Глава 61. Жатва

— Учуяла тварина родную кровь! — плюется ректор, а не дыша смотрю в огненные глазницы существа, которые должно было меня покалечить, но вместо этого принюхивается.

Не может быть! Не может…

Сердце щемит от боли, разум отказывается верить, но душа… душа знает ответ.

— Мама? — шепчу я, а внутри все трескается и колется. На глаза набегают горячие слезы.

— Не даром говорят, кровь не водица. Однако и дурость у вас одна на двоих! — рычит старик, но я его почти не слышу, смотрю на существо и не могу дышать от боли и шока.

Неужели, это правда моя мама скрывается за этим черным дымом? Неужели… Она?!

Огонь в глазницах подагивает, испуская пар, будто слезу... Мама... Моя бедная мамочка!

Секунда, и существо отлетает от меня с диким писком.

— Нет! — срывается крик отчаяния с моих губ, потому что ректор атаковал маму каким-то плетением, вынуждая выть от боли. А сам усмехается, мерзавец!

— Твой папаша хорошо постарался, чтобы скрыть тебя от всех, но мамочка сделала большую глупость! Пришла к бывшему ректору и наперебой рассказывала ему о старом писании из библиотек староверов. Утверждала, что похищения — это самый настоящий ритуал жатв. Но она даже не подозревала в этот момент, кто скрывается под видом тихого заместителя ректора, — скалится он, а я так хочу его убить, что магия внутри лютует.

— Луиза оказалась слишком пронырливой. Они с Дьемаром, будь он трижды проклят, почти поймали меня, и пришлось разыграть небольшой спектакль, — довольно выдает он, будучи уверенным в собственной гениальности и исключительности.

— Тихо, псина! — гаркает ректор, наконец-то, убирая плетение, а мамочка так и остается в углу, не в силах даже пошевелиться. Надеюсь, хоть сейчас боль отпустит ее, а этот старик… Зубами в него вцеплюсь, как только выберусь из этих проклятых пут!

Хотя, выберусь вряд ли, и оттого отчаяние рождает безумие.

— Ненавижу! Ненавижу! Будьте вы прокляты трижды! Чокнутый изверг! — рычу так, что драконы бы обзавидовались, но этому гаду хоть бы хны.

Он важно задирает нос и с наслаждением заявляет:

— Я гений! Иначе тебя бы тут не было. Забавно вышло, да? — скалится ректор.

— Мать хотела тебя защитить, а сдала саму себя с потрохами. Зато глянь, какую жертву с исключительной магией я получил. Сама наездница, толком даже не знающая, что она такое и как этим управлять. Этакий неотточенный бриллиант. Лютая мощь и никакой опасности. Твари будут в восторге! — довольствуется он, а затем вновь становится пугающе серьезным, в выцветших глазах вновь плещется безумие

— Ты должна была объявиться еще год назад, когда я послал тебе то поддельное письмо, но нет же… Такую трусиху как ты не просто было вынуть из скорлупы.

— Так это вы отправили то письмо от имени прежнего ректора?! Зачем?! — искренне не понимаю я, да и не в том состоянии, чтобы понимать — все мысли занимает мама.

— А как иначе мне было проверить, что ты унаследовала дар от матери, когда твой отец не выпускал тебя из виду? Похищать? Только-только подозрения утихли, новая шумиха мне была не нужна. Но ты проигнорировала письмо, вот и пришлось устроить тебе незабываемый позор на помолвке, чтобы жить расхотелось!

— Что? — охаю я, ибо последнее заявление выбивает почву у меня из-под ног. — При чем тут моя помолвка?

— А как ты думаешь, кто дал вдове Дьемаров такой мощный иллюзионный артефакт, что ни одна душа не заметила, что жених был не настоящим? — горделиво выдает ректор, а я судорожно цепляюсь за каждое сказанное им слово.

Разум отчего-то отказывается понимать, но ректор сказал четко: жених был не настоящим.

От одной этой мысли все шестеренки в голове застывают, а затем медленно начинают крутиться в другую сторону, повергая меня из шока в еще больший шок.

Значит, не Дэзар меня отверг?

Значит, поэтому он меня не узнал, когда я пришла в академию?

Значит, он и понятия не имел, кто я такая? Или же, догадался, но не знал, о том, что случилось на помолвке?

— Что такое, за жениха переживаешь, Лайви? Правильно. Не долго ему и этому королевскому шпиону Гарею осталось по земле ходить. Соорудили тут целую сеть, заползли под каждый камень, в затылок мне дышали! И ничего с ними не сделаешь, сразу набегут сюда стражи, и все испортят! — плюется ректор, а затем скалится. — Вот только забыли, что я не только главой староверов был, но и шпионом двадцать лет отслужил, пока этот косоглазый король не вонзил мне нож в спину!

