Глава 33

В тумане удовольствия

Я приоткрыла глаза, пытаясь навести резкость и понять, где нахожусь. Воспоминания о минувшем дне начали мелькать перед глазами, как нарезка кадров из фильма. Дима. Заключение. Клим. Условия. Я поежилась, когда крепкая рука сильнее сжала мою талию, и до меня вдруг дошло, чья это рука, и в какой позе мы спим. Клим прижался ко мне со спины, крепко вжав в свое тело. Я каждым сантиметром своего чувствовала обнаженное тело Романова. Мощное, большое, горячее. Внизу живота словно закрутилась тугая воронка, как только я почувствовала твердый член, прижимающийся к моей попке, и я затаила дыхание, прислушиваясь к Климу. Он дышал размеренно, но при этом, казалось, словно осознанно крепко держал меня в своих объятиях.

Я пошевелилась, пытаясь отодвинуться, но он сжал руку сильнее. Я сделала еще одну попытку, но та так же оказалась безуспешной. Тогда я медленно обхватила пальцы Клима своими и аккуратно сняла его руку со своей талии и медленно выскользнула из постели. Обернулась, чтобы убедиться, что не разбудила его, и на цыпочках пробралась в ванную комнату.

Пока я принимала душ, то все гадала, что же хотел от меня Романов. Нет, чего он хотел, было понятно. Оставалось загадкой, как он собирался использовать меня эти две недели. Я точно могла утверждать, что он приготовил для меня нечто такое, отчего не просто будут раздвигаться мои границы. Я была уверена, что после всего этого моя жизнь никогда не станет прежней. Внезапно по ногам прошел холодок, и я резко обернулась. Клим спокойно пересек ванную комнату и зашел за перегородку душа. Голый. Мой взгляд быстро скользнул по крупному телу, щеки вспыхнули, и я сразу отвернулась.

– Я еще не закончила, – произнесла, не поворачиваясь.

– А я уже пришел начать. – Я почувствовала, как спине стало теплее, а кожа на затылке покрылась мурашками. Клим встал позади меня. – Как спалось?

Я бы не хотела признаваться ему, что спала как младенец. Что так сладко не спала уже давно. Что провалилась в сон, как только голова коснулась подушки и ни разу за ночь не проснулась даже чтобы посетить туалет.

– Нормально, – ответила коротко, ускорив движение руками по телу, как будто так я могла быстрее смыть с себя пену и кондиционер с волос.

Клим потянулся через меня к полке, прижавшись плотнее, и его член мазнул по моей ягодице. Всего лишь короткое касание, но мне стало невероятно жарко. Забрав шампунь, Клим снова отодвинулся, но далеко не отошел, я все еще чувствовала спиной жар его тела.

– Ты не мог бы немного отойти? Мне не совсем удобно.

Он снова потянулся к полке, намеренно задевая меня своим членом, который, по ощущениям, был твердый, как камень. Я успокаивала себя тем, что это просто обычный утренний стояк, ничего критичного. Но по телу все равно разбегалась дрожь, зажигая его в разных местах и распаляя мою фантазию, которую уже несло, как лыжника с горы. Я осознала, что Климу было бы достаточно схватить меня за шею и нагнуть немного вперед, а потом войти в меня и трахать. Самое страшное, что вряд ли бы я сопротивлялась. Может быть, только для приличия я бы повозмущалась немного. Но, скорее всего, даже этого не было бы. Возможно, это говорил скопившийся во мне стресс, который искал выход, но картинки перед глазами были очень живые.

– Не мог бы, Ника, – наконец ответил он, выпрямляясь, но практически не отодвигаясь от меня. – Мне так комфортно.

– Тогда выпусти меня, пожалуйста. Я закончила.

– У тебя на волосах осталось средство. Помочь смыть? – произнес он низким голосом мне на ухо.

– Спасибо, я справлюсь, – ответила, борясь с дрожью пальцев.

