Глава 62

Пауза затягивалась, наливаясь силой, тяжелея, того и гляди упадет на пол, рассыпавшись с громким звоном, взаимными обидами.

Нужно было спасать ситуацию.

- Ну, так что? — Улыбнулась как можно приветливее. — Посмотри, все твои гости на нас смотрят. Не стоит им давать пищу для пересудов.

Хозяин трактира удивленно перевел взгляд за мою спину, где мгновенно заскрипели по полу отодвигаемые стулья. Народ пришел в движение, стараясь расплатиться как можно скорее.

Видимо, ситуация была всем знакома и гости спешили покинуть место будущего боя.

Джек стоял, недовольно насупившись, но его воинственный пыл угас, вместо него проскользнула какая-то обреченность. Даже сморщился от досады, явно понимая, что происходит.

Он тяжело вздохнул, наклонил мохнатую голову, а затем тихо проговорив: — Давай присядем, в ногах правды нет. — Первым опустился на табурет, стоявший рядом, предварительно подставив его к нашему столу, сев в его главе, как и положено хозяину.

Положил широкие ладони поверх моей льняной скатерти, снова вздохнул, поднимая на меня тяжелый взгляд.

Перепуганная волна, ударившись о наше спокойствие, откатывалась обратно. Те, кто еще не успел уйти, возвращались, повторно делая заказы.

- Что предложить хочешь, девица? — его глухой голос с легкой хрипотцой, что-то задел в моей душе. Мне стало жалко мужчину.

- Во-первых — здесь нужно прибраться, — Деловито начала я, вспомнив крылатое выражение моего мира: — Куй железо, пока горячо!

Джек лишь на это предложение сипло вдохнул, но ничего не сказал.

Значит, можно продолжать.

- Во-вторых,  почистить столы, выбить от пыли подушки, да постирать наволочки на них. Вон, они у тебя свалены в углу. — Мотнула подбородком в сторону грязной кучи. — Думаю, когда-то они были очень красивыми, а теперь! Непорядок это. У тебя дети в заведение заходят, нужно соответствовать!

Трактирщик снова вздохнул, обняв ладонями косматую голову, проговорил глухо, я едва смогла услышать: — Ничего больше не осталось. Аннушка, когда ушла, душу мою с собой забрала, так теперь один-одинешенек и маюсь, все жду, когда за мной костлявая придет.

Столько отчаянья было в его голосе! Я едва не заплакала, так стало жалко мужика. Столько тоски было в его позе.

Но Ярослав шевельнулся, привлекая мое внимание, а затем покачал головой: — мол, не ведись на эмоции.

И я пришла в себя.

- Но ведь твои гости не виноваты в том, что ты чувствуешь. Зачем ты на них злость вымещаешь? — Положила свои ладони рядом с крупными руками Джека, совсем не похожими на руки повара.

Джон помолчал, пожевав губы, а затем, усмехнувшись, кинул взгляд на мужчин, тихо сидевших на своих местах.

- Умная она у вас! — кивнул в мою сторону.

- Что есть, то есть. - Хохотнул Кощей.

Я напряглась, если сейчас начнет выдавать плоские шуточки — встану и уйду. Пусть делает что хочет.

- Так что? — Нетерпеливо перебила хозяина.

Он ничего не сказал. Помолчал немного, а затем, решившись, заулыбался. Эта улыбка кардинально отличалась от той, предыдущей. Передо мной сидел довольно симпатичный мужчина, при условии, конечно, если его вымыть. В этом у меня всегда был пунктик. А так все было при нем и рост, и мужская мощь да харизма, и яркие бирюзовые глаза, как лазурная вода в океане. И улыбка, от которой, наверняка екало не одно женское сердце.

-Согласен! - Махнул ручищей он, запустив ее тут же в грязные длинные волосы. — К цирюльнику схожу сегодня же, а вот с уборкой, как быть, даже не знаю. — Он растерянно развел руки в стороны.

Я хотела сказать, что нужно нанять обслугу, сделать заказ у портных, много чего, в общем, нужно. И одним днем все решить невозможно, но к нам подбежал мальчик лет восьми. Встал неподалеку, нетерпеливо пританцовывая, но, не решаясь прервать беседу.

Джек замолчал, повернувшись к ребенку и пробасив: — тебе чего, пацан?

Мальчик дернулся, словно бежать собрался, а затем, задрав нос, выдавил: — Я к тетеньке! —его голос звенел от волнения. Он посмотрел на меня, почесал макушку и продолжил: — А завтра вы здесь будете? Я с друзьями приду. Хочу их угостить. Вкусные у вас штуки получились!

Вот так легко и непринужденно решилась главная моя проблема — найти рынок сбыта.

- Буду! — улыбнулась ребенку. — Только сам трактир закрыт будет, временно. Вон в то окно постучаться нужно будет. — Я показала на распахнутое на улицу окно, уже прикидывая, как из него сделать стол выдачи и приема заказов.

- Ура! — пацаненок, подпрыгнул и выбежал на улицу, догонять родителей, который вышли чуть раньше.

- По рукам? — протянул мне ладонь Джек.

- Согласна! — Рассмеялась, вкладывая свою.

Трактирщик едва ее сжал, видимо, боясь сломать, и, поднявшись, да развернувшись к кухне, заорал так, что гости снова начали судорожно вскакивать со своих мест.

- Обслуживаем последних гостей и закрываемся на два дня на уборку.

В кухне весело загалдели, а женщина, проходившая мимо нас к выходу, положила ладонь на локоть Джека, проговорила, сияя улыбкой: — Давно бы так, мы все уже соскучились по тому времени, когда здесь все блестело чистотой.

- Все будет, Марфа Ивановна! — проговорил Джек, провожая ее до дверей и о чем-то тихо беседуя.

Зорянка как раз доела все, что ей полагалось и, слезая со скамьи, начала звать нас за игрушками.

- Спасибо! — Джек вернулся, довольно потирая руки. - Я сейчас уйду, а вы будьте как дома. - Затем повернулся к мужчинам, и, поклонившись Кощею, молча ушел.

- Так кто ты такой, Кощей? — Подперев бока, да сузив глаза, задала главный вопрос.