным путем. Все-таки он мужчина, а я себя не на помойке нашла и любым Аран могу дать фору. Подбодрила себя — стало легче.

Вообще, был сегодня и крохотный момент радости, который я испытала, когда увидела расстроенную физиономию Аран. Марафет она, наверное, наводила долго, и, как оказалось, напрасно. И все из-за меня. Прямо бальзам на душу. Захотелось широко улыбнуться, что я и сделала, наблюдая за спиной капитана, которая скрылась за дверью.

— Ты что лыбишься? Думаешь он тебя погладил, и это что-то значит? — донеслось до меня ее злое шипение.

— Просто представила, как ты будешь снимать с себя этот боевой раскрас. Столько усилий и все впустую, ай-я-яй, — и я сокрушенно помотала головой, при этом улыбаясь во весь рот.

Да уж, мало есть вещей более обидных для женщины, чем то, когда ее усилия по превращению себя в королеву, оказываются напрасны. И Аран была не исключением, так как она со словами «Ах, ты дрянь!» кинулась на меня, с явным намерением оттаскать меня за волосы. Но я быстро выставила вперед руку и погрозила ей пальцем.

— Ну-ну-ну, притормози белобрысая! Если ты хоть пальцем меня тронешь, то сильно пожалеешь! Я буду плакаться Нору о каждой царапинке, нанесенной тобой. И как ты думаешь, как он отнесется к тому, что ты избила его почти беременную лэтину? Хочешь узнать?

Она остановилась и застыла, зло сжимая кулаки, и тяжело дыша. Не хватало только пламени из носа и дыма из ушей. Как же все-таки красота обманчива! И как быстро слетела с нее маска милой женщины, стоило только ей выпустить себя настоящую. А именно — злобную стерву.

— Он поверит мне, своей жене, а не какой-то лэтине, — пытаясь добавить в голос убедительности, надменно произнесла она.

Ух ты! Неужели сомневается? Значит и вправду не так она в себе и уверена. И я надавила сильнее.

— Ну, насколько я знаю, ты еще не жена. И пока мы долетим, очень многое может измениться. Может я и лэтина, но ты помни о том, чья я лэтина. Не забыла? Я его лэтина! Причем очень дорогая и очень уникальная. И это мои дети будут его детьми — не твои. Поэтому думай, прежде чем угрожать мне или того хуже. Поняла?

Она все так же стояла, зло сверля меня неверящим взглядом. Что думала я буду молчать, как и прежде? Фигушки! Это ты у меня скоро будешь по ходить по стойке смирно! И я продолжила говорить, при этом, сама я была совершенно не уверена в правдивости своих слов.

— И вот еще что: я могу сказать Нору все, что угодно и он мне поверит. А знаешь почему? Потому что я лэтина! Зачем мне врать? Мы вообще так не умеем. Видишь, как все просто? Это я могу сделать с тобой все, что угодно и поверят мне. Поэтому держись от меня подальше, если не хочешь сойти на следующей станции.

Она испугалась, хоть и прекрасно держала себя в руках. Значит я права и не так уж и крепки их отношения с Нором. А я, пожалуй, помогу им и вовсе развалиться. Просто потому, что могу. Они ведь особо не думают о моей жизни? С чего я должна переживать за них?

— Я не буду спорить с лэтиной, — сказала она, как плюнула, — для меня ты никто, а сегодня ночью Нор будет моим! Вспоминай об этом, потому что с тобой он никогда не будет так, как со мной.

Меня передернуло от этих мыслей, но я даже виду не подала и сказала:

— Наслаждайся ей, потому что она будет последней. До нашего прибытия больше ты не проведешь с ним ни одной ночи. Я заберу у тебя их все до единой.

Она лишь засмеялась в ответ. Не верит. А зря. И я кинула ей напоследок:

— И не верь всему, что говорят про близость с лэтиной, — с наслаждением улыбнулась, видя ее прищуренный от злости взгляд.

Дверь за ней закрылась, и я устало откинулась на подушку. Вот и новый план подоспел. Придется правда пойти на сделку с совестью и спать с мужчиной для собственных целей. Но ничего, я уже столько сделок назаключала с этой совестью. Одной больше одной меньше. Какая разница? Да и капитан в конце концов уже не совсем чужой мне мужчина. Все, что можно, мы с ним уже перепробовали.

