Глава 12. Вьюга

– Если Корноухий убил его… – Соня не смогла продолжить ужасную фразу, все тело принялось содрогаться в конвульсиях истерики.

– Обычно он охотился только на животных, – Богдан впервые выглядел растеряно.

Его решительность износилась с настигшими обстоятельствами. Ответственность за чужую жизнь тяжелыми цепями сковала душу. Если молодой парень, студент, чей-то сын погиб, виноват в этом только вожак стаи.

– Корноухий же теперь в том культе поклонников Чернобога, мог перейти черту дозволенного и начать истреблять людей, – Артем, прослыв местным острословом, огласил то, что крутилось в головах всех присутствующих.

– Или сыновья Чернобога взялись за грязную работенку. О ком, кстати, говорил Корноухий? Что за сыновья такие? – поддержал теорию друга Чипсик.

– Двух вы прекрасно знаете – Кощей и Горын, а третий менее известный, его зовут Аспид, – отозвался Богдан, все еще анализируя происходящее.

– Да вы издеваетесь? Снова послушаем лекцию по славянской мифологии, вместо того, чтобы искать Кирилла?! – перебила вожака Соня. Набрав в легкие побольше воздуха, девушка готовилась противостоять стае.

– Искать? – переспросила Алиса.

– Да! Может, его никто не убил и не забрал, а он сам где-то бродит, обиженный за прошлую ситуацию!

– Вряд ли это так… – попыталась осторожно вразумить подругу Регина.

– Мне плевать, если никто из вас не пойдет искать его! Я сама… – Соню было не остановить.

– Мы пойдем, пойдем! Успокойся! – Алиса прижала подругу к себе, давая понять, что никто не настроен бросать друга в беде.

Воспользовавшись замешательством вожака, ребята отправились в лес, который не так давно тушили и спасали от опасного врага. Сейчас он казался таким же раненым, как и сердце Сони. Девушка не переставала плакать, немного раздражая несдержанными эмоциями мужскую часть стаи. Артем беспрестанно закатывал глаза, а Чипсик искал в Богдане поддержку, намекая, чтобы тот подбодрил Соню, не дав раскиснуть.

К всеобщему сожалению, вожак не обладал должной эмпатией. Он сам находился в стрессовом состоянии, угрюмо перебирал ногами, не замечая хаоса вокруг. Его думы носили куда более глобальный характер: смогут ли они теперь остановить культ, лишившись члена команды, а вдруг и вовсе эта потеря не последняя?

– Его нигде нет, Соня! Я уже отрубаюсь от усталости. Давайте возвращаться! – Артем казался беспощадным, но недомогания чувствовал каждый. Они не превращались в волколаков, по инерции выбрав человеческий облик.

– Тише! – шикнул Богдан, впервые издав звук за последнее время.

– Что? Я говорю неправду?

– Мы должны найти его, пока он еще жив! – заверещала Соня.

– Молчать всем! Смотрите! – вожак указал куда-то вдаль.

Студенты пригляделись, завидев искры пламени среди снежных массивов леса.

– Опять пожар? – ахнула Регина.

– Нет, там кострище. Нужно подобраться ближе и посмотреть, – произнес Богдан как можно тише.

Стая подчинилась воле вожака. Пробираясь по хрустящему снегу крайне осторожно, они выбрали место в кустарниках с хорошим обзором поляны, где и происходило все действо.

– Там Кирилл! – едва Соня успела подать голос, ее рот рукой закрыл Богдан, и звук оказался похожим на крик птицы.

Тем временем поляну заволакивал густой смог костра: каждый из культа Чернобога кидали туда разные предметы. Глаза ребят не могли сфокусироваться на чем-то одном. Хотелось разглядеть Корноухого, его собратьев по секте и, конечно же, Кирилла. Юноша стоял возле высокой скульптуры, высеченной из камня. Таких тотемных фигур было несколько. Алиса читала о них в книгах. Расписные символы на камнях служили для таинства черного обряда.

– Братья! Сегодня к нам примкнет еще один член общества, он верит в силу Чернобога и готов служить ему, как и мы! – громогласно заявил Корноухий.

Услышанное повергло стаю в шок. Получается, Кирилла никто не похищал и, уж тем более, не убивал. Паршивец сам сделал выбор в пользу врагов после небольшой стычки с друзьями. Обмениваться репликами было слишком опасно, ребята молча вглядывались в глаза друг друга, выражая недоумение.

Тем временем культ ликовал, приветствуя новичка. Их лица скрывали плотные капюшоны мантий, но голоса выдавали не только мужчин, но и женщин.

