Глава 24.

Выход Илоны из кабинета шефа пропустила, потому что ушла к Наташе. Нужно было забрать кое-какие документы. Но, скорее всего, это к лучшему. Видеть ее лицо, излучающее превосходство и самоуверенность, было бы выше моих сил. 

Желание подходить и разговаривать с Глебом пропало окончательно и бесповоротно. Да и он, видимо, не особо расстроен, что все получается не как у людей, а через ж… В общем не очень хорошо получается. 

Я сидела за компьютером и пыталась понять, что же могло произойти за 24 часа?! Почему в кабинете между мной и Илоной он выбрал ее?! 

- Привет, красотка, - как всегда жизнерадостный Антон влетел вихрем в приемную, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. 

- Привет, - вяло улыбнувшись, поздоровалась в ответ. 

Увидев мое состояние, мужчина нахмурился: 

- Что-то случилось? – серьезно спросил он. 

Отрицательно мотнув головой, не стала ничего отвечать. Пусть ему демон сам все расскажет. 

- Так-с, я сейчас к Глебу, братик хочет мне что-то сказать, а потом я поговорю с тобой. И не раскисать, - погрозив мне пальчиком и подмигнув, мужчина скрылся за дверями, ведущими в кабинет. 

Интересно, о чем они будут говорить. Долго мне ждать не пришлось. Буквально через 10 минут послышался крик Антона: 

- Да ты придурок, если решился на такое. 

Демченко-младший вылетел из кабинета и, задумчиво посмотрев на меня, сказал: 

- Лен, давай позже поговорим? 

Я кивнула, а мужчина, быстро попрощавшись, вышел широким шагом из приемной. Что произошло между братьями? Опять куча вопросов и ни одного ответа. 

Делать ничего не хотелось, поэтому я сидела и тупо смотрела на включенный экран компьютера. Вспомнив, что собиралась позвонить родителям, взяла телефон, который, оказавшись у меня в руках, резко зазвонил. «Наташка» - прочитала на дисплее. 

- Алло, привет. 

- Еще раз привет. Лен, пойдем, пообедаем, а то я как волк голодная, - жалобно проскулила Наташка, а потом добавила серьезно. – И поговорить надо. Срочно. 

Тон девушки мне не понравился. Быстренько собравшись, отправилась на встречу с подругой, не предупредив шефа об уходе. Видеть его лицо мне совершенно не хотелось. 

До нашей кафешки я добралась быстро. Чем ближе подходила к назначенному месту, тем сильнее сжимались внутренности, ладошки вспотели, а сердце словно хотело выпрыгнуть из грудной клетки. 

Сняв верхнюю одежду и сев на стул, я пристально взглянула на девушку. 

- Наташ, давай ты мне сразу все расскажешь. 

Тяжело вздохнув, подруга кивнула: 

- Я сегодня разговаривала с девочками из отдела маркетинга. Они сказали, что видели Илону и Глеба вчера вместе. Они сидели в ресторане и мило ворковали. 

Знаете, сейчас я почувствовала себя боксером на ринге, который, чуть-чуть отвлекшись, получил кулаком в челюсть. Удар был сильным, но не смертельным. После него еще можно оправиться и жить дальше. 

- Я им сначала не поверила, - продолжала Наташа, не зная, какие чувства одолевают меня внутри. – Но многие говорят, что видели как Глеб и Илона вчера вместе выходили из здания. Поэтому по компании теперь ходят слухи о том, что… 

- Глеб и Илона снова вместе, - закончила за девушку севшим голосом. 

Я почувствовала, что противник на ринге снова ударил меня. Только в этот раз удар был решающим, попавшим в цель, а именно в солнечное сплетение. Мой внутренний боксер упал сначала на колени, и только потом навзничь, без возможности встать. Он признавал свое поражение. 

Сидя посередине кафе, я разрыдалась. Больше не было сил сдерживаться. Казалось, часть моей души вырвали, оставив на том месте зияющую дыру. 

Я даже не заметила, как Глеб стал кем-то важным для меня. Он всегда был рядом, был готов помочь, а сейчас…Что поменялось?! 

Наташа, подняв меня со стула и взяв под локоть, повела в уборную. 

- Лена, не плачь. Все будет хорошо. Я уверена, это просто слухи. И они ничего общего не имеют с реальностью. 

Отрицательно мотнув головой, разрыдалась еще сильнее. Только через 10 минут наконец-то смогла успокоиться. Смыв макияж и приведя себя в порядок, я несмелой походкой отправилась обратно в бизнес-центр. Наташа молча шла рядом. Скажи она сейчас хоть слово, и я заново разрыдаюсь. 

Уже стоя перед дверью в кабинет шефа, начинала сдавать позиции. «Нужно выяснить все раз и навсегда» - твердит внутри голос. Поддавшись секундному порыву, я тихонько открываю дверь и замираю на пороге. 