Я старалась побыстрее смыть кондиционер, чтобы сбежать из душа. Хотела еще раз помыть интимные места, но при Климе я вряд ли бы решилась. У меня в голове возникла идея выйти отсюда и найти спальню Аланы, в которой есть собственная ванная. Там я могла спокойно домыться. Удивительно, но Клим даже без моей повторной просьбы отступил от меня, давая пространство двигаться. Как только кондиционер был смыт, я повернулась лицом к Романову и обомлела. Он стоял в паре шагов от меня и… медленно водил рукой по члену, рассматривая меня. Я почувствовала, как вспыхнули щеки. Как ни пыталась удержать взгляд на его лице, он то и дело съезжал вниз туда, крепкие пальцы обхватывали мощный, увитый тугими венами орган с красноватой, налитой головкой. Я сглотнула скопившуюся во рту слюну. Пыталась убедить себя, что это вовсе не от желания принять его в свой рот, но память навязчиво подкидывала картинки сессии Клима с Аланой, где она делала ему минет. Нет, не так. Где он трахал ее рот. Вколачивался неумолимо, как будто наказывал за ее желание.

– Нравится? – хрипло спросил он.

– Нет, – ответила быстро и сделала шаг в сторону.

– Стой, где стоишь, – приказал Клим, и я, что удивительно, остановилась.

– Нравится, – спокойно констатировал он. – Так нравится, что между ног у тебя сейчас влажно, а через пару минут опухнут нижние губки от желания. Но ты, конечно, этого не признаешь. Как и того, что твои соски сейчас сжались совсем не от холода. Ты заведена, Вероника, только не хочешь сознаться в этом. Но мне и не нужно. Я все вижу по реакциям твоего тела, которое не врет. Мозг, рот, даже сердце врут. Тело – никогда. Ты хочешь мой член. Во рту, в киске, даже в своей очаровательной попке, которая жаждет приключений. Хочешь облизывать его, заглатывать до рвотных позывов и слез. Ты не хочешь сосать, ты горишь желанием, чтобы я трахнул твой рот. Жестко и быстро, чтобы челюсти саднили.

Каждое его слово врезалось в меня, оставляя невидимые метки. И каждое его предположение было правильным. Я была возбуждена так сильно, что мне хотелось сделать хоть что-то, чтобы облегчить свое состояние. И ведь ничего такого не происходило между нами, даже не было контакта. Но я, не отрываясь, следила за движениями его руки, все сильнее дрожа от желания. Мне приходилось напоминать себе, что у меня есть парень, из-за которого я была здесь. Приходилось мысленно встряхивать себя, чтобы прямо сейчас не упасть на колени и не умолять Клима делать со мной все, что ему хочется, только бы он помог мне справиться с этим возбуждением.

– Положи ладони на грудь, Ника, – произнес Клим. Его голос завораживал, словно обволакивал туманом мое сознание. Совсем не думая, а только глядя в бездонные голубые глаза, я выполнила его приказ. – Сожми соски. – Из меня вырвался шумный выдох вперемежку с тихим, едва слышным стоном. – Вот так. Помни ее. Сжимай так сильно, как сжимал бы я. Умница. Не сдерживай стоны, я хочу слышать тебя. А теперь опусти одну руку ниже. Нет, не торопись. Медленно проведи ею по животу. Ника, слушай, что я говорю тебе. По животу, не опускай ниже. Не смей прикасаться к себе между ног. Вот так. Чувствуешь, как он подрагивает?

– Да, – выдохнула я.

– Не оставляй грудь без внимания, Ника. Ласкай себя. Правую руку выше, я не разрешал трогать себя между ног, – строго сказал он, а мне хотелось захныкать. Ну как так? Именно там я нуждаюсь больше всего!

– Но Клим…

– Нет. Я говорю – ты выполняешь. Это работает только так. Ника! Я тебя сейчас свяжу!

– Клим, пожалуйста.

– Обе руки на грудь. Сожми соски. Сильнее. Вот так.