Мысли о близости с Нором, вызвали во мне волну удовольствия. Главное не увлекаться. Моя цель — втереться к нему доверие и доставить как можно больше неприятных минут этой сушеной вобле Аран.

Ночью я спала как убитая. Выспалась на славу, а настроение имела самое что ни наесть боевое. Теперь я не буду действовать так глупо и продумаю все до мельчайших деталей. Благо у меня на это есть почти две недели. Самое главное я для себя сделала — обезопасила от беременности. Меня бросало в дрожь от одной только мысли об этом. До этого момента я вообще не думала о детях, а сейчас поняла, что хочу их иметь. Но только не так!

У меня в голове уже начинал складываться пазл из картинки моего будущего побега. Конечно еще не хватало многих деталей, но ничего, я их все соберу. Главное — терпение.

Пришедшего утром хмурого Нора, я встретила сидящая в кресле, в одной ночной рубашке. Кровать была тщательно заправлена. Пара умелых штрихов макияжа сделали из меня весьма невыспавшуюся особу. Я вяло ответила на его приветствие и уткнулась носом в поджатые колени.

— Лэтина, ты в порядке? — голос его был слегка обеспокоенным.

— Да, капитан Таргис, — прозвучал мой тихий ответ.

— Что-то не похоже, — буркнул он, смотря на меня сверху вниз, — как спала?

— Я не спала, капитан Таргис, — ответила я после небольшой паузы.

— Почему? — кажется он искренни удивился.

Я молчала, спрятав взгляд. Нужно держаться до конца, раз затеяла эту игру, приз в которой моя свобода.

— Почему ты не спала, лэтина? — его голос стал требовательным.

— Не смогла уснуть, капитан Таргис, — тихонько прошептала я, — мне страшно спать одной.

— А до этого ты хорошо спала?

— Нет, капитан Таргис.

— Прекрати называть меня так! — раздраженно буркнул он.

— Но ты сам сказал называть тебя так, капитан Таргис, — деланно удивилась я.

— Да знаю, я знаю, — недовольно рыкнул он. — Просто из твоих уст это звучит как-то странно. Называй меня Нор.

— Хорошо, тогда ты называй меня Хлоя. Это ведь не запрещено? Просто лэтина звучит не менее странно, чем капитан Таргис.

Он скривил лицо, словно съел что-то кислое.

— Так не принято, — недовольно ответил он.

— Не буду настаивать, капитан Таргис, — спокойно ответила я.

— Нам нужно обсудить более важные вещи, чем наши с тобой имена, — сказал он прислоняясь к стене. — Первое: почему ты не спишь?

— Я уже ответила, капитан Таргис. Мне одной некомфортно. Я ведь до этого никогда не оставалась одна. Сначала я спала в домике с остальными лэтинами, а потом с тобой. Здесь же мне все непривычно, а после вчерашнего я совсем потеряла сон.

Он молчал, нервно постукивая пальцем по стене. Я чуть ли не слышала, как ворочаются мысли в его голове. Ну, давай же капитан, можешь ведь, когда захочешь. Выдай мне то, что я хочу услышать. А хочу я, чтобы ты проводил эти ночи со мной. Мне нужно время, чтобы ты забыл мой неудавшийся побег, поверил мне и не побоялся отпустить снова.

— Хорошо, я могу побыть с тобой пару ночей, пока ты не придешь в себя. Тебя это устроит?

— Да, это бы помогло, капитан Таргис, — скромно улыбнулась я в ответ.

— Так, одной проблемой меньше, — он оттолкнулся от стены и начал ходит по каюте. — Теперь следующая: Марк говорит, что пока мы летим есть хороший шанс зачать ребенка. Поэтому я приду к тебе сегодня вечером, будь готова.

Меня всю перекосило от его слов, но я постаралась вернуть мышцам лица свой привычный вид.

— Хорошо, капитан Таргис, — добавив побольше покорности в голос, ответила я.

— Вот и славно, — он кажется был искренне рад, что этот разговор закончен. — Если хочешь сейчас поспать, я могу побыть с тобой, пока ты не уснешь.