– Чтобы стать частью нашего культа, тебе необходимо доказать свою верность плотью, а также не побояться отдать свою жизнь воде и огню, – продолжал Корноухий.

– Я готов! – смело закричал Кирилл.

Происходящее походило на сон или очередную проверку выдержки ребят. Но тестировали сейчас Кирилла, и не светлые Боги, а тьма, зародившаяся в сердцах культа по воле Чернобога.

– Видишь эту бочку с водой? – спросил Корноухий.

Кирилл кивнул, подойдя к сосуду.

– Окропи ее своей кровью! – отдал приказ охотник.

– Кровь за Чернобога! Кровь за Чернобога! – орали приспешники.

Их крики заглушили стенания Сони, потерявшей разум от происходящего. Она любила Кирилла, пусть больной и странной любовью, но никогда не желала такого конца их отношениям.

Кирилл подчинился зову толпы, взял нож и с ожесточением порезал запястье. Кровь хлынула в бочку с водой, изменяя прозрачный цвет жидкости на алый. Не успел юноша закончить действо, как Корноухий подошел к нему сзади, схватил за шею и окунул голову Кирилла в смесь воды и крови. Парень начал захлебываться. Не позаботившись до этого набрать воздух, он оказался без него, сдавленный тисками воды и того, что с ней стало после его крови.

Брыкания Кирилла не умоляли Корноухого. Злодей ждал до последнего, пока силы сопротивляться иссякнут, а тело юноши обмякнет, повиснув на дужке бочки.

– Слабенький еще! – крикнул кто-то из толпы.

– Ничего! Сейчас научим всему, – с этими словами Корноухий подхватил тело Кирилла, с легкостью бросив его в кострище.

Здесь не смогли сдержать возгласа ужаса не только Соня, но и остальная часть стаи. Пока останки Кирилла горели в огне, ребята не понимали тот спектр чувств, что им пришлось пережить за одну ночь.

Благо, им не удалось постичь эмоции утраты, ведь спустя ровно пять минут из костра появился живой и здоровый Кирилл. Его кожу ласкали языки пламени, но не делали больно, выказывая присутствующим необратимые изменения.

– Чернобог дает силу Феникса! Теперь ты не волколак, пламя уничтожило метку перевоплощения! – Корноухий сразу пояснил новорожденному Кириллу, что произошло.

– Нас невозможно убить, мы возродимся и продолжим свой путь! – взревела толпа, начиная веселиться и праздновать пополнение в культе.

Ужасающее зрелище ритуала заставило всех оцепенеть. По телу неприятной дрожью скользнули мурашки, а дыхание перехватило. Богдану пришлось позвать стаю несколько раз, чтобы выбить из окаменения.

– Нам нужно скрыться, пока нас не заметили, – распорядился вожак.

– Нет! Мы же не бросим Кирилла? – Соня вздрогнула от взволнованности.

– Он теперь с культом и прошел обряд. Мы не сможем до него достучаться, – пояснил свое решение Богдан.

– Я не оставлю его здесь!

– Тише, твои крики привлекут внимание, – образумил девушку вожак.

– А вы почему молчите? Он же ваш друг! – обратилась Соня к компании.

Они выглядели растерянными, в голове метались совершенно полярные мысли. На эмоциональном фоне хотелось бежать к культу и забрать Кирилл из их цепкой хватки, но критическое мышление подсказывало, что это вздорный ход. Численность почитателей Чернобога слишком высока, по сравнению с их стаей, и Кирилл не выглядел как заложник. Слово за всех взял Чипсик:

– Как бы больно нам не было осознавать, но Кирилл сделал свой выбор.

– Нет! Я в это не верю! – замотала головой Соня, находясь во власти отрицания.

– Тебе придется посмотреть в глаза реальности, – сурово сказал Богдан, – он больше не часть нашей стаи.

Алиса положила руку на плечо Сони для поддержки, легче Соне не стало, но она перестала кричать. Богдан отдал приказ превратиться, чтобы продолжить путь. Сам он за секунду обратился и пошел вперед, но услышал недоуменные голоса за спиной.

– Не выходит трансформироваться, – озадаченно произнес Чипсик.

– У меня тоже, черт его дери! – выругался Артем.

– Проклятие! Корноухий все же наслал магию, – прорычал Богдан.

– Но ты же превратился, – заметила Регина.

– На меня его чары не действуют, у меня божественная сила, – объяснил вожак, – придется идти пешком.

Девочки взяли Соню под руки, боясь за ее моральное состояние и возможность идти самостоятельно. Парни потуже застегнули воротники курток, и все были готовы к дороге.

