Глава 58. Дом Дьемаров

Если бы с двенадцати лет я не ушел из дома постигать магию, то вряд ли бы справился. Теряю счет времени, пока идет бой, но хуже всего, что не могу открыть портал обратно, будто бы силу кто-то перехватил и на время заблокировал.

Лив? Каким образом?

Раздумывать некогда, нужно рубить и защищаться, защищаться и рубить! Топором, мечом стрелами. Силах едва выдерживает, одежда превращается в клочья за часы скитаний, после того, как удается оторваться от гоблинов. И лишь к полудню магия возвращается ко мне во всей своей силе, но все еще дает сбой, закидывая меня в самый центр академии, вместо моей комнаты.

Почему? Потому что именно там находится та, кто устроил мне это турне?

Дико хочется злиться, только вот не на что. Я зашел в ее комнату, я ее напугал, так что и спрос только с меня. А раз она не рассказала никому, то и я сохраню все в тайне. Вот только кое-кто у нас прибегает к шантажу. Не вернет артефакт, который я обронил?

Верну его сам. Но что делать с тем, что к Лив все еще тянет, а камень так и не обнаружил ни одного признака приворота. Хотя, что уж лукавить? Изначально было глупостью верить, что хоть один подобный обряд мог так подействовать на моего дракона.

Я просто искал этому оправдание, точнее причину, с которой можно было бы справиться щелчком пальцев. Но теперь нужно признать: магия тут не при чем, а все, что со мной происходит — естественно. Но почему именно к Лив?

Почему именно ее глаза завораживают, почему ее запах сводит с ума и меня и дракона, а близость так и вовсе будит во мне зверя, отключая разум? Что в ней особенного?

Красивая? Необычная? Свистнула у меня Силах?

Кстати о последнем. Она уже трижды перехватила мою силу. А на это способны лишь наездницы. Она одна из них, но даже не подозревает об этом?

Тогда почему командует магией только моей ипостаси, почему не приручила больше ни одного другого дракона? Ведь наездница – это не истинная, она ни к кому не привязана, и может создать связь с любым зверем, который доверится ей.

А если Лив не наездница, то кто?

Не важно. Ситуация ухудшается. Я попросту схожу с ума при виде нее, и лишь сдерживающие артефакты помогают остужать разум и тело. И этот самый разум велит избавиться от нее.

Если Лив Руж сюда заманили, то вероятнее всего она — одна из жертв последней жатвы. А учитывая ее непонятные способности, то сомневаться в этом и вовсе теперь не приходится.

Нужно избавиться от нее, тем самым спасти жизнь ей и освободить самого себя от ее присутствия. Только вот Лив и не думает слушаться. Она убиться решила? Не знает границ, как ее не гони!

Точно погубит себя еще до экзамена. Еще и тренироваться ночью вздумала. Того и гляди упадет без сил прямо здесь.

Проявлять заботу в открытую нельзя. Это как резать собаке хвост по частям, но и смотреть на ее бесчисленные попытки извести себя просто невозможно, потому и выхожу из тени, а она… опять отправляет к гоблинам!

При чем нас обоих. Сама отключается, как я и думал, истратила все силы, и отбивать от нее гоблинов приходится мне. К счастью в этот раз, портал открываю быстрее, и возвращаю упрямое рыжее недоразумение в ее комнату.

Разумеется, экзамен она проваливает, но даже после этого не сдается. Более того, теперь в открытую относится ко мне как к врагу. Что ж, не без повода. Но как же это злит...

А еще злит то, что вокруг нее вечно вьются три первокурсника, и этот бестолковый бабник-артефактор. Она в самом деле слепая и не понимает, что от нее нужно таким, как он?

Он не из старой касты, он использует ее и бросит. Но в ее глазах этот придурок, даже цвет волос изменивший, лучше меня!

Что ж, не понимает она, придется вправить мозги ему.

— Спарт, — окликаю довольного бабника, и едва он видит меня, улыбка после встречи с Лив сходит с холеного лица недорыжего блондина.

Хмурится, потому что знает, что так просто я бы к нему не подошел. Он видит во мне соперника за первое место, но даже не представляет, что мне нет дела до состязаний.

Но есть дело до нашей, к сожалению, общей знакомой.

— Есть разговор. Без свидетелей, — сообщаю цель своего визита, и Спарт напрягается.

Он знает и я знаю, что ничего хорошего сейчас не будет… .

— Она из староверов. Если собрался играть, найди другую цель.

— А тебе какое дело? — рычит Спарт. — Не уж-то сам на нее запал? А ничего, что тебя за вратами академии ждет невеста?

Ждет, громко сказано. Мы в живую ни разу и не виделись, но Спарт прав. Я дал слово отцу, что женюсь на девушке, которую он выбрал. И это становится самой большой проблемой.

Тогда я был юном и не понимал, что брак — это ответственность, но слово есть слово. И рушить его я не буду.

А что касается Лив, пожалуй, придется обзавестись еще артефактами, и когда-нибудь эта тяга пройдет. А если Лив все же уйдет из Эш-Альса - это идеальный вариант, но куда?

Приходится позаботиться и об этом. Однако придуманное решение о переводе, которое тайно поручаю мисс Гривз, Лив не нравится. Более того, эта упрямая девица все-таки добивается своего — призывает Силах. А точнее два, включая мой собственный. Опять.

Зло берет так, что на стену готов лезть. И вовсе не из-за Силаха, а потому что теперь ей точно грозит беда. Это увидели все, а значит и тот, кто затеял жатву, тоже уже в курсе.

Защитить Лив — это все, что мне остается. Точнее научить ее защищаться на случай, если меня по какой-то причине не будет рядом. Она должна продержаться сама хоть немного до моего прихода. А лучше… вообще не попасть в переплет, что, к сожалению уже почти невозможно.

Тренировки становятся кошмаром наяву. Она рядом, она здесь, хоть рукой коснись, но я рычу себе “невеста”, а артефакты уже не выдерживают накала эмоций, взрываются.

Ревность, злость, и ярое желание обладать ослепляет, когда я наконец-то присваиваю ее губы себе. Губы, которые тысячи раз целовал во снах, но ни один из этих поцелуев не был так же жарок. И не был таким же отрезвляющим.

Я не могу жениться на другой. Даже если Лив, в глазах которой сейчас столько противоречий, найдет тысячу причин бежать от меня прочь, я все равно не смогу связать свою жизнь с иной. Потому что эту рыжую уже не выкину ни из сердца, ни из головы, и попросту отравлю жене жизнь.

Я поступлю иначе. Я позабочусь о том, чтобы разрыв был максимально мягким, я позабочусь о другом кандидате на роль жениха, если потребуется. Но поставлю эту жирную точку.

С таким намерением и толкаю дверь родового особняка. Несмотря на раннее утро, здесь тихо. Прислуг вообще не видно, будто их в иной мир затянуло. Зато из каминного зала доносятся голоса.

— Я велела тебе сюда не являться! — голос Патрис трудно с чем-то спутать.

В нем всегда лед и сдержанность, но отец умудрился за что-то ее полюбить. Благо я уже учился в академии Ашдарха, и с этой женщиной пересекался лишь несколько раз.

— Ты не выполнила свое обещание целиком, — раздается следом мужской голос.