Глава восьмая

Глава восьмая

Салмин ехал домой по ночному городу. Ему очень хотелось добраться до дома как можно быстрее, чтобы скрыться от всего мира и сосредоточиться на воспоминаниях и чувствах, однако он даже сейчас не гнал, ехал осторожно и внимательно.

Даже сейчас, когда находился в полном раздрае. Тогда, шесть лет назад, он твёрдо решил вычеркнуть из жизни тот эпизод. Ведь это она сама решила стать всего лишь эпизодом, причинив ему едва ли не бо́льшую боль, чем та боль, которую он испытал за год до знакомства с Ириной.

В течение некоторого времени он Ирину даже ненавидел - за то, что обнажил перед ней свою душу, поделился своей болью, позволил себе надеяться, хоть Ирина ничего и не обещала. Раскрылся сам, по собственной воле, а ненавидел Ирину, хотя она не просила его об откровениях, он сам всё решил. А ей и собственной боли хватало. Но он тогда ненавидел. Ненавидел настолько, что после первых отчаянных попыток твёрдо решил больше не разыскивать Ирину.

Едва познакомившись с ней, он поспешно обрадовался тому, что нашёл человека, который излечит его, да и себя возомнил тем ещё доктором. Его словно неуправляемая и неконтролируемая сила толкала к этой маленькой, хрупкой и совершенно не знакомой ему женщине.

Вот только не нужен он оказался Ирине - ни весь, со всеми своими ранами и тараканами в комплекте, ни каждая его рана и каждый таракан в отдельности. А их тогда у Димы был целый "питомник", целая тараканья ферма...

* * * * * * *

Шесть лет назад, воспоминания Дмитрия

- Ну и ну, да тут настоящий магазин! - воскликнула Ирина, увидев несколько "аппаратов" с кормом для белок. - И мне почему-то кажется, что дела у магазина идут очень даже неплохо.

- Думаю, вы правы, - Дмитрий улыбнулся немного грустно. - Люди, в попытках отвлечься от стресса, суеты и постоянной жизненной гонки, ищут простых радостей. Погулять на природе, подышать свежим воздухом без примесей, белочек покормить...

- Как вы точно и ёмко рассказали о моём состоянии, - Ирина удивлённо посмотрела на Дмитрия, и он вдруг почувствовал, как тонет в её огромных синих глазах.

Он не думал, что с ним ещё когда-нибудь может приключиться нечто подобное, хотя на тот момент ему был всего-то тридцать один год.

Однако чуть больше года назад, сразу после своего тридцатилетия, Дмитрий узнал от одного из приятелей о связи жены Леры с другим своим приятелем. Нельзя сказать, что это стало совсем уж сюрпризом для Димы: он давно чувствовал некоторое охлаждение со стороны Леры, но списывал это на свою постоянную занятость, ведь он тогда вплотную подошёл к работе над докторской. Совсем сюрпризом не стало, но удар от этого не смягчился.

Близких друзей, таких, чтобы душу им изливать, у Димы не было - все они остались в далёком детстве, и жизнь всю их детскую компанию развела в разные стороны, разбросала по свету. Но Дмитрий и Лера хорошо приятельствовали с несколькими семьями.

Правда, один из приятелей был давно разведённым и бездетным, и однажды он обратил внимание именно на Леру. Как выяснилось позже, связь продолжалась почти полгода, но супруг узнал обо всём, как водится, последним, когда у других участников их компании не осталось сил скрывать правду.

Дмитрий сразу переехал к родителям и подал на развод. К счастью, у него, несмотря на пережитый сильный удар и невыносимую боль, хватило сил расстаться с Лерой цивилизованно и договориться по поводу детей, которым тогда было всего по шесть лет.

Вскоре после развода Лера вышла замуж за своего любовника, и они переехали в соседний регион. Позже Юля и Стёпа поступили в очень хорошую школу, потому Дмитрий решил не предлагать детям выбор даже тогда, когда им исполнилось по десять лет.

У него тогда как раз была в разгаре подготовка к защите докторской, огромная занятость и разъезды. Работа над диссертацией и без того затянулась из-за тяжело пережитого развода, а потом ещё пришлось собирать себя по частям после случайной встречи с Ириной в санатории.

Пока Юля и Степан проводили у отца все каникулы, но Дмитрий надеялся на то, что кто-то из них, а лучше оба, после окончания школы поступят учиться здесь, в родном городе.

- Просто именно так ощущают себя многие люди, пережившие большой стресс и вернувшиеся к нормальной жизни.

- Откуда вы знаете? - спросила Ирина, когда они, покормив белок, пошли по тропинке в сторону маленького пруда, на поверхности которого плавали разноцветные листья.

- О чём? - очнувшись от своих мыслей, спросил Дмитрий.

- О том, что так чувствуют себя многие люди, пережившие стресс? Вы это испытали на себе?

- Я тяжело пережил развод. Но пережил. Правда, дети ещё маленькие, месяц назад в первый класс пошли, потому остались с матерью тогда, год назад. Но по договорённости я их забираю каждые каникулы; благо, живут недалеко. Почти всё лето со мной провели.

