Глава 28

В груди все заполняет обжигающая ревность. Да, черт подери! Гребаная ревность! Этот козлина убрал от меня руки на глазах, как я успела догадаться, своей бывшей. Подлец! Какой же подлец! И ведь он даже не подозревает, что сейчас я с каждым новым шагом закипаю подобно ядерному вулкану. И даже увеличивающееся расстояние не приносит мне облегчения, а дышать и вовсе становится невыносимо. Легкие будто кто-то сжимает в тисках. Пытка, ей богу. За что мне все это? Проклятье. Останавливаюсь, чтобы перевести дыхание, и упираюсь лбом в стену. Но чертовы мысли, подобно автоматной очереди, вновь атакуют меня. И ведь то, что он убрал от меня руку, не самое страшное. Страшное то, как он смотрел на девушку с загадочным именем Джиа. Сукин сын! Сглатываю вставший поперек горла ком и зажмуриваю глаза. Черта с два я пророню хоть слезинку по этому подонку! Даже и не подумаю! Но ведь думаю же… Делаю глубокий вздох и, развернувшись, в каком-то отчаянье бьюсь затылком о стену. А я ведь поверила, дура наивная, что между нами зарождалось/ается что-то настоящее. То, что я ждала все эти годы. Я ждала его. А дождалась мужчину, который влюблен в свое прошлое. А тот факт, что мы и внешне похожи, заставляет меня чувствовать себя жалкой заменой. Таблеткой, которую он заталкивал себе в глотку, чтобы забыться. Интересно, когда он трахал меня, представлял ее? Ну уж нет! Сжимаю кулаки, будто с этим осознанием только что мне прилетел удар плетью, а мои внутренности и вовсе окатило кислотой, стянув их жгутом адского жжения. Так, хватит, это была просто похоть, Динь, ничего личного. Никаких клятв никто из нас не давал. Только почему же так больно? Со все силы бью ладонью по стене. Прекрати об этом думать, Мерф! Прекрати! Твой удел — разочаровываться в мужчинах, вот и не мешай им доказывать тебе, какие они ничтожные! Слабые! Трусливые! Он ведь такой? — Замолчи, Патриция! — внезапно до меня доносится строгое шиканье домоправительницы. Патриция ее дочь, отец нанял их в прошлом году. Не знаю почему, но я начинаю прислушиваться к их разговору и подхожу ближе к углу, чтобы лучше разобрать слова. Может, хоть это поможет выкинуть из головы всю хрень, которая только что произошла. Не могу же я к отцу явиться с кислой миной. — Я честно слышала, мама, тот мужчина потребовал в оплату дочь самого мистера О’Доннелла… — Ш-ш-ш, кому сказала! Это не нашего ума дело! Молчи и не говори лишнего, глупышка. Мы не можем потерять эту работу из-за твоего длинного яз… Женщина охает и прикрывает рот ладонью, когда я выхожу из укрытия. Я и сама не отдаю отчета своим действиям, от услышанного мозг, кажется, полностью атрофировался. — Мисс О’Доннелл, простите, моя дочь сегодня не хозяйка своему… — Патриция, как выглядел тот мужчина? — обрываю домоправительницу, замечая, как девушка с опаской озирается на мать. — Прошу, скажи мне, обещаю, никто об этом больше не узнает, и вы не лишитесь работы, — строго уверяю я. — Ну… я случайно зашла в кабинет вашего отца, а когда услышала приближающиеся шаги, испугалась и залезла в шкаф, — она нервно облизывает губы. — Я не видела его лица, но по разговору поняла, что отец нанял этого мужчину охранять вас, а за свою работу тот потребовал вас. — А что сказал мой отец? — Мне показалось, что он рассердился… — Патриция, — одергивает ее мать, и я одариваю домоправительницу недобрым прищуром. Я хочу знать все, черт бы их побрал. — Говори, — требую я. — Ваш отец не дал согласия. Все, я больше ничего не помню, честно, простите меня, только не выдавайте меня пожалуйста, такого больше не… Я делаю шаг и беру девушку за плечи, заглядывая в ее испуганные глаза: — Спасибо, Патриция. Значит, потребовал