64. Лена

Богдан не бросал попыток со мной поговорить, но я всячески избегала его на работе. Мне нужно было успокоиться и подумать. Подумать о своем малыше в первую очередь. Теперь он был у меня в приоритете, поэтому я избегала всяческих волнений и переживаний.

Врач, у которого я теперь наблюдалась, подтвердил, что в моем возрасте просто чудом было залететь с первого раза. Я старородящая! Ужасное, унизительное название, но нужно смотреть фактам в глаза.

Чтобы не растолстеть, я придерживалась строгой диеты и регулярно посещала фитнес для беременных и бассейн. Меньше всего меня интересовала моя фигура в моем положении, но врач настоятельно мне рекомендовал больше двигаться, опять же в моем возрасте.

Я не была в лучшей форме, чем сейчас, со времен студенчества, и никогда не получала столько комплиментов от окружающих, но все равно чувствовала себя бабкой. Беременной старухой. Так что страх потерять ребенка не был беспочвенным или надуманным. Я знала, что если с этим малышом что-то случится, другого уже не будет. И жизни мне больше не будет, хоть с Козловым, хоть без него.

Вот я и ходила перед Богом данным — морда кирпичом. Пусть, как хочет, так и выкручивается. Лично у меня все есть. Это он к нам с ребенком хочет. Мы к нему тоже хотим, и на ручки хотим, но не настолько сильно, чтобы жить в постоянном стрессе.

Богдан на меня сильно и не давил. Его настойчивость была деликатной. Утром и вечером смс-ки «доброе утро, любимая», «спокойной ночи, моя сладкая девочка». Иногда дарил цветы.

Надо было, действительно, поговорить, а быть может, и сексом еще раз заняться? Я сваливала свое необузданное желание быть оттраханной Богданом, на гормональный фон. Очень удобно! Я женщина, в конце концов? Могу себе позволить? Но я все что-то тянула, откладывала...

Дотянула до дня своего рождения. Я не отмечала этот день. Никогда. Поэтому особо и не придавала ему значения. А вот Богдан заморочился.

Он поздравил меня самым первым. Я вышла из дома, чтобы поехать на работу, а он ждал меня у подъезда с шикарным букетом цветов и золотыми сережками. Не с кольцом, но все же...

— Я отвезу тебя, — предложил Богдан, помогая мне сесть в его внедорожник. — Можем после работы посидеть где-нибудь, Лена? Я бы хотел познакомить тебя со своей дочерью. Хороший повод.

Я этого не хотела. Не в том дело, что мне не интересно, что у Богдана за дочь, а в том, что я не понимала, как он меня представит девочке. Как кого? Как любовницу? Но отказывать было неловко.

— Для меня это очень важно, Булочка! — добавил Богдан по пути на работу. — Это совсем ненадолго. А потом я отвезу тебя домой.

— А с женой не хочешь познакомить? — съязвила я.

Не сдержалась. У меня само вырвалось.

— Я НЕ женат, Лена! Наташе пришлось расстаться с Денисом из-за дочери! Я не живу с ней, как с женой! Я вообще после тебя не касался ни одной женщины! Я тебя люблю, Лена! Тебя! — разорался Козлов. — Мне нужно немного времени! Я рассказал обо всем Наташе. И Нике тоже! Они пилят меня каждый день! Каждый божий день! Это время нужно даже не мне. Я уже все для себя решил! Это время нужно моей бывшей жене и дочери, чтобы привыкнуть к мысли, что я не их собственность! Ты понимаешь меня, Лена? Хотя бы ты должна меня понять?

— Хорошо, Богдан, — растерянно выдавила я. — Я тебя понимаю.

Было непросто отвоевывать себе место рядом с мужчиной. Я вообще не рассчитывала на какие-то терки и войну, но это все имело место быть.

Нам всем было не просто в данной ситуации, и сложнее всего Богдану. По крайней мере, теперь я видела, что он ответственно относится к ребенку. Если нам с ним не поживется, меня он тоже не оставит на произвол судьбы. Это заслуживало уважения. Мне на самом деле следовало набраться терпения. Только и всего.