Меня трясло от ощущений и желания поскорее получить разрядку. Но вместо того, чтобы приближаться к ней, казалось, я все сильнее отдалялась. Удовольствие от ласок груди только сильнее распаляло мое желание, которое накатывало волнами и никак не хотело трансформироваться во взрыв, без которого, казалось, я могла умереть просто от переизбытка чувств.

– Умница. Еще немного. Дай мне посмотреть на тебя. Подними голову, открой глаза. Красавица. Тебе так идет возбуждение, ты себе даже не представляешь. Расставь ноги шире. Я хочу видеть твое возбуждение. Вот так, девочка. Жарко тебе?

– Да. Очень жарко.

– Тебе нравятся ощущения?

– Нет, – ответила я, глядя на него невидящим взглядом. – Я хочу кончить.

Мой голос звучал обиженно и плаксиво, и настроение становилось таким же. Хотелось послать Клима и закончить то, к чему я так стремилась, и в то же время хотелось плакать, чтобы не я, а он дал мне разрядку. Чтобы его руки прикоснулись ко мне. Почувствовать его член внутри и взорваться, пульсируя вокруг него. Я громко застонала, представив себе эту картину.

– Что такое? О чем ты подумала, Ника? Что представила себе? – Я замотала головой, не желая признаваться. – О моем члене, – утвердительно произнес Клим. – Посмотри на него. Видишь, какой твердый? Это из-за тебя. Я полночи мучился со стояком, а теперь хочу кончить на тебя. На твой живот.

Клим сделал шаг ближе, и я неосознанно отступила назад. Он наступал, а я пятилась назад, пока не уперлась лопатками в стену. Клим остался стоять на месте в паре шагов от меня. Я, как завороженная, следила за ускоряющимися движениями его руки, слушала тяжелое дыхание, которое сбивалось. Путешествовала взглядом по широкой, быстро вздымающейся груди, а потом тонула в синих озерах его глаз. Захлебывалась в них, барахталась, но не могла перестать смотреть. Грань, которую я для себя нарисовала, была давно стерта и присыпана пеплом моей неконтролируемой похоти. Я так сильно хотела Клима, что у меня кружилась голова. Его грубости, приказов, неуемной фантазии и адского притяжения. Хотела все это до зубовного скрежета.

– Сильнее сожми, – прорычал Клим. Я видела, что он был близок к оргазму. Его глаза потемнели, челюсти были крепко сжаты. Он поднял голову к потолку, зажмурился на мгновение, а потом резко перевел на меня такой дикий взгляд, от которого я невольно вздрогнула. – Одно касание, Ника. Скажи, и я все закончу одним касанием. Сожми соски сильнее. Я не буду так нежничать. Почувствуй боль, которая простреливает удовольствием тебе между ног. Посмотри, какая ты влажная. Как опухли губки, покраснели. Ника, одно касание. Просто скажи «да».

– Да, – громко выдохнула я, и в следующее мгновение Клим навис надо мной, упершись рукой в стену над моей головой.

Его вторая рука продолжала быстро скользить по члену. Во мне нарастало удовольствие, каждая следующая волна была сильнее предыдущей. И снова Романов, не касаясь меня руками, доводил до обрыва, с которого я с радостью прыгну.

– Ноги шире, – низко произнес Клим, склонившись к моему уху. – Еще шире. Умница. Одну руку на живот. На живот, Ника, не ниже. Вот так. Чуть ниже. Аккуратно, едва касаясь, проведи пальцами по коже. М-м-м, обожаю мурашки, – прошептал он, и я почувствовала горячее дыхание на моей шее. Клим не прикасался ко мне, но я каким-то образом чувствовала его касания. Дыхание курсировало от уха к шее, и обратно. Я вздрагивала каждый раз, когда он начинал говорить этим своим особым голосом. – Если бы ты только знала, что я сейчас хочу с тобой сделать, ты бы бежала без оглядки.

– Почему? – спросила дрожащим шепотом.

