Глава 13
Татьяна ушла только после того, как убедилась, что Копылова вошла в аккаунт, что все ее контакты сохранены и теперь у подруги есть средство связи.
Оставшись одна, Вероника некоторое время раздумывала, глядя на номер Матвея. Пальцы будто сами собой тянулись, норовя прикоснуться к экрану, провести по нему, активировать вызов. Поэтому, когда новый телефон неожиданно ожил в ее руках и издал трель, она чуть не выронила его. «Котя-Мотя» высветилась надпись контакта.
– Алло? – ответила девушка.
– Привет, мамочка! – прозвучал задорный мальчишечий голосок.
– Привет! – невольно улыбнулась «мама».
– Наконец-то ты включила телефон! – теперь в его слова скользнула обида.
Глубокий вдох.
– Матвей, – сказала Вероника, – я не могу принять такой дорогой подарок! Это неправильно! Да и вещи… зачем твой папа это сделал?
– Слушай, – передразнил таким же глубоким вздохом ее мальчик, – это вовсе не подарок! Я же говорил, что заплачу тебе! Если ты не хочешь подарков, считай, что я тебе так заплатил за твое доброе дело. Знаешь, как теперь завуч на меня смотрит? Больше не дергает меня по пустякам, да и Мухин отстал.
– Матвей, я очень рада, что помогла тебе! – перебила поток восторгов Копылова, – Но я помогла тебе просто так! Не нужно мне никаких благодарностей!
– Ника-а-а! – заныл маленький проказник, – Тебе нужен телефон, я выбрал самый лучший, что тебе не нравится?
– Мне не нравится его цена и то, что не я его купила, – совершенно честно ответила девушка.
– Подумаешь! – фыркнул «сынок», – Заработаешь – купишь еще лучше! Ну не вредничай! Тем более папа говорил, что у тебя в работе очень перспективный проект.
Девушка чуть не рассмеялась в голос.
– Откуда ты такие слова знаешь?
– Я и не такие слова знаю! – заверил ее сын Ильясова, – Слышал, как папа говорил по телефону со своим замом, что проект «Вигор» находится у тебя, что это очень перспективный проект, что после того, как ты поправишься, ты будешь руководить им.
Вероника тут же забыла все свои опасения по поводу телефона, одежды и всех подарков, которые принес ей курьер. Теперь все это стало неважным. Потеряло всякий смысл. Он что, серьезно? Та самая папка, которую Копылова случайно унесла из кабинета Андрея, оказывается важный и перспективный проект, и теперь им будет руководить она…
Утром, когда Костя собирался уходить на работу, зазвонил его телефон.
– Слушаю! – проговорил отчим, завязывая галстук, глядя на себя в зеркало.
Вероника замерла, увидев, как изменился в лице мужчина, когда звонивший что-то начал говорить. Он даже трубку чуть не выронил.
– Когда? – отрывисто спросил Берестов, получил ответ, кивнул, выдохнул сквозь сжатые зубы, – Я понял. Спасибо! Скоро приеду.
– Что случилось? – севшим голосом спросила девушка.
Сердце затрепыхалось в груди, перед глазами заскакали темные круги, ноги отказались держать ее, захотелось немедленно сесть. Она опустилась на пуфик у зеркала, перед которым стоял Константин. От липкого страха все переворачивалось внутри.
– Что-то с мамой? – отказывалась верить, что вообще может что-то такое происходить, но должна была спросить.
Пока ждала ответа, казалось, мир вокруг остановился, даже пылинки, весело кружащиеся в утренних лучах солнца, оцепенели и больше не двигались.
Удар сердца.
Вдох.
Воздух сгустился, стал вязкий и тягучий, с большим трудом продвигался в легкие, застревая там.
– Ей собираются делать операцию, – бесцветным голосом сказал Костя.
А вот теперь весь воздух внезапно покинул грудь Вероники.
– Когда? – ошарашенно спросила девушка.
– Сейчас делают все анализы, потом доктор будет все проверять и в ближайшее время назначать дату, – муж мамы сам никак не мог поверить в то, что услышал по телефону.
– Но мы же за нее не можем сейчас заплатить! – Ника боялась радоваться раньше времени.
– В больнице сказали, что появился спонсор, выбрал именно историю болезни Наташи, – на глаза отчима навернулись слезы радости.
Ника никогда не видела его таким. Губы подрагивали в сдерживаемой улыбке, между бровей разгладилась морщинка, которая в последнее время делала вид Берестова угрюмым.
– Я так рада! – девушка с удивлением поняла, что по ее щекам покатились горошинки слез, – Мама обязательно поправится!
