Глава 10

Сознание уплывало, оставляя реальность вспышками фрагментов. Вот заплаканное личико мальчика, прижимающего к себе грязную собаку, вот какая-то полная, суетливая женщина что-то кричит в трубку мобильника, где-то вдалеке слышен вой сирены, яркие вспышки проблесковых маячков больно бьют по глазам светом даже сквозь закрытые веки. Почему-то очень холодно и неудобно лежать.

– Мама!

Вероника распахнула глаза. Белый потолок, блеклые стены и игла от капельницы воткнута в вену на изгибе локтя. Несколько секунд потолок кружился перед глазами, а затем подкатила тошнота и обрушилась головная боль. Девушка тихо застонала, повернула голову набок и осмотрелась. Больничная палата, капельница, окно, закрытое жалюзи и тишина. Какая-то гнетущая, пугающая тишина.

Копылова протянула руку, свободную от иглы, нащупала над головой кнопку и нажала на нее. Спустя несколько мгновений распахнулась дверь и появилась симпатичная медсестра в бирюзовой униформе.

– Что случилось? – участливо спросила она.

– Мне нужно позвонить, – сообщила Вероника, удивляясь, как хрипло прозвучал ее голос.

Она закашлялась. Медсестра взяла с тумбочки стакан с водой и протянула его пациентке. Та с благодарностью приняла питье и сделала несколько жадных глотков.

– Не волнуйтесь! – снова улыбнулась медичка, – Ваш муж и сын в курсе, где вы, скоро приедут сюда.

– Мой… кто? – Вероника закашлялась, чуть не поперхнулась водой.

– Муж, – с готовностью повторила медсестра, – и сын. У вас такой чудный ребенок! Он приехал с вами на скорой. Вы не помните?

Копылова качнула головой и тут же пожалела об этом. Перед глазами снова все поплыло. Она зажмурилась и прикусила губу, стремясь прогнать неприятные ощущения.

– Правда его с собакой не пустили в отделение, – продолжила говорить девушка, – он оставил ее на улице и все время бегал, проверял, как она там. А собака сидела и ждала его как привязанная, никуда уходить не собиралась. Но сынок ваш переживал, чтобы не украли.

Девушка хохотнула, как будто кто-то сказал смешную шутку.

– Скажите, – вдруг она посмотрела прямо в глаза Вероники, – где вы взяли такую псину?

Верника давно потеряла нить разговора. Она могла только хлопать глазами и пытаться понять, что же произошло. Какой муж и ребенок? Какая псина? О чем вообще говорит эта девушка?

– Потом приехал ваш муж, – продолжала тарахтеть словоохотливая медсестра, – какой мужчина… – она мечтательно вздохнула, – повезло вам!

Копылова не могла с ней согласиться и предпочла пока никак не комментировать данную ситуацию. Наверняка, произошло недоразумение и ее просто с кем-то перепутали.

– Где мой телефон? – спросила Вероника.

– Да вы не волнуйтесь! – всплеснула руками медсестричка, – Вам нельзя нервничать. Доктор сказал, что сотрясения нет, но вы сильно ударились. Нужно отдыхать. Только полный покой! Ваши вещи в камере хранения. Все будет в целости сохранности. Ваш муж приедет утром. Он привезет все необходимое, а если все будет хорошо, то, может быть, доктор отпустит вас домой! Главное лежите, и не вставайте! Вас ведь сбил автобус. Просто чудом остались живы и, можно сказать, отделались легким испугом!

Главное не поддаваться панике! Потом будем разбираться, что там за сын и муж нарисовались. Вероника изобразила дежурную улыбку, делая вид, что все хорошо. Если она сейчас скажет, что не замужем и знать не знает ни о каком ребенке, вполне возможно ее упекут из травматологии в психиатрию. Вот тогда на самом деле будет потом проблемой выбраться оттуда.

– Мне нужно позвонить папе, – мягко проговорила Копылова, – понимаете, мама сейчас болеет, если я не позвоню, они буду сильно переживать.

На миг медсестра задумалась.

– А ваш муж не передаст вашим родителям, что вы попали в больницу?

Вероника не сдержала стон, который тут же был воспринят по-своему.

– Вам больно? Сделать укол? – всполошилась девушка.

– Все хорошо, – поспешила ее заверить Вероника, – просто, как вам сказать… мои родители и мой… кхм… муж, они…

Что же такое сказать?

– Не общаются? – неожиданно пришла на помощь медсестра.

– Именно! Пожалуйста, дайте мне позвонить! – взмолилась Вероника, – Обещаю, я быстро!

– Хорошо, – сдалась девушка, – сейчас принесу телефон.

