Глава 43

Я с нетерпением ждала Павла, чтобы поделиться результатами наблюдения. Они показались мне интригующими. Хотя однозначно ответить, что конкретно видела, я не могла. Для

предположений мне нужен был напарник. Пришел он через полтора часа. Вымотанный и уставший. Похоже, совещание прошло не слишком гладко. Тяжело опустился в кресло и потер пальцами переносицу. Доставать его новыми загадками в таком состоянии было жестоко. Сначала

надо было дать человеку отдохнуть.

Я заварила травяной чай, кофе они наверняка напились во время совещания. Заказала в

номер легкие закуски. И пока их готовили, подошла к Павлу сзади. Наклонилась, прижавшись

грудью к его спине, а щекой к щеке. Он тут же потерся щетиной о мою кожу и вздохнул. Я

начала расстегивать его рубашку. Вытянув ее из брюк, распахнула шире и приспустила с плеч.

А затем коснулась ладонями напряженных мышц.

Минут десять старательно массировала плечи и шею мужчины, ощущая, как под моими

пальцами расслабляются зажимы в его теле. Когда принесли закуски, прервалась ненадолго

под недовольное ворчание Павла, наслаждающегося массажем. Поставив тарелку на стол, продолжила. А закончила ласковыми поглаживаниями плеч и груди. В самом конце не удержалась

и поцеловала его шею. Мужское дыхание участилось, тут же реагируя на мои действия. Павел

перехватил меня за руку и потянул на себя, заставляя сесть к нему на колени.

Теперь уже его нетерпеливые руки начали движение по моему телу, касаясь груди и заиг-рывая с вершинками через одежду. Я думала, он просто играет. Но когда с меня потянули

футболку, а за ней и белье, попыталась все это остановить.

– Эй, ты чего? За дверью охрана, на столе закуски. Перестань!

– Плевать на все! – горячо возразил он, целуя мои обнаженные плечи и стаскивая с меня

шорты. – Ты нужна мне, прямо сейчас…

А дальше все произошло быстро, и уже не было смысла сопротивляться. Тем более, его

умелые ласки и поцелуи легко разжигали огонь в моем теле. Оно откликнулось на мужское

желание и требовало свою порцию удовольствия. И вот, я уже сидела верхом на его бедрах, с которых были приспущены брюки. Рубашку Павел так до конца не снял. И выглядел очень

горячо полураздетым и со стоящей плотью. Лишних мыслей в голове не осталось, одно только

желание соединиться с ним.

Надев защиту, Павел вцепился в мои бедра, помог мне приподняться и медленно опустил

на себя. Полувсхлип-полустон вырвался из груди, когда ощутила тугую наполненность. И еще

один, когда он, надавив ладонью на спину, заставил выгнуться и подставить грудь под его губы.

С минуту терзал ее, хрипло дыша. А потом желание получить разрядку стало нестерпимым, и

мы оба начали двигаться. Все резче и быстрее, навстречу друг другу.

Хриплые, рваные вдохи, шлепки влажных тел. Его язык, вычеркивающий дорожки на

моих ключицах, шее, груди. Мои пальцы в его волосах. Хаотичные движения, я подскакивала

на его бедрах. И задыхалась, опускаясь. И наконец взорвалась с громким стоном, сотрясаясь в

его руках. Переждав судороги моего наслаждения, Павел продолжил вбиваться в меня снизу.

И вскоре догнал меня с хриплым выдохом, падая влажным лбом мне на грудь.

Несколько минут мы так и сидели, не разрывая объятия. Оставаясь во мне, он мягко

поцеловал грудь, потерся о нее щекой. Слегка прикусил вершинки, продлевая удовольствие.

А потом уложил мою голову себе на плечо. Обнял крепко, все еще соединенный со мной в

одно целое. Не позволял мне пошевелиться. Я расслабилась на мужской груди. Грелась в его

чувственной нежности. Павел лизнул край ушной раковины и похрипел на ухо:

– Вот теперь отлично… Ты мой антидепрессант. То, что доктор прописал. Обожаю тебя…

91

Я прикрыла глаза, чувствуя, как в груди разгорается что-то теплое и большое. Не ждала

от него признаний и каких-то важных слов. По крайней мере, сознательно. И сама не анализировала собственные чувства. Ничего особенного он не сказал. Это все явно под влиянием

момента. Но мне все равно было хорошо. Я больше не ощущала ледяного панциря, сковываю-щего грудь. И даже могла думать о Сашке с легкой грустью и сожалением, а не корчась внутри

от мучительной боли. Павел спасал меня, а я помогала ему. У нас все по-честному. А как будет

дальше, увидим потом.

Наконец мы разорвали объятия и соединение наших тел. Я ушла в душ, а когда вернулась, мой мужчина с аппетитом поглощал забытые закуски. Теперь они явно пришлись ко времени. Он был без рубашки, в полурасстегнутых брюках, с взъерошенными волосами. Зато с

расслабленным, довольным лицом. И выглядел все еще горячо. Мне снова хотелось забраться

к нему на колени. Но тогда мы бы опять не поговорили.

– Пока ты занимался делами, я опробовала бинокль. И кое-что увидела, – произнесла, устраиваясь на краю кровати. – Там снова были дети.

– Засняла? – поинтересовался Павел, дожевав кусочек сыра с оливкой.

– Черт, не додумалась, – скривилась я. – Да и вряд ли телефон возьмет так далеко.

– Тут уже нужно шпионское оборудование. Его так просто не купить, – отозвался Павел. –

Хотя есть, конечно, возможности. Ладно, пока обойдемся без него. Тогда рассказывай все

подробно.

– В общем, так. Дети стояли у дороги. Рядом припарковалась машина. Водитель вышел

на улицу. Я его не знаю. Хотя показалось, где-то уже видела. Не могу пока вспомнить. К нему

подошел один из мальчиков. Мужчина ему коротко что-то сказал, достал из салона спортивную

сумку и пошел в сторону нашего отеля. Отсюда не видно, зашел он внутрь или отправился

куда-то дальше. Минут сорок ничего не происходило. Но дети не уходили. Потом водитель

вернулся. Мальчик снова подошел к нему. И получил от мужчины деньги. Не могу сказать

сколько, купюры были свернуты. Не разглядеть. И все, мужчина уехал.

– Ну, если честно, похоже на то, что ребенок просто присматривал за чужой машиной, –

после паузы ответил Павел. – Может, у них тут криминальный район? Тачки угоняют на раз.

– Похоже, – согласилась я. Это был вполне резонный вывод. – Но мне кажется, тут что-то другое.

– Что, например?

– Пока не знаю, – пожала плечами. – Буду наблюдать еще.

92