глава 24

Полина 

Женя услышал моё желание уехать скорей домой и остался ещё на десерт.

Вот здесь мне уже точно не казалось, он замечал моё настроение и ловил от этого кайф.

Чёрт!

Я не могла это объяснить, но чувствовала его внутреннее ликование, хотя внешне он был холоден и спокоен.

— Я хочу к Кусаке! — неожиданно вспомнила Камилла, заранее надув губы в обиде.

Словно ей уже отказали, а может, просто понимала, что до щенка ещё ехать и ехать.

— Ладно, поехали к Кусаке, — Борзов согласился с дочерью, и я выдохнула.

— Пойдём, умоемся, — радостно подорвалась с места, вытаскивая дочь из стульчика.

Спустя ещё минут пятнадцать мы ехали домой в том же составе и той же посадке. Камилла быстро уснула, и я предположила, что после бассейна она не только в дороге. Хотела это время потратить на серьёзный разговор с Борзовым. Делать вид, что не замечаю таких перемен было глупо. Ведь мы оба понимали это. Пока ехали, я грызла губу и подбирала подходящий вопрос, глядя на бегущий под колёсами асфальт.

Придумала целое обвинение Борзову и даже список претензий, которые собиралась предъявить, когда мы вернёмся домой.

Машина Борзова остановилась сначала возле дома, где жила я с Камиллой и Женя не собирался выходить.

— Позвонишь мне, когда проснётся, я приду за ней, — кинул Борзов через плечо.

— Конечно, — согласилась я и обратилась к водителю с просьбой помочь донести или сумки, или спящего ребёнка.

Борзов чертыхнулся, и сам соизволил отнести свою дочь в спальню. Я не пошла за ним, с сумками направилась к стиральной машине. Мне всё это очень не нравилось, даже проскользнула дурацкая мысль, что Борзов каким-то образом помирился с Аней и теперь бедный не знает, как избавиться от меня.

Быстро покидав полотенца и купальники в стиралку, я включила режим щадящей стирки и пошла на кухню.

Мне казалось, достаточно прошло времени, чтобы Женя уложил Камиллу спать и ушёл. Он так не хотел даже помочь, что я не допускала мысли, что он не поторопится убраться из дома так же, как сбежал вчера. Не ожидала увидеть Борзова в гостиной, а когда увидела, почти моментально налетела на него с насущным вопросом:

— Что происходит Борзов?! — возмутилась я, с ужасом представляя, как буду гореть от стыда.

Да что там буду?! У меня уже уши начали гореть.

— А ты о чём? — с большим интересом полюбопытствовал Евгений, глядя на меня невинно своими синими глазами.

На секунду показалось, что я сошла с ума и мне мерещились все те похотливые, пожирающие взгляды этих глаз.

— Забудь! — махнула рукой и трусливо попыталась сбежать на кухню, проклиная себя за слабость.

Борзов сбежать не дал...

В один миг я оказалась прижатой к стене, плечи сковала стальная хватка Борзова.

Мы смотрели друг другу в глаза ровно три секунды. Я считала про себя до десяти, чтобы не ляпнуть то, о чём потом пожалею, но успела только до трёх, а дальше...

После трёх секунд на меня обрушился Борзов со всей своей давно знакомой мне одержимостью. Его губы обжигающе смяли мои, язык ворвался в рот.

Он не целовал, а словно хотел сожрать и рычал как ненормальный.

Чёртов психопат!

— Так и знала, что ты притворялся...— успела шепнуть, когда Борзов переключился с губ на мою шею.

Пульс зашкалил от...

От радости!

Воздуха не хватало и ноги подкосились, что не осталось незамеченным.

— Но смотри-ка, как сработало, — хрипло усмехнулся ошалевший Борзов, подхватив меня на руки.

— Н-да...— ответила запнувшись.

Сказать, что не сработало не вышло, хотя на языке вертелось язвительное отрицание, но пальцы я топила в Жениных волосах и хотела его поцелуев. Сама подалась навстречу Жениным губам, чтобы не улыбался самодовольно.

Неистово целуясь, мы переместились к дивану. Борзов уронил меня спиной на мягкие подушки и навис надо мной.

Снова этот взгляд глаза в глаза.

От этой паузы было невыносимо, но разве с Борзовым поспоришь?

— Ты понимаешь, что этого сама хочешь? — строго спросил Женя, распуская при этом рукой мои волосы, собранные в тугой хвост.

Интересно, что будет, если сказать ему что нет?

От этой дурной мысли я сама же и испугалась, вовремя прикусив язык.

— Да, понимаю, но если ты не заткнё...

Я хотела ему ответить так, чтобы он не был стопроцентным королём ситуации, но мне просто не дал этого сделать. Заткнул рот поцелуем рьяным и сумасшедшим поцелуем буквально на полуслове.

