27

Стоял и улыбался, сжимая в руке лист. Всю усталость перелёта и тяжесть последних дней как рукой сняло после итогов проведения экспертизы. В них говорится, что на все возможные проценты биологическим отцом Соболевской Алисы Павловны являюсь я. Нисколько не сомневался в этом факте, но всё равно просто счастлив удостовериться… Теперь Ангел никуда не сбежит от меня и ребёнка не спрячет. Уже завтра мы поедем и оформим Алису на меня. Всё заранее узнал, процедура быстрая и безболезненная. Если в графе "отец" стоит прочерк в свидетельстве о рождении малыша, то вписывают первого заявившего свои права на него при согласии матери. Встреча назначена на одиннадцать утра в отделе ЗАГС. Ты моя, Алиса.

Достал телефон и набрал номер Лины. Спустя пять гудков она ответила.

— Да.

— Привет, — сказал я ей.

— Привет, Марат.

— Продукты сегодня привозили?

— Да. Слушай, мы не успеваем съедать всё, а я скоро в дверной проём не пролезу. Ну куда ты такие пакеты присылаешь? Нас тут не рота солдат, а двое взрослых и один ребёнок.

— Ничего, лишь бы не голодали. Малышке нужно хорошо питаться.

— Да мы и не голодали.

— Марк вам возил продукты, я видел.

До сих пор эта мысль покоя не даёт. Мои девочки нуждались, бананы себе позволить не могли, а я не знал ничего…

— Да мы… — замялась она. Как всегда, ей почему-то стыдно, что она просто слабая и беззащитная перед злым оскалом мира девушка. Она и должна быть такой, она не обязана кормить и тянуть дитя. Это моя роль, но только узнал я о ней позже. Теперь я научу её, что такое быть просто женщиной. Хватит уже ей быть сильной. — Ладно, спасибо. Но всё равно это слишком много.

— Дарёному коню знаешь куда не смотрят? — съязвил я.

— Знаю.

— Ну и всё. Я результаты теста получил.

На секунду она замолчала. А потом спросила:

— И что там? Ты отец или не ты?

— Прекрасно знаешь, что я.

— А ты сомневался?

— Нет.

— Зачем тогда тест делал?

— Маме с папой показать. И ещё для того, чтобы ты не надумала ребёнка от меня прятать.

— Я и не собиралась! От тебя не спрячешься…

— А это очень мудрое решение. Завтра мы едем в ЗАГС. В одиннадцать приём. Я заеду за вами в десять.

— Хорошо, — не особо довольно отозвалась она.

Прямо представил, как сейчас она грозно нахмурила свои брови и поджала губы. Карие глаза полыхают гневом, как и всегда, когда что-то идёт не так, как хотелось бы ей. Злая Нефертити в деле.

— И сегодня вечером я приеду к Алисе, примерно в шесть вечера.

— Ладно, — вздохнула она.

— Ну, до встречи, Ангел.

— Угу, — буркнула она в ответ. — Жду тебя как манны небесной.

И скинула вызов. Вот стерва… Усмехнулся про себя. Последнее слово всегда за мной, но не в случае Лины.

Бережно убрал результат теста обратно в конверт, положил конверт в портфель с документами и решил сначала наведаться к риелтору, чтобы получить ключи и документы на дом. Поиск дома, сделка на покупку и ремонт осуществлялись дистанционно при помощи нанятого мной риелтора. Я воспользовался услугой "дом под ключ". Все документы оказались в полном порядке, их ещё раз перепроверил юрист. Я забрал ключи и приехал по адресу.

Окинул взглядом дом, который теперь будет принадлежать моей дочери. Он оформлен пока на меня, но после того, как Ангелина впишет меня отцом в свидетельство о рождении ребёнка, я оформлю дарственную на имя Алисы.

Хороший дом, комфортный. Гораздо лучше и больше избушки её отца, да простит он меня. Павел — мужик что надо, он мне симпатичен. Он помог Багире с малышкой. Но его дом не место для Алисочки… Своей дочери я готов дать всё только самое лучшее. Видел всего несколько раз, а в груди уже поселилось такое щемящее чувство нежности к ребёнку. Как будто я знаю девочку давно. Или это потому, что Алиса именно её дочь?

Походил по комнатам. Всё чисто, красиво, уютно — даже шторы на окнах, паласы на полу и покрывала на кроватях, словно тут нас уже ждут. Персонал отлично поработал и навёл тут красоту. Не хватает только вещей и души — Ангелины с дочкой. Именно они станут душой этого дома, и уже завтра я планирую эту душу сюда вдохнуть.

