Глава 26

Оставив дворецкому пальто, я проталкиваюсь через толпу мужчин в дорогущих смокингах, их жен, одетых в вычурные женские туалеты и обвешанных гребаными побрякушками.Неужели им нравится так выряжаться? Меня душит вся эта праздничная мишура, предпочитаю более простые костюмы. Комфортные. Я не впервые присутствую на пафосных посиделках мафиози, но любви у меня к подобным мероприятиям ни разу не прибавлялось. И сегодня не исключение. Осматриваюсь по сторонам в поисках именинника, испытывая потребность поскорее убраться от этой кучки снобов. Но он будто испарился. Проклятье, нервы неприятно накаляются от предвкушения предстоящей беседы. Потому что я более чем уверен, что мое требование не придется ему по вкусу. Наконец, натыкаюсь на свою цель. Аластер стоит в компании трех седовласых мужчин подстать ему и любезно ведет беседу. Я останавливаюсь в паре метров от них и опираюсь плечом о колонну, непринужденно рассматривая торжественную и элегантную обстановку. Светлые тона с преобладанием фресок и картин, стильный интерьер, вкусная еда и белоснежные улыбки. Интересно, сколько из присутствующих готовы вонзить свои зубы в глотку О’Доннелла? Аластер наконец замечает меня, посылает сдержанную улыбку и, пожав руки мужчинам, двигается в мою сторону. Кивком он дает мне сигнал, и, поправив лацканы пиджака, я следую за ним. Мы поднимаемся по ступеням в компании тишины, заходим в его кабинет и садимся друг напротив друга в том же молчании. Он любит немного нагнетать. Это я уже понял. — Примите мои поздравления, — первый нарушаю тишину. — Благодарю. Виски, ликер, минералка? — Аластер расслабляется в кожаном кресле, всем своим видом показывая спокойствие. — В рабочее время только минералку, — учтиво отвечаю ему, на что старик одобрительно кивает, после чего достает из стола два фужера и поочередно наполняет каждый. — Как тебе Ирландия, Гектор? — он протягивает мне стакан с водой, который я с благодарностью принимаю. — Не мой климат. — Делаю глоток. — Может, обсудим другую тему? — опускаю стакан на стол и перевожу взгляд на Аластера, который неспешно смакует налитый себе алкоголь. — Я хотел сообщить, что определился с оплатой за мою работу. — Без проблем. Пока что ты отлично выполняешь свою работу. Чего ты хочешь, парень? Денег? Компанию? Или, может, клуб, ресторан? Выбирай. — Нет. Мне это не нужно. Я хочу вашу дочь, — отвечаю бесстрастно, глядя в глаза О’Доннелла, которые в ту же секунду сужаются в насмешке. — Мою дочь, — Аластер пробует эти слова на языке, но, видимо, ему не приходится по вкусу эта идея, потому что он хмурит брови и делает глоток ликера. — Я подумаю. Это все? Чувствую, как гнев подступает к горлу и встает поперек раскаленным шаром. Не дает дышать. Не люблю, когда люди не держат слово. И, если бы не Мерф, я бы прямо сейчас расторг этот чертов договор, но не готов к последствиям. Пока не готов. Сжав челюсти, я все же возвращаю самообладание и произношу абсолютно равнодушным тоном: — Уговор был другой. Я вправе просить все что хочу, разве нет? — Все так, Гектор. Но ты выбрал неподходящий момент. Мне нужно устранить все угрозы. А у тебя будет время еще раз подумать над своим требованием. И подумай хорошенько, парень. Моя дочь не вещь, и торговаться я ей не намерен. Знаешь, скольким я отказал? Думаешь, я так просто отдам ее в руки парню из охранного агенства? К тому же, связанному с итальянской мафией? — Аластер тормозит себя, потому что его голос скакнул на октаву выше. — Я желаю своей дочери только лучшего. Пока тема закрыта, и вернемся мы к ней не раньше, чем будут устранены все проблемы с семейством Готти, — строго отрезает он и допивает остатки ликера. — Я предупреждал, что можно пожалеть о своих словах, — поднимаюсь из-за стола. — Хорошего вам празднования, мистер О’Доннелл, — кивнув ему, незамедлительно покидаю кабинет Аластера. И с каждым новым шагом буквально взрываюсь залпами злости. Какого, мать вашу, хера? Меня только что кинули? Вместо крови по венам