Как Вероника и предполагала, Костя уже был близок к панике. Он пришел в ужас, когда девушка не вернулась домой после работы.

– Ника! – отчим чуть ли не рыдал, когда услышал ее голос, – Я уже хотел обращаться в полицию! Ты ведь сказала, что скоро будешь дома. Я звоню, звоню, ты трубку не берешь, потом вообще стала недоступной. Что случилось? Где ты? Я сейчас приеду!

– Я в больнице, – Верника зажмурилась, голова снова закружилась. Она сама разволновалась, представив, что пришлось пережить бедному отчиму, когда она не пришла домой. – Только очень тебя прошу, не нервничай! Все хорошо! Просто доктор сказал, что нужно понаблюдать. Не нужно приезжать! Тебя все равно не пустят. Я ударилась головой. Упала… да я сама виновата! Костя!

Ей пришлось еще немного приложить усилий, чтобы успокоить мужчину. Медсестра, которая дала ей позвонить, уже недовольно поджимала губы. Видимо, уже жалела о своем поступке.

– У меня сейчас нет телефона, – Копылова виновато улыбнулась девушке, стараясь выразить взглядом свое сожаление и благодарность одновременно, – мне позволила позвонить медсестра, – вопросительный взгляд на хозяйку телефона, та тихо представилась и Вероника повторила уже громче в трубку, – Мария. Да, спасибо огромное! Хорошо, я завтра позвоню. Спокойной ночи!

Коротко выдохнула, отключила звонок и отдала аппарат медсестре.

– Спасибо вам большое! – еще раз поблагодарила она свою новую знакомую.

Маша улыбнулась в ответ.

– Пожалуйста! Завтра передам по смене, чтобы в твоих вещах нашли телефон и принесли. Ну, правда, это не дело, что близкие волнуются.

Маша помялась немного, прикусила губу и задумчиво посмотрела на Веронику. Любопытство победило, и она решилась уточнить:

– А этот Костя тебе кто? Любовник?

Ее глаза загорелись интересом.

– Что? – не сразу поняла вопрос пациентка.

– Ну… у тебя муж и сын, а тут какой-то Костя.

Маша демонстративно подвигала бровями, намекая на что-то.

– Костя – муж моей мамы, – тут же поняла о чем она Вероника, – мама сейчас тоже в больнице, а тут еще я пропала.

– Ясно, – тут же поскучнела медичка, – ладно, тебе пора уколы делать и спать.

После укола Копылова тут же провались в сон без сновидений. Утро началось суматошно. Девушка не стразу вспомнила, где вообще находится и никак не могла понять, почему так много голосов дома. С трудом открыла глаза, поморгала, вспоминая вчерашний вечер и ночь.

– Жаль! А я думала, что мне все это приснилось, – с грустью проговорила Ника, прислушиваясь к разговорам в коридоре.

Сегодня она уже чувствовала себя гораздо лучше. Голова перестала так сильно болеть и головокружения отступили. Новая медсестра принесла какие-то таблетки и сказала, что скоро будет еще один укол. Вероника не стала принимать никакие таблетки, боясь снова заснуть так и не пообщавшись с доктором. Она переживала, что не может попасть на работу, даже позвонить туда и предупредить о том, что в больнице, не имеет возможности. Пришлось покорно ждать обхода, чтобы поговорить с лечащим врачом и попросить отпустить ее домой.

Мария сдержала свое обещание и новая медсестра, которая сменила ее, принесла телефон Копыловой. Правда, экран у него оказался разбит.

– Он такой и был, – сочувственно сказала медсестра, когда Вероника горестно вздохнула, рассматривая густую паутинку трещин на стекле смартфона, которая так интенсивно покрывала собой бедный телефон, что невозможно было что-то увидеть на дисплее, – хотите, я принесу вам зарядное устройство?

– Если можно, – кивнула Вероника, – может, когда включим, что-то видно будет на нем.

Ей хотелось плакать. Покупать новый телефон она не планировала, тратить на это деньги не время, но при этом оставаться без связи тоже плохо. Копылова сейчас не могла даже посмотреть время. Она ждала прихода доктора и раздумывала, как же все-таки сообщить на работу о причине своего отсутствия. Ведь все номера у нее были в разбитом телефоне.

Когда открылась дверь, и в палату вошел человек в белом халате, Вероника в первое мгновение не поверила глазам. Перед ней стоял ее начальник Ильясов Андрей Сергеевич. Девушка зажмурилась, тряхнула головой, проверяя на наличие боли, снова открыла глаза и посмотрела на стоящего перед ней мужчину. Видение никуда не исчезло, наоборот – стояло и с интересом рассматривало Веронику. Пристально так, как будто в первый раз увидело.