Усмехнулся, когда представил, как Ангелина гневно вскидывает подбородок и ворчит, что ей не нужен дом от меня, что она никуда не поедет, и упирается в дверном проёме. Но я всё равно перевезу их. Нечего им прозябать в старом доме, видавшем уже многое.

А вот Алисе тут понравится, я более чем уверен. Просторно, хорошо, светло, сад на территории и большой задний двор — есть место, где бегать, полно игрушек, огромная плазма с мультиками на стене — что ещё ребёнку нужно? А ещё совсем рядом отличный частный детский сад с лучшими педагогами и элитный лицей, где обучение своих детей могут позволить себе только состоятельные и очень состоятельные люди. Лина мне потом сама спасибо ещё скажет, ведь я от всего сердца хочу дать дочери всё самое лучшее.

Остался доволен увиденным. Здесь хватит места и её отцу, я совершенно не против, если он переедет тоже. Места очень много. Только уверен, что отец Лины откажется, гордый мужик. И я его понимаю в этом вопросе, но всё равно будет у нас частым гостем, и мне кажется, что ему тоже здесь понравится. А ещё в этих стенах не хватает шумного пацана, который на заднем дворе пинает купленный папой мяч и не идёт обедать, когда его зовёт мама-Багира… Но это уже так, мечты…

По планам ещё сегодня попасть к дочери, потом домой и рассказать родителям о ребёнке, раз уж имеется на руках точный тест. Известие о наличии дочери и кто именно её мать семью повергнет в шок, но скрывать обеих я не намерен. Моя дочь — не позор, она — повод для гордости. А от кого — моё личное дело. Лину им придётся принять и уважать, потому что именно она мать этого ребёнка.

По дороге купил связку воздушных шаров с гелием и изображением героев "Дисней". С этой связкой постучал в дом Ангелины и её отца. Она распахнула дверь, округлив глаза, когда увидела огромную связку цветных шуршащих шаров.

— Ого, да ты в дом с ними не поместишься, — заявила она.

— Нравится? — спросил я её.

— Да, — улыбнулась она. — Классные! Алиса оценит.

Да Лина сама тот ещё ребёнок. Вон как светится от простых копеечных шариков. Мне ребёнок другого ребёнка родил, получается. Смотрит на эти шары, словно я драгоценность какую привёз. Да уж, её семья явно не баловала в детстве. Но могу побаловать я… Появилась одна идейка. Кажется, мне нужен в союзники её папа. Кто ещё, как не он, знает тайны и мечты своего выросшего ребёнка?

— Тогда держи, — улыбнулся я и протянул связку ей. — Поиграете обе. А ты будешь гоготать веселее всех. Где моя малышка?

Алиса обалдела, когда увидела столько шаров, и поначалу их боялась. Меня тоже. Ещё плохо знает меня, и я к этому был готов. Попросил Лину посидеть с нами втроём, пока дочь играет на ковре. Пусть привыкает играть при мне, а чтобы не бояться — рядом любимая мама. Сначала она разглядывала шарики, потом переключилась на кубики.

Постепенно я тоже влился в игру с кубиками вместе с ними. Алиса, как и все маленькие дети, быстро забылась и расслабилась рядом с мамой.

— А это какой цвет? — спросил я ее, показывая очередной кубик.

— Касный, — ответила она и забрала кубик из моей руки, чтобы поставить его очередным элементом пирамидки.

— А этот? — протянул я ей новый кубик.

— Жётый, — снова без ошибки ответила она и продолжила собирать пирамидку.

— Может, хватит уже тестировать ребёнка? — спросил Лина, которая за всем этим наблюдала, сидя рядом с дочкой на паласе.

— Ну мне же интересно, — ответил я. — Я ничего пока о ней не знаю. Это при тебе она росла, а я не видел ничего. Алиса уже все цвета выучила?

— Основные все.

— Какая умница, — с улыбкой я посмотрел на девочку. Не удержался и провёл пальцами по её кудряшкам. Мягкие.

Алиса сначала покосилась на меня, потом отвернулась к игрушкам, но скидывать руку слишком резко не стала. Вроде как позволила прикоснуться к себе. Такая же тонкая на прикосновения, как Багира. К ней тоже на кривой козе не подъедешь, а если трогать без разрешения — пальцы откусит.

— В её возрасте уже положено знать цвета, большую их часть. Ещё она знает некоторые овощи, фрукты и ягоды.

