Глава 73 · НЕОБДУМАННЫЕ ПОСТУПКИ И ОБДУМАННЫЕ
— Антуан, сделай что-нибудь! Задержи ее! — кричала я графу, пока мы бежали за Камиллой. — Поставь магический заслон…
— На это потребуется время, я не успею.
Но Камиллу мы не догнали. Куда побежала девочка на ночь глядя? Только бы не наделала глупостей!
Я схватилась за змеевик. Как связаться с Дейвом? Какое-то время ушло на поиски его контакта.
— Дейв! Дейв! — закричала я, когда связь наконец установилась. Антуан был рядом и пыхтел мне в ухо. — Камилла у тебя? У нас случилась размолвка, и она убежала из дома. Скажи, пожалуйста, что она с тобой…
— Она связалась со мной и сказала, что придет. Она была очень взволнованна, сказала, что ушла из дома… И пропала… — обеспокоенно сказал Дейв. — Я пытаюсь с ней связаться, но не получается. Оббегал всю дорогу туда и обратно уже сто раз…
— О богиня…
— Со мной был Альберто. Он слышал разговор и сразу ушел. Может, они встретились и сейчас вместе? Он тоже не отвечает.
— Альберто? Это вариант. Спасибо, Дейв. Если только Камилла появится…
— Конечно, я сразу сообщу. И вы мне, пожалуйста, тоже. Я волнуюсь…
— Да, Дейв, обязательно.
Я отключилась и посмотрела на графа.
— Альберто, — процедил он.
— Ты думаешь то же, что и я? — боясь произнести свои опасения вслух, спросила я.
— Что он решил воспользоваться ситуацией? Несомненно.
— Камилла ему доверяет. И она сейчас в таком состоянии… Прости, — увидев, как налились кровью глаза графа, осеклась я и погладила его по руке.
Он обнял меня и поцеловал в висок.
— Будем искать Альберто. Хорошо хоть храм богини ночью закрыт и церемонию брака он провести до утра не успеет. Надо найти их до этого времени.
Да, зато впереди целая ночь, и кто знает, на что он решится за это время.
Альберто, как и Камилла, на вызовы не отвечал. Дома его тоже не было.
Антуан поставил всех стражей на ноги, они прочесывали весь город и ближайшие населенные пункты в поисках, где бы могли остановиться и снять комнату два беглеца.
Нашли уже почти под утро, на постоялом дворе маленькой деревушки к югу от академии. Когда ворвались в комнату, обнаружили плачущую Камиллу, забившуюся в угол, и приклеенного к стене Альберто.
Камилла бросилась в наши объятия. Когда ее истерика чуть поутихла, она смогла более-менее внятно поведать о том, что произошло.
Когда она убежала из дома, первым порывом было искать утешение у Дейва. Она связалась с ним и сказала, что придет. На пути ей встретился Альберто и, проявив дружеское участие, уговорил ее пойти куда-нибудь посидеть и успокоиться. Сказал, чтобы она отключила свой змеевик, а то по нему можно будет их найти. В беседе по душам он убедил ее, что им надо уехать на эту ночь из города. Он позаботится о ней. Психологически надавил на все правильные точки — что ей надо до утра побыть вдали от всех, подумать и прийти в себя, а завтра на свежую голову решить, что делать дальше. Что сейчас в таком состоянии они с отцом наговорят много лишнего, о чем пожалеют. А завтра она будет готова к серьезному разговору. И так далее. Потерянная Камилла доверилась и согласилась.
Он привез ее на этот постоялый двор. В том состоянии она даже не понимала, куда ее везут и где они находятся. А в комнате он продолжил ее утешать и стал приставать.
Камилла была против и отказала. Он стал уговаривать, а потом применил насилие.
