Глава 11

* * *

ДАРРЕН

Всю ночь я провёл в настоящей агонии.

Мой зверь не давал сомкнуть глаз. Он рвался к Софии, словно она важная драгоценность и ей нужна моя защита и личная охрана в моём лице.

Что за бред? Откуда родилась навязчивая мысль о защите этой девушки?

Я знал её меньше суток!

Наивное чудовище.

Да, она неглупа, но жизненного опыта ноль.

Милая и очаровательная, этого тоже не отнять. Но тем сильнее вызывает раздражение.

А зверь после встречи с Софией превратился из матёрого дракона в подзаборного щенка, которому срочно понадобилась ласка этого юного и глазастого чудища.

Всю ночь благодаря зверю представлял, с какой дикой нежностью накинулся бы на неё, сжал бы в своих объятиях и попробовал бы на вкус эти спелые розовые губы.

Смотрел бы в её глаза, горящие штормовыми молниями от радости и предвкушения, и говорил бы ей слова страсти. Радовался бы, узрев порозовевшее лицо от смущения…

У меня не было проблем с женщинами, только помани. Но я никогда не соблазнялся прелестницами столь юными, как София Тёрнер.

Хотя кто-то поспорил бы со мной и сказал, что это самый прекрасный возраст девушки для замужества и рождения детей.

Но я всё же предпочитал женщин зрелых, с которыми не нужно творить глупую романтику, что-то доказывать. Всё ясно без слов. Лишь встречи для удовлетворения плотских желаний. Не более.

А эта…

Дракон странно на неё реагирует. Впервые со мной такое. Стоит ей заговорить звонким, чуть по-детски звучащим голосом и это её чуть протяжное «господин Ашер», словно я божество и реагирую как цепной пёс. Словно голодного зверя поманили сладкой сахарной костью.

София гипнотизировала. Цепляла.

Её взгляд, чистый, невинный, неиспорченный трудностями жизни проникал внутрь, ломал и крошил все каменные стены равнодушия и невозмутимости, которые я выстраивал с юности. Зверь рвался наружу, желая показать себя, свой огонь и спалить к демонам любые потенциальные опасности, что могут угрожать ей.

Тянет к ней сильно… Почему?

Это так странно, непривычно.

Может, магия?

Может, её невинность и наивность показная? Ненастоящая? Лишь маска?

Может, это чары?

Я проверил себя, никаких воздействий не обнаружил. Вся моя защита как мага и дракона была на месте. Даже если кто-то попробовал бы воздействовать на меня, тот глупец потерпел бы поражение. Да ещё схватил бы ответку от моего магического щита. Дракона невозможно заворожить или зачаровать. Магический огонь спалит любое наведённое, несущее вред, заклинание.

Или быть может странная реакция, потому что она тогда заговорила о раздвоении личности, упомянула оборотней, и дракон тогда сильно встрепенулся. Я на миг насторожился что, быть может, она знает, что я двуликий?

Нет, невозможно. Узнай она правду, бежала бы обратно.

Значит, это просто реакция зверя на девушку.

И что тебе, драконище в ней понравилось?

Обыкновенная девица с хорошеньким личиком, каких полным полно в любом провинциальном городе. Про столицу даже говорить нечего, там на каждом шагу, что не дева, так красавица. Да ещё благородная. А эта? Как есть чудовище.

И вот она снова раскрыла свой милый рот. Не понравилось Софии, что её посчитают моей любовницей? Подумаешь, какая недотрога.

– А что если? – заговорила она и резко умолкла.

– Что «если»? – с раздражением переспросил я, обращая на неё всё своё внимание.

Девушка сглотнула, нервно поёрзала на месте, почесала кончик носа, облизнула губы и наконец, сказала:

– А что если вы скажете, что я ваша… невеста?

Честно, не ожидал.

И внезапно для самого себя расхохотался.

– У некоторых очень нездоровое чувство юмора, – заметил, когда отсмеялся.

Она густо покраснела, сжала руки в кулачки и обижено пробормотала:

– Отчего сразу нездоровое?

– Оттого, леди Тёрнер, что вы не в моём вкусе. Совершенно.

Она вздёрнула подбородок и довольно ехидно заметила:

– А вы в курсе, милорд, что любовь зла? Можно сослаться на тот факт, что вы пали жертвой моей… моей…

Она замялась, потупила взгляд и снова её лицо порозовело. Она была не в силах найти хоть одно качество в себе, которое сразило бы мужчину.

– Леди, с такой низкой самооценкой вы не сразите не то, что мужчину, но и бродячий пёс пробежит мимо.

И вот тут я не ожидал следующей реакции.

Она вдруг ладошками закрыла лицо и сдавленно всхлипнула.

Я длинно и раздражённо вздохнул.

Ну вот, этого мне только не хватало. Слёзы, да сопли. Как же я этого не переношу.

И что? Теперь я должен утешать девицу с нежной душевной организацией?

– П-простите… – промямлило это недоразумение. – Я… я просто…

И снова всхлип.

И я понял, что она действительно расстроилась.

– София, – позвал её немного грубо. Потом кашлянул и более мягче произнёс её имя: – София. Соня. Посмотри на меня.