Потом, много раз прокручивая эту ситуацию в своей голове, не смогла вспомнить ни одной детали, кроме целующейся парочки. Но сейчас, стоя на пороге кабинета, я смогла рассмотреть все очень подробно. Илона стояла перед Глебом, который, к моей радости, не проявлял никакой активности, да и вообще казалось был ошарашен происходящим. Руки девушки лежали на его плечах, а сама Илона была очень увлечена процессом. 

Я надеялась, что мое внезапное вторжение останется незаметным. Но тут Глеб отодвинул от себя девушку и заметил меня. 

- Лена? - тихо прошептал мужчина. 

Больше я не смогла сдерживаться. Развернувшись, вылетела из кабинета, громко хлопнув дверью и, не сбавляя скорости, направилась в коридор, где натолкнулась на Наташу, поджидающую меня. Кинувшись в объятия девушки, горько заплакала. 

- Лена, подожди, - выбежал Глеб из приемной. – Дай мне, пожалуйста, все объяснить. 

- Глеб Сергеевич, давайте не сейчас, - сухо ответила Наташа вместо меня. 

- Но я должен ей все объяснить, - настаивал мужчина. 

- Завтра объясните, - холодно сказала подруга и повела меня в сторону лифта. 

Поднявшись на этаж выше, мы оказались в приемной генерального. 

- На, выпей, - сунула мне девушка в руки стакан с водой. 

- Дай мне… ик, пожалуйста… ик, листочек и ручки, - как не кстати на меня напала икота. 

- Лен, может быть, не надо? – осторожно поинтересовалась Наташа. – Завтра отойдешь, и спокойно поговорите. 

- Нет. 

Девушка тяжело вздохнула и протянула мне чистый лист с ручкой. 

- Отнеси завтра, пожалуйста, Демченко на подпись, - сказала я, прежде чем положить на ее стол заявление по собственному желанию. 

Вот и все: сказка закончилась, пора возвращаться в реальность. М-да, принца то найти смогла, вот только он оказался не из моей сказки, да и вообще не моим принцем. 

«Когда все дороги ведут в никуда, настала пора возвращаться домой» - неожиданно появилась строчка из песни в моей голове. Да, кажется, пора. 

Через 12 часов я уже стояла на перроне Санкт-Петербургского вокзала. И в толпе людей пыталась отыскать глазами маму и дядю, которых предупредила о своем неожиданном приезде, как только села в вагон. Мама была шокирована, но вопросов задавать не стала, чему я была несказанно рада. Я ей обязательно все расскажу, но только позже. Когда картинка в голове перестанет быть настолько яркой и правдоподобной…

Пока ехала в поезде, Глеб все время мне названивал и писал смски, но, честно говоря, не было никакого желания их открывать и читать. Поэтому через полчаса, когда мне надоело слушать непрекращающуюся мелодию звонка, я просто добавила контакт Глеба в черный список, легла на полку и, отвернувшись лицом к стенке, попыталась заснуть. 

Наконец, заметив в толпе знакомые лица, тараном направилась к родне. 

- Привет, милая, - кинулась мне на шею мама, из глаз которой брызнули слезы. – Как я рада тебя видеть. 

Вдоволь наобнимавшись с родительницей, перевела взгляд на дядю, который тихонько стоял в сторонке. 

- Дядя Костя, - подлетев, повисла на его шее. 

Когда минута нежности закончилась, мы втроем разместились в машине дяди. 

- Как тетя Марина после операции? – задала волнующий меня вопрос. 

- Уже все хорошо, только на диетах сидит. Ее любимые булочки ей теперь нельзя, - усмехнулся мужчина. 

- А ты и рад, - стукнула его легонько кулачком мама. 

- Мне больше достанется, - но резко став серьезным, дядя продолжил. – Я рад, что операция прошла успешно. А почку для Коли… Мы найдем, семья немаленькая. Каждый поможет, чем сможет. 

Было видно, как маме тяжело сдерживать слезы. Отвернувшись, она наблюдала за быстро пробегающими фонарями. 

До дома мы ехали молча. Скорее всего, никто не хотел нарушать установившуюся тишину. 

В этой квартире еще не была, потому что купили ее уже после того, как я уехала в Москву. Раньше у нас была трехкомнатная, на которую родители копили очень долго. Но, когда срочно понадобились деньги, ее продали, купив эту двушку. 

Приехав сюда, у меня не было ощущения, что я попала домой. Старый ремонт, немного обшарпанные стены. Лишь любимые мамины мелочи добавляли уюта: фотографии, подушки, цветы и… папина библиотека. Подойдя к шкафу, погладила корешки книг, знакомые мне с детства. 

- Коля не захотел без них переезжать, - тепло улыбнувшись, мама погрузилась в воспоминания. – Грудью на их защиту встал. 

- Во сколько завтра пойдем к нему? Кстати, он в курсе, что я приехала? – хитро прищурившись, взглянула на маму. 

- С утра пойдем, он будет рад тебя видеть. Нет, ты позвонила уже после того, как я вышла из больницы. 

Мы с мамой замолчали, каждая думала о своем. 

- Дочь, ты не хочешь мне рассказать, почему уехала из Москвы? 

