Глава 3

Принять неизбежное

— Зайдите, мисс Мюрай, — пригласил меня внутрь нотариус. — Я мистер Блексайд — нотариус и поверенный вашего деда.

Я, испытывая всё возрастающую робость, вошла внутрь, стараясь не смотреть на аристократов.

— Присядьте, — мягко попросил мистер Блексайд.

Я осторожно опустилась на краешек стула, обитого белой бархатной тканью с серебристой вышивкой. В комнате пахло чернилами и бумагой. А ещё дорогим мужским парфюмом.

Дядя засопел где-то позади. Он всегда так делал, когда сильно волновался.

— Мисс Мюрай, ваш дед — мистер Генри Лоусон недавно скончался. Примите мои искренние соболезнования.

Я кивнула, хотя на самом деле меня сейчас одолевала не скорбь. А скорее тревога, непонимание, страх и даже некоторое раздражение. Все чувства смешивались в непередаваемый коктейль.

Особенно меня беспокоили слова дяди о замужестве. Бред. Просто бред!

— Ваш дед оставил завещание, — продолжил нотариус.

В этот момент Кристиан резко встал со стула, громко отодвинув его. Я вздрогнула, инстинктивно повернув голову. Успела разглядеть лишь искажённое злостью лицо, прежде чем дракон отвернулся к окну.

Это мне тоже не понравилось.

Я снова перевела взгляд на мистера Блексайда. Он отправил мне дежурную улыбку, а затем продолжил:

— Он завещал вам, мисс Мюрай, два миллиона золотых монет, хранящихся в банке, а так же….

Уши заложило. Я видела, как поверенный откуда-то взявшегося деда открывает и закрывает рот, но не слышала ни одного слова. Мне показалось, что я в вакууме. Или это просто сон.

Ущипнула себя за внутреннею сторону запястья, чтобы проснуться. Но не помогло.

Я всё ещё была в Голдене — квартале драконов. В кабинете у дракона-нотариуса, рядом был проклятый Сальваторе, с которым мы стали сталкиваться слишком уж часто. И мне всё ещё говорили какие-то глупости, которые если и могли с кем-то произойти, так точно не со мной.

— Что вы сказали? — я вздрогнула от звука своего голоса. Слишком уж тонко и надрывно он прозвучал.

— Может водички, мисс Мюрай? — заботливо спросил нотариус.

Я кивнула, вцепившись пальцами в стул под собой. И где это видано, чтобы богатеи драконы подавали воду такой, как я? Мир скатывался в абсурд с каждой секундой.

Мистер Блексайд налил мне воды, подал. Я жадно отпила, чувствуя, как дрожат пальцы, держащие стакан.

— Я сказал, что условия получения денег таковы — вы должны выйти замуж за мистера Кристиана Сальваторе, — сказал нотариус, садясь на своё место напротив меня.

Я замерла.

Поставила стакан прямо перед собой, просто чтобы не уронить.

Повернулась, заглянув в лицо дяди. Оно светилось от счастья и предвкушения. Он наверняка думал, что сорвал золотой куш.

Я со всё возрастающим ужасом повернулась к Кристиану и его отцу.

Если старший Сальваторе сидел ровно, глядя в одну точку перед собой. Будто вот-вот мог пробуравить её взглядом. То младший смотрел на меня с откровенной ненавистью. Будто это моя вина! Будто я придумала это гадкое завещание и сейчас заставляла всех его исполнять!

— Я не хочу, — выпалила я быстрее, чем подумала.

— Как это не хочешь? — взревел Дезмонд.

Мы конечно нуждаемся, но…

— Разве нет другого способа? — уточнила через секунду.

— Боюсь, что нет, мисс Мюрай, — мягко ответил Блексайд. — Ваша свадьба должна произойти через одиннадцать месяцев после оглашения завещания, иначе золото отойдёт государству.

— Но… зачем? Почему? — залепетала я растерянно.

Я схожу с ума! Ещё недавно я была серой мышкой и нищей вырожденкой, пусть и с перспективой поступить на лекарский факультет. Теперь же…

— Вы должны согласиться, мисс Мюрай, — повернулся ко мне отец Кристиана. — Всё-таки деньги важны для вас. Ведь ваша тётя болеет трущобной чахоткой…

— Откуда вы знаете? — внутри всколыхнулась злость.

Я повернулась к дракону и без обычного для меня смущения посмотрела прямо в синие глаза отца Кристиана.

— Ваш дядя нам рассказал. Вам нужны деньги, чтобы вылечить её. Всем известно — при трущобной чахотке долго не живут. Сколько у неё осталось времени? Два? Три года? — выразительно поднял бровь он. — Вы не любите свою тётю?

Каждое слово богатея будто вколачивало в меня гвозди.

Как дядя посмел? Зачем он рассказал этим высокомерным снобам о наших проблемах? Чтобы они использовали их в своих целях?