Она поднялась на ноги и обняла того, кто стал ей родным человеком. Единственным, с тех пор, как мама оказалась в больнице. Крепкие, привыкшие к работе ладони, мягко опустились ей на спину, привлекая ближе.
– Конечно, поправится! – выдохнул Костя ей в волосы, – Теперь все будет хорошо!
Он поцеловал Веронику в макушку и ушел на работу. Девушка осталась одна в полном смятении. Хотелось срочно все бросить и поехать в больницу. Она уже несколько дней там не была и не могла повидаться с мамой. Они созванивались каждый день по вечерам, Григорий Максимович был в курсе того, что случилось с девушкой. Он сам осведомлялся о здоровье своей бывшей подчиненной, делился новостями о ее маме.
Точно! Григорий Максимович должен знать, что это за меценат такой появился и правда ли, что он хочет оплатить операцию Натальи Леонидовны. Вероника взяла свой новый телефон, мысленно поблагодарила Матвея и Андрея Сергеевича за своевременный подарок и быстро нашла в записной книжке номер своего бывшего начальника.
– Николетта, добрый день! – быстро ответил Григорий Максимович.
Он всегда так называл Копылову. Говорил, что девушке не место в санитарках, ее ждет большое будущее.
– Здравствуйте, Григорий Максимович! – невольно улыбнулась Вероника.
– Ты уже в курсе, что твою маму готовят к операции? – спросил доктор.
– Да, нам только что позвонили. Я так рада! Вы даже себе не представляете!
– От чего же не представляю, душа моя? – хохотнул бывший начальник, – Очень даже представляю!
Вероника точно знала, что он сейчас улыбается, что вокруг его голубых глаз лучатся морщинки, делая его добродушное лицо похожим на доброго волшебника.
– Спасибо вам огромное!
– Что ты! Это не меня нужно благодарить! – смутился мужчина, – Я даже не работаю в той больнице, где лежит твоя мама! Просто хорошо знаю ее лечащего врача. Поверь мне, девочка, твоя мама в отличных руках!
– Я верю вам! – заверила доктора Ника, – А вы, случайно, не знаете, кто решил оплатить операцию?
– Он пожелал остаться инкогнито, – хмыкнул собеседник.
Жаль, надежда выяснить личность спонсора, растаяла, как дым. Вероника знала, что часто состоятельные люди проводят подобные акции, стремясь спасти чью-то жизнь. У всех разные причины подобных поступков, кто-то, таким образом, желает исправить грехи прошлого, кто-то просто помогает многим, кто-то, потеряв близкого человека, стремится спасти чужого с таким же диагнозом. Некоторые делают это ради пиара, другие напротив скрывают свои действия. Но девушка отлично знала, что нуждающихся гораздо больше тех, кто может вот так спасти чью-то жизнь. Она даже не надеялась попасть в число счастливчиков. И вот, как в сказке, ее мама стала одной из тех, кому оплатят операцию.
– Жаль, – слегка расстроилась Копылова, – я бы очень хотела сказать этому доброму человеку спасибо!
– Напиши письмо, – посоветовал доктор, – я попрошу передать его спонсору. Только пусть это будет уже после того, как все пройдет. Мы, врачи, народ суеверный!
Вероника поблагодарила Григория Максимовича и попрощалась. Это солнечное утро теперь ей казалось еще более волшебным.
Неудержимо захотелось выйти на улицу и прогуляться, поймать последние лучики солнца, ведь скоро совсем похолодает, погода не будет уже такой теплой и ясной. Зимой солнце редкий гость в этих краях.
На прогулку Вероника собиралась с каким-то затаенным азартом. Будто делала что-то недозволенное, как в детстве, когда мама запрещала есть мороженое зимой, чтобы не заболела, но маленькая Ника все равно однажды купила себе стаканчик пломбира и съела прямо у магазина. На улице. И не было ничего в тот миг вкуснее на всем белом свете. Осознание того, что она нарушила мамин запрет, сделало лакомство просто божественным. И пусть она все же заболела потом, ни на миг не пожалела о своем поступке, лелея в воспоминаниях этот маленький фрагмент своей жизни. Так и сейчас, знала, что нужно лежать, чтобы скорее выздороветь, но страшно хотелось погулять.
Облачившись в синие джинсы, легкий свитер, удобные кроссовки, собрала волосы в хвост, накинула курточку и вышла из дома. Сегодня она как никогда чувствовала себя хорошо, голова не кружилась. Небольшая слабость не в счет. Хотелось полной грудью вдыхать прохладный, влажный воздух, наполненный ароматом сухой листвы и мокрого асфальта. Мир казался прекрасным, ярким и радостным. Теперь все будет хорошо! Мама поправится, Костя, наконец, перестанет пропадать на работе целыми днями, у них будет больше времени, чтобы побыть с мамой вдвоем. Сама Вероника нашла работу в престижном месте.
