Глава 27 Не ходите, девки, ночью по лесу гулять

Последний выходной недели я решила провести в городе. Тётушка Дора дала мне на это добро, тем более, что, по моей просьбе, она начала учить Раю премудростям готовки и обслуживания гостей, а для мытья посуды заказала артефакт. Он стоил баснословно дорого для небольшой таверны, но она воспользовалась деньгами, вырученными за приём, что мы устроили, пока её не было из-за травмы. А мне нужно было купить себе новые ботинки. Тем, что были на мне, уже никакая бытовая магия не смогла помочь. Нет, услышав мою просьбу, Даноран, к которому я уже могла обращаться без трепета и страха, всё же согласился посмотреть, но только это ни к чему не привело. – Лия, – покачал он головой, – ты меня, конечно, прости, но это – ужас. Здесь нечего чинить, подошва стёрта практически в пыль, кожа истончилась и растрепалась. Почему Мрак не купит тебе новые ботинки?! Я тогда возмутилась, вырвав свой ботинок у него из рук, и заявила, что сама в состоянии себя обеспечить и не хочу, чтобы Мракадан меня одевал и обувал. Я не кукла на витрине магазина. У меня сейчас действительно были деньги на покупку сапог. Пусть самых простых, но были! – Вот тролли! – выругался оборотень. – Почему?! Почему, Лия?! Что в этом такого плохого? Уже всем нам понятно, что он на тебе помешался. И это уже неизлечимо. Так в чём проблема, чтобы он обновил тебе гардероб? Ведь против талонов в столовой ты ничего не имеешь против! – Каких талонов? – полузадушено прохрипела я. Кажется, он удивился. – Он тебе так и не сказал? Он же ещё один на новый месяц несколько дней назад купил на твоё имя. Кто, по-твоему, отдал тебе первый? – Я думала, что ты… – Я?! – он обескураженно на меня уставился. А я поражённо молчала, стараясь переварить услышанное. – Ты правда, не знала? – виновато спросил Даноран, мягко дотрагиваясь до рукава моего платья. – Прости, я не должен был тогда подставлять брата и всё тебе рассказывать. Сами бы разобрались. – Нет, всё в порядке, – улыбнулась я немного натянуто. – Извини, мне надо идти. Я поплелась в академию, предварительно попрощавшись с тётушкой Дорой и её мужем, а также вытерпев крепкие объятия Раи, которая явно перестала меня бояться и сейчас считала чуть ли не старшей сестрой. Кстати, Мракадан, после того как ушёл с пойманным свирдом в академию, обратно не вернулся, прислав вместо себя парней. Одного, чтобы меня лечить, второго, чтобы привести в порядок владения тётушки Доры. Они-то и сказали, что оборотня неожиданно вызвали родители в посольство, и он очень просит меня «не влипать без него в неприятности». Ага, то есть, с ним можно… Я шла по дороге, засунув руки в карманы платья, чего старалась никогда не делать, всё же мои родители были аристократы, пусть и без титула, магии и обедневшие. Но сохранившие остатки гордости и любви к науке и образованию. Этим я пошла в них… А вот всем остальным, видимо, не очень. Иначе, как объяснить, что стала практически содержанкой для молодого свободного парня? Повисла на нём мёртвым грузом, притащив с собой кучу проблем. Из наших недоотношений, в которые я практически силком парня втянула, выигрывала только я. Он же, как оказалось, меня кормил, защищал, вытаскивал из передряг, общался со мной, принимал такой, какая есть. Даже одевал… Ведь пора признать, что платье на приём к отцу Крины всё же он мне подарил. Нет, я не сомневалась, что он делал это от чистого сердца, даже не думая о том, чтобы меня купить (ха, было бы что покупать!), и так далее. А вот на себя я злилась. Ведь отношения должны приносить обоюдную выгоду. Если смотреть с этой точки зрения, то от меня только ущерб. Не говоря уже о том, что такими слабыми