— Умная девочка, — похвалил я Алису.

— Мы с ней занимаемся.

— Похвально. Ты хорошая мама, Ангелина.

Она смущённо порозовела и замолчала, якобы увлекшись игрой с дочкой.

— Как проходила беременность, Лина? — снова спросил её я. Мне хочется знать обо всём по порядку. Как её здоровье, как прошли беременность и роды.

Лина посмотрела на меня так, словно мне не должно быть интересно, но все же ответила:

— Нормально. Обычная беременность, роды в срок.

— Ты сама рожала или была операция?

— Кесарево сечение.

— Почему так?

— Потому что наша с тобой дочь своенравная и не перевернулась. Вперёд попой не стали её пускать в роды.

"Наша с тобой дочь"… Как же приятно звучит, прямо бальзам на душу.

— Алиса ничем не болела серьёзным? — спросил я дальше, подавив непроизвольную улыбку.

— Нет, — покачала она головой. — Совершенно нормальный, здоровый ребёнок.

— Очень рад.

Теперь ещё больше сына хочется. От неё. Только эти мечты возможно воплотить уже после того, как разберусь со своим семейным положением. До той поры она меня к себе не подпустит, я уже понял. Но всё не так просто… Лиля не только моя жена, но и компаньон — часть бизнеса принадлежит ей. Так просто мне не выделить ей долю и не продать свою.

— Зря ты мне не сказала… — снова упрекнул я Лину.

Она подняла глаза и внимательно вгляделась в моё лицо.

— Ты правда хотел бы знать о дочери и участвовать в её жизни?

На тот момент я бы хотел участвовать в жизни обеих. Сказала бы она о беременности, я бы не позволил ей рожать одной. Да и сейчас хочу того же, только теперь всё стало ещё сложнее. Права бабуля, мне не везёт в любви, я всех теряю.

— Да, хотел бы, — ответил я. — Хотел бы видеть её маленькой, как она растёт, как она встаёт на ножки. Мне жаль, что я так много пропустил.

Так много пропустил — и так много потерял.

— А вот это можно восполнить, — услышал я за спиной голос её отца, вернувшегося домой.

— Добрый вечер. — Я встал на ноги и протянул мужчине руку.

— Добрый, добрый… — Ответил он мне всё ещё очень крепким рукопожатием. — Алисе пора кушать и спать.

— Ой, точно, — спохватилась Лина. — Совсем с тобой заболтались, Марат. Давай, зайка, собираем кубики в коробочку. Вот умничка, клади следующий.

Когда она так ласково говорит с девочкой, мне снова хочется улыбаться, а по сердцу словно тепло разливается. Как мне нравится смотреть на них, словно они всегда и были моими девчонками, а та жизнь, которой я живу сейчас, вовсе и не моя.

— Идите, кушайте, — сказал Ангелине Павел. — А я пока восполню пробелы Марата.

— Это чем же? — уточнил я.

— Альбомом с фотографиями, — хмыкнул он. — Я Алиску много фотографировал. И первый шаг, и первый день рождения. На память, так сказать. Вот и пригодилось. Даже Линка есть беременная, — сказал он уже тише после того, как кухонная дверь за дочкой и её мамой закрылась. — Такая была пузатик! Садись, сейчас покажу.

Я сел на диван рядом с ним, и Павел положил мне на колени увесистый альбом. Там действительно обнаружилось достаточно много забавных и милых фотографий. Беременная Лина выглядела ужасно милой. Какая бы она ни была, и какие отношения ни сложились бы между нами, но я буду всегда ей благодарен, что она выносила и родила мне здоровую дочь. А вид маленькой Алисы в младенчестве так растрогал, что даже ком в горле встал и голос сел.

— Спасибо большое, — закрыл я альбом, когда фотографии кончились. — Мне это было нужно. А можно мне одно фото на память?

— Возьми, конечно, — кивнул отец Лины. — Это ж твоё дитя, выбери карточку, какая нравится.

Я вынул одну из последних фотографий Алисы. Такой я её узнал. Такой она мне ближе.

— Эту.

— Забирай.

— Спасибо вам, Павел Сергеевич.

Сжимал в руке карточку, словно она была драгоценностью. Дороже акций моей компании. Дороже всего мира. Я уже испытывал нечто подобное, но это было так давно…

— Да ладно тебе, что я — не понимаю, что ли… — отмахнулся Павел.

Лина вынесла на руках Лису и подошла к нам.

— Говори Марату пока, мы идём спать.

— Пока, Малат, — сказала она мне.

