Глава 18

Глядя, как непонимающе хмурится мужчина, я едва сдерживаю усмешку. Кажется, господин Большое Эго и не в курсе, кто такие церберы. Вот же я дура, ещё немного, и я бы поделилась с Дарквудом всеми тонкостями греческой мифологии. Надо быть осторожнее. – Леди Марианна, – холодно бросает он. – Вам стоит быть более внимательной. Ну как можно таким быть? Он вообще человек? Может понять: дети такие шустрые, что даже за одним сложно уследить, а уж если их больше десяти? Хотя это не оправдание. Нужно и правда быть внимательнее, особенно рядом с этим лесом. – Я поняла вас, господин Дарквуд. – Какая вы проблемная, леди, – раздаётся тихо. Я даже не уверена, что правильно расслышала. Дарквуд стремительно сокращает расстояние между нами. Не успеваю я опомниться, как оказываюсь в его руках. – Что вы… – начинаю я возмущённо, но слова застревают в горле. Руки мужчины крепко держат меня, и я невольно отмечаю, какие они тёплые. От Дарквуда пахнет лесом и чем-то неуловимо приятным. Боги, о чём я думаю?! – Не дёргайтесь, – командует он. – Если не хотите и вторую ногу подвернуть. Я замираю, не зная, куда деть руки. Неловко обхватив Дарквуда за шею, чувствую, как краска заливает щёки. Почему-то вспоминаются романы, где героиню носят на руках… Стоп! Какие ещё романы?! Это же Дарквуд – человек, который меня терпеть не может! Он уверенно шагает к пансионату, будто я не тяжелее пёрышка. В холле мы сталкиваемся с Клаудией, которая при виде нас приподнимает бровь. – Леди Марианна повредила ногу, – кратко сообщает Дарквуд не останавливаясь. Мы поднимаемся по лестнице, и я чувствую на себе любопытные взгляды детей, выглядывающих из-за дверей. Щёки горят ещё сильнее. Но это не только от смущения… Что-то не так. В висках начинает пульсировать, а всё тело охватывает странный жар. Я поднимаю глаза на Дарквуда. В голове туманится, но почему-то именно сейчас мне хочется получить ответы на все вопросы. – Почему вы меня так ненавидите? – вырывается у меня. – Что я вам сделала? И зачем взяли на работу, если не доверяете? Он удивлённо смотрит на меня, но продолжает идти. – И вообще. – Язык заплетается, но остановиться я уже не могу. – Вы, конечно, ужасный самовлюблённый зануда, но… чертовски привлекательный зануда. Дарквуд едва не спотыкается на ровном месте. В его глазах мелькает что-то, похожее на… изумление? Разрази меня гром! Я это сказала? Как так вышло? Да я бы даже под пытками такого не ляпнула! – Что вы ели? – резко спрашивает он, толкая дверь моей комнаты. – Ягодку… Чёрненькую такую… Меня угостили. – Проклятие! – Мужчина осторожно опускает меня на кровать. – Кажется, это была ягода истины. Она не растёт в саду. Меня прошибает холодный пот. Ягода истины? О нет… Если он начнёт расспрашивать… Я же всё выболтаю! Беда!!! Нужно спасаться бегством! Дарквуд поднимает руку, и я завороженно смотрю, как его пальцы чертят в воздухе странные символы, светящиеся голубоватым светом. – Спите, – тихо говорит он. Мои веки тяжелеют. Последнее, что я вижу, перед тем как провалиться в сон, – его озадаченный взгляд. …Просыпаюсь я оттого, что кто-то настойчиво тычется холодным носом мне в щёку. – Арчи? – сонно бормочу я, открывая глаза. – О, наконец-то! – Скунс устраивается рядом на подушке. – Ты едва не попалась, дорогуша. Повезло, что Дарквуд догадался усыпить тебя. Действие ягоды всего пять часов, и ты благополучно их проспала. – Почему он это сделал? – задумчиво уточняю я, садясь в кровати. Голова ясная, и нет больше того странного желания выложить все свои тайны. – Может, потому, что не хотел слушать твои приставания? – ухмыляется Арчи. Животные вообще могут так делать? Жуть! – Какие ещё приставания? Что ты несёшь? – возмущаюсь я. Проклятие! Я сказала, что Дарквуд привлекательный. Гореть мне в диком пламени! Ладно, этого уже не исправить, чего уж посыпать голову пеплом попросту… – Кстати, – вспоминаю я, – нужно поговорить с Сарой. Узнать, откуда у неё взялась эта ягода… – Да в лесу мелкие пакостники её взяли, – невзначай произносит скуобраз. – Но поиски виновного придётся отложить. – Арчи многозначительно смотрит на мою забинтованную ногу. – Тебе предписан постельный режим минимум на два дня. Распоряжение господина Большое Эго. – Но дети… – О детях позабочусь я. – Арчи выпячивает грудь. – Ну и Клаудия. А ты лежи и думай о чём-то приятном. Например, обо мне, ну или о привлекательном зануде. – Ах, ты! – шиплю я. Но скунса и след уже простыл. Вот же хитрец! Два дня постельного режима тянутся бесконечно долго. Клаудия приносит мне книги из библиотеки, малыши иногда заглядывают узнать о моём самочувствии, а Арчи развлекает язвительными комментариями обо всём на свете. На третью ночь меня будит странный звук. Приподнявшись на локте, прислушиваюсь – топот маленьких ножек эхом разносится по коридору. Что ребёнок делает там в такой час? Осторожно встав, я проверяю ногу: почти не болит. Выглядываю за дверь как раз вовремя, чтобы заметить мелькнувший за углом подол белой ночной рубашки. Крадусь следом и стараюсь ступать бесшумно. В голове проносятся десятки вопросов: «Кто это? Почему не спит? Куда направляется?» Ребёнок сворачивает к парадной гостиной. Странный выбор для ночной прогулки. Подойдя к приоткрытой двери, я застываю на пороге, не веря своим глазам.