— Не стоит, я все равно не усну, лучше вечером. — ответила я.

— Тогда отдыхай и до вечера.

Оставшись одна, я облегченно выдохнула. До чего я докатилась? Превращаюсь в маленькую манипуляторшу. А что мне еще делать? Смириться и отдать себя в их услужение? Приносить им кофе по утрам в постель? От этой картины я заскрипела зубами. Мысли об Аран и Норе в одной кровати вызывали во мне неконтролируемый поток ярости. Мне каждый раз хотелось заорать, что этот мужчина — мой! И только мой!

Странный порыв, с учетом того, что я уже все для себя выяснила и пришла к неутешительным выводам, что я полная идиотка, раз по-прежнему тянусь к нему. Это, наверное, все эта дурацкая привязка! Хорошо, что уже не сносит крышу так, как в первые дни. Тогда бы Аран точно осталась без волос.

Какая же она все-таки мерзкая! Думала, что я буду молча сносить все ее нападки? Ну нет! Я доставлю ей массу неприятных минут, когда она будешь лежать в постели одна, гадая чем именно мы занимаемся с Нором. А заниматься нам есть чем! И пусть капитан даже не надеется использовать меня, как в первый раз! Не позволю! Если между нами что-то и будет, то только по моим правилам.

Весь день я продумывала план и стратегию своего поведения, чувствуя себя командующим на поле боя, который старается предвидеть любой шаг противника. К вечеру я была готова, но при этом непозволительно нервничала. Это было странно, ведь мы уже столько раз делали с ним это. К чему нервы? Но мне все равно казалось, что это мой первый раз.

Меня бросало в дрожь, при мыслях о нашей предстоящей близости. Как это будет? Смогу ли я заставить Нора отбросить свои предрассудки и заняться со мной не этим жалким подобием на близость, а тем чувственным единением, которое мы познали еще в джунглях?

Одетая в тоненький халатик, который я оказывается успела купить себе на Глизе, я нервно мерила шагами каюту, когда в нее вошел капитан. И у меня опять перехватило на миг дыхание. Какой же он красивый в этой форме! Высокий, мускулистый и мужественный.

Он не спеша подошел к столу и поставил на него какой-то крохотный контейнер. Не сводя с меня своего завораживающего взгляда, расстегнул куртку и, сняв ее, бросил на кресло. Я следила за ним не отрывая взгляда, чувствуя, как от волнения пересыхает в горле. Рассматривала его широкую мускулистую грудь, обтянутую черной футболкой и старалась не трястись от волнения. А меня уже начинало потряхивать. Почему же так волнительно?

Широко открытыми глазами я наблюдала, как он снял футболку, и я прошлась взглядом по его плоскому животу и уперлась взглядом в пряжку ремня. Мне казалось, что я вижу этого мужчину в первый раз, хотя еще не так давно обводила пальчиками каждый кубик его пресса, лежа под теплыми лучами небесного светила на той планете. Сейчас это все казалось каким-то сном, не имеющим отношения к текущей реальности.

А стоящий передо мной мужчина был очень реален и так волновал меня, в то же время заставляя себя бояться. Я вцепилась руками в халат, стараясь запахнуть его посильнее и подняла взгляд к его лицу. Он внимательно наблюдал за мной и ему не нравилось то, что он видел. Он хмурился.

— Ты готова? — услышала я его тихий глубокий голос.

— Нет, — так же тихо и честно ответила я.

— Чего ты боишься? Мы ведь уже делали с тобой это, — он подошел ближе и меня окутал его аромат, все такой же мужской и терпкий, только сейчас к нему примешивалась легкая нотка какого-то парфюма. — Я буду аккуратен и все пройдет быстро.

Я непроизвольно отступила на шаг. А он протянул руку и взял контейнер. А меня снова накрыли воспоминания, после нашего первого раза. Злость, беспомощность и унижение. Неужели он думает, что я позволю ему сделать это снова?

— Капитан Таргис, — он вздрогнул от моего обращения, — как мы уже с тобой выяснили, я у тебя не совсем типовая лэтина, так? — он молча кивнул, — Поэтому и желания у меня не типовые. Я согласна на нашу близость, но только не так. Мне противно от того, что ты хочешь сделать со мной. И если ты не согласен проводить со мной время как тогда в джунглях, то тебе придется брать меня силой. И учти, я буду сопротивляться.