меня в качестве оплаты. Вот же ублюдок! Дыхание срывается на хрипы, но я упрямо хватаю воздух, маршируя быстрым шагом в кабинет отца. Сегодня же заставлю его расторгнуть договор с Форксом и нанять мне другую охрану. Немыслимо просто. Он ведь даже мне не сказал о своих намерениях, решил козырять перед отцом? В каком веке мы живем? Почему нельзя сделать все по-человечески, я ведь и так была бы его. Пошла бы наперекор всему! Господи, как же больно разочаровываться в этом человеке. Чувствую себя втоптанной в грязь. А ярость, что бушевала во мне несколько мгновений назад, ничто по сравнению с той, что сейчас затапливает каждый потайной уголок моего разума. Будь проклят день, когда я встретилась с этим мужчиной! Толкаю дверь в кабинет отца, но внутри его не застаю. Что ж такое-то? Устало вздыхаю и запрокидываю голову, позволяя своему взбесившемуся сердцу найти успокоение, вот только не выходит. Ему больно. Слишком много всего. И разговор с отцом опять переносится на неопределенное время, поэтому я молча кладу на его стол подарок и, написав коротенькую записку, беру со стола ключи от папиного «ягуара». К черту все. Хочу убраться отсюда и как можно скорее. Мне нужно побыть одной. Плевать на последствия, моя жизнь давно не представляет ничего хорошего, хотя в Ирландии мне казалось, что впервые за долгое время наступил рассвет. Павда, он получился немного кровавый. Стремительно пересекая парковку, я останавливаюсь у серого зверя. И, прежде чем сесть за руль, даю себе минуту, чтобы одуматься, только ни хрена не выходит, потому что в следующую секунду я уже поворачиваю ключ зажигания. Но неожиданно дверь распахивается, и я сталкиваюсь лицом к лицу с тем, от кого так яро убегала. — Очередная глупость? — низким шепотом интересуется ублюдок. Так бы и плюнула ему в рожу. — Я вроде бы дала вам выходной, мистер Форкс, — стараюсь говорить как можно равнодушнее, — уберите свои руки и возвращайтесь к вашей знакомой. Мое внимание вновь концентрируется на ключе в зажигании, но меня останавливает мужская рука, крепко схватившая мое запястье. — Ты ревнуешь? Надо же, какое самомнение! — Ревную? — истерично смеюсь и с усилием выдергиваю свою руку. — Я просто жалею, что… — голос предательски дрожит, и, чтобы скрыть это, я выкрикиваю следующие слова: — Неважно, проваливай! Порываюсь захлопнуть дверцу, но Гектор упрямо не позволяет мне это сделать. — Хватит, Мерф! Вылезай, — он произносит это с такой заботой в голосе, что я готова растечься лужицей у его ботинок, но никогда больше. Никогда. — Нет! Не хватит! — бросаю на него уничтожающий взгляд исподлобья. — Исчезни из моей жизни! Ты подонок, Форкс! — Давай без представлений, девочка. Я хочу, чтобы ты вылезла из машины и не наделала глупостей, а потом, обещаю, мы обо всем поговорим. Девочка? Поговорим? А не пошел бы он на хрен к своей девочке Джи? — А я хочу, чтобы ты отвалил от меня! — рыкнув, что есть мочи, бью с локтя ему прямо в пах и, воспользовавшись тем, что ему теперь не до меня, захлопываю дверцу и тут же выжимаю сцепление. Я резко срываюсь с места, вот только, переборщив с газом, врезаюсь во что-то задом, и меня подбрасывает на месте. Черт! Скрежет металла не предвещает ничего хорошего, как и мой саднящий лоб, который я ушибла об руль от сильного столкновения. Плевать, останавливаться я не намерена. С мучительным шипением выворачиваю руль, и, прежде чем Гектор успевает распахнуть дверцу с моей стороны, бью ногой по газам и вылетаю на дорогу, оставляя позади своего сыплющего отборным матом телохранителя. Бывшего телохранителя! Что ж, моя мечта научиться водить выглядела немного иначе, но так вроде тоже неплохо. Я даже без особого труда вхожу