Глава 2

Честно? На фоне новостей про Офелию, встреча с Таргоном выглядела бледно.

Из приятного – в комнату для допросов меня не пустили, оставили в соседней, которая была отгорожена непроницаемым стеклом.

Я оказалась в относительно приятной компании Майгора и ещё одного сотрудника рангом помельче. На миг ощутила себя героиней криминального фильма. Только роль мне не понравилась – превращать металл в золото и посещать магическую академию гораздо веселей.

Зато мой призрачный сообщник воодушевился безмерно! Он влетел в допросную вслед за Дрэйком, и увидавший полупрозрачного дедушку Таргон сильно побледнел.

После этого начался не допрос, а этакое избиение – Эрон рычал, шипел и плевался словами. Он начал с изобличительной речи, посвящённой змеиному характеру ректора, а выплеснув эти эмоции, выпалил:

– Чем тебе не угодили Рэйдсы? Говори!

Мы с Эроном знакомы не так чтоб давно, но в том, что в моменты ярости призрак применяет какую-то дополнительную магию влияния я не сомневалась. Под его напором языки развязывались гораздо быстрее и охотнее. Вот и теперь.

– Я... я... – запинаясь вымолвил ректор. – Я всё скажу. Только... – Исполненный мольбы взгляд на Дрэйка, и продолжение: – Только уберите его! Это невыносимо. Я не выдержу!

Высокий лорд хмыкнул.

– Ещё как выдержишь. Но если тебя так смущает мой многоуважаемый предок, ты можешь говорить быстрей.

Возникла недолгая заминка – Таргон впал то ли в транс, то ли в отчаяние.

Потом снова поднял глаза на Дрэйка, и я, глядя на обвиняемого сквозь стекло, пошатнулась. В этом взгляде было слишком много всего.

– Ну и? – подтолкнул оставшийся полностью равнодушным Дрэйк.

А призрак подался вперёд. Таргон хотел отшатнуться, но стул, на котором сидел, оказался надёжно прикручен к полу.

– Рэйдсы... – Таргон сказал словно каркнул. – Они... Вы не подумайте! Я не питал к ним неприязни! Я не желал им зла!

– Лорд Бертран Майрис утверждает, что заказчиком истребления был именно ты, – холодно произнёс Дрэйк, и Таргон бессильно развёл руками.

– Это не было целью, – сказал ректор. – Просто издержки. Рэйдсы... они сами не понимали каким сокровищем владеют. Я пытался договориться. Неоднократно обращался и объяснял... Я спрашивал. Не напрямую, конечно, но иначе... Аккуратно. Понимаете, лорд Дрэйк? Аккуратно! Они и сами не знали. И категорически не разрешали исследовать особняк.

– Что ты искал? – рявкнул Дрэйк. – Что там?

Таргон невменяемо покачал головой:

– Рэйдсы – очень древняя ветвь, древнее даже вас, правящих. Я посетил все доступные библиотеки и архивы. Я всё сопоставил. Я готов поклясться собственной жизнью, что этот род... Они владеют Оком жреца.

Последнюю фразу Таргон сказал на выдохе и на мгновение обессилел. Потом ректора начало трясти. В нём было слишком много эмоций, а я всё-таки удивилась. Вы серьёзно? Моя спонтанная догадка оказалась верна? Так бывает?

Дрэйк медленно повернулся и посмотрел на «непрозрачную» стену. Сидевший рядом со мной Майгор выпрямился, словно проглотил палку.

Второй сотрудник онемел. Он что-то записывал, и после слов Таргона ненадолго прервался.

– Что ты сказал? – вернулся к ректору Дрэйк. – Мне послышалось?

– Не-ет... – Ректор аж привстал. – Я клянусь! Они владеют Оком жреца!

Пауза, и хриплое продолжение:

– И оно не где-то... Не в замках, не в старых хранилищах, не в родовых склепах, которых у Рэйдсов насчитывается больше десятка. Не-ет... Реликвия в столице.

Дрэйк снова повернулся и снова глянул. Причём так, словно я нарочно подарила ему очередную головную боль.

Хорошо, что рядом был Эрон! Он прокашлялся и вмешался:

– Какое око? С чего ты взял?

Таргон посмотрел затравлено, но ответил:

– Последняя большая битва. В той битве люди забрали око,а я, исследуя хроники, отыскал след.