— А вам это всё зачем? Какая ваша выгода?

— Боюсь, что мой дед оставил такое же завещание. И состояние нашей семьи может испариться, — глухим голосом произнёс Кристиан.

Что за заговор?

Конечно! Уж драконы точно ценят деньги куда больше свободы. Отец Кристиана вообще собственного сына готов женить на вырожденке. Это же для них позор!

Я покосилась на Кристиана. Хотя… маловероятно, что даже отец мог бы заставить делать этого гада то, чего он бы не захотел. Скорее дракон чувствует ответственность перед своим родом и семьёй.

Аж противно!

Я вскочила на ноги и ринулась прочь из кабинета, чувствуя, как слёзы жгут глаза. Выбежала, хлопнув дверью. Затем в коридор.

— Успокойте свою племянницу, мистер Мюрай, такое поведение в обществе недопустимо, — услышала я напоследок надменный голос отца Кристиана.

Побежала прочь, чувствуя, как внутри нарастает паника. Что же такое происходит?

Мой уютный, привычный мирок рушился на глазах. Я ведь уже всё распланировала… Не могут же они заставить меня?

Я встала у застеклённого окна, глотая ртом воздух и глядя на Голдену сверху вниз.

Мне чужого не нужно!

Какой-то дед, которому все двадцать два года моей жизни не было до меня дела, вдруг решил, что может после своей кончины решать мою судьбу. Подумал, будто я настолько алчная, что сделаю из себя посмешище? Драконы не женятся на таких, как я! Никогда! И к тому же этот проклятый мерзкий Сальваторе…

Я всегда думала, что выйду замуж по любви. За какого-нибудь милого парня из моего круга. Может быть тоже со слабой магией. Но не обязательно. Я не была зазнайкой и полюбила бы и простого пекаря или сапожника, как мой дядя. Мне было без разницы, главное, чтобы человек был хороший и любил меня.

Но драконы… нет. Всю жизнь они смотрели на меня свысока. Я не смогу терпеть такое. Просто не смогу!

— Эвелин! — дядя приближался ко мне, тяжело дыша и гневно сверкая глазами.

Я обернулась и приготовилась к обороне. Не сдамся!

— Ты что себе позволяешь? — принялся причитать дядя. — Мы тебя такой не воспитывали! Ты выставляешь нашу семью в плохом свете.

— Не позволю, чтобы моей жизнью управлял какой-то там дедушка, которого я в глаза не видела, — отчеканила я в ответ.

Мне раньше не доводилось перечить дяде. Но сейчас я была настроена серьёзно.

Я опустила голову, разглядывая носки сбившихся туфель.

Дед не хотел меня знать, потому что я вырожденка? Наверняка, из-за этого. Бесполезное существо с крохами магии. Должно быть, он стеснялся родства со мной. Я слышала о случаях, когда рождались бастарды. Места среди драконов им не было. Но перед смертью деда замучила совесть?

— Мы растили тебя, кормили, поили! — принялся возмущаться Дезмонд. — И вот теперь, когда случилось такое счастье, тебя — бесполезную неумеху — готовы принять в семью, приближённую к императору, ты хочешь отказаться? Ты в своём уме? Мы столько заботились о тебе, твоя тётя даже слегла! От непосильного труда, между прочим! Сколько она работала ради тебя, бесстыдницы неблагодарной!

Я почувствовала, как внутри разгорается стыд. Тётя Энни всегда любила меня и заменила мне мать.

— Дядя, но ты же знаешь, совсем скоро я поступлю на лекарское направление. И тогда тёте в следующем году дадут квоту на лечение, — я закусила губу, сдерживая всхлип. — Я так старалась, дядя, честное слово, я просто на всё готова, чтобы её вылечили.

Я почувствовала, как по щекам побежали крупные капли слёз. Они скатывались вниз на серое платье, оставляя пятна.

Я ведь и правда была готова на всё.

Именно из-за того, что я хотела помочь тёте, я оказалась в том ужасном положении, в котором меня застукали с Кристианом. Опозорилась на всю академию! Но никому и не расскажешь.

— Ты сначала поступи, — гаркнул дядя. — А если твоя тётка умрёт, так и знай — ты её убила. Своим несносным поведением!

Я почувствовала, что дрожу. Никогда бы не причинила вреда Энни, она всегда была добра ко мне. И правда работала, чтобы оплачивать мою одежду, еду и всё, что нужно было для обучения в престижной академии.

— Ты понимаешь, что здесь что-то нечисто, — снова слабо запротестовала я. — С чего бы какому-то родственнику вдруг начинать беспокоится о моей судьбе.

Дядя хмуро посмотрел на меня. Помолчал. Но потом как ни странно кивнул:

— Нотарус передал этим Сальваторе письмо от твоего деда. Но мне посмотреть не дал.

