✧ Эпилог ✧

Когда карета Реджины Кроан выехала за ворота Бокового дворца и покатилась по мощёным улицам столицы, она думала, что улицы будут пусты. Кому какое дело до разведённой королевы, лишённой титула и власти? Она думала, что проедет через город незамеченной, как проезжают сотни других карет, и никто не обернётся ей вслед.

Но она была не просто супругой короля, а той, кто строил больницы и приюты, раздавал милостыню голодающим, защищал сирот и вдов. В конце концов именно она добилась принятия законопроекта, разрешающего простолюдинам обучаться в Академии Магических Искусств.

Так что Реджина ошиблась. В день, когда бывшая королева покидала столицу, улицы заполнились народом. Мужчины, женщины, дети и старики выходили из домов и выстраивались вдоль дороги в живую цепь.

Люди склоняли головы, некоторые плакали. Одна старуха, стоявшая у обочины, бросила под колёса букетик сухих полевых цветов. Реджина увидела это и почувствовала, как к горлу подступает ком.

Из толпы раздался пронзительный, полный боли крик:

— Не уезжайте, Ваше Величество!

Реджина вздрогнула. Молодой женский голос прозвучал так отчаянно, что у бывшей королевы перехватило дыхание. Она выглянула в окно и увидела девушку с растрёпанными волосами и заплаканным лицом, которая бежала за каретой, расталкивая толпу.

— Не оставляйте нас! — кричала она. — Вы наша королева!

— Остановите карету, — приказала Реджина.

Она вышла наружу под взгляды тысяч глаз, и люди, увидев её, опустились на колени.

— Моя королева, — прошептала какая-то женщина, и этот шёпот разнёсся по толпе, как волна.

Реджина стояла и смотрела на свой народ, который она любила и которому служила. И впервые за долгое время она почувствовала, что её жизнь и борьба имели смысл.

Девушка, которая кричала, упала на колени прямо в грязь.

— Ваше Величество, простите нас, — прошептала она. — Простите, что не смогли защитить вас и позволили этой женщине занять ваше место. Простите...

Реджина подошла к ней, взяла её лицо в свои ладони и заглянула в глаза.

— Тебе не за что просить прощения. Ты не сделала ничего плохого. Никто из вас не сделал. Вы мой народ. Даже если меня лишили титула.... Здесь, — она прижала ладонь к своей груди, — я всегда буду вашей королевой.

Из толпы снова раздались крики, на этот раз яростные и гневные:

— Смерть Сирше! Долой рабыню! Пусть король опомнится!

— Верните нашу королеву!

— Мы не примем узурпаторшу!

Реджина подняла руку, и толпа умолкла.

— Не надо, — произнесла она. — Я не хочу, чтобы из-за меня пролилась кровь.

Реджина замолчала, обвела взглядом старые и молодые, мужские и женские лица, полные скорби и гнева, и сделала то, чего не делала никогда прежде.

Она склонила голову.

Королева Аштара, дочь Изарры Валенсийской, потомок древнего рода Блант, склонила голову перед своим народом в жесте благодарности и прощания.

Толпа ахнула. На мгновение воцарилась такая тишина, что стало слышно, как ветер шелестит сухими листьями на мостовой. А потом старческий, надтреснутый голос запел.

Это была древняя песня, которую пели ещё при первых Кроанах, когда королева выходила к народу в День Милости. Песня о тюльпане, что пробивается сквозь снег и тянется к солнцу. Песня о надежде и верности.

«Сквозь зиму и стужу, сквозь ветер и лёд, Алый тюльпан на рассвете цветёт. Корни его — в нашей земле, Память о нём — в нашей душе...»

Второй голос подхватил мелодию. Третий. Четвёртый. И вот уже вся улица — сотни, тысячи голосов, пели эту песню.

Реджина стояла, не в силах пошевелиться. Горячие слёзы текли по её щекам, и она не вытирала их, лишь стояла и впитывала каждую ноту, каждое слово и каждое лицо.

Наконец, когда песня стихла, Реджина выпрямилась. Её глаза, всё ещё влажные, смотрели на толпу с такой любовью, какой никто никогда не видел на этом обычно бесстрастном лице.

— Благодарю вас, — произнесла Реджина — Я никогда не забуду этого.

Как и народ Аштара не забудет свою истинную королеву.

Реджина села в карету, и та медленно тронулась, словно сама не желая уезжать. Толпа расступалась перед ней, как море перед носом корабля. Реджина Блант смотрела в окно кареты на проплывающие мимо лица, на серое зимнее небо, и думала о том, что этот миг останется с ней навсегда. Что бы ни случилось дальше она будет помнить этот день.

— Ты поставишь весь Аштар на колени только из-за своего нерадивого мужа? — спросил её Лисандр де Леви перед отъездом.

— Нет, — возразила Реджина. — Я собираюсь поднять Аштарское королевство с колен. И ради этого я обернусь сокрушением и погибелью для Илберта и Сирши.

☾ ☾ ☾

Сирша восседала на троне, держась за руку с Илбертом. Он был её королём, а она стала его королевой-консортом. На голове женщины сияла корона, инкрустированная крупными драгоценными камнями, и она нежно проводила руками по своему животу, чувствуя, как ребёнок легонько пинается. Тепло улыбнувшись, она подумала о том, что наконец-то получила всё, о чём мечтала.

Но в груди девушки таилась тревога. Министры просили короля взять ещё фавориток для блага династии. И хотя Илберт отказался, сама мысль об этом жгла королеву-консорта изнутри.

Реджина Кроан грозилась Аштару войной, и беспокойство укололо Сиршу в область между рёбер. Ничего, Аштарское королевство сумеет дать этой негодяйке достойный отпор! Сирша теперь не слабая рабыня, а женщина короля.

Пусть Реджина только сунется в Аштар. Сирша была готова выжечь землю своих врагов дотла и обрушить стены дворца на их головы. На плечах Сирши покоилась накидка невинности, но сердце ослепляла грубая жажда власти.

"Сирша, ты оказалась гораздо хуже, чем я надеялся", — думал канцлер.