Глава 50

Алиса

- О, это экспромт, - тут же оживляется художник. – Так сказать, с натуры. Вам понравилось?

- Да, да, - киваю. – Но… как вы это нарисовали? Когда? Как?

На секунду мужчина задумывается. Морщит лоб. А мне хочется схватить его за плечи, и потрясти.

- Ну, дня три или четыре назад…, - начинает неспешно, а у меня от нетерпения аж все внутри сводит.

Не в силах устоять спокойно, переминаюсь с ноги на ногу.

- Они тут сидели, - продолжает мужчина.

- Тут, это где?

- Да, вот на этой самой скамье.

И он кивает на "мою" скамью.

- Смотрелись очень… колоритно. Она, полностью погруженная в себя, а он… Он неотрывно на нее смотрел. Знаете, со стороны казалось, словно между ними есть нечто вроде... Какой-то незримой связи.

Я не в силах поверить.

- Да, да, именно так мне тогда и показалось, - вдохновленно продолжает художник. - К тому же сидели они довольно долго. Вот я и решил их, так скажем, нарисовать.

В мозгу всплывает обрывок.

Вот я сижу рядом с девушкой. А потом девушка поднимается и уходит. А ее место почти сразу же кто-то занимает. Я не смотрю, но понимаю, что это какой-то парень.

Часть ноги, кроссовок. Спокойствие, что вдруг ни с того ни с сего окутывает меня. Неизвестно откуда взявшаяся уверенность, что я в безопасности.

Тогда я списала это чувство на то, что нахожусь в людном месте и даже не отдавала себе отчета в том, что это ощущение было гораздо глубже, основательнее.

Такое бывает со мной только в том случае, если Он рядом.

Неужели… Неужели же теперь это правда?

И он... Игнат был настолько близко от меня в тот день а я, погруженная в свое горе, даже не почувствовала????

Он все же жив. Он не погиб!

Или же со мной произошло помешательство, и все, что происходит сейчас, происходит со мной не наяву, а лишь в моих фантазиях?

Все.

И этот рисунок, и художник, практически прямым тексом рассказывающий мне о том, что Игнат жив.

Жив!

Не просто жив. Три дня назад он находился настолько близко от меня, только лишь руку протяни. Он был так близко!!!

Жив!

А я сидела, и ничего не замечала.

Голова кружится, я чувствую себя словно пьяная.

И невыносимо, до дрожи, до обморока я боюсь вначале поверить, а потом снова, как и в прошлый раз разочароваться....

А если все действительно так…Как долго он собирается...

Собирается скрываться от меня?

И… получается, все же тогда он на самом деле разогнал тех парней?

А вовсе не тот парень, на которого я подумала? Но…тот парень вроде бы ответил логично. Хотя из-за сбивчивости моей речи в тот момент он мог, в то же время, неправильно меня понять.

Значит, это был Игнат…

Почему же тогда он молчал? Почему не сказал мне ничего?

Ладно, пусть не в тот момент, когда он помог. Но после, скажем, когда уже подсел?

И тут же я вновь вспоминаю свои слова.

«Не желаю больше видеть тебя. Никогда».

Вот и ответ.

Он… Получается, он…Он не хотел, чтобы я его заметила.

Вот и всё.

И если бы не эта случайность…

Как долго? Я бы страдала, а он…Он просто бы находился где-то поблизости?

- А что дальше? Вы…видели, что произошло дальше? – восклицаю я.

Художник пожимает плечами.

- Ну, вроде бы девушка поднялась со скамьи и пошла прочь.

- А он? А парень? Что стал делать парень?

- Девушка, я не знаю. Он вроде бы остался сидеть. Я отвлекся тогда на покупателя, а когда снова посмотрел на скамью, его уже не было, а место заняла вроде бы компания туристов. Вы хотите приобрести этот набросок?

- Да, да, хочу.

- Это будет дорого. Вы не поверите, но мне он очень нравится.

- Сколько бы не стоил, - выпаливаю, и даже не хочу торговаться.

Пока художник запаковывает покупку, я озираюсь, глаза против воли то и дело возвращаются к скамье.

А когда расплачиваюсь и отхожу, то первым делом иду, нет, скорее бегу, в ту сторону.

Сейчас скамья пуста, и я, недолго думая, сажусь на то место, на котором всего лишь три дня назад, по моим предположениям, сидел Игнат. И только от осознания этого мне делается настолько лучше, чем я даже могла подозревать.

Он жив! Я не ошибалась, когда ни на одну минуту не желала поверить в его смерть. И он был здесь.

Других зацепок у меня, к сожалению, нет.

Искать его по отелям у меня нет возможностей. К тому же, я без понятия, под каким именем он прилетел сюда.

Все, что мне остается, это каждый день приходить на эту улицу, садиться на эту скамью…

И ждать, что он снова подойдет…

Я так и делаю.

Ворочаюсь ночью с бока на бок, а едва просыпаюсь и завтракаю, снова спешу на прогулку, которая заканчивается на той самой скамье. Я беру с собой перекусить, потому что планирую просидеть здесь как минимум несколько часов.

В общем, столько, сколько получится. Что я и делаю.

Без всякого толка.

Как я ни ожидаю, и не верчу головой по сторонам.

Но я не сдаюсь.

На следующий день я повторяю маршрут.

На следующий.

И на следующий.

Местные продавцы горячей еды уже начинают меня узнавать, и тепло приветствуют, когда я заказываю очередной стаканчик горячего чая.

Проходит неделя, и я не знаю, сколько бы времени так ещё продолжалось. Наверное, бесконечность.

Но вот очередной день, и до обеда льет сильный дождь, поэтому я никуда не выхожу. К вечеру небо светлеет. Я одеваюсь и выхожу на очередную прогулку по уже привычному мне маршруту.

Однако, кажется, сегодня буквально весь мир сговорился против меня. Не успеваю я выйти из отеля и пройти пару кварталов, как меня обливает из лужи проезжающая на скорости машина. Приходится сворачивать с намеченного маршрута и искать аптеку.

Пока нахожу, пока покупаю влажные салфетки и очищаю одежду...

В общем, до сквера я добираюсь только тогда, когда уже начинает темнеть.

И с первых секунд, даже издали, замечаю, что на моей скамье кто-то сидит.

Точнее, нет, я ошиблась, уже не сидит. Он… он встает….

Широкие плечи, темная толстовка…

Он… Этот человек… Парень…неторопливо идет в противоположенном от меня направлении.

Несколько секунд я тупо смотрю на его не спеша удаляющуюся спину, после чего начинаю идти.

Парень в толстовке и капюшоне сворачивает, и спускается к набережной.

Иду за ним.

Мимо скамьи, не упуская из вида его спину, но в то же время и не стремясь во что бы то ни стало догнать.

Уже наученная горьким опытом, я не бегу, нет.

Ещё одного, третьего по счету разочарования, я ведь не вынесу. А потому ни на что не надеюсь.

Парень останавливается у парапета, а потом скидывает с головы капюшон, после чего засовывает руки в карманы.

Он смотрит вдаль, и кажется, что вдыхает свежий после не так давно прошедшего дождя кислород.

Темные волосы. Не длинные, но и не слишком короткие. Стильно подстриженные. И в то же время я уверена, что пряди слегка и небрежно спадают на лоб.

Я подхожу, и останавливаюсь на расстоянии примерно десяти шагов.

Парень замирает, а потом поворачивает голову в мою сторону.

И я замираю. Лишь посильнее вцепляюсь пальцами в поручень, чтобы не упасть..