Задрал платье и стянул его через голову, потом бельё, и всё летело в разные стороны. А следом Борзов навалился вжимаясь в меня так, что дыхание перекрыл. Ощущение его твёрдого желания порождало в моей голове хаотичные вопросы, но они не находили ответов, потому что озвучить их я не могла.

Губы обжигало, кожа под пальцами Борзова тоже горела, я изнывала от щекотки внизу живота. Я совершенно, абсолютно точно хотела Женю во всех смыслах этого слова.

— Секунду...

Борзов быстро поднялся, оставив меня обнажённой лежать на диване, мгновенно избавился от одежды под моим затуманенным взглядом.

— Борзов, как же ты сдержался в аквапарке? — спросила с недоумением.

Сейчас Женя хотел меня не меньше, до неконтролируемой трясучки, до беглого взгляда по обнажённому телу, чтобы успеть посмотреть на всё. Он мотнул головой, не ответив вернулся ко мне, подтягивая за бёдра к себе, то и дело касаясь внутренней стороны бедра твёрдым членом. Прошёлся ладонями по телу, зажимая соски между пальцев, заставляя выгибаться ему навстречу. Затем по шее, чуть сдавив под пальцами сосуды и вены.

— Только не говори, что у тебя нет... — снова Борзов не дал договорить, навалился на меня, впиваясь в рот, целуя медленно со вкусом.

Дав мне понять, что мой вопрос абсолютно не имеет смысла, я уже ему не могу отказать. Не хочу отказывать...

— Эй, любимая, — почти позвал, — Доверься мне, — шепнул он в губы, с хриплым стоном проникая в меня резко, до самого возможного воруя тем самым возможность дышать и соображать над словами.

Он неистово вбивался в меня, рыча возле уха словно дикий зверь. Грубо, жёстко, брал то, что давно жаждал получить. А я отдавала всю себя, царапая его крепкую спину, кусая плечо и с трудом сдерживая стоны удовольствия.

Такое со мной было впервые. Чтобы каждая клеточка моего тела откликалась волной приятных ощущений к самым элементарным мужским прикосновениям. Серия сводящих с ума толчков прервалась так неожиданно, что я охнула, с тревогой и опаской глянув вокруг. Не сразу сообразила, что Женя лишь взял паузу не в силах сдерживаться. Освободил и едва смотрел на моё тело, чтобы не кончить так скоро. Это льстило, а ещё чертовски заводило добавляя огня.

— Сядь, — толкнула его в каменную грудь, снова отбила руку, позабыв какой он твёрдый.

Хренов качок!

— Нет! Нет! Нет... Полин... бля... я... — теперь я не дала Борзову договорить, подавила сопротивление страстным поцелуем, нагло оседлав его так, чтобы он снова оказался во мне.

Оба замерли губами к губам, пережидая один острый момент на двоих. Нужно было совсем немного, но были так возбуждены, эта пауза здорово щекотала и без того напряжённые до предела нервы.

Женя впился пальцами в бёдра так, словно мог чувствовать мою боль и оттянуть свой финал на секунды, а речь шла именно о них. Я не действовала, ждала его ответа и он вскоре дёрнул меня на себя. Оба разогнались до предела навстречу друг другу, отчего каждый толчок разносил по телу сладостные импульсы.

— Вместе да? Я почти...

Со стоном сорвалась с моих губ фраза не свойственная мне, но как казалось, такая важная для Жени.

Он без слов только с тем же звериным рыком обхватил меня руками за талию и насаживать на себя до нашего общего оргазма. Ток удовольствия пробежал по моему телу с последним толчком Борзова во мне, я задрожала прижимаясь к нему. Он тоже кончил и причём в меня, но я не могла соображать сейчас.

И именно сейчас, в момент моего полного не осознания произошедшего, а не позже или раньше Женя посмотрел на меня так пронзительно и произнёс всего несколько слов, перевернувших абсолютно всё;

— Это непросто трах, я люблю тебя, — признался так искренне, с таким выражением лица, словно не в любви, а в страшной болезни.

— А я, я не знаю Борзов, — промямлила, глупо прикрывая грудь руками и это несмотря на то, что ещё сидела на его члене.

Впервые растерялась до невозможности. Перед страхом что Женя от меня сейчас начнёт чего-то требовать. Того, чего я ему дать не смогу, я сама не могла ответить себе на этот вопрос. Смогу ли что-то ему дать кроме крышесносного секса.

— Эй, там на Титанике, не надо паники, — жутко фальшивя пропел Борзов, пытаясь меня привести в чувства, хотя сам выглядел не менее растерянным.

— Есть хочу, — заявила я, пытаясь встать, Женя не пустил.

— Сначала в душ, мне одного раза мало, — нагло заявил он, и поднявшись вместе со мной, понёс в ванную словно добычу.

Там под тёплыми струями воды он взял меня ещё раз, не требуя никаких ответов и чего-то ещё. Рьяно и уверенно доказывая, что отпустит его нескоро.