Глава 17

— Чувствую себя шпионкой, — признается Оля, впуская меня в свою квартиру. Прохожу внутрь, оглядываюсь и понимаю, что очень быстро отвыкла от тесных пространств, живя в огромном доме у Влада. Как быстро привыкаешь к хорошему.

— Спасибо, Оль, что за мамой в окно проследила. Очень не хотелось с ней столкнуться. Не готова морально ругаться, — признаюсь со вздохом.

Наверное, это выглядит ужасно бредово — пробираться по-шпионски в родные пенаты, но я правда не готова выслышать лекцию от мамы. Конечно, рано или поздно нам придется увидеться, поговорить. Но я слабовольно пытаюсь отсрочить этот момент. Конечно, не до такой степени, чтобы уж совсем бегать от родительницы, но, раз уж подруга сообщила, что мама как раз ушла, для меня это удача.

В прошлый раз, когда уходила с детьми, покидала в чемодан далеко не все, взяла только самое необходимое. Теперь дети упрашивают принести всякое-разное, вот и решила выполнить их просьбу, пока есть время. Ну и заодно навестить Олю, которая живет в соседнем подъезде.

Мы с ней коротко обсуждали основные события по телефону, но личная встреча — это все же другое. Разговариваем тихо, так как у Ольги лежачая парализованная мама. Несладкая у нее жизнь, что ни говори. Хорошо, что она быстро нашла работу в другом кафе, иначе я бы мучилась от угрызений совести, что из-за меня у нее финансовые трудности.

— Проходи, проходи, — приглашает она в кухню, ставит чайник. — Мама твоя с тетей Валей из тридцать пятой квартиры на рынок поехали. Так что часа три у тебя есть минимум. Хорошо, что обе ушли, а то пришлось бы тебе объясняться, почему с личным водителем ездишь.

Подруга снисходительно улыбается, якобы посмеиваясь над любопытством мамы и ее приятельницы, но ясно, что ей и самой интересно.

— Мне каждый день нужно много успеть, продукты я предпочитаю свежие покупать, сама знаешь, — пускаюсь в объяснения, садясь за стол, — поэтому надо сначала на рынок сгонять, потом обратно, приготовить еду. С водителем быстрее, Влад предложил, и я не стала отказываться. Про Игната ему рассказывать не хочу…

— Не очень понимаю, что у вас за отношения, — забрасывает подруга удочку.

— Думаешь, я понимаю? — удрученно вздыхаю, не зная, что и ответить. Возможно, беседа с подругой поможет докопаться до сути, разобраться в себе. — Оль, мне в последнее время не до анализирования ситуации. Кажется, что все катится под откос. Дети только хорошее видят, мама — только плохое. А я вообще ничего не понимаю. Столько дел и событий, что и подумать некогда.

— Но тебе этот Влад нравится? Сложно перед таким мужчиной устоять, — подмигивает подруга, но я ее игривого настроения разделить не могу.

— Нравится. А толку? Зачем ему женщина с двумя детьми? Мы ему столько хлопот принесли. Каждый день что-то происходит. Он старается все капризы детей удовлетворить. Это неправильно. Мне кажется, у него это такое развлечение. Пока в новинку — делает все с охотой и огоньком, а потом надоест — и выкинет нас из своей жизни. Что я потом буду делать с разбитым сердцем? Как детям объяснять, что произошло? Они и так без отца живут. Не хочу, чтобы они к новому человеку привыкали.

— С разбитым сердцем? А почему нельзя просто расслабиться и хорошо провести время вместе? Что-то ты, мать, все усложняешь, — хмурится Оля, наливая мне чай.

— Ты меренговый рулет испекла? — с радостью смотрю на кусочек одного из любимых десертов, который подруга достала из холодильника. — Надо будет своих порадовать.

— Для тебя специально оставила. Каринка есть не стала, отказалась.

— А что такое? — интересуюсь с беспокойством. Не хочется говорить только о себе, у Оли проблем не меньше. Ее приемная дочь, Карина, знатная сладкоежка. Странно, что не стала есть полюбившийся десерт.

— Не поступила на бюджет, расстроилась очень. Платное мы не потянем. Сейчас так дорого учиться… — жалуется подруга. — Я одна не могу всех тянуть: маму, Каринку… Как же тяжело одной. Понимаю, что ною сейчас, извини, пожалуйста…

— Ну что ты, Оль, разве сможет тебя кто-то лучше понять, — беру подругу за руку.

— Ты бы, Ян, вцепилась во Влада — богатый, красивый, заботливый, — удивляет меня Оля.

Смотрю непонимающе. Не ожидала таких слов от нее.

— Что? Ну что ты так смотришь? Будешь как сыр в масле кататься. И с деньгами проблем не будет, — убеждает подруга.

— Не могу я так, Оль… Мне претит встречаться ради денег, — отвечаю растерянно. Потому что в любом случае с Владом это бы не было ради денег. Он нравится мне. Безумно нравится…

— Не ради денег, а ради детей, — поправляет Оля назидательно. — Ты у них одна и мать, и отец. По сути, ты перед ними вдвойне ответственна. Я верю в судьбу. Не зря она вас столкнула с Владом.

