Глава 29. Вторая встреча

Чем больше узнаю людей, тем больше уважаю собак.

— Сократ.

Я был не просто зол. Нет. Я был взбешён! Никто ни имеет права вмешиваться в порядки моей семьи и навязывать свои неадекватные мысли. Почему Тамара Андреевна методично промывала мозги моей дочери? Не знаю. Может, хочет для себя из Сони сделать сиделку? Я слышал, что муж Тамары недавно умер. Алёна живет черт знает где и получается, что ближе Сони у этой жабы сейчас никого нет. А, может, ей просто от нечего делать захотелось всунуть свой нос в чужие дела. Не знаю.

Быстро припарковав машину под домом моей несостоявшейся тёщи, я бегу в подъезд. У меня не было никаких заготовленных речей. Не было ни единой, даже самой крошечной и сырой стратегии своего дальнейшего поведения. Была лишь дикая и неукротимая злость. Да, я не умею иначе реагировать на то, когда моей семье целенаправленно желают причинить вред. Я — защитник своих детей и жены. Я — та стена, что отгораживает их от всех невзгод. Иначе быть просто не может.

Поднявшись на нужный этаж, я вжал кнопку дверного звонка и отпустил лишь тогда, когда услышал торопливое шарканье комнатных тапок. Я уже мысленно себя готовил к встрече с Тамарой Андреевной, пытался воззвать к голосу разума и не натворить никаких дел.

Но вместо Тамары дверь мне открыла… Алёна. Для меня это стало полной неожиданностью. Я даже не поверил своим глазам и зачем-то отступил на шаг назад. Алёна изменилась: короткая модная причёска, в уголках глаз появились первые лучики-морщинки, женственная фигура скрыта под красивым желтым платьем.

Роскошная жизнь рядом с Петей дала свои плоды. Да, Алёна выглядела намного лучше, чем во времена своей юности. Вот так посмотришь и подумаешь, что перед тобой стоит настоящая бизнес-леди. Но мне совершенно наплевать как выглядит Алёна. В мыслях вспыхнул единственный вопрос: «Как долго она здесь?». А вслед за ним в голове прогрохотал еще один: «Она уже виделась с Соней?».

— Привет, — первой поздоровалась Алёна.

Это было дико. Я не имел ни малейшего желания разговаривать с этой женщиной. Да, прошло шестнадцать лет. Шестнадцать! Боже, как же быстро летит время! А я всё еще не простил Алёну. Не могу. Не хочу. Это противоречит моим принципам.

— Зайдешь? Я только минут двадцать назад приехала.

— Мне нужно поговорить с твоей матерью, — тон моего голоса ледяной.

— Она уже спит. Поговори со мной.

Я едва сдержался, чтобы не скривиться. Поговорить с ней? Клянусь, в эту секунду я почувствовал острый позыв тошноты. До такой степени мне была омерзительна эта женщина. Но мне нужно было поставить точку в этой проблеме и раз Алёна соизволила появиться, то пусть хоть раз что-то сделает во благо своей дочери.

— Поговорим у меня в машине, — заявил я, когда уже развернулся и пошагал к лестнице.

Несколько долгих минут мы сидели в полном молчании. Я включил свет в салоне и крепко сжал пальцами руль. Начал накрапывать дождь. Сейчас я должен быть рядом с Аней и праздновать ее день рождения. Помогать приносить и уносить тарелки, потому что знаю — она временами совсем не хочет себя беречь. Но вместо этого я сижу со своей бывшей и слушаю гудящую тишину, что временами разбивается холодными осколками дождя.

— Я не хочу, чтобы твоя мать вторгалась в мою семью, — твёрдо заявил я. — Пусть прекратит манипулировать Соней и настраивать ее против меня.

— Ты женат? — почему-то вдруг спросил Алёна и посмотрела на мое обручальное кольцо.

— Да.

— Счастливый ты.

Я нервно передёрнул плечами. Счастливый… Конечно, счастливый! А сколько всего мне пришлось пережить, чтобы прийти к этому счастью! А сколько еще меня ждет впереди?!

— А я вот так и не стала женой, — Алёна посмотрела на свои пальцы.

Обручального кольца я на ее руке не заметил.

— Почему так? Чем Пете не угодила? — я не мог и даже не хотел гасить в своем голосе едкую насмешку.

— Он категоричен в плане детей. Абсолютно их не хочет.

— Это даже и к лучшему. Не будет сломана еще одна детская жизнь, — я крепче сжал руль, костяшки на пальцах вмиг побелели.

— Олег…

— Не начинай, — тут же я оборвал Алёну. — Уже поздно для этого разговора. Ты опоздала на шестнадцать лет.

— Олег, у тебя есть еще дети?

— Дочка и жена носит еще одного.

— Ты счастливый отец. Зачем тебе Соня?

Я ошарашено посмотрел на Алёну, надеясь, что ослышался. Но это вряд ли. На слух я никогда не жаловался. Она это сейчас серьезно? Или шутит?

— Она — моя дочь. Старшая дочь. Что значит «зачем»?

— Олег, мы ведь с тобой взрослые люди. Давай поговорим откровенно.

— Попробуй, — я ухмыльнулся.

— Ты никогда не думал о том, что Соня не твоя дочь? Олег, ты прекрасно знал, какая я. Неужели ни разу не усомнился?

— Знаешь, когда мне в очередной раз нужно было бороться с ангиной или успокаивать дочь, убеждая, что ее мать — не сволочь, мне было как-то не до размышлений! — гневно выпалил я.

— Олег, она не твоя родная дочь! Я забеременела от Пети!

— Что?

Заявление Алёны будто тяжелым молотом ударило мне по вискам. Я, действительно, никогда не рассматривал возможность, что Соня может оказаться не моей дочерью. Да, она никогда не была похожа на меня, но…

— Петя всегда был против детей. Поэтому…

— Ты и выбрал меня, — догадался я.

— Да. Я, конечно, та еще дрянь, но убить ребенка не смогла бы.

— Поэтому ты решила отдать его мне, — прошептал я, всматриваясь в капли дождя, что лениво сползали по лобовому стеклу.

Гудящая тишина больно ударила по ушам. Шок был огромным и давящим. Мысли расползлись уродливыми пятнами по стенкам моего сознания. Я не знал, что еще следует сказать. И хотелось бы убедить себя в том, что Алёна просто нагло мне врёт. Но что-то внутри подсказывало — это не так.

— Я хочу ее увидеть, Олег.

— Зачем? Ради чего?

— Я многое переосмыслила.

— Поздно.

— Никогда не поздно что-то изменить.

— Алён, раз уж у нас откровенный разговор, ответить на вопрос честно. Если бы у тебя с Петей всё было хорошо, ты вряд ли решилась увидеть Соню?

Она промолчала, и в этом молчании была вся сущность Алёны. Вот и всё. Она всегда думает исключительно о себе и своем комфорте. Кинул любимый, а почему бы не вспомнить о дочери? Чувство тошноты лишь усилилось. Мне было мерзко сидеть рядом с Алёной.

— Ты ее не увидишь. Уходи, — твёрдо заявил я.

— Олег, она уже не маленькая и ты ее от меня не оградишь.

— Это уже не твоя проблема. Выметайся

— Не забывай, я всё равно имею право видеть ее.

— Пошла вон! — рявкнул я.

Алёна молча вышла из машины, а я кулаком саданул по рулю.