– Это сказки, – буркнул Эрон. – Никто ничего не забирал. Жрецы были слишком сильны. И у них были стражи. Причём не один, как при недавнем нападении, а много.

– Да! – воскликнул Таргон. – Но кого-то из жрецов всё-таки убили. Именно поэтому остальные закрыли двери Первохрама и подняли горы. Они сделали так, чтобы никто не смог подойти.

Я прикрыла глаза и мысленно обратилась к Арти. Помнила, что на теме Первохрама память ключевого артефакта подозрительно сбоит, но вдруг?

«Арти, это правда? Такое было?»

«Это легенды. Что было на самом деле и было ли вообще никто не знает. Хотя последнюю большую битву много кто описывал – уж она-то, точно была».

Я кивнула и хотела спросить ещё, но отвлеклась на покалывание в ладони. Кристалл, погружённый в мою руку, странным образом среагировал на слова.

Не очень-то понимая, что делаю, я погладила середину ладони большим пальцем и мысленно потянулась к оку. Молчаливо спросила всё ли у него в порядке.

Ответ пришёл не сразу – меня накрыло этакой ментальной волной.

Волна была лёгкая, упругая, с толикой грусти. Мне отвечал не камень, а этакое... отчасти разумное существо.

Чувства смешались. Мне было, с одной стороны, удивительно и приятно, а с другой – зябко. И я, конечно, призвала в свидетели главного компаньона:

«Арти!»

«Тсс... – словно пытаясь не дышать, отозвался тот. – Молчи».

Я подчинилась, но ментальная волна уже схлынула. Покалывание тоже прошло.

«Многие артефакты обладают зачатками разума,» – тихо произнёс Арти.

Захотелось нервно пошутить, но меня перебили:

«У меня разум как раз полноценный. Из нас двоих с зачатками – ты».

Обидно? Нет. Вообще плевать, ведь точно знаю, что эта белобрысая ехидна меня любит. Более того, это взаимно. Кажется я уже благодарна Арти за то, что вытащил меня из небытия, поместил в это тело и заставил пережить всю эту жуть.

Но...

Вдох, и мне пришлось вернуться в реальность. Пока отвлекалась, у Таргона началось речевое обострение. Его больше не спрашивали – он рассказывал сам.

Ректор говорил про исследования, которым посвятил большую часть жизни, про историю артефактов. Про малоизвестные хроники, с которыми приходилось разбираться, и благодаря которым Таргон пришёл к выводу: око жреца – не миф.

Он перечислял какие-то факты. Мне они были непонятны, зато Дрэйк и Эрон слушали предельно внимательно. Таргон объяснял этим двоим логику своих рассуждений, и чем дольше говорил, тем чаще Дрэйк косился на «непрозрачное» стекло.

Майгор, судя по выражению лица, в вопросе тоже разбирался.

В итоге именно начальник разведки не выдержал:

– Леди Алексия, мне интересно – вы когда-нибудь перестанете нас удивлять?

– А почему сразу я? – ответила возмущённо.

– Ну а кто?

– Предки.

Майгор фыркнул и продолжил созерцать допрос.

Когда от обилия непонятных мне фактов и логических ходов захотелось взвыть, Таргон вернулся к приземлённому – к непосредственному истреблению рода.

Ректор повторил, что пытался договориться, но Рэйдсы оставались к его «аккуратному любопытству» глухи. Тогда-то он и составил план.

Таргону требовался особняк. Всё. Но это одна из главных резиденций, такие объекты просто так не продаются. Более того, древние фамилии очень не любят расставаться со своим имуществом, а значит вариант только один.

Первая смерть была случайной, зато остальные... Таргон считал удачей, что Рэйдсов немного. Впрочем, немногочисленность – отличительная черта большинства древних фамилий.

– Вы слишком много думаете вместо того, чтобы размножаться, – то ли в шутку, то ли просто на нервах, бросил он.

Миг, и бриллиантовый холостяк опять повернулся к стеклу. Его реакция на реплику была, в каком-то смысле, занятной.

Но меня больше зацепило ироничное замечание Эрона:

– Зато у Майрисов проблем с размножением нет.

– Теперь, как понимаю, будут, – вздохнул Таргон. Могло показаться, что ректор сожалеет о судьбе сообщников, но нет.

