Глава 18. Алекс

Я понимал, что брак превращается в нечто, чего я не предполагал и не желал. Нет, любовь и страсть по-прежнему бушевали во мне, только Лилия… страшно было признаваться самому себе, но супруга меня разочаровывала.

Черкасова по-прежнему упрямилась, свои занятия не бросала, в постели была холодна, от поездки на остров отказалась, а от разговора о детях убегала.

Поначалу я ловил самый настоящий кайф, потрясающее наслаждение от ее невинности, неопытности, это будоражило мое сознание, но вскоре я этим пресытился и на замену вожделению пришло недовольство.

Я хотел бы уступить Лилии, в чем-то я ее даже понимал. Двадцатилетняя девочка… не все хотели обзаводиться потомством в таком возрасте, но мне вот-вот обещало стукнуть сорок… как показало время, это была целая пропасть. Я хотел детей, причем, минимум двоих, я хотел им дать то детство, которого не было у меня. Баловать свою дочь… учить сына быть мужчиной… я физически, морально, материально ощущал, что был готов стать отцом. Но Лилия и слушать меня не хотела. Что мне оставалось? Не знаю. Впервые за много лет я был загнан в тупик.

Я не мог причинить вреда жене, она была любима. Я не мог и не хотел давить на нее, заставляя чувствовать вину или дискомфорт, то это выходило почти автоматически. Я хотел, чтобы мы жили в мире и согласии, но ничего не получалось.

Сейчас я понимаю, о чем толковал Юрий, лучший друг и правая рука. Много раз он предупреждал меня, что этот брак не закончится ничем хорошим. Он утверждал, что свое возьмут социальная пропасть, возраст, разное мировоззрение…

О последнем я даже не хотел думать. Рано или поздно, я понимал, Лилия поймет, догадается или кто-то нечаянно что-то взболтнет… скрывать свое истинное я вечность было невозможно. Она узнает правду…

Я не желал думать о том, какой будет реакция моей маленькой принцессы. Лилия была самой добротой, она помогала всем: детям, животным, старикам, всем, кто как-то нуждался в ее помощи. Что она сказала и подумала, когда узнала бы, что ее муж — один из самых кровавых криминальных авторитетов, которых когда-либо знавал наш город?

Я был самой Тьмой, я Лилия — настоящим Светом. Я не знаю, как так вышло, что мы потянулись друг к другу, как смогли полюбить почти что незнакомцев… я только надеялся, что, когда супруга узнает или догадается о том, чем я на самом деле был занят, ее чувства ко мне пересилят.

А уж если бы нас связывал ребенок или дети… тогда шансы на то, что Лилия примет меня таким, какой я есть: уродливым, лживым и жестоким паразитом, были бы значительно выше… Вот только ничего, кроме как заменить противозачаточные на обычные витамины, мне в голову так и не пришло.

Я и впрямь не хотел до этого опускаться. Понимал, что неправильно поступаю… Я чувствовал себя жалким и трусливым предателем. Я боялся, что сломаю Лилию, что она обо всем догадается, но надежда… крохотная и такая далекая, все равно грела мне сердце. Я мечтал, что все сложится хорошо — Черкасова спишет все на дело случая, поборется с собой, а затем захочет этого ребенка. Полюбит так, как должна любить мать. В общем, я наивно надеялся, что все утрясется само собой. Я очень сильно ошибался.