Я отступила на пару шагов и как бы невзначай положила руку на тяжелую статуэтку, непонятно зачем стоящую на выступе у стены. Ему моя речь явно пришлась не по душе.

— Мы ведь с тобой обо всем договорились? — его голос был суровым и сухим.

— Я не помню того, что давала тебе разрешение на насилие надо мной. Я согласилась на то, что принимаю свое назначение зачать и родить тебе детей. И кажется, я имею право хотя бы выбирать способ, как это должно происходить.

— Право?! Да у тебя нет никаких прав, лэтина! Ты разве не поняла еще этого? — он был уже по-настоящему зол. — Я шел у тебя на поводу долгое время, ублажал тебя как мог и знаешь что? Мне надоело! Думаешь я получаю от этого всего колоссальное удовольствие? Но так нужно! Каждый из нас должен поступать согласно правилам. Поэтому либо ты сейчас ляжешь на эту чертову кровать, либо клянусь всеми богами, я сам тебя туда уложу, но перед этим так отхожу тебя по заднице, что ты сидеть не сможешь пару дней!

— Только попробуй! — взвизгнула я и резко метнулась в сторону.

Но куда уж мне до него! В свою бытность варваром Таргис был очень быстрым и ловким, а перевоплотившись в капитана явно не растерял свои навыки. Буквально через секунду я была схвачена и перекинула через его колени. Он сидел на кровати и крепко держал меня, а я брыкалась как могла, но все равно не смогла предотвратить, того, что мой халатик был задран, оголив мою пятую точку.

— Я тебя предупреждал, — услышала я его хриплый голос, — может передумаешь и будешь вести себя как хорошая девочка?

— Иди к черту, капитан! — бросила я, болтаясь вниз головой и пытаясь вырваться из захвата. Я позабыла обо всех своих намерениях быть милой и не нарываться на ссору. — Только тронь меня!

— И что ты сделаешь, маленькая лэтина, — в его голосе проскочил смешок, а его широкая ладонь ласково погладила мне ягодицы.

От этого нежного движения я даже замерла на мгновенье. И зря! Потому что в следующее мгновенье их опалило жаром от шлепка.

— А-а-а, — непроизвольно вырвалось у меня, — ах, ты поганец! Убери от меня свои лапы! Только попробуй еще раз…

Договорить я не успела, так как второй шлепок был куда ощутимее первого. Я брыкалась в ярости, пытаясь вырваться. Тебе конец, капитан! Я пылала от праведного гнева не хуже, чем горела сейчас моя попа. И вывернувшись, смогла дотянуться зубами до его ноги. Злобно оскалившись, я вцепилась зубами в его ногу. Поток ругательств был достойной наградой моим ушам и утешением моей поруганной попе.

Он вскочил и швырнул меня на кровать. Приземлилась я мягко, но от этой возни и полета халат распахнулся, а волосы разметались во все стороны. Теперь я лежала на кровати полностью открытая для него и тяжело дышала.

Он стоял, быстро вдыхая и выдыхая, отчего его голая грудь ходила ходуном. Он не отрывал от меня жадного взгляда. Я помнила этот взгляд. Много раз он ласкал меня им, перед тем как коснуться меня. И я непроизвольно выгнулась, любуясь им.

— Ты чертова ведьма, а не лэтина! — прорычал он и бросился на меня, а в следующий миг меня придавило его горячее мощное тело.

И снова мы были как безумные. Будто и не было этих дней, которые так изменили мою жизнь. Мы словно снова оказались у того самого дерева и ненасытно впитываем друг друга. Горячие поцелуи на грани жестокости. Наши руки, которые уже не глядят, а с силой впиваются в тела друг друга, не желая давать хоть каплю свободы. Она не нужна! Она здесь лишняя! Каждый из нас и тюремщик и заключенный в этой западне из наших желаний.

