Глава 36. Никто не любит лжецов

Глава 36. Никто не любит лжецов

В гостиной нас встречает высокая брюнетка. Куколка куколкой. Таких красавиц не встретишь в метро или супермаркете, потому что грешно подобным прелестницам быть среди обычных смертных.

— Так, — вздыхает Влад и скрещивает руки на груди. — Любопытно.

Вот мне тоже очень интересно, кто же забежал к нему на огонек, но я молчу, потому что у меня тут своя игра. Отличный вызов. Ни слова не пророню.

— Горя, — девица хмурит брови.

Я удивленно вскидываю бровь и перевожу взгляд на мрачного Влада. Горя? Горя?! я впервые слышу, чтобы Георгия сокращали до Гори.

— Ты женат? — шепчет девица, и в уголках глаз блестят слезы.

Да, Горя, ты женат? Не отвожу взгляд с его сердитого профиля. На злого коршуна похож.

— Допустим.

Медленно моргаю. Мы заключили сделку не с фразой “допустим, будешь моей женой на неделю”. Допустим… Слово "допустим" подразумевает возможность ловкого маневрирования, мол, я же не утверждал ничего.

— Это она?

Перевожу взор на девицу. Любовница? Невеста? Точно не сестра. Хотя с семейкой Аренских ни в чем нельзя быть уверенными. Вдруг у Влада и Паши и сестра где-то завалялась? Мало ли.

— Ты должна быть на Бали, Надюш, — Влад хмурится. — Ты что тут делаешь?

— Это она? — повторяет девица. — Твоя жена?

А дальше происходит что-то странное. Надюша орет. Орет и кидается к комоду, на котором красуется ваза с фруктами. Швыряет во Влад яблока, а тот меня в сторонку отодвигает и уворачивается от снаряда.

— Женат?! — летит банан. — Женат?!

После банана идет в ход апельсины, груши, а затем и сама ваза, что разбивается на осколки в паре шагов от Влада.

— Он немая, что ли?! — рявкает Надюша и хватает бутылку с виски, в ярости глядя на меня.

— Надя, — цокает Влад и легонько пинает апельсин. — Выдохни.

Виски летит в стену, а я отхожу к окну, потому что оттуда обзор лучше.

— Выдохнуть?! — визжит Надюша, кружа о гостиной, а затем бросается в сторону статуи, которую пытается уронить, но у нее не получается. — Сука!

Делает шаг ко мне, и Влад шипит:

— Надя.

Замирает, и разъяренной гарпией бросается к софе. Разорвать подушки у нее тоже не выходит, поэтому она их топчет, пинает и с рыданиями швыряет во Влада:

— Ты зачем меня решил замуж брать, если женат?!

Влад зыркает на меня, а я вопросительно вскидываю бровь. Действительно, зачем? Не сказать, что я удивлена. Ничего сверхъественного не произошло, на самом деле. Влад, как и его родственники, лжец и подлец.

— Ты чего молчишь? — Влад вопросительно изгибает бровь. — Комментарии по этому поводу какие-нибудь будут?

Пожимаю плечами. Что мне сказать? Присоединиться к крикам обманутой невесты, которая не в курсе того, что я фальшивая жена на неделю?

— Надюш, — Влад задумчиво почесывает подбородок, — ты мне напомни, когда я успел позвать тебя замуж?

Надюша шмыгает, утирает слезы и сипит:

— Папа…

— Что папа?

— Папа… — Надюша садится и колени взволнованно поглаживает, — сказал…

— Что сказал? — Влад заинтересованно поглаживает кадык.

— Сказал, что ты прозрачно намекнул, что хочешь со мной семьи, — Надюша опять шмыгает. — Ну я… я… кольцо ждала…

Прячет лицо в руках и всхлипывает:

— А ты женат…

— Намекнул, значит, — Влад хмыкает, — удивительное рядом. Надюш, посмотри на меня. Глазки подними.

Подчиняется и губы обиженно поджимает.

— Кто тебе начирикал о моей жене?

Молчит.

— Я ведь все равно узнаю, — Влад скрещивает руки на груди. — Кто?

Надюша губы закусывает и не выдает информатора, который, вероятно, засел среди персонала отеля. А кто еще мог?

— Ясно, — Влад достает телефон из кармана, несколько секунд копается в нем и прикладывает к уху. — Собери и вызвони всех. Кто не явится, уволю. Через час в конференц-зале.

— Горя, — шепчет Надюша, когда Влад прячет телефон в карман, — или ты в процессе развода? Если так, то… Я все пойму. Что-то я вспылила зря, да?

— Вспылила точно зря, — кивает Влада и мрачно смотрит ей в лицо, — но я не развожусь.

— Так ты папу обманул? — глаза Надюши вспыхиваю гневом. — Папа не любит лжецов.

— Никто их не любит, — соглашается Влад.

— Да вся его жизнь — одна большая ложь, — говорю я и замолкаю.

Проклятье. Немного отвлеклась, на апельсин, что подкатился к моей ноге, и все. Ляпнула и не заметила, как раскрыла рот.

— Не выдержала, да? — Влад смеется. — И у тебя ведь почти получилось.

— Папа будет недоволен, — шипит Надюша и встает, — очень недоволен тобой, Горя.

— Георгий, Надюш, — передергивает плечами и кривится.

— Он тебе изменял со мной год, — смеривает меня взглядом и цокает каблучками мимо Влада, — и два месяца.

Когда двери лифта за Надюшей закрываются, Влад шагает по осколкам, что похрустывают под подошвой и каблуками.

— Ты могла бы хоть для приличия немного поистерить, а то будто и не жена мне.