Глаза девушки, полные слёз распахнулись, губы приоткрылись в беззвучном всхлипе, в глазах застыла боль.

Я глупец. Её ведь жених бросил, да ещё в трудный момент жизни. И не просто бросил, в её дом другую женщину водил, в постели с ней согревался. А тут я взял, да посмеялся над ней…

– Прости, – выдавил из себя хрипло. – Я не хотел оскорбить или обидеть. И скорее неправильно выразил свои мысли насчёт легенды про нас, как жениха и невесту.

Я затаил дыхание и замер, словно окаменел, когда она согласно закивала, а по щекам текли слёзы.

Я видел, как сжалось её горло, и что она усилием воли сдерживала рыдания.

Дрожащими пальчиками смахнула слёзы и отвела взгляд. Снова вся порозовела, стеснялась своего внезапного порыва.

– Я… я сейчас… – прошептала она сдавленно и начала искать платок в своей сумке.

Вздохнул и вынул свой льняной платок с вышитыми на нём инициалами «Д.А.»

– Держите, – проговорил я и протянул ей необходимое.

Она посмотрела на мой платок, закусила пухлую нижнюю губу и кивнула. Робко взяла платок и когда наши пальцы соприкоснулись, всего на миг, меня тряхнуло, словно в меня попала молния.

А девушка ничего не ощутила. Она вытерла лицо, глядя в окно. На меня старалась не смотреть.

Слёзы всё текли и текли.

Великие силы, ну что за наказание?

– Идите сюда, – позвал её и похлопал по сиденью рядом с собой.

Она вскинула на меня удивлённый взгляд.

Да-а-а… Если внимательно присмотреться, то определённо, можно утонуть в этих штормовых синих озёрах.

Она перебралась на место рядом со мной, и я… ну точно не от большого ума, приобнял её за плечи и в шутку произнёс:

– Ну и что за сырость, София? Леди ведь легко сносят удары судьбы. Не прогибаются под неудачами. Они не плачут, а улыбаются в лицо невзгодам. И всегда дают сдачи – уверенно, элегантно, со всем своим благородным достоинством.

И девушка сильнее заплакала. Прижалась к моей груди, уткнулась лицом в моё пальто, словно в подушку и сдавленно проговорила:

– Я, наверное, очень глупая. А ещё некрасивая. И никому ненужная. Из-звините…

Утешитель из меня так себе.

– Ты не права, – произнёс я и добавил: – Красивая. Умная. Насчёт ненужности… Люди в принципе существа жадные на добро, любовь и нежность. У них есть время на погоню за богатством, положением, властью, а всё остальное – обесценивается. Увы. Это мир одиноких людей. София.

Не очень помогло.

А мне ведь нужна адекватная помощница, а не сопливое чудовище. Ещё решат, что я зверь и тиран. Впрочем, это недалеко от истины.

В итоге я решился и сказал:

– Я согласен с твоим предложением. Представлю тебя, как свою невесту. Согласна?

Она подняла ко мне своё лицо. С неудовольствием заметил, что на моём пальто теперь огромное пятно от её слёз.

Но замер, когда девушка улыбнулась и прошептала:

– Господин Ашер, вы… какой-то нереальный. Невозможный. Вы узнали правду о моём распределении, но не прогнали. И сейчас… Это… Это огромная честь для меня… даже просто ради дела претвориться вашей… невестой.

Она вдруг с каким-то отчаянием прижалась ко мне. Обняла так, будто я стал для неё спасителем? Якорем? Всем в этом мире.

Я неловко приобнял её в ответ и прикрыл глаза.

В груди вдруг ныть стало. А затем моё сердце на мгновение замерло, а затем взорвалось и забилось в бешеном ритме.

Дракон внутри утробно и собственнически зарычал и рык едва не сорвался с моих губ. Усилием сдержался.

София оторвалась от меня, вернулась на своё место, напротив меня, вытерла лицо моим платком и грустно улыбнулась. Посмотрела на меня… В её глазах было столько одиночества, тоски, потерянности, но я увидел в них и что-то другое. Благодарность.

О, небеса, дайте мне сил. Это чудовище явно погубит меня.

Вздохнул и снял с мизинца свой фамильный перстень.

– Дай руку, – попросил её.

София во все глаза уставилась на тяжёлый перстень и протянула правую руку с подрагивающими тонкими, длинными пальцами. Красивая рука, нежная… О чём я думаю?

– Фамильный перстень, – пояснил я. Добавил: – Артефакт. Вполне сойдёт за помолвочное и уменьшится под твой палец. В случае опасности перенесёт ко мне. Так что… может, такая легенда и к лучшему.

Надел на её безымянный палец перстень из золота и с облегчением вздохнул, когда экипаж остановился.

Прибыли. Наконец.

* * *

СОФИЯ

Всё так неожиданно. Но прекрасно. Моя репутация спасена.

Правильно бабуля говорила, что для мужчины женские слёзы – оружие, против которого нет спасения.

Но я не играла, нет. Я действительно близко к сердцу приняла слова детектива и вдруг подумала о себе, как о тотальной неудачнице.