человечками, как я, могущественные маги и древние расы откровенно брезговали. И, тем более, старались не заводить близких отношений. Кому нужны слабые человеческие гены в собственных детях? Я злобно поддела ногой камешек на обочине, и в этот момент подошва старого сапога просто отвалилась. Я ошарашенно подняла её с земли, не зная, как теперь быть. Пришлось ковылять до академии с одной босой ногой. Встречные адепты при виде меня ехидно хмыкали и переговаривались, а кто-то вообще откровенно ржал, тыкая в незадачливую человечку пальцем. А потом меня поймала Верена. Около лестницы в женском общежитии она дёрнула меня за руку, утаскивая в темную неприметную нишу и развернулась ко мне, полыхая кровавым цветом в глазах. – Так это правда! – Что правда?! – я от неожиданности совсем растерялась, пытаясь понять, что нового могла сделать не так. – Братья поменялись! – прошипела она, а потом придвинула ко мне лицо и резко выдала: – Гадина! – Что? Я-то тут причём?! – Ты пожалеешь о том, что на свет родилась, человечка! Он мой! – Да кто? – не выдержала я, но уже поздно – девушка развернулась, хлестнув меня длинными волосами по лицу, и с невероятной скоростью исчезла из видимости. Сцепив зубы, я добралась до своей комнаты, где застала смущённую Крину в окружении просто океана белых роз. Они стояли везде: на полу, столах, подоконниках, тумбочках. В вазах, корзинах и даже вёдрах. Драконница не обратила никакого внимания на мою босую ногу, зато сразу ворчливо пояснила, что «этот павлин» наверняка ограбил академическую оранжерею и вообще занимается глупостями. И пусть внешне она казалась недовольной и даже возмущённой, но я отчётливо видела, как на хмуром лице нет-нет, да проскальзывает довольная улыбка, а при взгляде на очередную записку в цветах, щёки смущённо розовеют. Я с улыбкой покачала головой. А Даноран времени не теряет! Осаду суровой драконницы ведёт по всем правилам и с бульдожьей хваткой. – Кстати, тебе там тоже записка, – она махнула рукой в сторону небольшого трюмо у входа, где стоял в небольшой стеклянной колбочке букетик полевых цветов. Я осторожно приблизилась ближе и улыбнулась, рассматривая голубые незабудки. Рядом лежала записка. Я протянула руку и, подняв бумагу, уставилась на сверкающий металлический жетон, который лежал под ней. Улыбка медленно сползла с лица. Записка гласила: «Прости, что не пришёл в таверну. Меня вызвали родители, и, скорее всего, я вернусь только к началу занятий послезавтра. Если тебе нужна будет помощь – любая, обращайся к любому из парней. Пожалуйста, не ходи в оранжерею и в лаборатории без меня; как выяснилось, даже травница и зельевар может найти там неприятности. И прости за талон. Не знаю, как бы я мог его отдать так, чтобы не сделать тебе неприятно. Надеюсь, что ты не будешь на меня сильно злиться. Дан» Злиться на Мракадана не получалось. Вот совсем. А от осознания того, что не смогу дать ему ничего в наших отношениях, стало горько. На следующий день я покинула академию рано утром, пока студенты и Крина ещё спали. На мне был плащ драконницы и домашние тапочки. Со всей возможной скоростью я устремилась в город, где решила подождать до открытия магазинов. Мои душевные метания были отложены, так как встала более насущная проблема – выбор подходящей обуви. Лавку я выбрала не самую привилегированную… Ладно, вообще одну из самых дешёвых… Так что на мои тапочки, конечно, косились, но глаза не закатывали. Я довольно быстро купила всё, что мне было нужно, и сразу переодела новые ботиночки. Простые, но крепкие и теплые, всё же ночи сейчас немного прохладные. А ведь впереди практика, так что хорошо, что купила до неё. Собственные тапочки