— Он стал такой агрессивный… — плакала она. — Я ему сказала, что не хочу, не надо. Что я хочу уехать отсюда, хочу домой. Хотела связаться с Дейвом, а он не дал мне. Стал настойчиво приставать, делать мне больно…
Когда Камилла поняла, что Альберто останавливаться не собирается и дело кончится изнасилованием, она применила к нему магию.
— Меня теперь посадят, да?.. — рыдала она. — Отберут дар?
Она испуганно смотрела на отца, ее колотило от нервной дрожи.
— Что ты, конечно, нет, — успокаивал ее отец.
— Но я же применила дар против человека…
— Ты защищалась, пусть попробует тебя кто-нибудь осудить, — заверил граф.
Когда Камилла немного успокоилась, отец попросил стражей, чтобы его оставили наедине с Альберто.
— Еще чего, — фыркнул его друг, глава стражей, который был другом Антуана. — Чтобы мне потом думать, как отмазывать тебя за убийство этого слизняка?
— Пеор, прошу тебя, ты как отец дочерей должен меня понять.
— Я представляю закон, — напомнил начальник стражей.
— Я с ним только поговорю. Сейчас. Я не совсем идиот, чтобы убивать его в присутствии десяти стражей в свидетелях.
— Думай, что говоришь, Антуан, — зашипел Пеор, оглядываясь. — Если с юнцом потом что-нибудь случится, все твои слова будут использованы против тебя.
— Поэтому и прошу, оставь нас на пару минут. Имма, побудь, пожалуйста, с Камиллой.
— Еще чего, — фыркнула я так же, как и страж до этого. — Я тебя с ним одного не оставлю. Я не страж, мне можно.
Пеор покачал головой:
— Я уведу Камиллу и побуду с ней. Надеюсь на ваше благоразумие, мэлл Имма.
Он, приобняв Камиллу, увел ее и велел стражам выйти, оставив нас с Альберто, которого девушка избавила от магического воздействия, когда смогла успокоиться. Он сидел на кровати, потирая занемевшие кисти рук.
Антуан встал напротив и сверлил его долгим задумчивым взглядом. Так смотрят жестокие дети, решая, что вперед оторвать мухе — лапки или крылья. Альберто нервно заерзал под его взглядом.
— Что, крысеныш, не получилось у тебя породниться с графом? Такой план у тебя был? Обесчестить мою дочь, чтобы потом жениться на ней? Полетел план к дэврам?
Альберто на это промолчал. Его молчание и забегавший взгляд ответили красноречивее слов.
— Я сделаю все, что в моих силах, чтобы такая ситуация с тобой не повторилась ни с одной девушкой. Ты отчисляешься из академии. Ты никогда не станешь техномагом, это я тебе обещаю. Я буду следить за тобой, куда бы ты ни подался. Ты не найдешь себе ни хорошего места, ни хорошую жену. Ты похоронил свое будущее здесь и сегодня, — кивнул граф на кровать в номере.
— Вы ничего мне не сделаете, — с мерзкой ухмылкой поднял взгляд на Антуана Альберто.
А я подумала, какой же он противный, как склизкая жаба. Это и раньше проглядывало сквозь маску добродушия, но вот она слетела, и перед нами предстал мерзкий вид недомужчины, подвид мерзкая жабка.
— Камилла применила ко мне магию. Если она обвинит меня, я в ответ обвиню ее в нанесении вреда с помощью магии и в незаконном ее применении. Вы же знаете, что общественность на это среагирует очень остро. Надо лишь правильно расставить акценты.
— Тогда мне легче прикопать тебя в своем саду. Садовник как раз жаловался на днях, что закончились удобрения, — на полном серьезе сказал граф.
— Не сомневайся, Альберто, я помогу графу. Обеспечу алиби и второй лопатой. Я таких как ты готова закопать, не дожидаясь второй ошибки, — сказала я как можно значительнее. — В этом вопросе мы с графом выступим одной командой. И поверь мне, кумушки Магистратума будут на моей стороне, именно они формируют общественное мнение, а не потенциальные насильники, на которых ты собираешься ориентироваться. Любая тетушка забьет своей сумочкой того, кто посмеет вякнуть что-то против ее мнения. А уж вместе…
Если слова графа Альберто не воспринял всерьез, то в моих он прочувствовал всю ненависть к таким как он и готовность на решительные действия.