— Пока, Алиса. Можно я ещё приду в гости? Ты будешь со мной играть?

— Да, — закивала она.

— Договорились. Спокойной ночи.

— Пока, де, — переключилась она на Павла.

— Пока, моя сладкая, — он встал на ноги и поцеловал её пухлую щёчку. — Хороших снов.

Ангелина унесла ребёнка в спальню. Отец Лины проводил её взглядом и сел снова рядом.

— Я хотел с тобой поговорить, Марат.

— Слушаю, — подобрался я. Примерно понимаю, о чем он хочет сказать.

— Ты хочешь общаться с Алисой, это похвально. Это я одобряю и сам ей говорил, чтоб тебе палки в колёса не вставляла.

— Спасибо.

— Да не за что. Твоя же дочь, я с самого начала знал. Только она мне про аборт наговорила, и я смолчал. Ну, уже не суть важно… Меня волнует сама Лина. У тебя на неё планы какие-то?

Он строго смотрел на меня. Я ожидал этого вопроса. Но что отвечать — не знаю. Я пока не могу ничего предлагать Лине, если не разобрался со своей старой жизнью.

— Да пока, собственно, никаких…

— Я вижу, как ты на неё смотришь, — сказал он честно и не подбирая слов. — И с Марком вы дрались тоже не просто так. Так вот: Лина очень страдала после вашего расставания. Я её из депрессии вытащил и по кускам заново собрал. Не спала, не ела нормально, на привидение похожа стала. Ты ей сердце разбил, Марат.

Эти слова вызвали горечь внутри. Он словно меня самого описал… Значит, ей не было всё равно, она тогда страдала не меньше, чем я.

— Но я тебя не упрекаю, — продолжил говорить Павел. — Я вам не судья, и воспитывать тебя я не стану. Но просто… Не разбивай её снова. Ей ребёнка поднимать, а у тебя кольцо на пальце. Ты понимаешь, о чём я?

— Понимаю.

— Тогда, пожалуйста, держись рамок приличия, раз ты выбрал брак с другой. Пожалей Лину. Она очень ранимая, к людям быстро привязывается, потом страдает. Был у неё уже один такой, к психологу потом ходила.

— Кто? Что он сделал?

— Первый парень её. Обошёлся с ней как скот. Мог бы — прибил бы его нахрен, — зло произнёс Павел. — Но это ты сам у неё спроси, если хочешь. Я не тот, кто должен это рассказать тебе. Говорю к тому, что у неё и без того горя в жизни хватает от мужчин. Не добавляй ей. Надеюсь, ты меня услышал, Марат.

— Я не собираюсь сидеть на двух стульях, если вы об этом, — сказал я Павлу.

— Значит, жена? — спросил он.

— Значит, развод.

— Развод? — уставился на меня Павел. Очевидно, не ожидал такого поворота. — Из-за Лины?

— Из-за Лины, из-за Алисы, — вздохнул я. — Хочу быть рядом с ними. Но только не всё так просто.

— Вас с женой связывают деньги? — спросил отец Лины.

В который раз удивляюсь, насколько он умный мужик и зрит в корень.

— Да, очень большие. Отец Лилии соединил свой капитал с моим бизнесом, а я женился на его дочери. Нам всем тогда казалось это хорошей идеей.

— Да, понимаю. Так часто делают состоятельные семьи.

— Ну да. Любви я уже не ждал. С Линой ничего не вышло… Я ведь звонил ей, много раз. Она мне не ответила. Я перестал искать с ней контакта. Стал жить своей жизнью. Женился. Мне просто хотелось семьи, покоя… Ребёнка. А заодно расширить свою сеть.

— А что тогда Лине про аборт сказал, Марат? — вгляделся он в меня. — Раз ребёнка хотел.

— Потому что я считал, что это ей не нужно. Когда возникли мысли о возможной беременности, она сидела с таким лицом, будто это большое горе. Я только потом понял, что произошло. Она меня отталкивала из-за страха молвы… Наверное, вы знаете, что мы с Марком братья… А я не придал значения её страхам. К тому же мне нужно было улетать, какие тогда могли быть дети? Но если бы она сказала о беременности, я бы никогда не отвернулся ни от неё, ни от ребёнка. Я решил, что просто ей не так уж нравлюсь.

— Так уж, — вставил отец Ангела.

— Да уже понял. Только оскорблять я никого не хочу: ни свою жену изменами, ни Ангелину ролью любовницы.