Знакомство с его дочерью сразу не заладилось. Ника, которую мы с Богданом забрали с тренировки по танцам, смотрела на меня волчонком, разговаривала только с отцом. Я не рассчитывала на огромную любовь и теплый прием, но хотя бы ради отца она могла постараться? Она уже взрослая девушка, наверняка сама интересуется мальчиками? Откуда в ней столько ненависти?

Богдан представил меня ей, как свою любимую женщину. Так и сказал. Но от этого у меня уверенности в себе не прибавилось.

Мы приехали в кафе, поужинали. Разговор не клеился. Я видела, что Богдан чувствует себя неловко из-за дочери, но помочь ему ничем не могла. Мне просто было его жаль. Вот и все.

Богдану позвонили. Он извинился и, оставив нас с Никой наедине, отошел от нашего столика подальше.

— Я знаю, что папа подарил вам золотые сережки, — неожиданно заявила мне Вероника. — Папа вас любит.

— А я люблю твоего папу, — ответила я, еще не понимая, к чему этот разговор.

— Если я буду вести себя хорошо с вами, вы попросите папу, чтобы он купил мне новый телефон?

Я чуть не рассмеялась в ответ. Вот это заявочки у девочки! Это предложение жантажом попахивало, а не сделкой.

— Мне все равно, Вероника, как ты будешь со мной себя вести, — честно ответила я. — От этого отношения между мной и твоим папой не изменятся.

— Это не справедливо! — возмутилась девочка. — Почему он вам все покупает, а мне нет?

— Что ВСЕ? У меня сегодня день рождения. А твой папа сам решает, кому и что дарить.

— Вы очень хитрая, тетя Лена! — заметила Вероника.

— Да, — согласилась я.

— Жалко, что мы с вами не подружимся, — вальяжно ответила Ника и откинулась на стуле, высокомерно вскинув нос. — Я буду каждый день закатывать истерики папе, так что зря вы так... — Она огляделась по сторонам в поисках отца. — Папа говорил, что вы не отмечаете день рождения, вот лучше бы и сегодня не отмечали! Ничего хорошего не вышло!

Эта мелкая высокомерная сучка меня вывела из себя!

— А знаешь, Ника, почему я никогда не отмечаю день рождения? — разозлилась я на девочку. — Потому что мой папа убил мою маму в день моего рождения, когда мне было десять! А потом повесился и сам! Много лет назад именно в этот день я стала сиротой! — Ника испуганно подскочила на стуле, а ее глаза виновато забегали по столу. — И я не просила у папы новый телефон. Знаешь, что я у него просила? Чтобы он не пил и не бил маму! А не какой-то там новый мобильник! Ты не любишь своего папу и обижаешь его своим поведением! Если бы он услышал наш разговор, то ему бы стало стыдно за тебя! Если твоему папе будет с тобой плохо, я заберу его к себе! Насовсем! Я понятно объясняю?

— Да, — виновато ответила девочка. — Простите, тетя Лена! Не говорите, пожалуйста, папе ничего! Я не хотела! Пожалуйста, извините меня!

Я поставила девчонку на место, а в душе все всколыхнулось, сердце зашлось от неприятных воспоминаний. Ника права, не стоило сегодня затевать это знакомство. Не сегодня точно. Девочка хоть и замолчала, было видно, что я шокировала ее, наговорив лишнего. Моя жизнь вообще этого ребенка не должна касаться.

Вернулся Богдан, и я попросила его отвезти меня домой, сославшись на усталость. Быстро распрощавшись с молчаливым, немного расстроенным мужчиной и такой же, как в воду опущенной, Вероникой, я поспешила домой.

Мне хотелось побыть одной, чтобы поплакать о том, что казалось, я уже давно пережила и позабыла.

Трогая свой все еще плоский живот, я успокаивала себя мыслью о том, что мой ребенок будет самым любимым и счастливым на земле. И никакая Вероника не будет меня больше расстраивать!