— Было за что! Вы людей в жертву приносили! — не могу не огрызнуться, ибо этот старик точно псих!

— А как по твоему приумножать силу, если не использовать этот ходячий тупой мусор? Ты, как и все вокруг, ничего не понимаешь! Но скоро все вернется на круги своя. С тварями Бездны меня никто не остановит. Даже король! И ты мне в этом поможешь.

— Я скорее умру, чем позволю такому как вы использовать меня для этого обряда!

— Да ты что? Милочка, ты даже дышать в этих путах нормально не можешь. Вот не вышла бы за пределы академии, прожила бы еще пару месяцев, а так пришлось все ускорить, пока твой отец вновь не запечатал магию, что едва в тебе открылась, — выдает он, а затем вновь смотрит на часы и ругается, потому что песчинок осталось всего немного.

— Проклятая девка! — рычит ректор себе под нос, хватает оставшиеся склянки и одну за другой выплескивает на каменный стол, который в пору уже называть алтарем.

Зелья смешиваются, шипят, зал заполняет белый дым… Сейчас начнется!

— Вас найдут! Вас остановят! Король давно знает про эту комнату в библиотеке! Его люди уже рядом! Лучше сдайтесь, пока не слишком поздно! — кричу я, хотя и понимаю, что ко мне не прислушаются.

Он — безумец, фанатик. Абсолютно слепой человек, одержимый лишь своими ненормальными идеями.

Он не способен слышать в принципе, но просто стоять и ждать, пока тут случится необратимое, я не могу, потому и ору во все горло, пока ректор не гаркнет так, что кажется, что само небо разразилось громовым раскатом.

— Никто сюда не явится, девочка! Думаешь, я не понял, что в зал кто-то проник! Теперь эта комната не в библиотеке! Портал в нее открывается из другой двери. И сейчас это дверь из здания совета староверов. Так что, жди гостей и готовься к смерти!

Еще секунда, последняя сиреневая песчинка в часах падает, и дверь открывается. Зал заполняют люди в мантиях. Один, два, три… Их семеро, и ректор восьмой.

Они кланяются бывшему главе, точно богу, клянутся в сердцах служить ему, и ректор обещает вернуть мир в руки “настоящих хозяев”, велит занять места вокруг стола.

С губ советников в унисон слетает древний язык, и все вокруг: зеркала, колонны, пол и даже потолок, — начинают дрожать. Помещение стремительно заполняет белый дым.

Адепты один за другим поднимают головы, будто бы очнувшись по неслышимой команде и растерянно оглядываются. Они перекрикиваются, задают логические вопросы, а потом начинаю срывать голоса в попытках призвать помощь, но на них не обращают внимание.

Восемь безумцев продолжат читать заклинание.

Зеркала за спинами адептов, а значит и за моей спиной тоже, идут рябью, точно вода. И в эту самую воду нас медленно, но неотвратимо затягивает. Кожи касается лютый холод, будто бы в прорубь опускаюсь, но сколько бы не рыпалась, сколько бы не пыталась выпутаться, ничего не получается, – зачарованные путы сильнее.

Адепты один за другим погружаются в зеркала почти полностью, а следом за ними и я. Яркая вспышка бьет в глаза, а затем я вижу над головой уже не каменный высокий потолок огромного мрачного зала, и не рябь, я вижу нечто похожее на небо, вот только нутром чую, что оно не настоящее. Это что-то вроде магической клетки, иллюзии или тюрьмы, а внутри летают тела.

Три… восемь… их шестнадцать… Те самые пропавшие адепты?

И даже девочка, с черными волосами, которую я видела в вырезке газеты. Девочка с кулоном, как у Гарея.

Они все будто спят, и сон одолевает сейчас каждого из нас. Гара и Лу, что только что до хрипа срывали голоса, уже едва шепчут, их веки сонно закрываются. Спарт! Где Спарт?!

Он тоже отключается, засыпает то ли под каким-то чарующим действом, то ли от лютого холода, пронзающего острыми длинными иглами прямо до костей. Да и я сама едва преодолеваю дремоту.

Ноги и руки тяжелеют, сознание так и хочет ускользнуть, но я молю богов помочь. Все не может закончиться так. Это… несправедливо.

Ба-бах!

Силюсь, чтобы открыть глаза в надежде, что нас все же нашли, но нет. Это каменный стол проваливается прямо под пол, и в этом месте образовывается самая настоящая дыра.

Разлом в Бездну?!

Опоздали… Мы опоздали…

Ба-бах!

***

Очень стараюсь писать главы побольше, но это трудно эмоционально, ибо моменты слишком болезненные, а я все-все, что есть в книге, пропускаю через себя, как антенка.

Сильно большой глава не получилась, но надеюсь, вы меня поймете и вам понравится