Жадные резкие точки наполняют мое тело, заставляют его выгибаться и раскрывается навстречу этому мужчине. Тело горит и плавится под его жаркими губами и сильными руками. Оно лучше знает, что мне сейчас нужно, и я полностью отдаю ему власть над собой, отключив голову. Этот мужчина сводит меня с ума, мне хочется раствориться в нем и никогда не отпускать.

Пусть так и пусть только на время. При мыслях о том, что мне придется его отпустить, отдать другой женщине, я впиваюсь в его спину ногтями, стараясь притянуть сильнее. Он мой! Мой! Я не хочу его никому отдавать!

Мы лежали рядом, выравнивая дыхание. На меня накатила такая грусть, что хоть плачь. Нор тоже был хмур. Его глаза были прикрыты, а губы сжаты в одну сплошную линию. Мне так хотелось погладить его, стереть это недовольное выражение с его лица.

— Ты долбаная ведьма, лэтина, — его голос был глухим и полон сожаления. — В кого ты меня превращаешь? И главное зачем?

А меня неприятно царапнуло внутри. Он жалел, что поддался искушению и, наверняка, ругает себя за эту слабость. Значит не так я ему и безразлична? От этой мысли стало немного лучше и я, слегка натянув халатик, приподнялась на локте и заглянула ему в лицо. Нужно успокоить его и скрипя душой я проговорила:

— Нор, ты не должен себя за ругать. Ты ведь и сам знаешь, что это все для твоего ребенка. Ты не виноват в том, что я у тебя такая попалась. Это ведь ничего не значит. У тебя есть Аран, а скоро будет и ребенок. Я не буду создавать проблем и все будет хорошо.

Он как-то странно посмотрел на меня и задумчиво повторил:

— Ничего не значит, говоришь, — он внимательно всмотрелся мне в лицо, затем вздохнул, — да, наверное, ты права, Хлоя.

Я вздрогнула, когда услышала из его уст свое имя. Оно прозвучало так неожиданно и так волнующе. У меня даже дыхание перехватило. Как же приятно!

Он немного поворочался и лег в под одеяло, накрыв и меня. Голосом выключил свет и устало проговорил:

— Давай спать, я встаю рано, а тебе нужно выспаться.

Мы молча лежали в темноте и по его дыханию я понимала, что он еще не спит. Самое время задать один очень важный вопрос.

— Нор, — позвала я тихонько.

— Хм, — донеслось совсем рядом.

— Можно я кое-что спрошу? Это важно, мне это поможет успокоиться.

— Угу.

— Я очень боюсь снова потеряться, скажи, что ты всегда меня найдешь, где бы я не была?

— Найду, — после недолгого молчания ответил он.

— Обещаешь?

— Обещаю.

— Как ты можешь это обещать? А если я снова потеряюсь?

В темноте я почувствовала, как его рука шарит по одеялу в поисках чего-то.

— Дай мне левую руку.

Я с готовностью протянула ее, и она тут же утонула в его теплой широкой ладони. Затем он второй рукой провел по моему мизинцу и сказал:

— Потрогай здесь.

Я протянула правую руку и нащупала на средней фаланге своего левого мизинца что-то круглое. Это было похоже на очень тоненькое колечко прямо под кожей.

— Что это?

— Это маячок, который вживляются всем лэтинам. Поэтому я всегда смогу тебя найти, даже в другой галактике.

Вот же черт! Я незаметно трогала эту дрянь на пальце и понимала, что мой план нуждается в серьезной корректировке. Но пришлось облегченно выдохнуть и ответить:

— Это хорошо. Спасибо, что сказал. Мне будет спокойней.

Я долго лежала без сна и прислушивалась к его дыханию. В какой же странной ситуации я оказалась, и как все запутано. В который раз уже раздумываю над тем, что может стоит признаться во всем и понадеяться на лучшее?

Но могу ли я так рисковать? Что со мной сделают, когда узнают? Почему-то казалось, что утилизируют. Это слово запало мне в душу, потому что использовалось в той злополучной инструкции достаточно часто. А мне этого совсем не хотелось.

Я бы хотела еще пожить. Пусть мне уже никогда не стать той, кем я мечтала быть, но после всего, что произошло, я буду рада и своей прежней жизни. Но для этого мне еще придется сильно постараться. И завтра я начну свои приготовления. Времени у меня не так и много.