Так, не нужно думать о дурном. Всё ведь прекрасно!

Осторожно вслед за мужчиной вышла из экипажа. Даррен подал мне руку и помог сойти. Огляделась.

По стылому воздуху плыл морозный туман. Он состоял из мельчайших кристалликов льда, танцующих в воздухе и сверкающих в тусклых солнечных лучах.

Сквозь белый плен проступали силуэты огромных гор. Где-то, будто совсем рядом вскрикнула птица, другая ей ответила. Если бы не согревающий меня артефакт, я бы уже превратилась в сосульку, а так с удовольствием выдохнула пар и улыбнулась.

Посмотрела на Даррена Ашера и сказала с восхищением и улыбкой:

– Как же здесь красиво!

– Грандарские горы прекрасны. Согласен с вами, – отчего-то мрачно проговорил детектив.

Я присмотрелась, пытаясь увидеть замок ста мечей, и когда увидела, сильно удивилась.

Очертания замка были далеки. И более того, мы оказались на развилке. Одна дорога вела к замку, другая – к подножию гор, где раскинулось небольшое селение.

То есть, мы ещё не прибыли?

Взглянула на Даррена и поинтересовалась:

– Дальше пешком? Или мы ждём другой экипаж?

– Мы ждём другой экипаж, – с неким раздражением ответил Ашер, потом вздохнул и пояснил: – Прежде чем появиться в замке я должен сменить вам гардероб, София. Как моя… «невеста» вы не можете быть носить вот это.

Он кивнул на моё пальто, взгляд его опустился и на мои ботинки, и я густо покраснела.

Да, одета я не как принцесса, но моя одежда чистая… Хотя, зачем я себе лгу? Одета я дёшево. И любая леди, любой лорд сразу поймёт, что никакая я не невеста Даррена Ашера. Или они решат, что Даррен жадина, раз не может одеть свою невесту в приличные туалеты.

– Сейчас прибудет экипаж моего хорошего знакомого, и в деревушке Грандар закупим вам всё новое, – добавил он, проигнорировав моё смущение.

Смущаться тут же перестала. Удивлённо вскинула брови, потом хихикнула и с беззлобным ехидством заметила:

– Господин Ашер, вы собираетесь купить приличную одежду и обувь в местной деревушке?

Он поджал губы, а потом, длинно вздохнув, сказал:

– София, хоть и называется данное место «деревушкой Грандар» по факту это фешенебельное место, где можно приобрести не только прекрасные наряды, совершенно не уступающие столичным модным, но и некоторые прекрасные редкости, которые можно найти только здесь. Если в столице вы услышите, что некая аристократка приобрела туфельки, серёжки, бельё, платье и прочее в деревушке Грандар, знайте, она оставила здесь целое состояние. Это раз. Два, Грандар – не только знак элитарности, но и знак качества и уникальности.

Ну вот, снова меня поставили на место.

А я даже знать не знала, что здесь всё так… закрыто, элитарно, как сказал Даррен, уникально и редко. Век живи, век учись.

И вот он прибыл другой экипаж, из которого буквально выскочил высокий, худощавый, угловатый мужчина.

Он широко раскинул руки и буквально заорал:

– А-а-аше-еэ-э-эр! Чудовище ты, восставшее из пламени бездны! Как же я рад тебя видеть, старина-а-а!

Даррен демонстративно закатил глаза, потом весело усмехнулся и кивнул знакомому, который скорее был друг, чем просто знакомый.

Мужчины приобнялись, похлопали друг друга по спинам, очевидно, что оба были рады встрече и прежде чем сесть в экипаж, детектив представил меня:

– Ганс, позволь представить тебе мою невесту, леди Софию Тёрнер. София, этой мой старый товарищ, Ганс Рамински.

– Приятно познакомиться, – произнесла с улыбкой и протянула руку для пожатия.

– Невеста? – услышал самое главное друг Даррена и пытливый взгляд Ганса зацепился за мою руку. Он увидел кольцо и его глаза стали ещё больше. – Вот это новость! Ты решил покончить со свободой? Ну и дела-а-а!

Ганс после этих слов весело подмигнул мне, взял мою ладошку и оставил едва заметный поцелуй.

– Ганс, давай без бурных эмоций, – проворчал Даррен. – И мы спешим.

– Вечно он так, прекрасная София. Вечно куда-то спешит, – скорчил он смешную рожицу и открыл перед нами дверь экипажа.

Ветер встрепал угольно-чёрные волосы Ганса Камински. Солнечным лучам удалось немного пробиться сквозь зимний туман, и я внимательней присмотрелась к мужчине. У него были острые скулы и пасмурно-серые глаза. Казалось, будто эти глаза прожили не одну сотню жизней. Если не смотреть в глаза, то передо мной был обычный молодой мужчина, которому дала бы от силы лет двадцать пять, максимум тридцать. Но если он маг, то ему может быть и все сто, а то и больше лет.

Детектив что-то сказал нашему извозчику. Наверное, чтобы нас подождал.

Мы забрались в экипаж Ганса, он был попроще, но не менее удобный и помчались дорогой, ведущей в деревушку.