Странно.

— И с чего бы вдруг двум старикам оставлять одно и тоже завещание? — задалась вопросом вслух я. — Особенно деду Сальваторе. Это же глупо! Я не слишком выгодная невеста.

— Наверняка он пообещал им ещё гору золота! Огромную. Ещё больше, чем нам, — в голосе дяди зазвучала зависть. — У-у проклятый дракон!

— Очень сомневаюсь, что Сальваторе бы пошли на такое, у драконов ведь обычно династические браки, и всё такое… Да и они богачи! Вряд ли им нужны настолько сильно деньги моего деда.

— Глупая деваха! — отмахнулся дядя. — Деньги нужны всем, и как можно больше. Лучше поменьше заморачивайся, пойди извинись и скажи, что ты согласна.

— Но я не согласна! — громко возмутилась я.

На нас даже посмотрели проходящие мимо люди.

Дядя подался ближе, грозно сведя брови. Я почувствовала запах пота и травяных сигар, которые он курил. Захотелось отодвинуться, но я стерпела.

— Ты понимаешь, чего лишаешь нашу семью?

Я опустила голову и стиснула кулаки.

Здесь что-то не чисто! Я не хотела стать жертвой… сама не знаю чего. Но нутром чувствовала — доверять драконам нельзя. Даже если это мой дед.

Под рёбрами снова кольнуло. У меня были родственники драконы! Просто обалдеть можно.

— Я поступлю на лекарское направление, дядя, — подняла голову я. — Как и планировала. А тётя получит квоту в следующем году. Никто не сможет меня заставить выйти замуж! Даже ты.

При последней моей фразе у Дезмонда разве что пар из ушей не пошёл от злости. Он схватил меня за запястье.

— Как ты смеешь? Отказываться от блага, что само идёт в руки?

Я поняла, что просто так дядя не отстанет.

— Давай посоветуемся с тётей, — умоляюще произнесла я. — Ты ведь ничего не рассказал ей, правда?

При упоминании Энни морщины на лице дяди разгладились. Он устало вздохнул и провёл рукой по вспотевшему от нервов лбу.

— Нет. Ничего не сказал, чтобы она не волновалась. Думал, сначала всё выясню, а потом уже…

— Давай посоветуемся с ней, — попросила я. — Просто возьмём отсрочку, обдумаем всё, прикинем. У нас ещё год в запасе для свадьбы. Не обязательно решать сию же секунду.

— Звучит… разумно.

Дезмонд немного сник, при упоминании тёти. Энни он любил, хоть и частенько бывал груб и с ней тоже.

— Пошли. Вернёмся, — приказал дядя. — Нужно решить ещё нюансы с бумагами и тем, как правильно зарегистрировать наследство и в какие инстанции нужно обратиться, помимо нотариуса. Заодно возьмём немного времени на подумать. Расскажу дома всё Энни. Посоветуюсь.

Возвращаться точно не хотелось. Мне даже дышать одним воздухом с этими драконами было противно.

— Я подожду здесь, — указала на небольшой закуток, где было пару кресел, диванчик, а на столике лежали журналы.

Дезмонд нехотя кивнул и пошёл обратно.

А я присела в самый уголок, взяла один из журналов для вида. А сама принялась размышлять.

Распределение на направления уже завтра! Даже не верилось, что я наконец-то начну углублённо изучать свою будущую профессию. Но главное — квота для тёти. Мне дадут её, и она сможет лечиться у лучших специалистов, а не лекарей из нашей лечебницы в старом квартале, которые при любом удобном случае прописывают стандартную микстуру.

Но что-то мне подсказывало, что даже если дядя отстанет от меня. Что маловероятно… Эта история просто так не закончиться. Мой дед явно был странным. Может сумасшедшим?

Дяде нет никакого дела до происходящего. Он ослеплён деньгами. Значит, нужно попробовать что-то выяснить самой. Но только что…

Внезапно я почувствовала что-то. Повернула голову и тут же по спине пошла дрожь. Кристиан шёл прямо ко мне.

У проклятого дракона словно нюх на меня! Я ведь специально спряталась в уголке.

Он двигался быстро, не сводя с меня пристального ледяного взгляда. И расстояние между нами сокращалось с пугающей скоростью.

Я успела лишь отложить журнал. Кристиан остановился буквально в паре сантиметров от моего колена, нависнув сверху. Огромный, закрывающий собой весь остальной мир и явно злой.

— Преследовать меня входит у тебя в привычку, — я скрестила руки на груди, глядя на дракона снизу в верх.

— Хочу кое-что узнать, — обманчиво спокойно произнёс он.

— Узнать что?

— Как ты, никчёмная вырожденка, всё это провернула? — в его блестящих от света ламп глазах проскользнула жгучая ненависть.

— Ты думаешь это я? — поражённо спросила. — Совсем из ума выжил?