бережно убрала в рюкзак и весьма довольная вышла из лавки. День был солнечным, воздух свежим, ботинки новыми, а плащ тёплым. Я даже расщедрилась на пару булочек для себя, а потом как-то незаметно набрела на городскую библиотеку. Здесь, за небольшую плату, я получила доступ в святилище всех ботаников. Ходила между полками, вдыхая аромат старой бумаги и кожаных обложек, и просто балдела. В академии тоже была библиотека, но никогда ещё я не упускала шанса найти что-то новое. Вот и тут, едва увидев на полке полное собрание лекарственных трав, что можно найти лишь на севере Албании, рука как-то сама потянулась за книгой. Ведь там как раз и располагается стая Чёрных Волков. И, нет, я без всякой цели решила это поизучать, просто… Так… На всякий случай… Вышла из библиотеки, когда уже совсем стемнело. На моё счастье, я доделала все уроки на завтрашний день еще позавчера. Так что сейчас могла себе позволить просто наслаждаться прогулкой. Мой путь до академии, если, конечно, идти пешком, лежал через городской парк. В это время суток здесь было практически безлюдно. Дорожки освещали фонари, а между кустами то и дело проплывали магические светильники. Была в этом месте какая-то романтика… Я шла вперёд, отмечая про себя, что вокруг мне попадаются исключительно парочки. И как-то так получилось, что мысли свернули опять в сторону Мракадана. Я уже призналась себе, что искренне влюбилась. А теперь безумно хотела, чтобы он тоже смог меня полюбить. По-настоящему. Чтобы было, за что… Ведь так не хочется становиться обузой для любимого человека. Еще, правда, была проблемой моя дурацкая фобия. Но за всё время нашего общения он больше ни разу меня не напугал, так что я искренне надеялась, что когда-нибудь смогу её перебороть. Тем временем, дорожки парка становились всё темнее, народу вокруг было всё меньше, а деревья росли всё гуще. Остался небольшой, довольно дикий участок парка, прямо перед выходом на окраину города около кладбища, откуда вела прямая дорога в академию. В какой-то момент я поняла, что осталась совсем одна, насколько хватало взгляда. А его очень не на много хватало, потому что видела я в темноте… Ну, как человек. Не как вампиры или оборотни, или же драконы. А просто, как обычный человек. Стало немного не по себе. Зря я пошла сюда так поздно. С другой стороны, я как-то привыкла, что никому до меня и дела нет. Что могло измениться? Где-то впереди послышался неясный скрежет. Я ускорилась, стараясь не думать ни о чём. Просто идти и, желательно, быстро. Опять заскрежетало, только теперь уже громче, и сразу с нескольких сторон. Я всё же остановилась, понимая, что начинаю бояться. Липкий страх залез под кожу и разнёсся ледяной волной по организму, причиняя физическую боль. В ближайших кустах что-то щёлкнуло, и я, не выдержав напряжения, коротко вскрикнула и отскочила. Моя реакция стала будто спусковым крючком от арбалета. На дорогу вышли зомби. Самые настоящие полу-разложившиеся трупы. Они тяжело ступали, подволакивая за собой ноги и руки, и таращились в мою сторону пустыми глазницами, внутри которых разгорался потусторонний свет. Безобидными их можно было бы назвать, только если не знать, что при желании они могут разорвать человека на части и высосать жизненную силу. Я в панике сделала шаг назад и в этот момент наткнулась спиной на живой существо. Резко отскочив, встретилась с абсолютно чёрными глазами. И это не были глаза Мракадана. Эти глаза на бледном, будто измождённом лице не были тёплыми или холодными. Они были неживыми. Чернота заполняла всё глазное яблоко, без единого просвета. – Ты Лия Коргут? – спросил некромант. А это явно был некромант, причём переполненный