Майрисов он привлёк практически сразу, на этапе плана. Причина была элементарной – в одиночку такой пирог, как Рэйдсы, не съесть.

Ведь организация убийств – это одно, а распределение и присвоение имущества – другое. К тому же Таргону требовались исполнители. Этот исследователь древностей не желал отвлекаться от собственной работы и, конечно, не хотел привлекать внимания к своей персоне. Да и богатства Таргона не интересовали. Зачем? В сравнении с безграничной магией это ерунда.

– Когда найдёте око, весь мир ляжет к вашим ногам, – сказал старик, обращаясь к Дрэйку. Прозвучало едко. – Ведь вы теперь не успокоитесь. Я знаю, лорд Дрэйк!

То есть Таргон думает, что Дрэйк отберёт у меня око? Не то, которое в руке, а второе? Ну... вполне реалистичный вариант.

– Не отвлекайся, – бросил в свою очередь Дрэйк. – Меня интересуют Рэйдсы и Майрисы.

– А что с ними? – вздохнул обвиняемый. – Всё ж и так ясно. Бертран, мой старый друг, согласился почти без раздумий. Ну и понеслось. Разные варианты, Майрисы не повторялись в методах. Потом я познакомил Майрисов с тем мальчишкой, с алхимиком. Я не следил, но, как понимаю, Майрисы покусились на что-то большее, чем чья-то жизнь?

Пауза, и продолжение:

– Дураки. Ох, дураки. Но, признаться, я их в чём-то понимаю. Кстати, они не говорили, но я точно знаю – Майрисы собирались присвоить то, что ищу. Зря. На этот случай у меня тоже имелся план.

– А девчонка Рэйдс? – задал новый вопрос Дрэйк. – Почему не убили?

– Так имущество, – озвучил уже известное ректор. – Большинство сделок выглядели сомнительно, Бертран хотел легализовать их через брак. Потом, кстати, став мужем, собирался оспорить продажу каких-то земель Гавальдо, и что-то ещё. Ну и родовые печати тоже, разумеется, сыграли. Я знаю, что печать в восточном замке доставляет Майрисам много беспокойства. И печать на медных рудниках.

– Это все причины? – теперь в голосе холостяка появилась насмешка.

Во взгляде ректора мелькнуло нечто неприятное.

– Ты назвал все причины? – повторил уже Эрон, причём с нехорошим таким нажимом.

Таргон вздрогнул и в который раз побледнел. В его взгляде снова появилась затравленность, а призрак придвинулся и пообещал зловеще:

– Я всё равно узнаю. Лучше признайся сам.

– Я... я... – заблеял Таргон.

Говорить не хотел, но правящие и без слов догадались. А Дрэйк даже озвучил:

– Похоже, что без Алексии око не найти.

Обвиняемый дёрнулся, а высокий лорд хмыкнул.

– Там либо тайник, защищённый кровью рода, либо что-то ещё. Артефакты высокого уровня часто обладают подобием разума. Вы травили Алексию для того, чтобы артефакт вмешался и выдал себя?

– Если всё правда, – подхватил Эрон, – и Рэйдсы действительно владеют оком, то артефакт находится у них много столетий. За эти годы он мог привыкнуть и признать род своим.

Как по мне, прозвучало сомнительно, но Таргон заметно напрягся. Он с самого начала был далёк от состояния дзэна, а сейчас напомнил перетянутую струну.

– Вы... – прохрипел он. – Вы... Когда найдёте, то хотя бы покажете? – Таргон резко подался вперёд. – Мне только посмотреть. Пожалуйста! Вы же понимаете, что я всю жизнь...

Дальше я не слушала. Отвлеклась. Мне вспомнились два момента. Во-первых, случай с максимально странным поведением родового артефакта – когда тот защитил от казни деда. Во-вторых, выверты защитной системы особняка.

Я понятия не имела когда этот особняк построен. Если ориентироваться на земные стандарты, я дала бы строению пару веков.

Но тут другой мир. Магия! Вероятно, другие технологии строительства и, вполне возможно, другой уровень сохранности материалов. Это у нас цементный раствор разрушается достаточно быстро. А здесь?

А как здесь обстоят дела с разрушением дерева? Что будет если пропитать это дерево какой-нибудь магией?