Девушка сама не заметила, как начала улыбаться. Получая невольные улыбки в ответ от прохожих, она шла лёгкой походкой по дорожке в сторону сквера. Под ногами шуршали первые, опавшие листья, ветер играл прядями ее темных волос, приятно щекоча кожу на шее. Вероника даже поняла, как оказалась в парке. Тут было тихо, почти тревожно. Собственные шаги слышались громким топотом.
Повернула на другую дорожку и ускорила темп. Надо уходить отсюда. Здесь не слышно было даже шум, проезжающих по улице, машин. Даже птицы как-то приумолкли. Где-то в этой части парка, насколько помнила Ника, была детская площадка, но с наступлением осени, дети с мамочками стали редкими гостями на ней. Не слышно звонкого смеха и скрипа крутящейся карусели. Зато вот чьи-то шаги за спиной девушка услышала довольно отчетливо.
Понимая, что опасаться, в общем-то, нечего, что сейчас только утро, при свете солнца никто нападать не будет. А если, вдруг? Она ускорилась еще сильнее. Не выдержала и бросила быстрый взгляд назад. В этом месте дорожка изгибалась, пряча себя за пышным кустарником. По дорожке точно кто-то шел. Сердце встрепенулось и неприятно сжалось. Надо убираться отсюда! Прямо сейчас.
Тряхнула головой, прогоняя липкий страх, и поспешила покинуть эту, ставшую такой неуютной, часть парка. Внезапно идея прогуляться перестала казаться такой уж привлекательной. Попыталась успокоить себя тем, что может быть, просто случайный прохожий просто гуляет и вовсе не преследует её. Чтобы убедиться в собственном предположении, Вероника на следующем пересечении дорожек нырнула в ближайшие кусты и замерла там. Затаив дыхание, прислушивалась к приближающимся шагам. Почти все звуки заглушал собой грохот собственного сердца. Преследователь остановился на том самом перекрестке, на котором всего несколько секунд назад стояла Копылова. От напряжения девушка перестала дышать. Безумно хотелось увидеть этого человека, понять, что ему надо от неё. Но она могла выдать свое присутствие, если бы отодвинула ветку, загораживающую весь обзор. Зато она прекрасно видела ноги мужчины, обутые в чёрные ботинки и одетые в тёмные брюки. Незнакомец топтался на месте, не решаясь выбрать свое дальнейшее направление. Чтобы помочь ему определиться с выбором, Вероника бросила камень в соседние кусты, которые росли вдоль одной из дорожек. Ноги мужчины тут же развернулись в сторону шума.
Миг.
Не раздумывая, он шагнул в сторону той самой дорожки, куда улетел камень. Вероника выскользнула из своего укрытия и поспешила в обратную сторону. Через несколько минут свернула на другую тропинку, чтобы не идти тем же путем, каким она попала сюда, и сорвалась на бег.
Никогда ещё она не бегала так быстро. Девушка просто неслась вперед, стараясь дышать равномерно, совершенно забыв, что ей вовсе бегать нельзя. Внезапно парк кончился, и Вероника оказалась на шумной дороге. Посчитав, что теперь находится в безопасности, постаралась привести свое дыхание в норму и огляделась. Местность показалась ей знакомой. Ну точно! Вон светофор, а там остановка. Ничего себе, как далеко от дома она забрела. За углом располагалась десятая гимназия. А потом… неожиданно на плечо легла чья-то ладонь.
Девушка вскрикнула и дернулась, с разворота стремясь освободиться от захвата.
– Отпустите! – испуганно сказала Ника.
– Простите, я не хотел вас напугать!
Перед ней стоял тот самый сотрудник полиции, который приходил к ней домой и проводил опрос.
– Но вы меня напугали! – все ещё справляясь с испугом, обвиняюще ответила она.
Губы парня дрогнули в улыбке, глаза приняли самое невинное выражение.
– Ещё раз прошу прощения, я, правда, не хотел вас пугать. Просто вы выбежали из парка с таким выражением лица, будто за вами черти гнались. Решил узнать, все ли с вами в порядке. Окликнул вас, но вы не слышали, оглядывались по сторонам, будто помощь нужна.
В какой-то миг Вероника было подумала, что в парке за ней шёл лейтенант Марченко, но мимолетно брошенный взгляд на его ноги развеял все сомнения. Сотрудник полиции был одет в серые джинсы и обут в кеды. В душу снова противной змеей вполз страх.
– Вероника, вы побледнели! – встрепенулся полицейский.
Девушка на самом деле ощутила, как кровь отхлынула от лица.
– Все хорошо, – пробормотала она вяло.