— Ты и твой проклятый дед? Признавайся, что вы задумали? Это какой-то заговор? Какой у вас план? — он чеканил каждое слово злясь всё больше, и склоняясь ко мне всё ближе.

Я вжалась в кожаный диванчик настолько сильно, насколько было способна, лишь бы сохранить хоть какое-то расстояние.

— Ты тоже ничего не знаешь? — пискнула я.

Почему-то думала, что Кристиану и его отцу известно больше. Но, видимо, нет…

— Дуру из себя не строй, — рука дракона легла на подлокотник дивана, окончательно сковывая мои движения. — Ты всё это провернула, чтобы шикарно устроить свою жизнь? За мой счёт? Влюбилась в меня? Нравится привлекать к себе внимания? Какие причины? Говори!

— Влюбилась? — я тихонько рассмеялась. — Да кому ты нужен, противная ящерица? Смотрю на тебя и меня тошнит!

Синие глаза были в паре десятков сантиметров от моего лица. Злые, горящие отвращением и неприязнью. Но красивые. Мне даже стало на мгновение жаль, что они никогда не посмотрят на меня хотя бы с дружелюбием.

Но это быстро прошло, потому что дракон недобро усмехнулся и произнёс:

— Я никогда не женюсь на жалкой вырожденке без драконьей ипостаси. Ты ничтожество. Была такой и будешь. А когда я узнаю, как ты провернула этот обман со свадьбой, тебе несдобровать. Поняла меня?

Его взгляд будто резал наживую.

Не выдержав, я дёрнулась вбок и попыталась ускользнуть от раздражающей меня близости. Мне почти удалось просочиться под рукой Кристиана, но он схватил меня за плечо. Развернул к себе, удерживая.

— Мы не договорили.

— Думаешь, я жажду твоего внимания? Очнись! Я не из толпы твоих восторженных поклонниц!

Хоть я и не хотела этой свадьбы, но всё равно было обидно. Я знала, что не слишком красива, не так дорого одета, да и манеры у меня не те. Но одно дело просто знать, другое — когда тебе говорят об этом в лицо, унижая и почти насмехаясь.

— Неужели случайность то, что мы вчера с тобой вечером очутились вдвоём в кабинете ректора? Ты знала, что я туда пойду! И пошла следом. Вот и попалась. А мне пришлось тебя выручать!

Я по привычке осмотрелась, боясь, что нас подслушают и отчислят. Но мы благо были не в академии.

— Думаешь, мне заняться нечем, как следить за тобой! Спустись с небес на землю! У меня там были… свои дела. И спасать меня я не просила!

— Хоть бы спасибо сказала. И какие такие дела?

— Не твоего драконьего ума дела. А вот что ты там делал? Ладно я вырожеденка и простая адептка, от меня только и ждут подвоха. Но ты-то у нас наследник рода Сальваторе. Безупречный, великолепный, пример для всех… Ты хотел залезть в…

— Заткнись, — грубо прервал меня Кристиан. — Тощая страшная курица. У меня твои бледные прелести до сих пор перед глазами стоят. Сниться в кошмарах будут.

Я почувствовала, что краснею. Потому что он знал, чем меня смутить. И явно сделал это специально.

— Пошёл ты… куда подальше! — не сдержавшись я стукнула Кристиана, а затем вырвала своё плечо из его хватки.

Сделала два шага назад.

— Ненавижу тебя. Скорее выйду замуж за навозного жука, чем за тебя! Понял?

Губы Кристиана изогнулись в высокомерной улыбке.

Он был раздражающе красив. Раздражающе идеален.

— Так тебе только навозный жук и подходит. Поищи где-нибудь у себя дома — в паршивой Канавиоли. Скажи прямо. Это твой дядя-боров постарался провернуть это дельце?

Я развернулась и понеслась прочь.

— Я узнаю всё, Мюрай. И тебе это с рук не сойдёт! — донеслось мне в след.

Кретин! Чтоб его! Думает, будто мир вертится вокруг него!

Я увидела дядю, выходящего из кабинета нотариуса, и буквально подбежала к нему.

— Мне пора на уроки, — умоляюще произнесла я. — Прошу, уедем скорее.

Мы пошли с Дезмондом к магическому подъёмнику. Вошли внутрь. Меня буквально трясло от злости и бессилия.

Мало того, что сама пострадала. Так ещё и несправедливо обвинили.

Когда двери подъёмника закрывались, последнее что я увидела высокую широкоплечую фигуру Кристиана Сальваторе. Он стоял поодаль и смотрел на нас. Изучающе и пристально.

Кажется, он и правда верил, что наша семья замешана в происходящем. Но если кто-то и был замешан, так это мой умерший дед. И его дед.

Я дала себе слово, что всё выясню. Не позволю никому манипулировать моей жизнью.