Глава 21. Рысь

Пять лет и два месяца назад...

– Парни! – заваливаясь в раздевалку, берет слово Никитос. – Есть предложение после тренировки завалиться в наше кафе, посидеть. Кто за?

Естественно, почти вся команда, кого не ждут дома жены или подруги. Ну, и мы с Женькой и Саньком без раздумий соглашаемся. Тренировка была тяжелая, выложились все так, что пот ручьями. Об этом и упоминает правый нападающий:

– Что-то дядька твой сегодня зверь! – понижая голос, ухмыляется Женька в сторону Санчеса.

– Давно нас так не гоняли, – стягиваю с себя напрочь промокшую униформу и хватаю полотенце с гелем для душа. – Отпуск прошел неважнецки?

– Вопросы не ко мне, парни, я сегодня сам сорок раз отжался за шутку, – разводит руками, хмыкая друг. – Теперь бы найти красотку на вечер и снять это адское напряжение.

– А лучше не на вечер, а на всю жизнь, – хлопает по плечу Саню Антоха. Наш примерный семьянин в свои двадцать пять лет. – Тогда сэкономил бы время, что ты тратишь каждый день на поиски, Санчес.

– Не, Тох, жили долго и счастливо и умерли в один день – это не про меня.

Да и, откровенно говоря, по-моему, ни про кого из нас троих. Никитос еще, возможно. Замелькала у него на горизонте “большая любовь”, а вот я никогда в эту чепуху не верил. Бабочек в животе придумал какой-то амурный хлюпик. Как можно жить с одной, когда вокруг столько красоток?

Приняв душ, смывая с себя усталость после тренировки и чуть растерев ноющие после зубодробительных нагрузок мышцы, вместе с парнями выгребаемся из раздевалки. И уже по дороге к машине вспоминаю, что обещал матери заехать на ужин, но планы поменялись, и надо бы предупредить, чтобы не ждали сегодня с батей.

– В следующие выходные игра со Львами. Говорят, их новый кэп просто зверь, –  говорю и лезу в задний карман джинсов.

– Да брось, Рысь. Мне кажется, все это страшилки для впечатлительных новичков, – тычет кулаком в плечо Санчес. А я шарю рукой в кармане, где обычно таскаю мобильный, но там пусто.

– Черт! – торможу уже на выходе из ледового, проверяя карманы косухи. – Твою ж…

Перетрясаю все другие карманы, но там тоже ни черта нет. И тут в голове всплывает, что я брал его сегодня с собой на лед.

– Что такое, Лех? – оглядывается Женька, останавливаясь уже у своей тачки.

– Мобильник, походу,  забыл на арене. Если, в общем, не прое… кхм. Короче, не ждите меня, еще заскочу домой и потом подъеду.

– Заметано. На тебя как обычно заказывать?

– Да, – бросаю и, не дожидаясь, когда парни из команды отчалят, направляюсь обратно на каток. Туда, где последний раз и видел свой девайс. Проклиная свою забывчивость и мозг, который последние пару дней непонятно где бродит.

Три часа дня, а в ледовом тишина, и в коридорах хорошо, если встретишь одного, двух человек. И то в основном персонал. Поэтому я очень надеюсь, что мой гаджет никто не успел подрезать со скамьи.

Влетаю на арену, еще раз шаря по карманам куртки и, неожиданно подняв взгляд на корт, замираю, как вкопанный. Во всем огромном зале с трибунами стоит тишина такая, что кажется, мое дыхание здесь жутко громко отдается эхом от пустых стен.

Однако… она меня не замечает.

Девушка.

Рядом с хоккейной “калиткой” стоит девушка. Именно ее фигурка, показавшаяся здесь совершенно чужеродной, и заставила меня замереть чуть поодаль, в тени трибун, и пялиться на нее, как завороженного.