— Правильно, — кивнул Павел. — Достойное мужчины решение. Я же чувствовал, что ты не гад какой, Марат. Лина сама всё перевернула — женщины…

— Спасибо на добром слове, — хмыкнул я. — Постараюсь сначала решить свои вопросы, потом попытать счастья ещё раз. Если Лина захочет принять меня. В любом случае жить во лжи я не хочу.

— Много потеряешь?

— До хрена.

— Понятно. Печально.

— Да, не радостно. Но что поделать? Кстати, я купил Алисе дом.

— Что купил? Кому? — округлил глаза Павел.

— Алисе.

— Прямо на неё оформил недвижимость?

— Почти. Оформлю, когда дочь официально станет моей. Завтра мы проведем процедуру удочерения Лисы и будем заниматься переездом. Посёлок хороший, рядом прекрасный сад и лицей, супермаркет с качественными продуктами. Вы тоже, если хотите, приезжайте. Лина с Алисой там будут вдвоём. Пока. В любом случае места очень много. Я до развода, и пока Лина не позволит, там жить не буду, конечно.

— Лина не поедет, — покачал он головой.

— Я знаю. Но вы же понимаете, что ребёнку будет лучше в более комфортном доме, а хорошее образование ещё никому не мешало?

— Понимаю, — ответил Павел.

— И вы понимаете, что я от души это делаю и хочу как лучше. Там уже ремонт сделали, навели уют. Детская комната просто шикарная.

— А ты молодец, Марат, — хмыкнул отец Лины. — Не ожидал от тебя таких поступков ради Ангелины.

— Ничего тут нет необычного. Я хочу, чтобы моя дочь и моя… Ну, Лина то есть, жили в комфортных условиях, раз я могу их обеспечить.

— А после развода?7d423c

— И после развода я не стану бедным. Ну как? Могу я рассчитывать на вашу помощь в переезде Лины?

— Ну… Даже не знаю. Она такая упрямая!

— Я знаю, — хмыкнул я.

— Но я на твоей стороне.

***

Процедура удочерения прошла как по маслу. Внесли все необходимые данные, прикрепили моё заявление и квитанцию об оплате пошлины и уже через двадцать минут вынесли нам ещё тёплое новое свидетельство о рождении, где теперь в графе "отец" стояли мои данные.

— Ну вот, — улыбнулся я, в то время как Лина хмурилась. Поняла, что связалась со мной навсегда. Правильно поняла. — Теперь постепенно нужно приучать Алису, что у неё есть папа. Поехали домой, есть ещё важные новости.

Когда мы вошли в дом и Лина накормила ребёнка, я спросил:

— Сколько ей времени на сон нужно?

— Часа два. А что?

— Поедем знакомиться с моими родителями.

Вчера я уже сказал родителям, что у меня есть дочь, и показал им тест ДНК. Естественно, они спросили, кто мать. Ответ поверг их в такой шок, что мама полвечера пила валериану и мерила давление. Также я поведал вкратце нашу с Марком историю, что я отбил невесту у брата и влюбился в неё сам. Отец охал и ахал, и только бабуля похвалила.

— Ну, наконец-то разродился ещё, — бухтела она. — Я уж думала, не доживу. Ангелина красавица, я помню. От такой хорошо иметь детей. Ничего страшного, подумаешь… Марк себе всё равно другую нашёл. Ему не подходила Лина, то ли дело Марат… Серьёзному мужчине — дорогой бриллиант!

Хоть один игрок на стороне Ангела, кроме меня. Ничего, другие тоже привыкнут и примут её. Некуда им деваться, мы теперь все одна семья. Но, конечно, они хотят увидеть девочку.

— Как? Уже сегодня? — разволновалась Лина.

— А когда? Послезавтра я лечу обратно, а на завтра у нас другие планы.

Подмигнул её отцу, и тот кивнул, скрывая улыбку. Мужской сговор самый настоящий за твоей хрупкой спиной, Лина. Отказаться — ноль шансов, Принцесса.

— Какие другие?

— Вечером скажу. Укладывай дочь, а я пока отлучусь на пару часов.

Нужно закупить продукты в новый дом Ангела и Алисы. Дать распоряжение новой прислуге. В таком большом доме нужна кухарка и домработница. Хочу, чтобы девочек встретили как дома.

— Ладно… — ответила Лина.

Ей явно не по душе предстать перед моими родителями в роли матери нашего с ней ребёнка, но не вечно же прятать Лиску от всех? Она уже существует, и мне лично вовсе не стыдно за то, что я просто любил.