Глава 44

Остаток дня прошел без происшествий. Никаких интересных событий на набережной я

больше не засекла. По транзакциям карты Руслана мне написали, что, скорее всего, ничего не

получится. Как еще поймать парня я пока не придумала. И моего настроения это не улучшало.

А к вечеру оно испортилось совсем. Замученный постоянными переговорами по видеосвязи и

телефону Павел сообщил, что ему все же придется съездить к себе на работу. Без его участия

никак не обойдется.

– Я оставлю тебя на полдня с Виктором. Пожалуйста, никуда из номера не выходи, –

раздавал он указания. – Еду заказывай сюда. Максимум – можешь смотреть в бинокль. И то

осторожно. Оптику иногда можно заметить по отблеску. Я постараюсь вернуться как можно

быстрее.

– Что происходит на твоей фирме? Это форс-мажор или спланированная акция, как

думаешь? – попыталась выяснить.

– Склоняюсь ко второму варианту, – нахмурился напарник. – Уж слишком все сразу

навалилось. Несколько проверок из разных инстанций. Плюс проблемы на производстве, очень

похожие на диверсию изнутри. Трясем сейчас всех сотрудников. Работа почти парализована. А

у нас контракты, – Павел даже не пытался скрыть, как его все это беспокоит. Конечно, меньше, чем исчезновение дочери. Но все вместе создавало слишком невыносимый клубок. Единственное, что радовало – теперь он не пытался закрываться от меня, изображая непрошибаемого

бизнесмена. Я уже знала, что это не так. Что у него внутри много эмоций. Просто их сознательно не выпускают на волю.

– Тогда остается вопрос: это звенья одной цепи? Сначала исчезновение Насти, потом

атака на твой завод. Или одно – следствие другого?

– Имеешь в виду, твой знакомый постарался? – мрачно уточнил Павел. Я пожала плечами

и объяснила свою мысль:

– Молотов обещал нас остановить. Мы почему-то решили, что это будет физическая

угроза. Вполне возможно, он выбрал не менее действенный, но не такой очевидный способ.

– Тогда, как он попытается остановить тебя? – напрягся напарник.

– Ну, способов воздействия на человека немало, – задумчиво ответила я. Этот вопрос

и меня саму интересовал. – Карьера у меня и так прервалась. Репутацией никогда особо не

заморачивалась. Мужа и детей нет. Из всей семьи – только отец. Автосервис он давно продал.

Сейчас на пенсии, овощи выращивает. Через него, конечно, могут попытаться достать. Но мой

папа сам кого хочешь достанет. Он жесткий человек, старой закалки.

– В любом случае, будь осторожна, – вздохнул Павел, приобнял меня и поцеловал в висок.

Спал он опять в моем номере, в моей кровати. Точнее, почти не спал. И мне не давал. Аппетиты

в сексе у него были немаленькие. Возможно, так сказывалось нервное напряжение, в котором

он постоянно пребывал.

Утром Павел уехал еще до того, как я проснулась. Поднявшись, позавтракала. Причем, поднос в номер занес охранник. Видимо, мой мужчина, уезжая, проинструктировал его уси-лить безопасность. Ко мне теперь даже работников отеля не допускали. Стало интересно, меня

саму выпустят из номера или остановят? Насколько широкие полномочия ему даны? Но проверять не стала. Не хотела лишний раз напрягать Павла. А охранник ему явно сразу все доложит.

Время моего вынужденного заточения решила потратить с пользой. В одиночестве

отлично размышляется. Вот этим и занималась, пытаясь отыскать новые направления нашего

расследования. И в результате несколько идей сформулировала. Оставалось только дождаться

напарника и поделиться с ним. Ожидая его, не могла не обратить внимание на свои ощущения.

93

Открытием стало, что я скучаю по нему. А ведь уехал Павел всего на несколько часов. Когда

только успела так подсесть на этого мужчину? И сама не заметила.

Я как раз сидела и размышляла над этим, когда у меня зазвонил телефон. Это оказался следователь Сорокин. Настойчиво попросил меня приехать к нему, обсудить некоторые

вопросы. Обычно он звонил Павлу, игнорируя меня. А когда мы приезжали вместе, вынуждено

терпел мое присутствие. И то, что сейчас вышел сразу на меня, удивляло. Я сообщила, что

Павел в отъезде. Мы сможем приехать или совсем поздно. Или уже завтра. А в ответ услышала, что ждут именно меня. Без напарника. И лучше как можно быстрее.

Теперь я уже по-настоящему напряглась. Но так как по телефону Сорокин отказался

что-либо пояснять, пришлось пообещать скорую встречу. Отключив телефон, отправилась в

коридор общаться с охранником. Сначала тот ни в какую не хотел выпускать меня из номера.

Мотивируя тем, что получил четкие инструкции. Все же я была права, Павел позаботился о

том, чтобы я не покидала гостиницу. Но сейчас меня вызывали к следователю. А это форс-мажор.В результате, Виктор просто позвонил своему работодателю и объяснил ситуацию. Павел

был занят, но трубку снял сразу. Выслушал и отдал приказ сопровождать меня к следователю.

Собственно, я и сама собиралась это предложить. Все же инстинкт самосохранения после полу-годичного перерыва у меня заработал. Дальше я быстро собралась и вместе с Виктором спустилась вниз.

Решила ехать на своей машине, охранник не возражал, но за руль сел сам. Причем, как

мне показалось, с немалым удовольствием. Мужчины, как дети – любят большие игрушки.

С понимающей улыбкой передала ему ключи. А он постарался не заметить моей насмешки.

Но мне понравилось наблюдать, как чуть дрогнуло его привычно-равнодушное лицо, когда

мужчина садился за руль.

В здание следственного комитета Виктор поднялся вместе со мной. Но в кабинет, естественно, не пошел, оставшись в коридоре. А меня Сорокин пригласил внутрь, не заставляя

ждать. Предложил сесть в кресло и с минуту увлеченно рассматривал. Было похоже на какой-то психологический прием. Мне стало интересно, что за спектакль тут разыгрывается. И для

кого. Но первый же вопрос мужчины выбил меня из колеи.

94