Глава 14

Залитый солнечным светом школьный двор был заполнен гимназистами разных возрастов. Кто-то громко о чем-то спорил, кто-то смеялся, кто-то увлеченно о чем-то рассказывал, и лишь двое решили удалиться для «серьезного разговора».

– Малявка, ты что о себе думаешь? – чуть хрипловатый, сердитый мальчишечий голос звенел от ярости.

– Отпусти, Муха! – не менее злой голос, но звонкий и чистый, будто колокольчик.

– Ты зачем меня сдал? – шипел первый.

– Не сдавал я тебя, пусти! – праведным гневом воспылал второй, – Я не стукач!

– А то я не знаю, что твоя мамаша приходила в школу! Меня потом Ворона на разговор вызывала, отцу пожаловалась, а он меня… Да я сам тебе сейчас!

Звуки борьбы стали громче.

– Ворона сама вызвала маму в школу, – запыхавшись, отвечал второй голосок, – она камеры смотрела. А ты потом Марину из третьего «В» толкнул, она коленку разбила. Получай, гад!

Дерущиеся настолько увлеклись процессом, что совершенно не заметили возникшего рядом с ними мужчину с суровым взглядом.

– Отставить! – громко гаркнул он.

Мальчишки замерли, так и сжимая в руках край одежды друг друга. Чернявенький держал блондина на лацканы пиджака, а светленький схватил своего врага за рубашку, поскольку пиджак не сходился на плотном животе школьника. Драчуны враждебно посмотрели на нарушителя их разборок.

– Шел бы ты, дядя отсюда! – каркнул толстый мальчика.

Мужчина хмыкнул, качнул головой и приблизился к ним.

– Лейтенант Марченко Сергей Иванович, – мгновенно сменил тон «дядя», протягивая раскрытое удостоверение, давая возможность прочитать его школьникам.

– Ой!

Черненький тут же расцепил пальцы, освобождая от захвата одежду своего противника. Однако блондин хватку не ослабил, он хмурился и продолжал удерживать в своих тонких руках обидчика. Оба похожи на взлохмаченных воробьев. У светленького кровь из носа шла, у темного набухал лиловым цветом синяк под глазом.

– Вот видите, – резко перешел на фальцет брюнет, – он меня избива-а-ет!

Если бы Сергей не видел только что своими глазами, как агрессивно этот мальчишка вел себя по отношению к знакомому Вероники, он, может быть, и поверил бы в этот театр. На самом деле сейчас, представшая перед ним картина выглядела так, будто более мелкий и субтильный Матвей угнетает и обижает более рослого и плотного Витьку.

– Разберемся! – уверил сотрудник полиции, – Виновные будут наказаны.

Витька икнул и тихонько завыл.

– Пожалуйста, дяденька полицейский, не надо! – запричитал он.

Матвей отпустил его рубашку и брезгливо посмотрел на обидчика.

Марченко сам не ожидал подобного и слегка растерялся, но быстро взял себя в руки и вернулся к намеченному плану.

– Нам в отдел поступили многочисленные жалобы, – серьезно заявил мужчина, – кто из вас Виктор Мухин?

Темноволосый мальчишка стал белее полотна. Марченко выжидательно посмотрел на обоих. Они молчали.

– Я жду! – напомнил о себе лейтенант.

Под пристальным взглядом суровых глаз блондин представился:

– Ильясов Матвей Андреевич.

– Крыса! – рядом прошипел Мухин.

– Сам ты крыса, – спокойно ответил Матвей, – или я должен был сказать, что я это ты?

По выражению лица Витьки было ясно – он так и хотел. Пришлось признаваться.

– Ну, я Виктор Мухин. И че?

Теперь он с вызовом смотрел на полицейского, будто решившись на признание, снял маску бедного-несчастного и теперь взирал на мужчину злобным волчонком.

– Вынужден вынести тебе первое предупреждение, – пропустил «че» мимо ушей Марченко, – если жалобы будут продолжаться, мы поставим тебя на учет и будем проводить профилактические меры. Родителей вызовут на комиссию. Не думаю, что твоему папе будет приятна эта процедура…

От слова «папа» мальчика вздрогнул и поник.

– Послушай, – Сергей присел перед мальчиком на корточки, таким образом заглянул ему в глаза не сверху вниз, а на уровне его роста, положил руку на плечо, – ты ведь хороший парень, – за спиной хмыкнул Матвей, кажется, он не был согласен с этим утверждением, – зачем ты все это делаешь? Неужели хочешь в интернат для трудных детей?

– Да лучше в интернат…

Подобного ответа не ожидал никто. По щеке мальчика скатилась крупная слезинка. Он зло вытер ее кулаком и шмыгнул носом.

– Ты чего? – вскрикнул Матвей.

– А ничего! – неожиданно горько ответил ему Витька, – Ты думаешь, что тебе все дозволено? Ты понятия не имеешь, как я живу! Ты сидишь в своем богатом доме, с богатеньким папочкой, а я…

Он безнадежно махнул рукой.