в один, а за ним и во второй поворот. Конечно, пару раз я все же сидела за рулем, но этого, разумеется, мало, а после трех разбитых машин отец лишил меня и мысли думать о вождении. Но сейчас адреналин заглушает разум, и я просто увеличивваю скорость, стремительно удаляясь по безлюдной лесной дороге. На очередном повороте я вдруг налетаю на кочку, и руль выбивает у меня из рук, а дальше… а дальше громкий хлопок и звон в ушах. Проклятье… Внезапно, сквозь плотный слой ваты я слышу приглушенное «Мерф», а после ощущаю, как сильные руки вытаскивают мое тело на улицу, и у меня получается сделать глоток прохладного свежего воздуха. — Твою мать, что ты творишь… — слышу его голос, и в нос пробирается знакомый запах любимого мужского тела, но я все еще не вижу лица этого подонка. И торопиться не собираюсь. Полезно кобелюге понервничать. — Ты слышишь меня, Мерф?! Посмотри на меня! Теплые мужские ладони требовательно обхватывают мое лицо, а потом я чувствую его горячие губы на лбу, щеках, носу… — Детка, ответь мне, — произносит он, часто дыша, зацеловывая каждый дюйм. — Убери от меня свои лапы, Форкс! — с трудом разлепляю веки, сталкиваясь с встревоженным лицом Гектора, который в следующее мгновение переводит пронзительный взгляд на мои губы, отчего они буквально вспыхивают колючим жаром. — Ты напугала меня, детка, — против моей воли (а сейчас у меня ее не так уж и много), Форкс прижимается своим лбом к моему, позволяя почувствовать его порывистое дыхание. — Но это не отменяет того факта, что я хочу тебя отшлепать. Ты просто невыносимая задница, Мерф. — Ты больше никогда не увидишь моей задницы, — упираюсь в его широкие плечи в надежде оттолкнуть, но сил совершенно не хватает, особенно когда он с потребностью завладевает моим ртом, а сильные пальцы зарываются в волосы, толкая в плен его дерзкого языка. Я теряюсь и отчаянно дарю ему свой стон, позволяя разливать по собственным венам горячий поток похоти, пока он не прерывает это безумие первым. — Да ну? — оскалившись, он по новой впивается в мои губы, но на этот раз я нахожу в себе силы и отвешиваю ему хлесткую пощечину. Секундная передышка помогла кислороду вовремя добраться до мозга и разбить окутавший его туман похоти. — Оставь меня в покое, Форкс! Я больше не хочу тебя видеть! — шиплю прямо ему в лицо, пытаясь отдышаться. Его взгляд ужесточается, пальцы, запутавшиеся в моих волосах, неосознанно тянут их сильнее, заставляя мою голову подняться, а вот мужская грудь, тяжело вздымаясь и опадая, всем своим видом показывает, как взбешен ее хозяин. Но я взбешена не меньше. — Я больше не нуждаюсь в тебе… — взвизгиваю, потому что сильные руки мгновенно поднимают меня в воздух, прежде чем Форкс начинает двигаться со мной в неизвестном направлении. — Ты что, оглох?! — начинаю колотить паршивца по плечам и брыкаться. Подонок! Ненавижу! — Завтра же отец найдет мне нормального телохранителя! Отпусти меня сейчас же. Ты больше не имеешь права. Я не хочу… Ай! — по ягодице прилетает смачный шлепок, и на мгновение я прекращаю истерить, немного ошарашенная такой наглостью. Быстро его нежность сменилась привычными замашками неандертальца. Мои мысли обрываются, когда он усаживает меня на капот машины, видимо, на которой сам и приехал. Рыцарь хренов. — Нам нужно поговорить, Мерф, — Гектор произносит это ровным и спокойным голосом, но стоит мне заглянуть в его глаза, как от напускного спокойствия не остается и следа. Я тяжело дышу, но больше не оказываю сопротивления. — Я сейчас отпущу тебя, но ты выслушаешь и не предпримешь попытки сбежать, — он прижимается лбом к моему плечу и, сжав мои ягодицы до легкой боли, добавляет жестче. — Просто выслушай.