Глава 29. Алена

Атмосфера в салоне автомобиле была такой напряженной, что пространство вокруг нас начало потрескивать. Мы все молчали. Я хотела как-то разрядить обстановку, но нужные слова совершенно не приходили в голову. Илья подъехал к дому Ани и остановил машину. – Ну… Я пошла, – сказала подруга, протиснулась между сиденьями и обняла меня. – Потом позвони мне, – шепнула перед тем, как выпустить из объятий. Зиновьева открыла дверь и выбралась из машины. Я обернулась и смотрела, как подруга побежала в дом. Мы с Ильей остались наедине. – Мне, наверное, стоит поблагодарить тебя за спасение у клуба, – сказала я, чтобы заполнить это молчание. Грацианов продолжал играть в молчанку. Завел мотор и отъехал от дома Ани. – Что ты сделал с Андреем? – задала очередной вопрос. Нет, меня не интересует судьба того урода, мне важно, чтобы не было последствий для Ильи. – Тебе так важно знать, что с ним? – зло сказал Илья. – Все с ним нормально. Жить будет. – Нет, не важно. Просто он не из тех людей, которые спустят такое с рук. – А ты хорошо его знаешь? – Я вообще его не знаю. – Что-то не заметно, – насмешливо протянул. – Вы так хорошо беседовали. – А ты что, стоял и наблюдал? – не выдержала я. – Я второй раз в жизни мужика этого видела. – Святая невинность. Я вцепилась в ремень безопасности. Внутри такое раздражение поселилось. Какого черта он хочет от меня?! – А ты весь такой рыцарь прискакал спасти девушку в беде? Так вот мне нахрен твое спасение не нужно. – Я не рыцарь, а ты явно не девушка в беде. Ты сама – беда. С твоим характером найдешь приключения там, где их нет. – Теперь тебе мой характер не нравится, бл*ть? – я практически прорычала эти слова. – Да, может, я не белая и пушистая. Я грубая, колючая, острая. Но знаешь, что? Это мои лучшие качества. Они сразу отсеивают весь ненужный шлак из моей жизни. Я никого не держу. Кому что не нравится – пусть катятся куда подальше. Тебя это тоже касается, Грацианов. Мужчина молчал, лишь руль сжал крепче. Но меня уже было не заткнуть. – Ты же сам сказал, что я свободная девушка и могу делать все, что хочу! И вообще, как ты оказался у того клуба? Откуда знал, где я? Что, дома не сиделось? Все важные дела переделал? – Успокойся и хватит кричать, я тебя прекрасно слышу, – вместо ответа сказал Грацианов. – А ты отвечай на вопросы! И не беси меня! – Я видел сториз Ани в Инсте. – Следил за ней в соцсетях? Зачем? – Дома поговорим, – отрезал Илья. Нет, это нормально?! Я уже закипела, как чайник, хочу выплескать все эмоции, а этот истукан что?! Сделала глубокий вдох. Спокойно. Хорошо. Хочет дома поговорить – поговорим. Так поговорим! Я замолчала и отвернулась к окну, чтобы желание наорать и наброситься на Илью не перевесило все остальное. До квартиры мы домчали за рекордное время. Я выбралась из салона, не забыв при этом хлопнуть дверью так, чтобы перебудить половину района. Не дожидаясь Грацианова, пошла в квартиру. Зашла внутрь, и в коридор тут же выбежали котятки. Опустилась на корточки и погладила пушистые комочки. – Мои хорошие, – начала ворковать. – Мои любимые девочки. Сейчас я вас в комнату отведу, чтобы вы ничего не слышали. Подхватила котят на руки и понесла к себе в комнату. Положила их на кровать. – Смотрите, не сделайте здесь свои грязные дела, – строго предупредила. Плотно закрыла за собой дверь. Илья стоял на кухне и пил воду из стакана. Я подошла к нему и сложила руки на груди, всем своим видом показывая, что я серьезно настроена и жду ответы. – Мы дома, Грацианов, начинай говорить. Илья громко поставил стакан на столешницу. И посмотрел на меня. Столько эмоций в его взгляде, от которых мурашки по коже. – Говори уже, что хотел сказать. – Почему следил? Ответ на твой вопрос – потому что я не должен был говорить