В человеческих воплощениях идти оказалось в тысячу раз сложнее. Холод постепенно одолевал, и ребят начало знобить. Богдан верил, что, стоит только покинул территорию леса, как магия Корноухого рассеется. Он был не так силен, чтобы насылать долговечные заклятия. Однако амбиции пришлось поубавить, когда вожак взглянул на уставших ребят. Он и сам утомился, но привык к подобному изможденному состоянию.

– Остановимся ненадолго, – сказал Богдан.

Они набрели на поляну, где, по всей видимости, устраивали привалы, даже проглядывалась зона кострища. Путники примостились на поваленные стволы деревьев, некоторые дрожали. Богдан понимал, что всем нужно согреться. Тогда он вышел в центр, туда, где когда-то горел костер, и перевоплотился. Однако он явил образ не простого волка, а свою полную божественную форму. Ребята ахнули при виде огненных крыльев.

– Это что-то невообразимое, – подивилась Регина.

– Значит, вот как выглядит Семаргл, – завороженно проговорила Алиса.

Пламя переливалось багряными бликами, подсвечивая белоснежный мех волка. Богдан сидел смирно, чтобы огонь горел ровно и устойчиво. Его тепло распространялось на округу. Волколаки чувствовали, как согреваются их тела, и внутри даже появилась бодрость.

Восполнив силы, стая отправилась дальше. Однако тщетно Богдан надеялся вывести команду без новых испытаний. Стихийно, без предупреждающих природных знаков вдруг налетел студеный ветер. Он дул так сильно, что сдувал путников с дороги.

Вместе с ним явились снежные вихри. Они хлестали по замерзшим лицам, проникали под одежду, царапая кожу ледяными когтями, пронизывали так, словно выворачивали душу наизнанку. Напрасно путники пытались прикрыться шарфами, ветер выхватывал их, разматывал, устраивая игры, понятные ему одному.

– Это кара, что послали нам за грехи! Потому что мы бросили Кирилла! – рыдала Соня.

– Скорее, Корноухий все не оставит нас в покое! – нашла более логичное объяснение Алиса.

Богдан старался трезво оценить обстановку, сквозь снежную пелену выискивал место, что может послужить укрытием. Ребята пробирались через белесый туман, смиренно выдерживая хлесткие нападки вьюги. Конечно онемели, передвигаться их заставляли остатки исступления.

– Смотрите! Там что-то есть! – крикнул Артем.

За деревьями виднелись деревянные купола, не четкие, но различимые посреди белесого природного обрамления.

– Держим курс туда! – крикнул Богдан. Более подходящего укрытия обнаружить не удалось.

Преодолевая снежную бурю и шаг за шагом вязнув в снежном болоте, стая подошла к деревянному частоколу, из-за которого виднелась небольшая церковь. Богдан дернул ворота с резными узорами, и они отворились.

За забором оказался не только древний храм, чарующей красоты образец деревянного зодчества, но и другие постройки. Они были украшены изящной резьбой и причудливыми узорами.

– Кажется, это тоже какой-то церковный комплекс, – высказала мысли вслух Алиса.

– Никогда здесь раньше не был, – отозвался Богдан.

Благодаря защитной функции забора на территории храма снежная буря буйствовала не так ожесточенно, как на открытой местности. Скитальцы успели бегло посмотреть по сторонам, прежде чем подошли к дверям церкви. Вместо ручек висело два железных кольца, и Богдан с помощью него постучал о деревянную поверхность. Если за воротами они вошли без спроса, тут должно проявить уважение.

– Может, там никого нет? – предположила Регина.

Ее догадка не оправдалась, и дверь через некоторое время открыл мужчина с аккуратно подстриженными темными волосами в черной рясе с крупным крестом на цепочке. Его лучистые голубые глаза смотрели на нежданных гостей с беспокойством и любопытством.

– Извините за беспокойство, но не могли бы переждать у вас вьюгу? – осторожно спросил Богдан.

– Да, конечно, проходите! – монах шире отворил дверь, – Как вас занесло сюда в такую погоду?

– Гостили у друзей и немного заблудились из-за погодных условий, – ответил Богдан.

– Садитесь, обогрейтесь, а я распоряжусь, чтобы вам принесли подкрепиться. Самому мне нужно идти, время вечерни.

– Благодарим за гостеприимство! – кивнул Богдан, остальные ребята тоже выразили слова благодарности.

– Помогать заплутавшим – моя святая обязанность, – дружелюбно улыбнулся мужчина, – если что-то потребуется, попросите позвать Отца Алексия. Это я.