– Потому что я готов растерзать тебя. Я бы мучал тебя часами, не давая кончить. Я бы издевался над твоим телом, выжимая из него максимум. Когда я закончил с тобой, тебе бы, наверное, потребовалась реабилитация. И мне нечеловеческих усилий стоит сдержаться от всего, что я хочу с тобой сотворить. Ты – маленькая ведьма, Вероника. Потому что меня от тебя ведет. Я из-за тебя теряю голову, а это пиздец, какая плохая новость. Потому что я никогда ее не теряю. Ни с кем.

Внезапно Клим убрал руку от своего члена и его ладонь оказалась в опасной близости от моей промежности. Буквально несколько миллиметров. Так близко, что я чувствовала жар его кожи. Я неосознанно подалась вперед, чтобы наконец получить контакт, в котором так нуждалась, но Клим убрал руку.

– Замри. Ноги шире. Еще. Вот так, умница. Посмотри на себя. Ты просто невероятная красавица, Ника.

Я закатила глаза и сильнее сжала соски, наслаждаясь нарастающим удовольствием. Я чувствовала, что уже на самом краю. Что еще немного – и я наконец кончу. Никогда не думала, что можно получить оргазм от стимуляции груди, но, кажется, я как раз подошла к такому опыту.

– Готова? – тихо спросил Клим, и я кивнула. – Одно касание, – напомнил он, а потом отвел свою ладонь и коротко, но чувствительно шлепнул по клитору и задержал на нем ладонь, вжав ее максимально так, что пульсирующая горошинка как будто сжалась, а потом меня накрыл мощный оргазм.

Я затряслась у стены, медленно стекая вниз, поддерживая только рукой Клима за промежность. Его ладонь прожигала мою кожу. Он не делал ничего, просто прикоснулся. Но мое ерзанье на его пальцах сделало за него всю работу. Я громко выкрикнула и зажмурилась, хватаясь за плечи Клима для удержания равновесия. Мир накренился, завертелся и внезапно рухнул, оставив меня трястись от удовольствия.

Я пришла в себя, когда мне на живот брызнула теплая сперма, а на ухо я услышала шумный выдох, смешанный со сдержанным стоном. Клим кончил мне на живот, как и собирался. Он опять добился своего. Я согласилась на касание, и, черт, подери, насладилась этим сполна. Я не знала, почему он так влиял на меня, как ему удавалось полностью лишить меня воли. Но в момент оргазма мне было плевать на все эти вопросы и ответы на них. Потому что именно тогда я поняла, что этот опыт стоил полученного удовольствия.

Клим отнял свою руку, и я расширенными глазами смотрела на то, как он облизнул свою ладонь, глядя мне прямо в глаза.

– Нереально вкусная. Надеюсь, мне доведется попробовать тебя не со своей ладони.

Он снял со стены головку душа и переключил с тропического на обычный. Клим направил струю мне на живот, смывая следы своего удовольствия, а потом вручил душ мне.

– Не думаю, что ты позволишь вымыть тебя между ног.

– С каких пор Доминант спрашивает моего разрешения?

Клим склонил голову набок и слегка прищурился.

– Будь ты моей сабой или рабыней, ты бы слизывала мою сперму с члена, и я не смывал бы ее водой. А потом ты бы широко развела ноги, чтобы я мог помыть тебя там, где захочу. Но я подожду, пока ты на это созреешь.

– Вряд ли это когда-нибудь случится.

– Ты будешь покорной сабой, Ника. Не сейчас, позже. Но будешь.

Он развернулся и пошел на выход из кабинки.

– Ты кофе пьешь?

Вот так просто. Как будто не было вот этого всего между нами пару минут назад.

– Да. Со сливками.

– Заканчивай. Жду тебя на кухне, – коротко бросил он и, обернув бедра полотенцем, вышел из ванной.

Я врезалась затылком в стену и прикрыла глаза. Осталось тринадцать дней – и я буду свободна от влияния Романова.