тебе все те вещи перед уходом, – вот так просто говорит. А у меня сердце пропускает удар. – И ты понял это сейчас? Вот так внезапно? – Алена, как же с тобой сложно, – проговорил, глядя в потолок. Теперь пришла моя очередь молчать. Я чувствовала, что последующие слова Грацианова полностью изменят мою жизнь. – Бл*ть, как было бы легко, если бы была нормальной. – Я не знаю, что значит это твое «нормальная», понятно? – Знаю. Ты какая угодно, но точно не «нормальная». – Приму это к сведению, – сухо прокомментировала. – Знаешь, я когда с Дианой был, то все было так понятно. Мне было ясно, к чему мы движемся и куда идем, даже несмотря на ее поступок. Я был уверен в завтрашнем дне. А с тобой… С тобой я даже представить не могу, что будет в следующую секунду. Я просто не знаю. – А зачем все знать, Илья? Разве так интересно жить? Если ничего не планируешь, то тебя нельзя разочаровать. И каждый день – событие. Мужчина ничего не отвечает, открывает балконную дверь. Воздух жалит прохладой босые ноги. Подгибаю пальцы на ступнях. Илья это видит, проходит мимо меня, а затем возвращается с моими розовыми тапочками в руках. От его заботы мне так тепло внутри. – Спасибо, – говорю с широкой улыбкой на лице. Один маленький жест, а такой глубокий смысл. Я сажусь на табурет. Илья обходит столешницу и садится напротив меня. – Будем говорить начистоту, – делает глубокий вдох и смотрит мне в глаза. – Я вижу, что ты хочешь отношений со мной, Алена. Я хотела перебить его, возмутиться, но Грацианов не дал мне этого сделать. – Не отрицай, не нужно. Я вижу эту, чувствую. Даже не собиралась отрицать. Надоело. Пора смотреть правде в глаза, а не ходить вокруг да около. У меня чувства к Илье. Может, это не любовь, но определенно что-то есть. Нечто глубокое. – И что? – задаю вопрос, а саму трясет всю. – Это что-то меняет? Ты сам, Илья, тоже хочешь этого. – Хочу, – отвечает вот так просто, а я смотрю на него удивленно. Я не ожидала столь честный вопрос. – Если ты хочешь, я хочу, – облизываю губы. – Тогда в чем проблема? – Я слишком долго был в отношениях и слишком долго был без них. Не могла поверить в то, что сейчас происходит. Кажется… Кажется, я сейчас начну умолять Грацианова быть со мной. Наверное, алкоголь еще не выветрился из крови… – Ну, мы можем попробовать. – Как у тебя все просто, – усмехается мужчина. – Нет, Илья, не просто. Со мной не будет просто, – говорю, глядя в его глаза. Сердце колотится, ладони вспотели. Но мне надоели наши недомолвки. Я все скажу. – Будет как угодно, но не просто. Правда. Я не могу как все, я так не умею. Я вот такая, – развожу руку в стороны. – Живая и настоящая. Не могу подстраиваться под кого-то. Если мне что-то не нравится, то об этом узнают все. Я грубая, неуравновешенная, иногда дурная. Но… Я думаю, если человек твой, то он будет воспринимать все заскоки, причуды и странности. Ты любишь знать, что будет в будущем. Я не знаю. Хотела бы сказать, что все у нас будет хорошо… Что будет долго и счастливо, но я не знаю. Что будет завтра? Сможешь ли ты ужиться со мной, а я с тобой? Может, завтра мы проснемся, и никаких чувств не будет! Я замолчала, переводя дыхание. Говорить все эти слова было трудно, но я должна их сказать. Должна. – Но я очень хочу, чтобы появились «мы», Грацианов. Я все сказала. А ты… Ты можешь не отвечать. Мне просто захотелось высказаться, вот. Сердце пропустило несколько ударов. Илья продолжал молчать. Я ждала от него хоть какой-то реакции. Но ее не было. Он просто смотрел на меня с задумчивым видом. Мне дышать стало нечем. Я оголила перед ним душу, а он и двух слов сказать не может. Я не могла находится сейчас с Ильей в одной комнате. Сглотнула ком в горле, встала с табурета, обняла себя руками и пошла к себе в комнату…