– Доброе утро! – решила быть вежливой Копылова, все еще надеясь, что в палате стоит совершенно другой мужчина, а ей просто кажется, что это ее босс.

– Доброе утро! – ответили ей голосом Ильясова.

Значит, он все же настоящий. Ну либо перед ней галлюцинация не только визуальная, но и звуковая.

– Я хотела позвонить на работу и предупредить, что в больнице.

Ситуация казалась совершенно нереальной. Ну в самом деле, что здесь может делать Андрей Сергеевич? Новый работник заболел, и он сразу явился собственной персоной навестить пострадавшую сотрудницу. Ну что за бред! Тем не менее, что он здесь забыл?

– Передумала? – синие глаза блондина сузились.

Девушка совсем растерялась, не зная, что и ответить. Но в этот момент дверь снова распахнулась, пропуская еще одного мужчину тоже в белом халате.

– Доброе утречко! – радостно поздоровался доктор.

Он был невысокого роста, слегка полноват, рыженький и с колоритной бородой, как у сказочного доктора Айболита.

– Доброе утро, – тихо ответила Вероника, косясь на Ильясова.

– Ну-с, как вы себя чувствуете, милочка? – с улыбкой спросил врач, проходя мимо блондина, будто не замечая его и усаживаясь на край кровати девушки.

Точно, ее начальник в палате это глюк! Нет здесь никакого босса. Просто она слишком сильно ударилась головой, теперь мерещится всякая ерунда.

– Я… – она хотела сказать, что все хорошо, но уже не была в этом так уверена, ведь голова уже почти не болит, зато вот он – ее персональная галлюцинация, – я не знаю…

– А чего так? – не удивился «Айболит», доставая из кармана маленький фонарик.

Быстрым и точным движением доктор посветил Копыловой в глаза.

– Угу, на свет реакция хорошая, – сам себе проговорил мужчина.

Выудил неврологический молоточек, легонько постучал по рукам девушки, спустился к ногам. Все это время, Вероника смотрела на Ильясова за его спиной, который сложил руки на груди и наблюдал за манипуляциями «Айболита» с совершенно непроницаемым выражением лица.

– Что-то беспокоит? – спросил доктор, – Что-то болит? Тошнит? Сонливость?

– Нет, все хорошо, – заверила его Вероника, – но есть кое-что не совсем обычное, странное я бы сказала.

– Что именно? – тут же сделал «стойку» врач.

Глаза его мгновенно вспыхнули неподдельным, профессиональным интересом.

– Видится всякое, – произнесла девушка, от души надеясь, что за подобные признания ее не упекут в психушку.

– Это нормально! – улыбнулся эскулап, – Действие некоторых препаратов могут давать такой вот побочный эффект. Скоро пройдет!

Вероника немного расслабилась. Но следующие слова «Айболита» повергли ее в шок.

– С вашей женой все в порядке!

Это он повернулся к «глюку» Копыловой и продолжил:

– При должном уходе и строгом приеме необходимых препаратов, она быстро поправится. Можете забирать супругу домой. Ведь дом и стены лечат. Не правда ли? Но в случае ухудшения ее состояния немедленно приезжайте сюда!

Вероника ошарашенно смотрела на мужчин, борясь с желанием снова интенсивно протереть глаза.

– Большое спасибо, Степан Иванович! – сдержано улыбнулся Ильясов, пожимая доктору руку.

Степан Иванович удалился. Верника слышала, как он отдает распоряжения по поводу выписки Ильясовой Вероники Алексеевны и не могла поверить ушам.

Андрей стремительно обернулся, прошил девушку мрачным взглядом, от которого нестерпимо захотелось спрятаться под одеяло.

– Как себя чувствуешь, ми-ла-я? – произнес блондин, делая акцент на последнем слове.

Девушка промолчала. Нервно сглотнула, ставшую вязкой слюну. Сказал же доктор, что все пройдет. Ну не разговаривать же с глюками! Глюк приблизился и теперь нависал над замершей Копыловой, как скала. Что за мода такая у него – нависать? Девушка опустила глаза, от души надеясь, что скоро «побочное действие лекарств» прекратится, и она перестанет кругом видеть своего руководителя.

Мужчина тяжело вздохнул и присел на край кровати. Кровать довольно реалистично прогнулась под его весом. Даже скрипнула для пущей убедительности. Вероника все еще не верила в присутствие Ильясова в палате и рассматривала краску на стенах. Когда прохладные пальцы коснулись ее подбородка, Ника вздрогнула, но Андрей не отпускал, вынуждая посмотреть на себя.