силой. Высокий, с чёрными волосами, что грязными паклями свисали на лицо. На нём был светло-серый костюм, только подчёркивающий болезненную худобу. Было в нём что-то отталкивающее, ненормальное. Я промолчала, пытаясь подавить волны ужаса, исходящие от меня, ведь они еще сильнее привлекают внимание нежити. – На тебя поступил заказ, – не дожидаясь моего ответа, равнодушно бросил он, – попросили передать, чтобы ты, человечка, знала своё место. – Некромантам же запрещено убивать, – пятясь в сторону единственного просвета между деревьями, прошептала я. – Да, – также спокойно подтвердил он и развернулся, чтобы отойти подальше. – А вот калечить и делать из человека овоща правительство Анании не запретило. Радуйся, Лия Коргут. Твой заказ стоил безумно дорого. С этими словами он отошёл к деревьям и сложил руки на груди, наблюдая за происходящим. А его зомби, до этого тихо стоящие на месте и ждущие приказа, разом ринулись в мою сторону. Я закричала. Закричала и побежала в сторону, откуда пришла. Но не успела сделать и пары шагов, как была сбита с ног и повалена на жёсткую каменную плитку парка. Больно стукнувшись затылком об мостовую, я захлебнулась собственным криком, с ужасом смотря в лицо обезображенной нечисти. Кто-то схватил меня за рукав и отодрал его, расцарапав плечо. За мою голову ухватились истлевшие руки, и я почувствовала, как сознание начало уплывать, наполнившись невыносимой болью… Внезапно монстра, сидящего на мне сверху, снесло огромной тенью. Тварь в последний момент ухватила меня за подол платья и протащила за собой по мостовой. От нас во все стороны шарахнулись зомби, а еще через несколько секунд кисть, держащую мой подол, переломили сильные руки. Меня подхватили под мышки и буквально выкинули вбок на траву. – Сиди здесь, не двигайся! – крикнул в ухо голос Мракадана, а затем вокруг меня появился сверкающий огненный кокон. Обжигающе горячий, но не причиняющий вреда, если не пытаться его покинуть. Зомби, оказавшиеся в непосредственной близости, при соприкосновении с пламенем просто осыпались кучками пепла. Сквозь огненные всполохи я различила силуэт Мракадана, материализовавшего полыхающий магией меч и крушащего нечисть на своём пути. Он продвигался к насмешливо наблюдающему за ним магу и полыхал звериным огнём в глазах. – Оборотень… – задумчиво наклонил голову некромант, подтягивая к себе чёрные туманные сгустки – магию смерти, – очень интересно… – Я убью тебя, – прорычал нечеловеческим голосом Дан, продвигаясь всё ближе. – В твоих мечтах, блохастый, – усмехнулся противник. Нечисть вокруг оборотня неистовствовала, рвала одежду, царапала и сыпала ударами, но он даже не обращал на это внимания, подходя всё ближе. В какой-то момент, вместе с рычанием, вырвавшимся из горла, на его скулах начала проявляться волчья шерсть, но, кинув короткий взгляд на меня, он усилием воли вернул себе человеческий облик. – Где же твоя собачка, парень? Зачем её прячешь? Когда первый чёрный сгусток метнулся в сторону Мракадана, я не удержала в груди крика. А он, на секунду скрывшись с глаз, вдруг вспыхнул ослепляющим пламенем, накрывая светом всё пространство вокруг нас, сжигая все порождения некроманта в огне и охватывая его самого обжигающими силками. – Убью, – прорычал оборотень, сжимая огненное кольцо вокруг противника. Тот уже не улыбался, а смотрел на Дана с удивлением, если не сказать, с растерянностью. – А ты силён, полукровка, – протянул он, а затем усмехнулся: – А она знает? Куратор резко вздрогнул и посмотрел на меня. Сейчас его лицо было обезображено и частично трансформировано в волчью пасть. Видимо, это стало последней каплей. Испуганно вздохнув, я погрузилась в темноту.