Глава 37. Намеки

Глава 37. Намеки

— Хорошая статуя, — меланхолично изрекает Влад, глядя на мраморную красавицу, — выстояла против ярости и ревности. Надежная женщина.

— Может, тебе подчиненные как бы намекнули, что только камень может быть с тобой рядом и незачем приставать к живым женщинам, — скрещиваю руки на груди и ехидно добавляю. — Горя.

— Для тебя Влад, — переводит на меня недовольный взгляд. — Можешь по полному имени обращаться. Владислав.

— Сударь Владислав? — я хмыкаю. — Или с твоими наклонностями к кляпам Господин Владислав?

— Хм, — оглядывает меня и говорит, — попробуй это повторить на коленях и шепотом.

— Нет, — поджимаю губы.

— Тогда к чему эта беседа и намеки? — Влад ухмыляется. — Я открыт к подобным экспериментам.

Шарюсь в кармане его пальто и швыряю кляп.

— Соглашусь, — шагает в сторону, уворачиваясь от снаряда, — Кляп мне тоже не зашел. В следующий раз рот зажму рукой. В этом больше интима и близости. И слезы твои чувствовать на пальцах было бы отдельным удовольствием.

— Зажимай рот Надюше… — глухо порыкиваю я, а у самой сладко тянет от гнусных слов Влада. — Или Ксюше. Твоя бывшая будет не против, чтобы ты ее наказал, ведь он перед тобой серьезно провинилась.

— Ты забавно ревнуешь.

— Я не ревную.

— Надежда — милая девочка, — Влад подходит, а я отступаю к окну, — но ее истерики перестали меня забавлять после вилок в шею. Любая может попинать подушку, а вот наклонности к разбитым стаканам о голову, острым предметам и внезапным объятиям не у каждой женщины. А еще ты прокусила кляп, Поли, а меня ведь заверили, что это нереально.

— Тебя обманули.

— Возможно, — скидывает с моих плеч пальто, — но мы уже пришли к единому мнению, что мы обойдемся без кляпов. Это не наш вариант.

И самое обидное, что я с ним согласна. Мне очень не понравился резиновый кляп во рту. Мышцы на челюсти и зубы от него болят.

— Ты помнишь, о чем я тебе вчера сказал? — пробегает пальцами по скуле к виску.

Начинаю судорожно соображать, к чему он ведет разговор, но мысли разбегаются. Не сказать, что мы много болтали вчера.

— Надо тебя растянуть, — шепчет на ухо, наклонившись ко мне. — Весь день только и думаю о твоей милой и тугой попке.

Распахиваю глаза, и мои щеки заливает жгучий румянец. Прерывисто выдыхаю:

— Это же изврат, Влад.

— Тебе понравится, — улыбается. — Тебе уже понравились игры со второй дырочкой.

Заходит за спину, и расстегивает платье, а я боюсь сделать вдох. Хочу быть мраморной статуей.

— Может, ты позовешь обратно Надюшу и с ней будешь экспериментировать? Я вас оставлю наедине…

— Нет, — тянет платье вниз и целует в плечо, — у меня другие планы. Сзади ты все еще девственница, Поли.

Его шепот обжигает кожу, и платье падает к ногам. Поглаживает ягодицы и крепко обнимает, прижавшись ко мне всем телом.

— Ни Надежда, ни Ксения сейчас занимает мысли, дорогая, — хрипло выдыхает в ухо, — а моя упрямая жена.

Закрываю глаза, опьяненная горячим шепотом. В его сильных руках душа выворачивается темной стороной, о которой я и не подозревала. Рядом с Владом просыпается клокочущее желание, которое топит сознание в черном омуте. Я не знала, что мужчина способен вызвать в женщине такую горячую и пламенную похоть.

— Ты опять дрожишь, — его руки скользят по груди, талии и бедрам.

— Так не должно быть, — отвечаю я и непроизвольно запрокидываю голову, открывая шею для жадных и влажных поцелуев. — Я ведь не хочу этого…

— Хочешь, — проводит кончиком языка. — И всегда хотела.

Мягко сжимает соски, вызывая волну теплых мурашек. Со стоном выгибаюсь в спине. Чувствую сквозь тонкую ткань его твердое естество, и в глазах темнеет от возбуждения. Я хочу, чтобы он меня немедленно взял. Сейчас и ни минутой позже.

— Иди на кровать, — трется пахом о ягодицы. — Животом вниз, Поли.

Я неразборчиво мычу и закусываю губы до боли. Низ живота плавится, а лоно пульсирует и истекает густыми соками желания. Никуда не пойду.

— Я тебя понял, дорогая, — подхватывает на руки, и я голодно и жадно целую его. Отпрянув, он улыбается. — Что творит ревность с женщинами, да?