Ей не поверили. Молодой человек придержал за локоть и подвел к скамейке. Усадил ее, заглянул в глаза.
– Вы уверены? – переживал лейтенант, – Может быть, отвезти вас домой? У меня машина тут за углом. У вас была травма, поберегите себя!
Зажмурив глаза, Копылова сделала несколько глубоких вдохов и медленных выдохов, борясь с подкатившей слабостью. Ощущение, что она попала в шпионский фильм, не покидало. Вообще все происходящее казалось каким-то нереальным.
– Просто закружилась голова, – постаралась она успокоить впечатлительного сотрудника внутренних органов.
Сотрудник посмотрел с сомнением и усмехнулся, снова став похожим на озорного мальчишку.
– И все же, – спросил он, перестав улыбаться, снова принимая серьёзный вид, – что вас так напугало?
Вероника прикусила губу. Очень не хотелось бы выглядеть глупо в глазах молодого офицера, но в то же время, что если ей все это не показалось, и на самом деле кто-то преследовал её там в парке? А если так, то может пострадать кто-то другой.
Сделав глубокий вдох, девушка решилась.
– Мне показалось… – тихо начала она и замолчала.
– Что показалось? – тут же насторожился Марченко.
– Да ерунда…
– Вероника, – парень заглянул ей в глаза, – расскажите мне! Если вас что-то тревожит, возможно, я смогу вам помочь.
Это придал уверенности.
– Я гуляла, потом мне показалось, что за мной кто-то идёт. Я пошла быстрее, этот кто-то тоже ускорился. Знаете, – она доверительно взяла за руку своего собеседника. Мужские пальцы легонько сжали её ладошку. – Мне, правда, стало страшно. Этот человек не просто шёл в ту же сторону, что и я. Он шёл именно за мной! Глупо, конечно, кому я нужна? Но я спряталась за куст. Мужчина тоже остановился, мне было видно только ноги в чёрных штанах и ботинках. Он встал совсем рядом, будто решая, куда именно я могла повернуть. Понимаете? Я кинула камень в соседние кусты, которые загораживали собой дорожку, незнакомец пошел именно туда, а я побежала сюда. Ну вот как-то так…
Почему-то ее собственный рассказ показался Копыловой глупым. Лейтенант нахмурился.
– Хорошо, что вы мне все рассказали, – сказал он, – недавно в этом парке неизвестный напал на девушку. Ударил её ножом и забрал сумочку.
– Ужас какой! – ещё больше испугалась Вероника.
– Кажется, я вас все же напугал, – Марченко снова нахмурился, – виноват, но вы лучше не ходите одна. Нападение произошло вечером, сейчас день, но лучше перестраховаться.
– Спасибо, что предупредили, – попыталась улыбнуться девушка, – у меня и желания нет, больше так гулять, если честно. Что с той девушкой? Нападавшего не нашли?
– Жива, – кивнул парень, Вероника не сдержала облегченный вздох, – но пока в тяжелом состоянии в больнице. Преступника ищут. Уверен, что очень скоро найдут. Поэтому вы пока держитесь подальше от парков, скверов, подворотен, да и старайтесь не задерживаться допоздна.
Копылова зябко повела плечами.
– Да мне вообще теперь из дома страшно выходить.
Она спрятала за улыбкой свой страх. Внезапно ее взгляд переместился в сторону гимназии. Видимо, пока они беседовали с Марченко, в школе прозвенел звонок на перемену. Дети высыпали во двор и заполнили своим щебетом воздух этим осенним днем. Но внимание Вероники привлекли двое мальчишек. Один светловолосый, взлохмаченный и худенький, второй точно его полная противоположность – смуглый, черноволосый, низкорослый и коренастый. Эта парочка направлялась за угол гимназии. Вид у мальчишек был довольно воинственный. Мгновенно узнав в блондине Матвея, девушка встрепенулась и схватила лейтенанта за руку, чем немало его удивила.
– Товарищ… господин…, – на секунду девушка зависла, судорожно вспоминая правила обращения к сотрудникам полиции. В памяти крепко засели кадры из советских фильмов, где бравых блюстителей закона называли не иначе как «товарищ милиционер». В наше время все уже давно перешли на обращение «господин» причем все равно к кому именно. Полицейский? Лейтенант? Ведь опыта общения с органами внутренних дел у Вероники не было вообще. К счастью.
– Сергей, – мягко улыбнулся лейтенант, чем поверг девушку в еще больший ступор, – прошу вас, называйте меня по имени и на «ты», мы ведь не на допросе.
Ника не стала спорить и быстро перешла к делу.
– Сергей, у тебя ведь удостоверение с собой?
Она вопросительно посмотрела на парня. Получив кивок, продолжила:
– У меня к тебе одна очень большая просьба!