Хрупкая совсем и невысокая. Наверное, на голову, а то и две ниже меня. Рядом с такой даже стоять рядом страшно, вдруг от одной твоей ауры сломается.  Стройненькая. В легком летящем платье нежно-розового цвета и с короткими, до плеч светлыми волосами, она невольно приковывает к себе мой взгляд, который, уверен, уже “горит”, потому что у девчонки помимо всего еще и потрясающие формы, с ногами, как говорят, “от ушей”. Покажи такую Санчесу, он бы долго не тянул, уже нашел бы способ подкатить к мнущейся у кромки льда незнакомке. У него обычно с женским полом разговор короткий и проходит непременно в другой “плоскости”

Однако стоит только об этом подумать, как неожиданно проснувшийся внутри меня эгоист начинает вопить, требуя забрать себе этот “трофей”.

Незнакомка делает шаг. Один маленький шажок в белых кроссовках на лед, и девушка тут же отдергивает ногу, словно ее эта льдина укусила. Я не могу сдержать ухмылки и выхожу из тени, направляясь за мобильником, который, на мое счастье, лежит все еще там, где я его и оставил. А с губ слетает само собой:

– И что это за сказочную фею сюда занесло? – усмехаюсь, и голос отдается звонким эхом по пустому залу.

Девушка резко оборачивается, вздрагивая, как воришка, только что пойманный с поличным, и поднимает на меня свои невероятные чарующие серые глаза, а я в этот момент забываю, как дышать. Нет, серьезно, как? Все, что я могу делать, это только стоять от нее в паре метров, пялиться на переливающуюся сталью серебристую радужку ее невероятно нежных глаз и пытаться подобрать хоть слово, чтобы не выглядеть совсем пропащим идиотом.

– Ты… – машу рукой, понимая, что это все, что мне удается из себя выдавить, чтобы прекратить наши затянувшиеся гляделки.

– Илана. Лана, – тараторит девушка, и, черт побери, у нее еще и голос – услада для ушей. А ее щечки стремительно покрывает легкий румянец, делая ее миловидное кукольное личико еще соблазнительней.

– Что ты здесь делаешь, Илана-Лана? – улыбаюсь, подхватывая со скамьи телефон и пряча в карман, не сводя глаз с незнакомки. – Журналистка? Фотограф? Так вроде на сегодня уже тренировки закончились.

– Нет, я… – прячет руки за спину девушка, продолжая все еще неуверенно мяться на месте. – В общем, никогда не была на катке, а раз уж мне предстоит здесь работать, то-о-о… – многозначительно тянет девушка, а я не могу сдержать удивления, выгибая бровь.

– Работать? И кем же?

– Университет направила проходить практику в хоккейной команде.

– Уж не в качестве игрока ли? – усмехаюсь, окидывая еще раз взглядом фигурку, которая, готов поклясться, не тяжелее пушинки, и которую на льду от ветра пролетевшего мимо соперника сдует. – Женская. Хоккейная…

– Нет, – звонко и от души смеется Лана, неловко заводя прядь волос за ушко. А я не понимаю, почему, но меня чертовски тянет подойти ближе. Что я и делаю, не привыкший себе отказывать в желаниях, и заставляю девушку стушеваться еще больше. И да, я был прав, по сравнению со мной она просто дюймовочка.

– Я новый ассистент массажиста в мужской хоккейной команде. Практикантка.

– Да ладно? – присвист сдержать не удается, а вместе с ним и дьявольски довольной ухмылки. Вот это новости! Так значит, это наша первая и далеко не последняя встреча? Удивительно.

– А что тебя так удивляет? – складывает руки за спиной, как послушная ученица, Лана и задирает свой носик.

– Обычно штат хоккейной команды составляют только мужчины, в том числе и медперсонал. Девушка в такой компании – это, мягко говоря...

– Нововведение, – договаривает за меня Илана, беззаботно пожимая плечами и отводя взгляд, поглядывая на лед. Она серьезно не понимает, какой шок будет у двадцати пяти здоровенных, вечно возбужденных лбов, когда они завтра ее на собрании команды увидят? А увидят, я даже не сомневаюсь. Такое чудо мимо своего внимания не пропустит ни один.