«Если пропитать дерево какой-нибудь магией, – отозвался Арти, – то оно может сохранять изначальные свойства до тысячи лет».

Миг, и... Нет, не осознание, но новый вопрос:

«Сколько нашему особняку?»

«Да кто ж его знает. Но с тем, что охранная система и родовой артефакт ведут себя не типично, я согласен».

«Так может родовой артефакт и есть око?» – выдвинула предположение я.

Арти помолчал, прежде чем сказать:

«Будь это так, Бертран и Таргон бы поняли. Ты забыла, что Майрисы забирали артефакт в своё хранилище? Да и защитная система, в отсутствие артефакта, работала как всегда».

Да, верно.

И кстати...

Таргон по-прежнему что-то лепетал, а я повернулась к начальнику разведки и спросила:

– А при чём тут кысы?

Мужчина напрягся, глянул непонимающе, и я перефразировала:

– С какой целью они запустили в подвал, где, кроме прочего, расположена панель защитной системы, кыс?

Секунда. Майгор кивнул и встал. Он вышел из комнаты, чтобы тут же появиться в допросной и подозвать Дрэйка.

После короткого перешёптывания, Дрэйк озвучил мой вопрос Таргону. Тот заметно сник.

Версия о том, что кысы были принесены в дом, чтобы вытравить нас своей вонью, оказалась несостоятельной. Целью атаки являлась именно панель – та самая, которая оказалась не по зубам.

И которая, кроме прочего, атаковала этих монстров магией!

«Это око,» – пришла к единственно возможному выводу я.

Увы, но мой менее эмоциональный приятель не согласился:

«Не факт. Хотя око вероятно причастно».

По всему выходило, что нужно просто идти и искать. При этом последний обыск, устроенный ключевым артефактом, никаких результатов не дал. Впрочем, ему ведь недоступны хранилище и подвал.

«Помнишь каким чистым выглядело ваше хранилище? – снова подал голос Арти. – Майрисы даже пыль оттуда украли».

Я помнила. Более того, я тоже думала о подвале. Вот только... а оно нам точно надо? В смысле, нам точно нужно найти этот артефакт?

«Не знаю. Но в случае нашей миссии и твоего отвратительного уровня магии, два ока – лучше, чем одно».

Я подумала и кивнула. А когда вернулся Майгор спросила:

– Могу я подождать Дрэйка и Эрона в каком-нибудь другом месте? Не здесь?

Мужчина напрягся. Потом нахмурился и сказал:

– Учитывая вашу способность притягивать неприятности... Не уверен, что вас можно оставлять одну.

Я выразительно закатила глаза. Он сейчас шутит?

– Все мои неприятности – следствие того, что мне пришлось выживать. Вам напомнить, какую судьбу мне готовили недоброжелатели? А в каком положении оказались Рэйдсы?

– Боюсь это не аргумент.

Майгор буркнул и замолчал, но через полминуты кивнул и поднялся. Мужчина предложил проследовать за ним и, после довольно продолжительной прогулки, привёл в какой-то кабинет.

Помещение было просторным, достаточно захламлённым, но уютным. Я увидела шкафы с документами, стулья для посетителей и огромный письменный стол.

– Только ничего здесь не трогайте, хорошо? – попросил Майгор. – Если что-то пойдёт не так, если с вами что-то случится, Дрэйк с меня голову снимет.

Прикол про Дрэйка и головы я уже знала.

Заверив начальника разведки, что всё будет в порядке, я разместилась на самом удобном стуле. Села, как примерная девочка сложила руки на коленках, и принялась ждать.

Я погрузилась в мысли. Ситуация с вымиранием моего рода была, в общем-то, ясна. Желанием закопаться в детали я не пылала.

Невзирая на умные речи Дрэйка про стратегические планы, меня очень интересовала грозящая катастрофа, и особенно – при чём тут Первохрам?

«Выясним,» – вклинившись в размышления, заявил Арти.

Это-то да, но...

«Нам по-прежнему нужны союзники. Вынуждена признать, что в союзники придётся брать правящих. У нас просто нет других вариантов».

«Придётся. – Ключевой артефакт печально вздохнул. – Уж кто, а Дрэйк от тебя не отстанет».

Прозвучало двояко, но почему-то подумалось, что это «не отстанет» – очень даже хорошо.