– Ты не поймешь!

– Я постараюсь, – серьезно сказал Матвей, – только ты перестань творить всякую дичь.

Вероника наблюдала издалека за тем, что происходит на заднем дворе школы. Она видела, как мальчишки пожали друг другу руки, как Ильясов-младший достал из кармана носовой платок и вытер кровь из носа, а потом прозвенел звонок и все гимназисты, включая и этих двоих, поспешили на очередной урок.

– Хороший мальчика этот Матвей, – улыбаясь, сказал Марченко, возвращаясь к поджидающей его девушке.

– Он самый лучший! – с гордостью ответила ему Копылова.

Поблагодарив лейтенанта, Вероника заторопилась домой, но молодой человек не отпустил ее одну. Настоял на том, чтобы ее подвезти до дома.

– Лучше пока воздержись от прогулок по паркам и переутомления, все же у тебя была травма, побереги себя! Да и небезопасно гулять ходить одной.

Девушка не стала спорить и покорно села в машину.

– Спасибо большое, – поблагодарила Копылова, когда они оказались перед ее подъездом, – особенно за Матвея…

Под пристальным взглядом серых глаз нового знакомого она немного смутилась. Поправила прядь темных волос, спрятав ее за ухо, опустила глаза и смущенно улыбнулась.

– Пожалуйста! – просто ответил парень, – Вижу этот мальчик дорог тебе.

Вероника прикусила губу и задумалась на миг.

– Ты знаешь, – призналась она, – с его приходом в мою жизнь все изменилось, как будто началась светлая полоса. Он такой солнечный, такой непосредственный. Я не могу думать об этом ребенке без улыбки. Я знала, что этот Мухин его достает, что из-за этого хулигана у Матвея неприятности в школе, а сказать отцу он не хочет об этом.

– Почему?

– Считает, что сам должен решать свои проблемы, как настоящий мужчина.

Сергей кивнул с улыбкой.

– Из таких мальчишек и получаются самые настоящие мужчины, – сказал он, – чувство справедливости, понимание чести – будто врожденные качества. Это трудно объяснить… Вот он еще маленький, а сразу видно, что из него вырастет хороший человек. Родители его хорошо воспитали.

– Он, правда, отличный парень, – сейчас в голосе девушки сквозила неприкрытая грусть, – но вот мамы у него нет. Отец воспитывает его один, няни не в счет. Думаю, он просто все демонстрирует собственным примером.

И снова Вероника смутилась от одного только упоминания своего босса.

– Вы знакомы? – сразу же спросил Марченко.

– Да, – пришлось признать очевидное, – но с Матвеем я познакомилась до того, как узнала его отца. А потом, так получилось, оказалось, что мой начальник это и есть отец мальчика.

– Повезло им! – Неожиданно проговорил сотрудник полиции.

– Что? – не поняла Вероника.

– Повезло им обоим, – повторил Сергей, – у мальчика есть такой чудесный друг, как ты, а у его отца такая потрясающая сотрудница.

Девушка опустила ресницы, не скрывая улыбки.

– Ты меня смущаешь, – призналась она.

– Не стоит смущаться, – уверил ее собеседник, – ты очень необычная девушка. Я рад, что познакомился с тобой.

– Я тоже рада с тобой познакомиться, – окончательно застеснялась Вероника.

Она попрощалась и вышла из машины.

Вечером приехал Костя и отвез ее в больницу к маме. Наталью Леонидовну уже перевели в обычную палату и наконец-то разрешили посещения. Правда ненадолго, но уже и это было хорошо. Иметь возможность обнять маму, поцеловать ее, услышать голос, вдохнуть родной запах и радоваться ее улыбке, зная, что скоро мама будет здорова – все это наполняли сердце немыслимой радостью.

– Девочка моя, – улыбнулась женщина, когда Вероника вихрем ворвалась в палату и присела на край кровати.

– Привет! – девушка почти упала матери на грудь, обнимая ее, – Я так соскучилась! Как ты?

– Хорошо, – как можно увереннее ответила родительница, – а теперь, когда увидела тебя, стало еще лучше!

Костя с улыбкой наблюдал за женой и девушкой, которую давно считал своей дочерью. Он с гордостью думал о том, что Вероника выросла такой заботливой и чуткой.

После того, как пообщалась с мамой, Копылова заглянула в ординаторскую и немного поговорила с лечащим врачом мамы. Он дежурил в этот день и смог ответить на некоторые вопросы. Девушка надеялась у него узнать о личности того загадочного спонсора, благодаря которому у ее мамы появилась надежда на выздоровление. Однако надежды не оправдались. Лев Сергеевич лишь руками развел.

– Я лишь могу видеть подписанные бумаги и готовить вашу маму к операции, а после следить за адаптацией, – сказал он.

– Хорошо, – кивнула Вероника, – спасибо вам большое!