– Не самое лучше место для прохождения практики, – делаю логичный вывод, пряча руки в карманы джинсов. И вроде понимаю, что нужно идти, парни будут ждать в баре, но не могу. Словно ноги гвоздями прибили к месту, ни сдвинуться, ни пошевелиться. Только и могу, что пялиться на чуть вздернутый носик девушки и полноватые губки, которые она поджимает, перехватив мой взгляд.

– К сожалению или к счастью, распределением занимается универ. Так что… – разводит руками новая знакомая, заставляя меня скептически выгнуть бровь.

– Ты могла отказаться.

– А почему тебя это так беспокоит? Ты…? Тоже здесь работаешь?

– Можно и так сказать.

– А зовут тебя как?

– Алексей. Леша, – тяну ладонь, но исключительно из желания ощутить ее тонкие изящные пальчики в своей ладони. И когда Илана, смущенно улыбнувшись, протягивает свою ладошку, готов поклясться, тело прошибает разряд тока. Да такой, что, кажется, еще чуть-чуть – и из глаз искры полетят. И замечаю это, кажется, не я один. Потому что девушка резко дергает рукой, пряча ладошки за спину, а мне и смешно, и страшно. Что за чертовщина, и почему меня так клинануло на этой простой, милой и нежной до ужаса девчонке? Обычно я предпочитаю видеть рядом с собой более опытных дам, но никак не шпану на лямках, что смущается при любом взгляде, слове, вдохе.

– Приятно познакомиться, Леша, – улыбается Лана, а я, ощущая ужасную потребность прикоснуться к ней еще раз, тяну руку и под пристальным испуганным взглядом серых глаз отвожу прядь волос, упавших на личико девушки, за ушко.

– Взаимно, Илана. Ты никогда не стояла на коньках?

– Нет, и думаю, вряд ли это мое. Я точно убьюсь на них. А ты?

– Немного, – ухмыляюсь, прикидывая, какой для нее будет сюрприз, когда она поймет, что я за “работник”.

– Так ты здесь кто...? – но договорить девушке не дают. Двери на арену хлопают оглушительно громко, и слышу за спиной:

– Воу-воу-воу, вот это я вовремя зашел!

Санчес. Черт бы тебя подрал, дружище!

– Леха, тебя и на пять минут оставить нельзя. Только отвернулся, а ты тут уже красоту неземную нашел… – гогочет друг, подходя к нам и заставляя меня внутренне воспламениться от накатившей злости. – Привет, я Саша! – тянет свою ладонь Лане одноклубник. Однако та не торопится ответить на предложенное рукопожатие. А наоборот, чуть отступает назад и бросает на меня взгляд. Странный такой взгляд, будто позволения спрашивает. Любопытно. Наверное, это был первый раз, когда я почувствовал, что стал для нее своего рода защитником в команде парней.

– Не смущай девушку, Санчес! – хлопаю друга по плечу и настойчиво разворачиваю в сторону дверей.

– Да ладно, что меня бояться-то! – все не унимается этот Ромео, – я вообще парень добрый, открытый, общительный. Так что, если что... – уличает момент и, развернувшись, этот котяра подмигивает растерявшейся Илане.

– На “если что” у тебя пол телефонной книжки! – подталкиваю друга на выход, следуя за ним по пятам. И пока Чесовец что-то там бубнит в своем стиле, всего на мгновение оборачиваюсь в дверях ледовой арены и смотрю на девушку, которая, кажется, уже и думать о нас забыла, отвернувшись и накидывая на плечи серый, как ее глаза, кардиган.

И всю дорогу до дома это знакомство у меня упорно не желало выходить из головы. А большие серые глаза то и дело всплывали в памяти вместе с очаровательной улыбкой на чувственных карамельных губах.

В голове я в красках расписывал себя нашу завтрашнюю встречу, когда Илана наконец-то узнает, кто я такой и какой у меня “профиль работы”, а еще дьяволенок на плече так и подзуживал позвать скромницу выпить кофе. И мне нужна либо хорошая затрещина, чтобы выбить ее из головы, либо... мне нужна она.