Мы оставили парня размышлять над нашими словами и поехали домой, продолжая успокаивать Камиллу. У нас дома ее ждал Дейв, в объятия которого кинулась заплаканная девушка. Он ощупывал ее руками, желая убедиться, что с ней все в порядке, и жарко целовал, так, что Камилла плавилась в его объятиях и быстро успокоилась.
— Я убью Альберто, — сжав кулаки, мрачно произнес Дейв.
— Вставай в очередь, — хмыкнула я. — Таких желающих много. Но вряд ли этот жабеныш стоит того, чтобы из-за него садиться в тюрьму.
Мы ненадолго оставили влюбленных. Впереди нас ждал серьезный разговор с Камиллой.
— Так, значит, ты готова пойти со мной на преступление? — притянул меня к себе Антуан.
— С тобой я готова куда угодно и на что угодно, — согласно ответила я.
— Это звучит очень заманчиво, знаешь? — нежно поцеловал он меня. — Так и хочется проверить.
— Проверь, Антуан. Я уже давно готова к этому.
— Ах, Имма, зачем ты меня соблазняешь? Я и так держусь из последних сил. — Антуан жалобно застонал и прикусил мне губу. — Я решил сделать все по закону, поступить как порядочный человек…
— Я верю тебе, Антуан. Я знаю, что ты меня не обидишь…
Граф отстранился. Глаза его почернели от страсти, но он нашел в себе силы сказать:
— А если вопрос с разводом затянется, Имма? Или вообще не решится, если мы не найдем Ракшану?
— Я с самого начала не рассчитывала на то, чтобы выйти за тебя замуж, Антуан. Я тебе говорила уже об этом.
— Да, но ты могла бы завести семью, своих детей. А ты положишь себя на алтарь нашей, моей, семьи. А я ничего не могу дать тебе взамен.
— Когда герцог выгонял меня из дома, после того как я отдала дар, на мои слова о Лерое он спросил, что я могу ему еще дать? Я тогда ответила — любовь, разве этого мало? Он сказал, что моя любовь ничего не стоит. Так вот, Антуан, для меня ваша любовь, твоя и девочек — самое ценное в жизни. Ни статус графини, ни замужество, ни все богатства в мире не заменят мне любви. Когда-то я, как и ты, думала, что больше никогда не полюблю. И без любви было плохо. Я не жила в полной мере. Без любви нет красок, нет радости жизни, нет полного ощущения счастья. Разве не так?
— Так, Имма…
Глаза графа мерцали блеском сапфиров, его тронули и взволновали мои слова.
— Тогда зачем нам откладывать наше счастье на потом? Я хочу быть счастлива здесь и сейчас. Я люблю тебя. И если ты любишь меня, то мне больше ничего не надо.
— Имма… — Антуан припал ко мне в долгом упоительном поцелуе. — Я люблю тебя. Значит, ты придешь ко мне этой ночью?
— Приду…
И не буду жалеть об этом, что бы ни случилось.
После того как Дейв ушел, состоялся трудный разговор с Камиллой. Антуан как можно мягче для психики дочери рассказал ей непростую ситуацию с ее матерью.
— Поэтому мы не знаем точно, жива ли ваша мать или кто-то пользуется ее личиной, — подытожил Антуан. — Но в любом случае, если Ракшана жива, я разведусь с ней и женюсь на Имме.
Камилла тяжело вздохнула. Она была растеряна, и ей требовалось время переварить информацию. Она прильнула к отцу. Тот обнял ее и погладил по макушке.
— Нас ждут непростые времена, если она все-таки объявится.