- Давай завтра?! – слабо улыбнувшись, посмотрела на родительницу. 

- Хорошо. Я подумываю найти работу. И, учитывая, что сейчас ты работать не будешь, надо точно искать. 

- С чего ты взяла, что не буду? – воскликнула удивленно. – Как только мне пришлют трудовую книжку, пойду работать. Сидеть на твоей шее я точно не собираюсь. 

Поговорив еще недолго с мамой обо всяких мелочах, мы отправилась спать. 

А с утра на меня из зеркала смотрело нечто с больной головой и опухшим лицом. Когда легла спать, сдерживаться больше не было сил. Уткнувшись лицом в подушку, я зарыдала. Тихо, без истерики. Просто, чтобы выплеснуть все эмоции и боль, которые мне причинили. 

Быстренько собравшись, мы отправились в больницу. Я была безумно рада видеть отца. Но его состояние… На кровати лежал не мой папа, которого я знаю с детства, а лишь его болеющая копия: худая и изможденная. В уголках глаз стали появляться слезы. Быстренько смахнув их, подошла к отцу. Плакать перед ним я точно не буду. Ему нужна помощь и поддержка, а не мои слезы. 

- Дочка, - радостно воскликнул отец, взгляд которого при виде меня засияли. – А ты почему не в Москве? 

- Потому что соскучилась и устала быть вдали от вас. Теперь я никуда надолго не уеду. 

В больнице пробыли почти два часа, разговаривая обо всем на свете. Поэтому, когда папу отправили на процедуры, мы с мамой поехали домой. Я понимала, что, как только мы перейдем порог квартиры, меня закидают вопросами о моем побеге из Москвы. 

Вот только не суждено было маме узнать сегодня подробности. Не успели мы даже переодеться, как в квартире зазвенел звонок. Недоуменно глядя на меня, мама пошла открывать дверь незваному гостю. 

- Простите, а Елена Смирнова здесь проживает? – услышала я знакомый голос из прихожей. 

А он что здесь делает?! 

- Да, это моя дочь. 

Быстро надев обратно кофту, выскочила в коридор. 

- Антон, привет. Какими судьбами? – сложив руки на груди, смотрела на мужчину. 

- Лен, мы можем поговорить? - серьезно глядя на меня, спросил Антон. 

Хотелось как можно быстрее скрыться от маминого взгляда, прожигающего меня насквозь. 

- Да, пойдем, прогуляемся, - накинув куртку, вышла из квартиры. 

Изнутри меня снедало жгучее любопытство, зачем он приехал и что хочет мне сказать. Неужели его отправил Глеб?! Да нет, бред… Хотя в свете последних событий, я уже готова во все, что угодно, поверить. 

Начинать разговор первой я не собиралась. Поэтому мы уже около получаса шли молча, пока не наткнулись на кафешку. 

- Зайдем?! – спросил Антон. 

Неопределенно пожав плечами, все-таки направилась в сторону тепла. Чай не лето на улице. Когда мы уселись за столик и сделали заказ, мужчина, тяжело вздохнув, посмотрел на меня: 

- Почему ты не сказала, что у тебя болен отец? 

Его вопрос стал для меня неожиданностью. 

- А почему я должна была говорить? 

- Да потому что мы не чужие люди, - громко воскликнул Антон, от чего люди за соседними столиками стали оборачиваться на нас. Но его это ни капли не смущало. 

- А ты в этом уверен? – печально взглянув ему в глаза, тихо прошептала. 

- Да, черт возьми. Я не намерен выгораживать Глеба, он поступил не очень хорошо. Но ты могла обратиться ко мне! Я тебя хоть раз чем-нибудь обидел? 

Отрицательно мотнув головой, смотрела во все глаза на Антона. 

- Может быть, отказывал, когда ты что-то просила? – продолжал мужчина. 

И я опять смогла лишь отрицательно мотнуть головой. Горло резко схватило спазмом. 

- Так почему ты не попросила у меня? – тихо прошептал Антон. 

- Потому что мне не нужны были деньги… - сдерживаться больше не было сил. 

Первая слеза, как предшественник бури, скатилась по щеке. Захотелось поделиться с кем-нибудь, почувствовать себя маленькой и хрупкой, за которую кто-то сильный и большой решит все проблемы. И я рассказала все Антону, закончив тем, что операция прошла неудачно. 

Положив голову на руки, лежащие на столе, вздохнула. Впервые за долгое время почувствовала легкость, как будто часть ноши переложила на чужие плечи. 

- Из всего этого могу сделать вывод, что сейчас денег нужно больше?! 

Я промолчала. Зачем что-то говорить, если Антон и так знает ответ на свой вопрос. 

- У меня на счету есть небольшая сумма. Лена, мы найдем деньги, слышишь, - легонько тряхнув меня за плечо, сказал мужчина. 

Подняв голову, я пристально посмотрела на Антона. 

- Я не возьму твои деньги. Мы продадим квартиру, возьмем кредит, но ваши деньги я не возьму. 

Встав из-за столика, поспешно вышла из кафе, накинув на себя куртку лишь на улице.