- Близнецы? Вы сказали, что оба в первый класс пошли.

- Да, мальчик и девочка.

- Всегда очень жаль детей в таких ситуациях, но поверьте, Дмитрий, хорошо, что дети ещё маленькие, а не подростки. Год назад не стало моего мужа, и дочь - ей тогда было четырнадцать лет - очень тяжело пережила уход отца, даже тяжелее, чем я. Конечно, сейчас она свыклась и смирилась, но порой чудит по-прежнему. Потеря очень отразилась на её характере. А ваши ребята к подростковому возрасту уже привыкнут жить таким распорядком.

- Я вам очень сочувствую, Ирина. Вот сразу понял, что вы пережили сильную боль, когда увидел вас.

- О, сейчас уже всё нормально. Можно даже сказать, что хорошо, - пожала плечами Ирина. - Вся наша семья приняла новую реальность, и жизнь продолжается. Тем более, мои родители очень поддерживают нас с дочкой.

- Да, - кивнул Дмитрий. - Поддержка родителей неоценима. Я тоже не знаю, что делал бы без своих "стариков", которые в самом-то деле ещё совсем не старики.

Они гуляли до ужина, а потом отправились ужинать вместе. К счастью, был шведский стол, и Ирина с Дмитрием, набрав еды в тарелки, спрятались в самом укромном уголке столовой.

Обоим казалось, что они знакомы уже тысячу лет, - настолько они понимали и чувствовали друг друга. Дмитрий уже был по-настоящему увлечён и не пытался скрыть свои чувства. Видимо, и он понравился Ирине, и эта женщина, похожая на школьницу-отличницу как внешностью, так и характером, сдалась, уступила напору Дмитрия.

После ужина они ещё погуляли, потом выпили по бокалу вина в маленьком баре, а продолжился этот волнующий вечер, переходящий в ночь, в номере Ирины. Дмитрий жил в двухместном номере, и у него был сосед.

Когда они остались вдвоём, оба окончательно отпустили и самих себя, и все проблемы, и реальность. Ирина всегда была добропорядочной и скромной семейной женщиной, а потом в течение года с достоинством носила и траур, и своё вдовство.

Однако Дмитрию удалось не то что пробить, а снести броню Ирины, избавить женщину от всех комплексов. Ирина была с ним такой, какой до сих пор не была ни с кем и никогда.

А утром, когда Дмитрий проснулся в номере Ирины, её не было рядом, как не было и её вещей. Она даже записку ему не оставила. Он не знал ни фамилии Ирины, ни номера телефона, ни места работы, ни адреса. Они не знали друг о друге ничего, кроме имён и обстоятельств, приведших их в осенний санаторий.

Правда, они теперь знали друг о друге нечто гораздо большее, но Дмитрия это не спасло, а наоборот, усугубило его страдания.

Администраторы не имели права разглашать персональные данные, и последняя надежда найти беглянку рухнула.

Однако теперь, по прошествии шести лет, судьба всё же решила дать Дмитрию шанс вернуть старый долг.

* * * * * * *

Ирина убрала на столик чашку с остатками остывшего чая и спрятала руки в рукава халата. Она чувствовала, что Дима сейчас тоже думает о ней, и скорее всего, думает не очень хорошие мысли.

Она знала, на что идёт, когда сбежала тогда. Знала: он не простит этого вероломного бегства, но была уверена, что они никогда больше не увидятся.

Ирину испугал серьёзный настрой Димы и намерения, которых он не скрывал. Она отдала ему всю себя, но не готова была отдать в его руки их с дочерью жизнь. Не готова была к серьёзным переменам, боялась их.

Обоюдная страсть и сильное притяжение друг к другу - это, увы, чаще всего не такой уж надёжный фундамент, если люди не прошли вместе огонь, воду и медные трубы, не съели пуд соли на двоих.

Тем более, их с Яной жизнь только начала налаживаться, и дочь постепенно сбрасывала свои подростковые "шипы". А тут Ирина отчима в дом приведёт? Кто знает, чем это обернётся для психологического состояния дочери?

Предложить Диме просто встречаться Ирина тоже не могла - это было неправильно и несправедливо по отношению к нему, так как Дима хотел совсем другого, он недвусмысленно дал это понять.

А ещё её очень смущала шестилетняя разница в возрасте. Диме был всего тридцать один, а ей уже тридцать семь. До того октябрьского дня Ирина принадлежала только одному мужчине - Альберту, и он был старше её на восемнадцать лет.

Он был сразу как будто и мужем, и отцом, и старшим братом. Всегда занятым и очень серьёзным. А Дима временами казался почти мальчишкой. Как такому довериться?

К тому же, несмотря на то, что Ирина почему-то безоговорочно поверила почти всему рассказанному Димой (хоть и обещала не верить), всё же сохранялась опасность быть обманутой. А вдруг он всего лишь ловелас с хорошо подвешенным языком? Как такое пережить? Лучше уж не узнать об этом никогда.

Потому Ирина и приняла тогда решение, казавшееся ей единственно верным, - попросту сбежала.