– Я задал вопрос! – напомнили ей.

– Отвратительно! – выдала она, захлебнувшись в синеве его глаз, на дне которых плавали смешинки.

– Что-то болит?

– Угу, подбородок. Ощущение, как будто кто-то давит на него.

Девушка закрыла глаза. Во-первых, было совершенно невыносимо смотреть на босса сейчас, во-вторых, она сама поразилась тем словам, что только что произнесла. Точно, это стресс на нее так действует, не иначе. Короткий смешок и тихое:

– Спасибо, что спасла моего ребенка!

Что?

Вероника распахнула глаза и ошарашенно посмотрела на мужчину. Он широко улыбнулся ей.

– Мой сын, – подтвердил догадку Ильясов, – рассказал мне, как ты оттолкнула его с пути автобуса, при этом сама чуть не погибла. Несносный мальчишка! Никакой ответственности! Спасибо тебе большое! Он сам испугался за тебя сильно, начал кричать, что ты его мама. Вызвали скорую, позвонили мне. Матвей так плакал, так переживал за тебя… А я… – он замолчал, подбирая слова. Вероника не знала, как ей реагировать на услышанное. – Я тебя сразу узнал и подтвердил слова сына, что ты моя жена. Мне важно было, чтобы тебе оказали необходимую помощь. Поэтому для всех в больнице ты моя жена.

Легкая улыбка скользнула на его губы, а Вероника на мгновение перестала дышать.

– Андрей Сергеевич, – робко начала девушка, – не стоило…

– Андрей! – перебил ее начальник.

– Что, простите?

– Андрей, – с нажимом повторил мужчина, – ты почти сутки была моей «женой», странно будет, если кто-то услышит, как ты обращаешься ко мне по имени отчеству.

Ошеломленно кивнула и повторила:

– Андрей…

– Вот видишь, не так и страшно, – снова улыбнулся босс.

– Я очень благодарна за все, что вы сделали для меня, – собралась с мыслями и продолжила Вероника, – мне жаль, что по моей вине вам пришлось пойти на подобный… хм… шаг. Прошу прощения за это. О произошедшем никто не узнает, обещаю вам!

По лицу блондина скользнула тень. В глазах мелькнул холодок.

– Вы думаете, что я сейчас беспокоюсь о том, чтобы в офисе никто не узнал о произошедшем? – он выпрямился.

Резкий переход на «Вы» неприятно царапнул слух. Копылова не поняла, что сказала не то, чтобы мужчина так переменился.

– Вы правы, – он встал и снова отошел к окну, повернулся спиной к девушке, лишая ее возможности видеть выражение своего лица, – не нужно, чтобы судачили о вас…

– Мне просто очень неловко, что вам пришлось возиться со мной, – тихо проговорила Вероника, опуская глаза.

Она напряженно всматривалась в темный силуэт на фоне окна, даже отсюда остро ощущалось, как напряжен Ильясов.

– Простите…

– Простите? – Андрей стремительно обернулся, губы сжаты в тонкую полоску, желваки ходят ходуном, а взгляд просто полыхает яростью.

Ника невольно сжалась. Что она опять сказала не так? Чтобы у руководства не осталось больше сомнений по поводу сказанного, она кивнула. Мужчина медленно, с шумом выдохнул сквозь сжатые зубы.

– Вероника, – снова заговорил он, сделав глубокий вдох, беря контроль над своими эмоциями, – вы спасли моего сына от наезда автобуса, неужели вы сейчас на полном серьезе думаете, что меня волнует, что кто-то что-то будет обо мне говорить?

Почему-то от его горького тона стало стыдно.

– Документы на выписку готовы, – в палату вошла медсестра с бумагами в руках, разрушив напряжение, витавшее в воздухе, – вам больничный нужен?

Медсестричка испытующе посмотрела на Веронику.

– Не нужен, – вместо пациентки ответил «муж», – ей на работе дадут оплачиваемый отпуск пока здоровье не улучшится.

Копылова удивленно округлила глаза, но сочла за благо промолчать. Лучше не злить сейчас босса, он и без этого что-то нервничает.

– Ясно! – медсестра передала бумаги Веронике, – Сейчас вам принесут вашу одежду, и можете ехать домой, – сообщила она.

– Спасибо! – поблагодарила Копылова и улыбнулась ей.

– Я подожду тебя в коридоре, – сказал Андрей, когда они остались одни, – отвезу домой.

– Не стоит беспокоиться, я могу вызвать такси, – поспешила ответить девушка.

Ильясов остановился в дверях и одарил таким взглядом, что спорить тут же расхотелось.