— Нет, Оль, не могу я полагаться на судьбу, все в моих руках. Я не готова к отношениям, не хочу их, я лучше буду просто работать, держать с Владом дистанцию. По крайней мере, пока не разрешится ситуация с Игнатом и кафе. И знаешь, — вдруг принимаю решение, — дождусь маму, не буду бегать от нее, как трусливая девчонка. С тобой поговорила, и как-то легче стало, что ли. Думаю, что с мамой получится нормально пообщаться. У детей отца нет, не хочу, чтобы и с бабушкой и дедушкой они перестали контачить.

— Да конечно, все верно, Ян. Нормально все обсудите. Мама у тебя хорошая, бывают, конечно, всякие загоны, да у кого их нет? Главное, родители тебя ведь очень любят. И внуков любят. О, кстати. Расскажи ей про Влада. Может, их познакомить? Вдруг будущий зять? — снова подмигивает.

— Нет, ну Оль, — качаю головой и прошу беззлобно: — Прекрати, пожалуйста. У меня голова набекрень от всех этих событий. Я не хочу начинать отношения. Еще эта его бывшая, а может, и не бывшая. Сама не пойму. Я замужем, у него все неясно на личном фронте, девушка в дом заявилась, пробралась в спальню к Владу и скандал устроила в голом виде, угрожала мне. А представь, если у нее ресурсы на это есть? Кафе же ей наше удалось закрыть с помощью СЭС.

Оля кивает, мы уже обсуждали визит Ангелины по телефону.

— Слушай, ну так можно постоянно бояться и не жить толком. У тебя папа в администрации работал, давно бы к нему обратилась. Пусть поможет с кафе и подскажет способ защититься от рыжей стервы. Да и вообще, Влад тебя защитит. Ну не верю я, что мужик просто так, без какого-либо романтического интереса, женщину с детьми к себе в дом пустит! — восклицает с чувством.

— Оль, у него действительно был объявлен набор на эту должность, — уговариваю, кажется, саму себя.

— Ну-ну, — скептически морщится подруга.

— Я серьезно говорю. И объявление показал. Это просто бизнес. У нас деловые отношения.

— Ладно, Янусь, ты безнадежна… — машет рукой и смотрит на часы. — Скоро лекарства маме давать. Знаешь, я бы в омут с головой бросилась. Вот что самое страшное может случиться? Расстанетесь? Ну и ладно. Зато время хорошо провели, опять же влюбленность хорошо влияет на женское здоровье.

— Ага, Оль, — приподнимаю брови в недоумении, — и работу сразу потеряю, как и жилье. Нехиленькая такая расплата за пару недель влюбленности. Не хочу, чтобы дети снова переезжали. Им очень нравится место, где мы сейчас живем… Настолько нравится, что мне страшно. Нина подружкам хвастает. Бассейн, джакузи, личный водитель… Влад постоянно сам возит Савелия…

— Это же прекрасно! И безопасно. Не забывай, что объявился твой муженек. Это ж надо подумать… Я была уверена, что он давно на том свете! — восклицает Оля.

— Ну что ты, нельзя так говорить, грех… — бормочу измученно. Любая мысль про Игната вызывает у меня головную боль.

— А детей и жену бросать не грех? Что он теперь делать собирается?

— Понятия не имею… Лишь бы к детям не лез! Хорошо, что их отвозят… мне так намного спокойнее.

— Думаешь, он способен искать с ними встречи, не поставив тебя в известность? Что он вообще от тебя хочет?

— Если бы я знала… В одном точно уверена — не хочу с ним иметь никаких дел. Разведусь в самое ближайшее время. С кафе… не знаю, к юристу сходить надо, без консультации не обойтись.

— И правильно. Разведетесь, Влад или отец помогут с кафе. Все будет отлично! Выше нос, не пропадешь, подруга. Все идет отлично, главное, не нервничай. Ну и палку с Владом не перегибай. Не бегай от его ухаживаний, пусть даже это пока просто помощь. Ну и падать в его объятия не стоит так сразу.

— Спасибо за ликбез по соблазнению, — не могу не улыбнуться.

— Да ладно тебе, не смейся, я же от души, — хмурится Оля.

— Нет, правда, я благодарна. Я ведь уже разучилась отношениям, флирту. Ничего в этом не понимаю. Да и не умела никогда мужчин привлекать. Сложно поверить, что такой, как Влад, может всерьез…

— Ну, началось… — Оля закатывает глаза и подходит ближе, поправляет мои спутанные волосы. — Да ты же красоточка. Я точно знаю, что в кафе посетители мужского пола не только из-за вкусных блюд приходили. Да и Влад такой крюк делал, чтобы в нашем кафе перекусить! Я ж его погуглила. Офис от «Ромашки» ой как далеко. Ради тебя мужик приезжал, мегеру свою бросил, вас в дом привез и красиво ухаживает, заботится. Не упусти его, подруга!