сейчас несется ярость. Кажется, даже глаза горят огнем. Вот именно поэтому я долгое время запрещал себе кого-то желать, потому что больше не в силах сдерживать себя. К черту. Я готов ждать, она все равно всегда рядом. Совершать глупости — это пререготива Мерф, я же должен сохранять холодный ум. Если бы он только был холодный рядом с этой бестией. Мне просто нужно остыть. Я ведь знал наверняка, что он откажет. Но все же услышать это своими ушами было ударом. И я не смог его перенести незаметно. Кретин. Под шум крамольных мыслей я выхожу на террасу и шумно выдыхаю, поймав небольшую тишину, которая в следующее мгновение теряет для меня смысл. Потому что я вижу Мерф, стоящую спиной ко мне. В свете ночных огней ее волосы кажутся черными, как ночное небо, и вместо непослушной копны собраны в строгий пучок. Опускаю взгляд и оцениваю идеально сидящий по фигуре белоснежный брючный костюм, который отлично подчеркивает ее округлые бедра. Черт возьми, она отсутствовала от силы минут двадцать, а мои ладони уже покрываются сотнями иголок и зудят, провоцируя унять этот зуд об ее маленькую сочную задницу. Ни с одной девушкой мне не хотелось трахаться по два раза. Ни об одной я не думал после секса. Ни одной я не стремился доставить удовольствие. Но с ней все иначе. Она буря, вихрь и землетрясение в одном флаконе. С ней даже кончать не хотелось. Черт возьми, член мгновенно наливается жаром, когда в голове невольно возникают кадры, как я стягиваю с нее эти брюки, оставляя только лакированные черные туфли… Трясу головой. Чертов извращенец. — Ты в порядке? — снимаю с себя пиджак и накрываю им ее плечи. Не зря она меня уговорила его купить в Дублине. Мерф прикусывает нижнюю губу и кивает, не глядя на меня. — Да… наверное… Ее ранимый вид с легкостью заглушает мой гнев, позволяя мне немного расслабиться, и я провожу костяшками пальцев по ее щеке. Мерф тут же приникает к моей ладони и прикрывает глаза, но потом с тяжелым вздохом убирает мою руку и поворачивается лицом ко мне. — Не здесь. У тебя могут быть проблемы. Да, детка. Они уже случились. — Думаешь, я боюсь твоего отца? Ее губ касается слабая улыбка. — Ты уже виделся с ним? — Да, мы немного поговорили. Мерф поворачивается, и я замечаю в ее руках подарочную упаковку, внутри которой та самая трубка. И вижу, как трепетно ее тонкие пальцы сжимают ее. — Я так соскучилась по нему, но боюсь вновь столкнуться с его холодом, — карамельные глаза наливаются предательским блеском, но она прячет это за грустной ухмылкой. — Не понимаю, что происходит с отцом, — она сглатывает подступившие слезы и дает себе пару минут успокоиться. Я молчу. Боюсь, если сейчас затрону эту тему, все полетит к херам собачьим. Сейчас я зол на Аластера вдвойне: за отказ и за то, какую боль вижу в глазах его дочери. — Чтобы ни было, он не имел права отказываться от меня! — с резкостью в голосе заявляет она, вновь натягивая на себя маску железной женщины. — Я знаю, — подцепляю пальцами ее за подбородок и заставляю посмотреть мне в глаза. — Но уверен, он будет рад увидеть тебя. Взгляд Мерф теплеет, и я будто под гипнозом ласкаю ее скулы пальцами, едва сдерживаясь, чтобы не вцепиться в пухлые губы поцелуем. Я так долго лишал себя этого притяжения, что теперь ее близость бьет по мне двойным ударом. Между нами повисает небольшая пауза, которую внезапно разрезает давно забытый голос: — Гектор? В груди моментально разрастается тревожный ком. Быть того не может. Какого хрена ей здесь делать? Я не готов к этой встрече. Не сейчас. Вот только приближающееся цоканье каблуков доказывает мне обратное, а когда я оборачиваюсь, сердце пропускает глухой удар, ослепленное колдовскими глазами цвета свежескошенной травы. — Я не помешала? — мое прошлое расплывается в белозубой улыбке и останавливается в шаге от нас. Не знаю, зачем я это делаю, но в следующую секунду резко убираю руки от Мерф и отхожу на шаг, будто я в чем-то виноват, а в голове повторяются только два слова: «Пристрелите меня».