***

Дома у родителей жду какое-то время возвращения мамы. Времени у меня совсем немного, поэтому с беспокойством поглядываю то на часы, то в окно. Водителя порывалась отпустить — мне все еще не привыкнуть, что кто-то зависит от моих перемещений по городу. Но Роман успокоил тем, что ему неважно, где он находится и сколько ждет. Заработная плата от этого не зависит.

Обдумываю свое положение и слова Оли, нервничаю, что пора уходить, а мама не возвращается. Хотела избежать встречи с ней, а теперь, наоборот, хочу увидеться. Сама себе противоречу, мотает меня в последнее время из стороны в сторону…

Слышу знакомый щелчок дверного замка и иду на шум. Но вместо мамы вижу отца.

— Пап, привет. Ты сегодня рано, — приветствую его сдержанным объятием. Папа на пенсии, но дел хватает, поэтому приходит обычно вечером. Он мягко отстраняется и внимательно рассматривает меня.

— Мама попросила дома быть, вдруг ты приедешь, — признается он. Люблю папу за честность. Он не будет юлить и ходить вокруг да около. И истерик не устраивает, в отличие от мамы.

— А сама она когда вернется? Хочу с ней поговорить. Как думаешь, она уже остыла?

— Сложно сказать. Ты же знаешь маму. Любит, чтобы все было по ее, — вздыхает папа, усаживаясь в кресло в гостиной. Я устраиваюсь на диване, подгибаю под себя ноги, беру в руки подушку и прижимаю ее к себе. Такая уютная картина, ощущение, словно я снова в детстве и папа дает мне уроки жизни. Только на самом деле я уже давно не ребенок и от папы не жду советов. Все нужно решать самостоятельно, своим умом думать.

— Да, знаю, — киваю отцу.

— Она действительно очень за тебя переживает. Ей не нравится, что вы ушли. Теперь выясняется, что вы не живете в квартире, куда я тебя отвез. Конечно, у нас тут случилась небольшая паника. Скажи, что происходит, дочка?

— Слишком много всего. С квартирой не вышло… Кафе…

— Насчет кафе все решим, не переживай. У меня есть кое-какие связи, и Фёдор поможет. Мало ли какая сволочь пошутить про таракана решила.

— Дело не в таракане, пап. Игнат объявился.

— Что? — смотрит на меня ошарашенно. — Когда? Как?

— На днях… Внезапно. Он заложил кафе, пришли коллекторы, — у меня пересыхает в горле, душат рыдания. Спустя длинную паузу сбивчиво рассказываю о нашей встрече. Про похищение не хватает сил договорить.

— Я предупреждал, что нужно разводиться, — мрачно произносит отец и замолкает, видимо понимая, что нет смысла попрекать. — Ладно, Ян, не будем тратить время на если бы да кабы. Это не имеет смысла. Надо вопрос решать кардинально. Значит, Игнат твою долю продал, долги взыскали посредством конфискации всего кафе. Надо в суд подавать, чтобы доказать, что он с тобой не проживал, детей не воспитывал, не платил алименты, не участвовал в управлении кафе, являясь совладельцем. Свидетелей тому будет достаточно, я подключу нужных людей. Будем бороться.

Папина решительность и готовность помочь трогают до глубины души, и я корю себя за то, что в свое время не послушалась его и не подала на развод. На что я надеялась? Что Игнат вернется и мы заживем как прежде?

— Суд? Это значит, мне придется часто его там видеть? — с понурым видом спрашиваю у папы, представляя ужасную перспективу регулярных встреч с Игнатом.

— Постараемся тебя избавить от этого, дочь, но сама понимаешь, что в деле нужно будет до конца разобраться. Правда, я не уверен, что мы так просто найдем твоего мужа. Не нравится мне, что он затихарился.

Мне еще меньше это нравилось. Но если мать Игната против полиции, то, значит, есть надежда, что знает, где его искать. Мне она, конечно, ничего не скажет…

Папа переводит разговор на другую тему, хотя понимаю, что продолжает продумывать ситуацию с Игнатом. Чувствую себя ужасно — столько вывалила на родителя. Он у меня такой хороший. Никаких нотаций, строго по делу. Размышляет, как помочь, упреков минимум. Полная противоположность маме. Хочется малодушно попросить, чтобы папа пока не говорил ей про Игната.

Но останавливаю себя. Нельзя быть вечным страусом и прятать голову в песок. Да, любые разговоры о бывшем муже — как нож по сердцу. Но это не значит, что надо от них бежать. Владу тоже следует рассказать о моем статусе. О том, что не разведена еще официально. А то ему предъявляю Ангелину, сама при этом веду себя ничуть не лучше!

Отец как раз начинает расспросы о моем новом месте обитания, ненавязчиво интересуется о работодателе. Меня не напрягает рассказывать папе об изменениях в жизни. Знаю, что тактично промолчит и не будет давить. В эмоциональном прессинге у нас мама чемпион. Все же не дожидаюсь ее и, быстро прощаясь с папой и благодаря его за поддержку, тороплюсь обратно в дом Влада.